Мямля

      Донхёк сидит на диване, сосредоточенно вглядываясь в схему в учебнике. Лежащий рядом Джон принимает попытку уложить свою голову на хёковы бёдра, но обладатель ног вновь сдвигается, на этот раз вплотную прижимаясь к подлокотнику дивана. Со это замечает и наконец венчает головой чужие ноги, которые кажутся ему удобней любой подушки. — Попался, — тихо говорит он, улыбаясь глазами. — Ага, — подтверждает Хёк, пряча лицо за книгой. Он обещал и себе, и Джону, что больше не будет пытаться избегать, но в итоге нарушил обещание через пару минут. Со забирает учебник, принимаясь с умным видом вглядываться в текст параграфа. — Какая муть эта твоя физика, — выдаёт он через пару минут чтения. — Будто твой бухгалтерский учёт лучше, — бурчит Донхёк, отбирая книгу обратно. — Да, дрянь полная. Но есть один предмет, который я готов изучать вечно, — Джон мечтательно смотрит в потолок, заранее пытаясь предугадать реакцию младшего. — И что ты готов изучать вечно? — Хёк пытается вспомнить все предметы, которые зубрит Со, но ни один из них интересным не является. — Тебя, — Джонни обхватывает лицо Донхёка, притягивая к своему, и целует. Тот мило жмурится от неожиданности, но потом пытается отодвинуться, ибо целоваться в таком положении крайне неудобно. Старший отпускает его, выглядя при этом как кот, который только что вылакал миску своих любимых сливок. — Если из-за тебя я плохо выучу это, — начал было Донхёк, но уже успевший сесть Джон затыкает его поцелуем, одним движением выбивая учебник из рук младшего. — Всё ты выучишь, — отвечает ему Со, когда у обоих закончился воздух, — а если нет — мне придётся… — Даже не думай! — …наказать тебя, — старший выглядит слишком довольным, но после щелбана успокаивается, принимаясь строчить Джехёну смс-предупреждение о том, что если Хёк завалит физику, то Джей должен будет тут же сообщить об этом Джону.

***

Джехён 15:48 Ну слушай бро он какой-то грустный, а когда я спросил, что случилось, ничего не ответил

Джон 15:52 Спасибо ♥

Джехён 15:58 Даже не думай приезжать

Джон 15:59 Я и не собирался, честно 16:00 Кстати, проследи за тем, чтобы он поел… Он сильно исхудал за эти две недели, как такое вообще возможно?

Джехён 16:01 Наверняка он просто скучал по одному придуристому придурку, и это сильно изводило его 16:01 Я покормлю его, можешь спать спокойно. И желательно больше не донимать меня своими бессмысленными сообщениями. Пока.

***

      Донхёк страдальчески вваливается в комнату, прожигая взглядом ненавистный учебник и не понимая, как он мог так сильно налажать в работе.Теперь слова Джона казались чем-то максимально страшным. Теперь придётся залечь на дно, не пересекаться с парнем, быстрее пересдать работу и радоваться жизни. Что вообще имеют в виду эти озабоченные извращенцы под словом «наказать»? Хёк не отсталый, прекрасно знает, что под этим почти всегда подразумевается ебля, но кто знает, что там имеет в виду Джон. От этого ещё более жутко. А если серьёзно подумать о сексе? Донхёк реально будет снизу, что ли? Да ну в пень этих геев, Ли не готов терять своё достоинство, да и вообще это всё как-то максимально мерзко-противно-фу-уберите-пожалуйста.       Нет, таким парень заниматься не будет, увольте.

***

       Вновь последняя пара, последние слова профессора о домашнем задании, вновь путь до дома… а вот машины Джона тут быть не должно! Что он здесь забыл, кого ждёт, зачем ждёт? Неужели узнал про заваленную работу? Не дай Бог. Донхёк слово шпион проникает в дом, с болью в сердце замечая старшего на диване. Ладно, надо вести себя спокойно, чтобы никто ни о чём не догадался. Надо ещё не забыть вычеркнуть пункт «Агрессивное избегание Джона», он же обещал. — Привет, — как можно жизнерадостнее здоровается Ли, останавливаясь недалеко от дивана. — Привет, — хором отвечают Джон с Джехёном, затем старший хлопает рукой по месту рядом с собой, мол, садись. Донхёк с натянутой улыбкой усаживается на диван, даже немного прижимаясь к Джону. Ну чтоб наверняка. — Как день прошёл? — Джехён действительно смахивает на заботливого отца. — Отлично, у вас как? — Всё супер. Кстати, Хёкки, можешь мне немного помочь? — Джон с надеждой заглядывает тому в глаза. — Что такое? — Скоро приедет Юта, и я… — Он разве ещё не приехал? — Нет, перенесли дату отъезда. Так вот, я хочу приготовить ему его любимый пирог, но его так сложно готовить одному. Поможешь? — Прости, Джонни, я не умею готовить, — Хёк считает это действительно крутой отмазкой, пока Джон вновь не открывает рот. — Ну вот и научишься. Донхёк сдаётся, кивая и уходя в комнату, дабы оставить там портфель с учебниками. Когда он возвращается, Джехён уже дрыхнет, по-хозяйски развалившись на диване, а Джон стоит у двери, дожидаясь младшего.

***

       — Кстати, как там твоя физика? — спрашивает Джон, как только они заходят в квартиру. Донхёк понимает, что его, кажется, раскрыли, но сдаваться не намерен. — Всё отлично, — голос звучит вполне уверенно, так что Ли сам почти поверил в сказанное. — А мне Марк другое сказал, — говорит старший, беря Хёка за руки и прижимая к стене, — Врать нехорошо, — шепчет он на самое ухо, отчего у младшего пошли мурашки по коже. Друг — предатель, Джон, по сути, тоже. Ли остаётся лишь надеяться на то, что это у старшего юмор такой. — Отпусти, ты же не собираешься… наказывать меня? — Хёк чувствует, как руки старшего отпускают его, но тут же пристраиваются на талии, слабо сжимая. — За проступки нужно расплачиваться, — Джон ведёт носом по шее, выбивая остатки духа и заставляя сердце выпрыгивать из груди. Он целует, слабо прикусывая кожу, затем тихо говоря, — 20 приседаний. — Чего? — до Донхёка доходит медленно, настолько медленно, что Со уже готов отбросить шутки в сторону…- Дебил, Джонни, ты дебил, — Хёк пытается отпихнуть от себя Джона, но тот вцепился мёртвой хваткой, — Не пугай меня так больше, — добавляет он тише, оставляя попытки вырваться. — Почему тебя это пугает? — Джон приподнимает лицо младшего за подбородок, вглядываясь в действительно испуганные глаза младшего, — Не бойся этого, пока я рядом. — Угум, — мычит в ответ Донхёк, поворачивая голову вбок, чтобы старший не заметил, как тот покрылся румянцем. — Ладно, давай поторопимся, Юта придет через несколько часов.