Самый лучший тренер

      В конце дня ребята, как всегда, разговаривали за ужином. - Эта девушка, которая приходила к тебе, - голубоглазый посмотрел на Шторма, - Она к тебе больше не приставала? - Не успела, - рассмеялся Джексон, - Собственно, она и затеяла это все потому, что должна была уехать на две недели. Ну и слава богу, может отдохнет и прочистит мозги. - Это точно, - МакКуин улыбнулся уголком рта. - Как там Салли? - Почему она тебя так интересует? – возмутился блондин. - Да не интересует она меня, успокойся, - Джексон снова рассмеялся, - Мне интересно как там у вас дела? - Кстати об этом. Знаешь, - внезапно перевел тему голубоглазый, - Неделя ведь прошла. - Да, довольно быстрою. Ну и как твои ощущения? Процесс перерождения начался? – Джексон нарочито засмеялся, делая вид, что забыл о договоре о сожительстве. - Чувствую, что да, - Молния улыбнулся и посмотрел на Шторма «Неужели он не помнит, что я должен был переехать через неделю?», - Собственно к чему это я… Уговор был, что я съеду через неделю… - Можешь жить, сколько угодно, я тебя по-прежнему никуда не гоню, - сероглазый наигранно улыбнулся. Он чертовски не хотел, чтобы Молния уезжал, он соврет, если скажет, что не знает почему. Теперь округлые бока Молнии не казались Шторму такими уж отвратительными и большими. Это ведь все поправимо, а главное – что внутри, что представляет из себя этот человек. Да и форма у него за неделю начала меняться в лучшую сторону. Да какая вообще к черту разница, какая у него форма? Главное – какой он внутри. Джексону было с ним весело и комфортно, и он не хотел, чтобы этот комфорт покидал его. Вновь это удручающее одиночество и мысли о том, что он делает что-то не так. - Знаю, но мне уже неловко становиться, - МакКуин играл свою роль. Пока что все шло по плану. - Я не хочу, чтобы ты уезжал, - каждое из этих слов Шторм сказал четко и внятно, при этом глядя Молнии прямо в глаза.       Оба замолчали. Эта пауза была очень неловкой, но прервать ее не было сил ни у одного из них. Сначала они смотрели друг другу в глаза, после чего МакКуин обреченно вздохнул и встал из-за стола: - Я все же пойду, - вид у него был не сколько грустный, а сколько растерянный. - Я тебя еще не всему научил, - Джексон взглянул на него, - С переездом можно и повременить.       Молния все решил для себя. Сейчас или никогда. «Решайся. Сейчас. Он тоже этого хочет, ему тоже это надо!» - Я пойду соберу вещи, спасибо за ужин, - МакКуин ушел, а Джексон остался сидеть за кухонным столом, осознавая, что одиночество все же неизбежно.       Просидев так еще минут 10 он все же встал и решил отправится к себе, чтобы посмотреть телевизор. Проходя мимо комнаты Молнии, он нарочито громко крикнул: «Позовешь, когда надо будет провожать.», после чего завалился на кровать у себя в спальне. Через минут 7 к нему зашел МакКуин: - Не вставай, - обратился он к лежащему Джексону, тот в свою очередь, увидев все еще домашнюю одежду на Молнии, даже не шелохнулся. Он, наверное, подумал, что тот еще собирает вещи и пришел что-то спросить.       Блондин подошел ближе к кровати Джексона и сел так, чтобы быть максимально близко к нему. Шторм лишь внимательно наблюдал за движениями мужчины, немного не понимая, что тут вообще происходит, с чего это МакКуин такой тихий и загадочный.       «Ты пришел, пути назад нет. Действуй, заодно и проверишь.» - мысленно приказал себе Молния, после чего накрыл своими губами губы Джексона. Тот оцепенел. Он даже не дышал, он не закрыл глаза, не оттолкнул и не прижал к себе Молнию. Просто лежал, будто парализованный, поэтому даже не заметил, как одна его рука быстро проскользнула в заранее подготовленную петлю, которая прочно затянулась у изголовья кровати. Только тогда Джексон свободной рукой оттолкнул от себя Молнию с диким криком «Что ты творишь?», но этого было недостаточно, потому что МакКуин уже захватил в петлю и вторую руку, привязывая и ее к изголовью кровати.       Шторм начал паниковать так, как никогда прежде. Он начал брыкаться и пытаться освободить руки, но эти телодвижения лишь сильнее стягивали узлы. Петли начинали болезненно печь, от чего брюнет страдальчески зарычал. - Тише, а то еще сильнее затянешься, потом не развяжу тебя, - голос Молнии был спокойным, но Шторм учуял там нотку переживания и боязни. - Что ты творишь, придурок? – уже более спокойно проговорил он.       Этот низких бас прошелся холодком по телу Молнии, отдавая небольшой дрожью, которая вызвала мурашки, но на вопрос голубоглазый так и не ответил. Он лишь продолжал методично привязывать Джексона к кровати, заканчивая уже со второй ногой.       Вот и все, дело сделано. МакКуин облегченно вздохнул. Он сейчас не думал о последствиях, о том, как нужно будет его развязывать, о том, что потом нужно будет быстро бежать, нет, он ни о чем не думал. Обо всем этом он подумал еще раньше, когда придумывал план, затем план В, после чего план-отступление от плана и план-продолжение плана В. - Что дальше? – Джексон пытался угадать свою судьбу. Он нехило нервничал, что не укрылось от глаз Молнии, - Изнасилуешь меня? - Ш-ш-ш-ш, не кричи, - МакКуин приблизился к его лицу, - Тебе понравится.       После этого голубоглазый стал целовать Джексона, облизывая его скулы, прикусывая губы и спускаясь ниже – к шее. Молния старался не оставлять на его теле засосов, но так хотелось. Он все никак не мог выбросить из головы тот вечер, когда увидел на груди Шторма небольшое покраснение, оставленное девушкой. С тех самых пор он мечтал, даже в тайне от себя, сделать тоже с ним. И вот, наконец, этот день настал. Шторм был его, и Молния решил этим воспользоваться.       Рукой он провел по накаченному телу Джексона, спускаясь от шеи до ноги, потом рука пошла в обратном направлении, заскакивая под футболку и, немного застенчиво, оглаживая округлые мышцы парня. Шторм вздохнул. Молния услышал это и вернулся обратно к его губам, продолжая трогать его стройное тело. Джексон не отвечал на поцелуй, блондина это раздражало, поэтому он нашел сосок брюнета и чуть сжал его. Шторм ахнул, а МакКуин воспользовался этим, проник языком внутрь и начал там хозяйничать. Сероглазый все еще не отвечал на поцелуй, но и не пытался его разорвать.       Молния продолжал настырно действовать, пытаясь снять с брюнета футболку, но тут он понял где просчитался, поэтому, подцепив ткань зубами, разорвал футболку и освободил такое прекрасное тело, которое было грех скрывать. МакКуин не сдержался и начал целовать, вылизывать и кусать каждый сантиметр тела Джексона, от чего тот тяжело и часто задышал. Блондину это понравилось, поэтому он лишь продолжил доводить парня до исступления.       Голубоглазый проделал дорожку от шеи до самых нижних кубиков, где немного остановился и приподнялся, поглядывая на Джексона. - Не надо… - обессилено простонал тот, на что Молния лишь ухмыльнулся и стащил со Шторм штаны вместе с трусами, наконец разглядывая его достоинство без боязни быть замеченным.       Джексон заметил этот взгляд и забоялся. Наверное, это был первый раз за долгое время, когда он действительно испугался. По взгляду Молнии было нетрудно догадаться что тот собрался делать и был только один вопрос: «Я или меня?», который все не давал Джексону покоя, от чего тот стал шебаршиться и пытаться все же выскользнуть из пут, но ничего не выходило. Чье-то уже оголенное тело легло сверху «Когда он успел?» и чужой язык вновь проник в рот. Мокро и противно, но это неслабо возбуждало. «Держись, ты не из этих!» - мысленно приказывал себе Шторм, после чего его губы наконец отпустили и перешли к его торсу, спускаясь плавно по груди, прямо к соскам. «Черт, только не это, после такого… ахгр… точно не выдержу… не-е-е-ет…» - Аххх… ммм, - первый стон вырвался из уст Джексона, заставляя его откинуть голову назад, - Пусти… я не… ахгр… я не такой… - Ты уверен? – Молния хитро улыбнулся, глядя на встающий член Шторма. - Ненавижу тебя… - Шторм не покидал надежды сбежать, - Пусти… - Расслабься и тебе понравится, - МакКуин спустился ниже и взял немалое достоинство Шторма в рот. Конечно он не знал, как это делать, но непонятное чувство завладело им, и он стал просто невозможно сосать член, облизывая головку, после чего спускаясь языком все ниже и ниже. Он провел так несколько раз – от самого основания до самого конца, после чего стал немного посасывать сам ствол. Брюнет не выдержал: - Черт, возьми ты уже его в рот! – он задыхался от собственных стонов, которые не мог удерживать, руками судорожно цепляясь за изголовье кровати.       МакКуин ничего не ответил, а только послушно накрыл своими губами агрегат Шторма и начал старательно его сосать. Джексона вскинуло на кровати. Ему казалось, что он еще ни разу не испытывал таких сильных эмоций с девушками, хотя он тоже умели многое. Сероглазый ругал себя за свою несдержанность, но одновременно хотел большего, хотел и даже просил. Тихо шепча это, в надежде, что Молния не услышит, но он слышал, поэтому оторвался наконец от естества и прильнул обратно к губам Шторма. Тот начал жадно целовать блондина, запуская свой язык очень глубоко, что МакКуин стал задыхаться. Джексон полностью перенял инициативу в поцелуе, поэтому просто вдалбливался языком в рот Молнии, от чего последний получал невозможное удовольствие. Он чувствовал свое немалое возбуждение, которое не мог сдерживать, поэтому понял, что пришло время действовать.       Нехотя разорвав поцелуй, он стал моститься снизу. Мысль снова пронеслась в голове у Джексона «Я или меня?», но морально он был готов уже ко всему, или не совсем ко всему. Молния взглянул на напряженного Шторма и сказал тихим и размеренным голосом: - Расслабься, я буду аккуратно.       «Ну все, это конец. Хоть где-то он меня обойдет» - обреченно подумал Шторм, но взгляд от Молнии не отвел, наблюдая за тем, как тот находит удобное для него положение, но почему Джексону оно казалось неудобным? Он бы сделал иначе, правда для этого нужно было бы развязать ноги. Ему бы сил хватило, чтобы удержать брыкающегося Молнию, а вот МакКуину его не удержать, может поэтому он медлит.       Внезапно Джексон услышал сдавленный стон… боли? И просто невероятное ощущение узости. Сфокусировав свой взгляд, брюнет увидел, как Молния морщится от боли, сидя на нем. Джексон глубоко выдохнул, но не двинулся, давая партнеру немного привыкнуть. Он знал, что голубоглазый справиться сам, поэтому наконец расслабился и полностью отдался эмоциям.       МакКуин стал медленно двигаться, постепенно наращивая темп, затем он стал менять этот темп то ускоряясь, то замедляясь, не давая Джексону привыкнуть, с каждым движением выбивая порцию новых вздохов.       В какой-то момент голубоглазый понял, что нравится Джексону больше, а что меньше и стал давить на «больное место», от чего брюнет прогибался и сдавленно постанывал. Собственное возбуждение было уже невозможно игнорировать, но Молния упорно терпел, желая довести в первую очередь Шторма. Джексон видел страдания партнера, но помочь он не мог, ведь у него связаны руки, в прямом смысле этого слова, оставалось только ждать, пока… хотя, у Джексона возникла одна идея.       Во время очередного движения Молнии, брюнет внезапно дернул бедрами немного под другим углом, чем заставил Молнию громко вскрикнуть и блаженно выдохнуть, прогнувшись в спине, после чего обессилено упав на грудь Шторма. Блондин еще никогда не ощущал такого острого и сильного удовольствия от одного только толчка, поэтому он лежал на груди Джексона, пытаясь перевести дыхание и прийти в себя. Сероглазый понял, что только что сделал, поэтому дождался, пока Молния сядет обратно и толкнулся под тем же углом. МакКуин вновь протяжно простонал, прогибаясь в спине, а Шторм, не теряя времени стал двигать бедрами, подкидывая голубоглазого на себе.       Блондин вцепился руками в тело Джексона, впиваясь ногтями и царапая его. Каждый толчок сопровождался громким стоном беловолосого, на что Джексон победно усмехался, ощущая прилив новых эмоций. Он чувствовал, что скоро конец, но не мог кончить без Молнии, это было бы неправильно, ведь он привык заканчивать вторым, но у МакКуина, видимо, были другие планы – он продолжал неистово скакать на Джексоне, от чего тот потерял самообладание и стал похрипывать в голос, закрыв глаза. Молния с упоением наблюдал за Штормом, все никак не решаясь притронуться к себе, чтобы ничего не испортить.       Джексон понимал, что ему осталось толчков 5, не больше, поэтому открыл глаза и взглянул на Молнию. Тот, уже практически ничего не смысля от перевозбуждения, потянулся к себе. «Первый… второй, третий» - отсчитывал про себя Шторм, чтобы убедиться в своей правоте. Молния все никак не решался притронуться к себе. «Четвертый» МакКуин все же решился, сжав свой член у основания и провел рукой вверх. «Пятый» - Джексон все же не выдержал и стал сам резко и глубоко входить в Молнию с тяжелым хриплым стоном. Горячая жидкость ударила в нутро голубоглазому и тот, тоже не выдержав, громко застонал и запачкал себе и Джексону торс своим семенем, после чего безжизненно свалился Джексону на грудь, переводя дыхание.       Сероглазый тоже тяжело дышал – это был слишком яркий оргазм, которого он уж точно никогда не испытывал. Лишь одна девушка заставила его стонать вслух, и то она была первой, но Молния «Чертов извращенец! Я никогда не… и даже не думал! Чувствую себя школьницей, потерявшей девственность.» - Какого черта это было? – раздался хриплый бас, который привел Молнию в чувства и заставил вернуться к выполнению плана. Он не ответил, лишь быстро подскочил и унесся в ванную, чтобы смыть с себя «следы преступления». - Молния! Какого черта?! – Джексон приходил в себя, начиная переходить на крик. Ответа вновь не последовало. Вместо этого в комнату вошел МакКуин, уже в одежде и молча отвязал одну руку. Шторм ждал, что он продолжит отвязывать и все остальное, уж тогда бы он поплатился за все, но вместо этого, блондин, покончив с одной рукой, прожигом вылетел из комнаты, а после из дома. - Стоять! – Джексон только и успел крикнуть вслед сбегающему Молнии, но догнать он его не мог, потому что только закончил отвязывать руку.