когда мы станем пылью

Вот и началось. Апокалипсис запущен, детка. Всё по сценарию: первым на сцену явился всадник на красном коне. Хорошо, конечно, что им с Сэмми удалось разобраться во всём этом дерьме и остановить Войну, но ни радости, ни удовлетворения Дин не ощущал. Сэм ушёл. Он больше не может охотиться. Не доверяет сам себе. И он прав. Дину самому так будет гораздо легче. Всё это время он не мог нормально заниматься работой, страх за брата отвлекал. Страх и недоверие. Сэм однажды уже предпочёл довериться демону, а не собственному брату, вырастившему его и даже прошедшему ради него через ад. Да, так определённо будет лучше. Дин смял в руке пустую пивную банку и бросил в корзину для бумаги, стоявшую у стола. Очередной мотель. Очередная полутёмная комнатёнка с убогим интерьером. Только теперь ещё и давящее одиночество. Сначала оно притаилось углу комнаты, где-то в тени за шкафом. Его почти не было заметно. Но оно всё же было тут, терпеливо ожидая своего часа, чтобы с наступлением темноты медленно выползти из своего укрытия и затопить собою всю комнату, обвить плечи сидящего на краю постели человека, сдавить ему рёбра стальными кольцами, так, чтобы он не знал, куда ему деться от этого гнетущего чувства. Мысли Дина угрюмо вертевшиеся вокруг брата или апокалипсиса, неизбежно и неумолимо сводились к Кастиэлю. Винчестер хотел его видеть. Плевать на всё. Он больше не мог злиться. Пусть сочувствует. Пусть ангел жалеет его сколько угодно. Пусть даже презирает, если ему заблагорассудится. Сейчас он готов смириться с чем угодно, лишь бы видеть это взъерошенное синеглазое существо. Дин поднялся с постели, прошёлся по комнате, пытаясь себя отвлечь. Не выдержал. Прислонился спиной к стене, и глядя куда-то в потолок тихо произнёс: - Кас. Кас, если ты сейчас не очень занят…. Я в придорожном мотеле в восьмидесяти милях к западу от Ривер-Пас. - Я здесь, Дин – мгновенно раздался справа от Винчестера тихий с лёгкой хрипотцой голос. Дин повернулся к Кастиэлю. Вот он, стоит посреди комнаты, засунув руки в карманы своего светлого плаща. Пристально смотрит, немного сутулясь. Среднего роста мужчина. Он даже немного ниже Дина. Высокий белый лоб, как всегда небрежно взъерошенные чёрные волосы, лёгкая щетина на лице, выразительные скулы, слегка приоткрытые сухие губы. И глаза. Глаза, выдающие в нём Нечеловека, его истинную сущность. Огромные влажные сверкающие, тёмно-голубые как летние сумерки. Кас. - А где Сэм? – поискав глазами в комнате, спросил ангел. - Сэм ушёл. Он решил оставить охоту. Он чувствует в себе что-то тёмное, боится, что может натворить новых бед. Так будет лучше. - Ты в порядке? - Да, наверное, – Винчестер повернулся к Кастиэлю в пол-оборота, снова прислонившись к стене – просто я дико устал. - Хочешь лечь спать? Дин посмотрел на ангела из под прикрытых век. Кастиэль стоял слегка наклонив голову на бок и сдвинув брови, в синих глазах отражалось беспокойство. - Нет, Кас. Я устал не в физическом смысле. Устал бороться с ветряными мельницами. Всё, что я делаю, не приводит ни к чему хорошему. Люцифер восстал, я не смог остановить брата… Бобби остался калекой, тебе и вовсе пришлось умереть. Сэм…Ушёл. Мне не на что опереться. Ты был прав там, в больнице, когда сказал, что убийство Люцифера глупая затея. Кас подошёл к охотнику. Он был так близко, что его губы почти касались щеки Дина: - У тебя есть ещё я. Обопрись на меня, Дин. - Спасибо, Кас – голос охотника прозвучал глухо, близость этих губ, запах летнего вечера после только что прошедшего дождя сдавливали ему дыхание. Дин отошёл на расстояние, позволяющие ему говорить с ангелом, не чувствуя нервной дрожи во всём теле. Он сел на кровать, нагнулся, доставая пару банок с пивом. - Выпьешь со мной пива? Кастиэль подошёл, взял из протянутой руки охотника банку и присел рядом. - Правда, Кас. Спасибо. – не глядя на ангела повторил зачем-то Дин – Ты даже не представляешь на сколько мне важно, чтобы ты… - он не договорил, открыл пиво, отхлебнул, старясь не глядеть на Кастиэля. - Дин… - ангел протянул руку и робко провёл ей по щеке Винчестера, охотник не отстранился. Он прикрыл глаза, жадно ловя едва ощутимые прикосновения прохладных пальцев, инстинктивно потянулся им навстречу. У Кастиэля ёкнуло сердце, при мысли о том, как должно быть тяжело приходилось Дину молчать столько времени, терпеть, бороться с самим собой. Кас был настолько ему нужен. Всё это так ярко выразилось в его простом непроизвольном движении навстречу ладони ангела, в том, как он неосознанно потянулся вслед за безвольно упавшей рукой. Кас снова поднял руку, но на этот раз коснулся светлых волос охотника, осторожно перебирая короткие пряди изящными нервными пальцами. - Не надо, Кас – мягко отстраняясь, прошептал Винчестер – это пытка, понимаешь? Он поднял взгляд на ангела и в этих зеленовато-карих глазах Кастиэль увидел столько боли, что он с трудом преодолел в себе желание прижать человека к себе, защитить, закрыть от всего плохого своими крыльями. Он сдержался, вспомнил как воспринял охотник этот порыв в прошлый раз, в своей болезненной гордости.Дин Винчестер. Его человек. Центр его вселенной. Самоуверенный мальчишка в потёртых джинсах. Легкомысленный смертный, не думающий даже о завтрашнем дне. Человек, переживший столько, сколько порой не выпадает на долю целого поколения. Измученная истерзанная в клочья душа. Затравленный задавленный одиночеством взгляд. Дин Винчестер. Кастиэль наклонился к самому лицу Дина и прижался лбом к его горячему лбу. - Дин, поцелуй меня – тихо сказал ангел, и было в его голосе, что-то надрывное. Посторонний наблюдатель, услышав этот голос, наверное, не смог бы определить, кто же из этих двоих кому больше нужен. - Кас… Кастиэль бросил на пол своё даже не открытое пиво, потянулся и аккуратно отнял банку у охотника, поставил на тумбочку. - Поцелуй меня. Пару мгновений Дин плотно сжав челюсти, пристально смотрел в сверкающую бездонную синеву, потом вдруг жадно почти грубо приник губами к губам ангела, подчиняя его себе, опустошая сознание, лишая разум начисто всех до единой мыслей. Рука охотника скомкала ткань на спине Кастиэля, другая скользнула под плащ, обхватила талию, властно притягивая ангела к себе. Видит Бог, Дин боролся с этим чувством как мог долго и упорно, но теперь он словно с катушек слетел. Он не смог бы сейчас остановиться даже, если бы Кас начал просить его об этом или отстраняться. Но Кас и не пытался, он, казалось, вообще уже не думал абсолютно не о чём, неумело отвечая на поцелуй, вплетая длинные тонкие пальцы в короткие пряди на затылке охотника. Не разрывая поцелуя, Дин провёл руками по плечам ангела, спуская с них плащ, отбросил его в сторону. Отвлёкся от губ Кастиэля, скользнул вниз по шее, слегка покусывая зубами кожу. Ангел протяжно выдохнул, откидывая голову назад. Он просто доверился своему человеку, всецело отдаваясь во власть нахлынувших эмоций и ощущений. А человек, человек лишался рассудка от каждого прикосновения к этому неземному созданию. По венам бежала не кровь, жидкий огонь, заставляя сердце колотиться в бешеном ритме, застилая глаза красной пеленой. Дин толкнул Кастиэля. Ангел упал на лопатки и тут же почувствовал на себе вес охотника. Дин поцеловал выступающую на виске жилку, спустился чуть ниже, обвёл языком ушную раковину, прикусил зубами мочку. Кас закатил глаза, с приоткрытых губ сорвалось на выдохе короткое: «Дин..» Боже! Эти губы шептали его имя, его, Дина Винчестера. От одной этой мысли можно было сойти с ума. Дин, дрожа всем телом, ослабил рукой узел галстука, снял его через голову ангела, запутался трясущимися пальцами в пуговицах рубашки, рванул так, что они поотлетали к чёртовой матери, обнажая выступающие ключицы, широкую грудь, упругие кубики пресса. Винчестер стянул с себя футболку и на секунду замер так, сидя верхом, на лежащем на спине Кастиэле. Ангел был прекрасен. Господи, как же он был прекрасен… Кас слегка приподнялся, опираясь на локти, и смотрел на охотника широко распахнутыми голубыми глазами. Даже в полумраке комнаты Дин мог разглядеть их влажный блеск. Чувственные губы чуть приоткрыты. Чёрные как смоль волосы растрепаны. Под расстёгнутой помятой рубашкой быстро лихорадочно вздымалась грудная клетка, так, словно ангелу не хватало воздуха. - Кас…Боже… - Дин, я никогда ещё… не делал этого – хрипло, чуть слышно. Мгновенное осознание слов Кастиэля привело Дина в какой-то пьянящий восторг. Никогда раньше он и представить себе не мог, что подобные вещи могут так возбуждать. Дин накрыл рот ангела жадным поцелуем, попутно освобождая его от рубашки, изучал руками, губами, языком каждый сантиметр его тела, действительно по-настоящему чувствуя, что сходит с ума. Он постепенно сползал всё ниже, прокладывая дорожку из поцелуев. Кастиэль вздрагивал от прикосновений охотника, дышал через рот, сбивчиво и часто, запрокидывал голову. Дин провёл рукой по брюкам Каса с внутренней стороны бедра, внимательно с интересом исследователя глядя при этом в лицо ангела, остановился на налитом затвердевшем пахе. Винчестер сжал его, сминая тонкую ткань брюк , продолжая неотрывно глядеть в лицо Кастиэля так, будто от реакции ангела зависела вся его жизнь. Кас резко выгнулся. Огромные синие глаза изумлённо распахнулись, руки судорожно вцепились в простыни. Ангел лихорадочно хватал ртом воздух так, будто долго находился под водой и, наконец, вынырнул на поверхность. - Боже… Дин! Винчестер абсолютно выпал из реальности. Не было уже ничего. Мира за пределами этой комнаты просто не существовало. Был только его ангел. «Мой. Моё личное чудо, только моё. Мой». Дин окончательно сполз с кровати, встал на колени перед лежащим Кастиэлем, расстегнул ремень, приспустил с него брюки, освобождая напряжённый член. - Кас – тихо позвал Винчестер Ангел приподнялся на локтях и посмотрел на Дина мутным от переживаемых эмоций взглядом. - Пожалуйста, Кас, не закрывай сейчас глаза – прошептал Дин, склоняясь к его паху. Винчестер сходил с ума от хриплых тихих стонов, тонул в синеве этих глаз, просто перестал существовать, растворяясь в ней без остатка. Он не осознавал ничего, и, при этом, малейшая деталь тут же врезалась глубоко в его мозг, высекая в нём навеки огненные иероглифы: тонкая как паутинка ниточка слюны, тянущаяся от его губ к возбуждённому члену. Капля пота, стекающая от виска к выступающей скуле ангела. Судорожно комкающие простыни изящные пальцы. Закушенные губы. Порывисто откинутая назад голова. Выступающий кадык. Спадающая на высокий белый лоб прядь чёрных волос. Кастиэль инстинктивно выгибался навстречу движениям горячих губ Дина, сжимая пальцами короткие светлые пряди на затылке охотника. Он уже абсолютно не осознавал происходящего. Были только выворачивающие всё существо ангела наизнанку эмоции, ни с чем несравнимые невозможные ощущения. Был только Дин Винчестер, его человек. - Дин! – полустон-полухрип. Сначала Винчестер увидел лишь лёгкое серебристое сияние за спиной Кастиэля. А потом…Господи! Потом резкий порыв ветра и очертания двух гигантских крыльев, сметающих в своем размахе, стоящую на прикроватной тумбочке лампу, мобильник Дина, ключи, целый ворох бумаг со стола у противоположной стены. Дикий визг сразу нескольких автомобильных сигнализаций донёсся из окна со стороны парковки. Никогда в своей жизни Дин не видел ничего прекраснее, да что там не видел, он даже представить себе такого не мог. Крылья. Светящиеся, словно сотканные из мягкого серебристого света. Охотник отстранился от ангела, взирая на него в немом благоговении, поднялся с колен и отошёл на пару шагов. - Кас…ты самое прекрасное, что есть в этом мире… Сам Кастиэль казался изумлённым не меньше Дина. Прежде ему никогда не случалось переживать ничего подобного, настолько терять самоконтроль. Он медленно поднялся с постели, крылья плавно опустились вниз, медленно растворяясь в воздухе. Ангел смотрел на охотника виновато, испуганно. Он словно стеснялся собственных крыльев, своей сверхъестественной сущности. - Дин? Винчестер не ответил. - Дин, не отталкивай меня…- голос Кастиэля прозвучал так потерянно, так испуганно, что Дину захотелось броситься и тут же прижать его к себе. Его изумляло, каким же разным может быть это удивительное создание. Суровым, не знающим ни страха, ни сомнений войном Кастиэлем. Наивным как невинное дитя, умилительным Касом. И Дин любил его любого. Любил так, как никого и никогда. Винчестер медленно приблизился, заглядывая в голубые глаза: - Кас, ты стесняешься ЭТОГО? КРЫЛЬЕВ? – и не дождавшись ответа, прижал ангела к себе – Кас… Дин целовал мягкие податливые губы, шею, ключицы, плечи, наслаждаясь сбивчивым дыханием, судорожными вздохами ангела. Его ласки становились постепенно всё более властными. Какое-то животное стремление, завладеть этим прекрасным существом, подчинить себе всецело то, что было выше человеческого понимания, туманило разум охотника. И всё, что казалось когда-то важным, стало незначительным, просто смешным. Где-то восставший Люцифер поднимает сейчас очередного всадника, пытаясь что-то доказать отвергшему его отцу, где-то ангелы воюют с демонами и Михаил отчаянно ищет способ выбить согласие своего весселя. И все они думают, что нет ничего более важного. Идиоты. Дину плевать. Дин целует лопатки своего ангела, прижимая его к стене и чувствует, что теряет рассудок. Где-то братья Кастиэля ищут способ поквитаться с отступником, предавшим их из-за человека. Горят праведным гневом, считая, что нет ничего важнее служения своей слепой вере. Глупцы.Кастиэлю всё равно. Кастиэль чувствует в себе своего подопечного, практически осязая, как в спутанном сознании боль перемешивается с наслаждением. Слышит сбивчивое частое дыхание возле самого уха и хриплое «Господи! … Кас!» где -то уже на границе восприятия.