вне зоны доступа.

ᅠ

две жизни до сближения, и — до изнеможения, скрыв местоположение от всех.

Рука медленно ползёт вниз, под тугую резинку боксеров и домашних штанов. Чанёль понимает, что это как-то неправильно, но он слишком возбуждён, а Сехун, танцующий у шеста, слишком сексуален, чтобы размышлять на тему морали. Изгибы чужого пластичного тела игриво появляются и исчезают в темноте. Парень делает шаг назад, растворяется в ней практически полностью, но затем цепкие руки хватаются за отражающий металл, как Чанёль хватается за свой член. Сехун раскручивается вокруг, держась лишь руками, иногда и одной. Ноги выпрямлены и будто циркулем рисуют окружность. Гитарист, вслед происходящему на экране, очерчивает пальцем головку и опускает руку вниз. Тем временем, виновник происходящего, продолжает изводить чужую фантазию, повиснув на пилоне, после чего рывком поднимает ноги вверх, на манер ласточки. Чанёль, решивший не сдерживать себя, быстро входит во вкус. Танцовщик крутится, вертится, скользит по, вероятно холодному, металлу, выгибаясь на нём, всячески демонстрируя свои сильные руки, сексуальные длинные ноги и сочную задницу. Пак не думает сбавлять темп, подкидывая бёдра, агрессивно представляя, как эта причина завтрашних мозолей на ладонях, скачет верхом на его члене, громко стонет и выгибается. Как кончает, поджимая живот, на котором выступают красивые кубики пресса, а не те перекаченные плиты, что у него самого. Ему также понравился бы вид сзади, на эту широкую рельефную спину и.. в какой-то момент чувства притупляются. Брюнет чуть не вскрикивает, будто упавший на записи парень его услышит. Он прикусывает губу, нервничая из-за того, что Сехун неудачно приземлился. Но самого О это, похоже, не особо волнует. Падения были слишком очевидны, ведь это его первая попытка, к тому же, на камеру — будто это кто-то увидит. Зато теперь понятна, как минимум, одна из причин, по которой ему хотелось вернуть свой телефон. Танцор вытягивает руки перед собой, выворачивая, чтобы размять суставы и пальцы. Ведёт головой вбок, а Паку уже чудится хруст чужой шеи, из-за чего возвращается к занятию, которое было прервано внезапным падением. Даже без продолжившейся стимуляции, член находился в полной боевой готовности, лишь из-за синего (в свете) тела младшего. Сехун птицей взмывает вверх, зацепляясь уже ногами — руки немного устали, чего не сказать о наблюдающем. Выгибается то вниз, то вверх, кем только не становясь за эти полчаса — ласточкой, фигуристом, змеёй, акробатом, первым человеком в чанёлевском списке на изнасилование. Который, к слову, появился лишь после этого видео. Пак облизывает взглядом каждый сантиметр его тела, хотя больше всего привлекает эта чертова черная ткань, скрывающая под собой ягодицы, но отчетливо выделяющая бугорок члена. На минуту ему даже кажется, что Сехун возбуждён или же природа с ним просто хорошо обошлась, наделив такой внешностью, да не пожалев сантиметров. Чанёль подходит к концу, одновременно с видео. Не сдерживая шипение, зажмуривая глаза до ярких вспышек прожекторов, словно на сцене. Он решается, в последний раз, взглянуть на парня, чьи ноги встречаются с полом, а взгляд с камерой. И Сехун подмигивает. От чего брюнет замирает, в то же время, как горячая ударная волна проходит сквозь всё его тело, заставляя резко выгнуться, больно стёбнувшись головой о стенку, выронить телефон, и бурно кончить, запачкав свои любимые домашние штаны.

***

Отныне, мысли о Сехуне занимают всю его голову. Чанёль становится невнимательным, не может сосредоточиться, и, как последний задрот, ходит уткнувшись в экран телефона. Откладывает лишь на время выступлений, в которых стал часто фальшивить. Это не так заметно постоянным фанатам в клубе, но группа не понимает в чём дело. Всегда ответственно относившийся к репетициям Ёль, теперь отвлекается практически на каждый сигнал смартфона. Парни решают, что «нужно с этим что-то делать» и, в единственный выходной, устраивают разгрузочный день с пивом, чем покрепче, картами, готовыми в любой-момент-приехать-шлюхами. Они знают, что Чана девушки особо не интересуют. Обычно, после выпивки, он сам вызванивает какого-нибудь Бэкхёна. Но гитарист уже порядочно накидался, а мобильник, всё ещё, берёт лишь для того, чтобы прочитать sms. — Бляяять, Ёль, сколько можно. — воет Крис, который уже пожалел, что помог взломать пароль на «втором телефоне друга». — Кто там у тебя? Что ты скрываешь от нас? И правда, что ему скрывать? Раньше, всегда делился своими похождениями, даже если те были не совсем натуральными — хотя, почти вся группа спокойно к этому относилась, ведь сами были не прочь. Главное, чтобы не между собой. Пьяному море по колено и это же д-р-у-з-ь-я. Так что, Пак рассказывает всю приключившуюся с ним историю с самого начала, иногда цитируя переписки. Естественно, что он дрочил на видео умалчивает. — Я что, взломал чужой телефон? — китаец, может, и отнёсся бы к этому серьёзно, но приличная доза алкоголя в крови лишь даёт пятюню, одобряя «Бля, да это круто, мужик!», а любопытство не унимается, — Покажи. — Чего? — не догоняя тянет Чанёль, когда у него пытаются выхватить телефон. — Парня этого. Сехуна. Ты же сказал он хорош, хочу посмотреть. Крис переходит в наступление и почти заваливается на друга, который вытягивает руку в противоположную сторону, защищая свою ценность. — Ты ахуел? Не покажу, Крис, отвАЛИ, ОН МОЙ. Пак срывается на рык, со всей дури толкая клавиши в грудь, заставляя отлететь на другой конец дивана. Сам, быстро вскакивает и отходит подальше, ведь от Ву можно ожидать чего угодно, но парень лишь принимает сидячее положение, заживо сжигая Чанёля на дне тёмных глаз. — И это вся благодарность? Слышь, народ, — обводит взглядом бас-гитару, ударника и, так называемого, менеджера, — никогда не думал, что Ёль будет дрочить на парня, которого даже в глаза не видел. Крис плюётся ядом, а Чанёль предпочёл, чтобы он плевался кровью. Слова о дрочке задевают, хотя никто этого не знал. Китаец всегда умел, каким-то образом, найти слабые места и ужалить посильнее. Словно знал куда бить. — Никогда не думал, что захочу разбить тебе ебало, только сейчас. И Пак уже готов кинуться на него, но Чондэ вовремя блокирует, закрывает друга собой, выкручивает гитаристу руки, пока тот не прекращает попыток кому-нибудь врезать. В итоге, кулак Чанёля встречается со стеной, разбивая костяшки до крови. — СУКА!!! Кричит брюнет, плевав на все эти «Come on, пацаны, успокойтесь», хватает свою куртку и покидает квартиру. Нахуй он вообще это им рассказал? Нахуй Крис полез? Нахуй Нахуй НАХУЙ.

***

Чанёль не выходил на связь несколько дней. Утром, днём и вечером. Чунмён ломился к нему домой, пытаясь поговорить, но уходил ни с чем. Пак только прочитал сообщения. Suhорок: В клубе сказал, что ты заболел. Suhорок: Всё норм. Suhорок: Как будешь готов поговорить Suhорок: позвони Suhорок: :) — Он ещё и смайлики шлёт. — усмехается брюнет и откидывает свой телефон на тумбочку. Кстати о смайликах. Сехун тоже не писал ему уже больше суток (!!!). Лишь в ту ночь, когда Пак пришёл злющий домой, а впереди ждала обработка костяшек перекисью, потому что пепел от сигареты феерически удачным образом обрушился прямо на мясо и до сих пор больно. Конечно, он был не в настроении, что Сехун сразу понял, после первого грубого ответа. Сехун: ок Сехун: не буду мешать. «Не будет мешать» он. Ведёт себя, как баба. Знал бы, что это из-за него Чанёль сейчас страдает, наблюдая, как алая кровь покрывается белой шипящей пеной. А ведь его руки — главный инструмент. Не гитара. Конечно, спустя пару дней, успокоившись, старший понимает, как глупо поступил. И с Сехуном, и с Крисом. Хотя.. насчёт Криса он всё ещё думает. Берёт телефон и набирает сообщение. Пишет первое, что пришло в голову. Чанёль: Привет. Чанёль: :) /Прочитано/ Чанёль: Прости, у меня было паршивое настроение в тот день. /Прочитано. Игнор./ Видимо, Сехуну этого недостаточно. Чанёль: Я напился и подрался со своим лучшим другом. До этого, Крис действительно являлся таковым, поэтому Пак подрался со стеной. Он бы не простил себя, если бы вмазал ему. Какие бы границы слова Ву не перешли. Сехун: Знакомо, так что всё норм. В душе гитариста смятение. «Сехун понимает? Ему знакомо? У него там какие-то проблемы?». Старший не до конца осознаёт, почему его вообще это волнует, но слишком лень копаться в своих чувствах. Давно известно лишь одно — он (Чанёль) ебанутый. А это лучшее рабочее оправдание любых непонятных, даже самому себе, действий. Чанёль: Ты в порядке? Сехун: Да, а ты? Незначительное проявление заботы, скорее всего, из-за вежливости, почему-то греет сердце Чанёля, заставляя впервые, за несколько дней, улыбнуться. Чанёль: Конечно. :) Сехун: Снова твои смайлики. Сехун: :) И улыбка становится ещё шире. Сехун: Почему поругался с другом Нет, ну надо было задать ему этот вопрос прямо сейчас, когда брюнет начал более-менее оживать. — И что мне тебе ответить? « Я дрочил на тебя. А потом друг, который помог вскрыть твой телефон, за что вообще-то я ему должен ножки целовать, не подумав ляпнул языком и попал в самую точку. » Чанёль тяжело вздыхает и ерошит пальцами волосы на затылке. Сехун: ? Чанёль: Долгая история. Сехун: Понятно. Чанёль: Не в плане, что я не доверяю тебе, просто не хочу грузить. Сехун: « Понятно » не в плане обидно, просто я понял-принял. Сехун: Всё ок Сехун: :) Чанёль переворачивается с одного бока на другой, не переставая лыбиться, нагревшемуся в горячих руках, телефону. Дожил. Умиляется каждому смайлику. Он и правда ебанутый. Сехун: Завтра последний этап соревнований, так что, я скоро возвращаюсь в Сеул. Первая мысль в голове Пака: скопировать все фото и видео с телефона на свой компьютер. (И ему глубоко похуй, что это попахивает уголовкой.) Вторая: он увидит Сехуна вживую, когда будет отдавать телефон. Третья: БЛЯТЬ, ПОДОЖДИ, Я НЕ ГОТОВ. Вскакивает с кровати и бежит к зеркалу. Там его встречает какое-то лохматое нечто, которое больше походит на сталкера-извращенца, что дрочит каждую ночь на фотки, можно сказать, неизвестного парня. Коим Чанёль, по сути, и является. За все дни проведённые дома: он лишь спал, курил, дрочил и снова спал. Где тот стильный вьющийся беспорядок на голове и белоснежная улыбка, сводящая с ума многих? Заставляющая ложиться под него и баб и парней, и баб с парнями одновременно — хотя, Сехуну лучше об этом не знать. Черт, он забыл ответить Сехуну (!!!) Возвращается к кровати, ловя, ускользающий по одеялу вниз, телефон и набирает сообщение. Чанёль: О как. Чанёль: Отлично. Чанёль: Напиши потом время и место. Он будет ждать.