Good boys go to hell

*** спустя два месяца*** Сейчас, лежа на больничной койке, Сунан понимает как была слепа в этой жизни. Окружающие люди, либо пользуются ей, либо не замечают вовсе. В детстве родители окружали заботой, чтобы потом окунуть в котел дерьма под названием «Женитьба», растили как животное на убой. В ее жизни было одновременно все и ничего. Даже влюбиться она умудрилась в самого завидного холостяка Кореи, который на самом деле оказался бездушным куском кирпича. Хотя дело лишь в том, что это она не смогла найти к нему подход, не смогла стать ему если не любимой, то хотя бы подругой. На фоне собственных переживаний, антидепрессантов, пустоты вокруг и в душе ей становилось плохо морально. Такая богатая снаружи, но скудная внутри. Сунан и завела всю эту игру с беременностью, лишь бы Чонгук посмотрел на нее по-другому, ведь она ему ничего плохого не сделала в этой жизни, может быть в другой получится. Простуда была слишком некстати. Красное горло, сильный кашель до удушения, сопли. А на фоне хронического бронхита – это была ядерная смесь. Пришлось лечь в больницу, так как дома было просто не выжить одной. К Чонгуку она так и не переехала, хотя могла. И сейчас как-то уже все равно на то, что подумает о ней Чон, родители или врачи. Ей просто хочется нормально жить и наслаждаться каждым моментом. - Вы к Чон Сунан? – мужчина лет 50-ти в белом халате осторожно прикрывает за собой дверь. - Да. Я ее мать, а это,- женщина показывает на недовольного Чонгука,подпирающего стену- ее муж. Вы пропустите нас? - Почему же вы раньше не приехали? Ваша дочь тут уже четыре дня лежит с осложнениями. - Нас не было в городе, знаете ли,- она снова многозначительно посмотрела на брюнета, который снова никак не отреагировал на это,- Как она? С ребенком все хорошо? - С каким ребенком? – врач открывает папку, что держал в руке, быстро пролистывая страницы. - Ну, ее ребенок. Сунан ведь на четвертом месяце. - Здесь наверно ошибка. Вы точно уверены, что мы говорим об одной и той же Чон Сунан? – мужчина свел брови на переносице, ещё раз всматриваясь в страницы карты.- Потому что моя пациентка принимала сильные антибиотики, которые беременным противопоказаны. Если бы она носила ребенка, в ее карте было об этом написано, но тут пусто. Две пары удивленных глаз неотрывно смотрели на врача, которому стало не по себе. Он захлопнул карту пациента с громким хлопком, чтобы привести этих двоих в чувства, но очнулся только Чонгук. - Может вам принести воды? – мужчина осторожно положил ладонь на плечо женщины. Та в ответ покачала головой, поворачиваясь лицом к парню. Чон взял ее под локоть и посадил в ближайшее кресло. От ее разбитого информацией лица, даже ему стало не по себе, хотя сам пока что не определился со своими эмоциями. - Она соврала. Как и ты. - Если вам станет легче, я тоже не знал, что она не беременна. -Зачем ей было врать, Чон?- Пак Куанг проводит бумажным платком вокруг глаз, пару раз шмыгая носом. Вот кто ждал этого ребенка! - Потому … что даже я не уверен был бы это именно мой ребенок,- аккуратно отвечает он. Женщина медленно поворачивает голову , обескуражено глядя на совершенно серьезного парня. Она ничего не говорит, не истерит, не задает вопросов, просто смотрит, словно печатает в голове собственную преполагаемую цепочку событий. - Ты никогда не был добр к ней. И слишком осторожен видимо был, раз так уверен. - Сунан ведь просила вас о разводе? - Не один раз,- она откладывает платок в сторону, видимо уже пережив минутную трагедию. - Почему вы ей отказывали? - Твой отец тебе объяснил, я думаю. Это бизнес. - Я понимаю, почему мой отец мне отказывал. Но она же ваша дочь. Вам ее не жалко? - Я думала, она приспособится. Как это сделала я. Станет тебе другом, опорой. Но она была слишком влюблена в тебя, чтобы со всем этим мириться. - И как вы поступите? - Я поговорю с ней сначала. Можно я задам тебе личный вопрос, Чонгук? - Конечно. - У тебя есть кто-то. Человек, которого ты любишь? - Да. Куанг понимающе кивает и отворачивается в сторону, давая понять что разговор окончен. Примерно через час из палаты слышится сильный кашель, люди в белых халатах тут же забегают в комнату, после чего становится тихо и Куанг все-таки заходит в палату к дочери. Она проводит там полтора часа. Чонгук же просто сканировал глазами дверь. Проходящие пациенты испуганно проходили мимо него. Чон несомненно был рад новости о том, что Сунан не беременна. Но это также значило, что разводу не бывать. Они скорее всего продолжать свое существование как муж и жена на бумаге и как враги в жизни. Хотя чисто по человечески ему жаль Сунан. Она еще слишком юна, чтобы обрубать свою жизнь на ком-то. И Чону ни капли не лестно, что зациклилось ее сердце именно на нем, ведь его сердце зациклилось на одном конкретном блондине, что, наверно, сидит сейчас дома и готовит ужин на троих. Пак выходит из палаты, попутно вытирая мокрое лицо, глаза ее красные, а помады на губах даже не видно. Женщина кивком указывает на дверь, из которой сама вышла и уходит. Сунан сидит на кровати, поджав колени. Она выглядит еще младше без косметики и прочей лабуды, но взгляд ее серьезен и холоден, именно там она ментально старше, чем есть на самом деле. - Привет,- парень садится на краешек постели. - Привет. Ее голос хриплый и тихий, видимо последствия болезни. - Ничего не хочешь сказать?- он говорит так же тихо, чтобы не стеснять девушку, но та на его слова лишь вздыхает и улыбается грустно. - Хотела извиниться за весь этот цирк на самом деле. Несмотря на болезнь, мне сейчас намного лучше на душе, чем раньше. Мама согласилась на развод,- Чонгук удивленно смотрит на девушку, отчего та хочет рассмеяться, но останавливается, чтобы снова не закашляться.- Никто ничего не потеряет финансово, она пообещала. Так что можешь расслабиться. - Ты тоже прости меня. Я относился к тебе ужасно и оправданий у меня никаких, только если возраст,- он смеется грустно.- Может это прозвучит ужасно, но я рад, что мы разводимся. - Я тоже. Это как снять оковы и вдохнуть свежего воздуха. - Да, точно. - Ну, что увидимся в суде? – Сунан улыбается искренне и поднимает руку вверх, после чего Чон хлопает на ней не сильно и целует в висок на прощание. Пожалуй сегодня воздух никогда не был таким чистым. - Как все прошло? Тэхен стоял у плиты и уже заканчивал готовку, когда услышал хлопок входной двери. Сразу бежать к нему не стал, мало ли , что случилось. - Хорошо,- Чон обнимает блондина со спины, легонько целуя местечко за ушком. - Ого! Не «ужасно», не «отвратительно», даже не «нормально» , а «хорошо». Мне кричать от радости или плакать от горя? Брюнет смеется тихонько. Видеть Тэ в игривом настроении все еще непривычно. Даже, когда из него сарказм льется рекой, это немного пугает Чонгука. Но зато теперь блондин носит майки с короткими рукавами и такие же рубашки, потому что полос на руках больше нет. Осталось несколько шрамов на самом деле, но это такой пустяк по сравнению с тем, что парень находится в зоне комфорта и больше себя не калечит. - Ее мать дала нам развод. Лопаточка выпадает из тонких пальцев на стол. Тэхен медленно поворачивается в кольце объятий и смотрит неотрывно в любимые глаза, сглатывает нервно. -Ты не шутишь? -Нет, малыш. Чонгук касается пухлых губ своими. Медленно скользит по ним, увлажняя языком, вбирает поочередно каждую. Правой рукой надавливает на чужой подбородок, чтобы позволили пройти внутрь, скользнуть глубже. Тэхен стонет, когда их языки встречаются, обмениваются слюной в приветствии. Другая же рука зарывается в блондинистые волосы и под еще один стон притягивает максимально близко, так чтобы миллиметра не осталось между. Тэ проводит ладонями по чужой спине, опускает руки на ягодицы и снова возвращается к шее, слегка массирует, пока его парень ведет какую-то войну у него во рту. - Сука,- сквозь поцелуй цедит брюнет, когда раздается трель дверного звонка, вынуждая Тэхена отстранится,- Да почему же он такой говнюк, а? - Гуки, он мой брат, имей уважение. - Имею уважение я только к тебе. И не только уважение вообще-то,- он многозначительно дергает бровью и засовывает язык за щеку, едко при этом ухмыляясь. Но Тэ уже привык давно, поэтому лишь закатывает глаза и выходит в коридор, где сразу слышится: - Блин, если вы трахаетесь, то зачем приглашать меня на ужин? Недовольный Чимин – самый лучший Чимин, ибо если он хорошо с вами общается, то потом вам будет очень плохо. Чонгук это усвоил. Поэтому вечер проходит довольно не плохо. Эти двое постоянно цапаются , имитируя игру кто кого сильнее подколет. Выигрывает обычно Чонгук, так как он старше. Тэхен же просто внутренне смеется с них двоих и меняет блюда, когда нужно. Чимин уезжает на квартиру Тэ, так как сам брат живет теперь с Чоном. Младший покрасился в естественный черный и ведет себя намного скромнее, но не в отношении Чонгука, конечно же. Он по-прежнему живет с мамой в Пусане, даже вроде бы друзей завел. Но Тэхен все равно беспокоится, что он так далеко и почти без присмотра, но переехать обратно не предлагает, потому что побаивается и потому что не сможет уделять ему время. У Тэ с Чоном серьезно и надолго. Брюнет относится очень бережно к нему, но не в отношении секса, потому что это инициатива самого блондина. Чон каждым словом и действием старается показать, что эти отношения очень важны для него, что он исправит и извиниться за все ошибки прошлого, что он больше никогда не увидит тех самых красных полос на руках от запястий до локтей. Тэ это очень ценит, хотя и говорит, что это лишнее и лучше жить сейчас и с тем, что имеешь, но все равно льстит каждая такая мелочь. Никто, кроме Чимина , Намджуна и Хосока не знает о них, ни родители, ни кто-либо еще. Чонгука это бесит, а Тэхену все равно, он раньше и малым довольствовался, поэтому ему хватает того, что брюнет искренне говорит, что любит его. - Блядь, Чонгук, можно аккуратней, а? - Прости, малыш. Но не надо было надевать такие штаны. Твоя попка в них просто потрясающая,- блондин под ним сильнее кусает кулак, дабы избежать громких стонов, ведь за дверью снует куча работников компании,- И еще. Услышу хоть одно матерное слово от тебя, выдеру на глазах всего офиса. Тэхен не отвечает из-за руки во рту. С его глаз текут слезы наслаждения, он чувствует, что уже близок. Чонгук прижимается теснее, ложится сверху на распластанное на столе тело и работает бедрами усерднее, животом размазывает бисеринки пота на спине. Отдергивает чужую руку ото рта, взглядом мажет по ниточке слюны, что следует за чужими пальцами и всасывается в манящие губы, языком заглушая стоны. Чон просовывает руку под тонкую талию, вжимая в себя на столько, насколько возможно. Ему все кажется, что недостаточно, но на самом деле даже воздуху между ними не просочится. От его напора на бедрах Тэ синяки, под легкими бордовые засосы, а в голове только его образ. Блондин хватается за стол, но потные ладони соскальзывает с лакированного покрытия, поэтому он цепляется за черные локоны и выдыхает судорожно, чувствуя липкую сперму меж бедер. Чон догоняет его быстро, кончает внутрь и с неохотой отлипает от обессиленного тела. Пальцами собирает собственное семя с растраханной дырочки, подносит к губам блондина. - Малыш, сделай папочке приятно. Тэ мычит, но язык высовывает и послушно облизывает скользкие пальцы, за что получает нежный поцелуй в лопатку. Его аккуратно поднимают на руки и усаживают на рядом стоящий диван. - Мистер Чон? – доносится откуда-то со стола. - Да, Мия,- отвечает шатен. - Мама Сунан просила передать, что вы в три должны быть на месте. Чонгук никогда раньше не любил никого, поэтому секс был всего лишь способом получить немного телесного удовлетворения. Но сейчас, когда он свое сердце отдал другому, взамен получив тоже самое, ему хочется любить Тэхена 24 /7. Ощущения, что не только тело, но и чужая душа сливается воедино с тобой, затапливают счастьем, желанием никогда больше не расставаться, не потерять это. Каждый их секс – это что-то невообразимое, не просто трах, как раньше, а целые мириады эмоций, похожие на американские горки. Ты получаешь все и сразу, хочется плакать от наслаждения, от того насколько тебе повезло в этой жизни. Тэхен научил Чона принимать свои чувства, распознавать их, делиться ими. Чон так и делает. Он любит блондина на все 100%. Они живут вместе, вместе едят, вместе спят. Но никто об этом не знает. И на данный момент от их официально счастливой жизни разделяет только одна подпись на бумаге. Рядом сидит Сунан, которая первая поставила подпись. Она одета в обычную клетчатую рубашку и рваные джинсы. Ее мама наверно в шоке, что ее дочь пришла в таком виде в суд, но Чонгуку почему-то нравится эта ее новая сторона бунтарки. Пусть так и проведет свою молодость. Парень ставит свою подпись и они, теперь уже с Пак Сунан, выходят на улицу. Их компании все еще будут сотрудничать так как раньше. И почему нельзя было это сделать без брака? - Ты все еще мне нравишься, Чон Чонгук, поэтому я могу отдать тебе это,- девушка протягивает флэшку. - Что это? - Увидишь,- Сунан загадочно улыбается, наспех целует Чона в щеку и скрывается в авто. - Да она больная!- Тэ быстро пролистывает материалы на ноутбуке, стараясь особо не всматриваться в содержимое. - Может быть,- Чон обнимает, расположившегося между его ног, парня за талию, выглядывая из-за плеча. - Тут фотки почти за три месяца. Господи, какое-то домашнее порно. - Да. И везде видна только твоя задница, а не лицо. Повезло же, что ты ни разу не обернулся назад,- хмыкает брюнет. - Я ни разу не обернулся, потому что боялся, что кинусь тебе на шею со своими чувствами, поэтому даже не пытался. Чонгук нежно целует парня в шею и обещает, что теперь оборачиваться будет только он, и то для того, чтобы еще раз посмотреть на шикарную задницу Тэхена. В ответ тот кидает в него подушку и под смех брюнета удаляет все файлы с флэшки.