Oblivion

Только проснувшись, Вэй Ин ещё даже не успел опомниться, когда с трудом прояснившееся зрение подсказало — что-то не так. Веки были тяжелее каменного изваяния, тем не менее, он смог разглядеть высокий потолок, и лампы, подвешенные с восьми разных сторон. Однако, ни одна из них не горела и то, что Вэй Ин смог их разглядеть, было очень странно — кругом стояла кромешная мгла. Опустив взгляд вниз, Вэй У Сянь заметил, что облачен во всё те же одеяния, цвета коего отличить уже не получалось из-за всей той грязи, которую он благополучно игнорировал вот на протяжении, как оказалось, нескольких месяцев. Чёрная флейта лежала возле подушки и её кисточка щекотала шею. При взгляде направо обнаружился статный молодой мужчина, точнее, дорогой друг, сидящий возле кровати и обеспокоенно смотрящий на Вэй Ина. Вплоть до сегодняшнего дня, при пробуждении Вэй У Сянь видел несказанно «живописные» картины, представляющие собой «сказочное» зрелище: коль мужчина лежал на спине, видел лишь тьму, подобную ночному небу, а уж если ему не везло перевернуться на бок или, не дай бог, на живот, то пейзаж первым делом был ещё более… красочным. Да и ещё одним существенным отличием являлось то, что лежал Вэй Ин не на мертвецах и не на своём дорогом друге, как когда он засыпал, а в кровати. В самой настоящей кровати. … Ему самому не верилось… Сверху Вэй У Сянь был заботливо прикрыт одеялом, благодаря чему впервые за долгое время испытывал невиданное тепло. «Серьёзно?» — со смешком подумал Вэй Ин и приподнялся на локте. В комнате было темно, однако её освещал камин с огнём, в который так заботливо были подкинуты дрова. — Еще немного и я не захочу возвращаться в мир живых, — захохотал Вэй Ин. В ответ на его слова темнота в углу комнаты сдвинулась. Позже Вэй Ин обнаружил, что выйти из дома просто так не получиться, так как комната стояла высоко в воздухе, на тёмной энергии преображённой в знакомые ему скалы. Внутри Вэй Ин присел У огня и сразу же заметил, как позади него поставили корзину с фруктами и сосуд Улыбки Императора. Вэй Ин отозвался благодарностью, однако ответом ему опять-таки послужила тишина. «Эх, знал бы я что тут можно устроить домик, не спал бы на трупах столько времени!» «А что если» — Внезапно шальная мысль мелькнула в его голове. — Эй, дружище, раз тебе нипочём создать комнатку, так почему бы не сделать и другие комнаты? — Вэй Ин вскочил и подошел к стене. — Давай, уверен, тебе не сложно! — ответа не было и Вэй У Сянь задумался. Описанная Вэй Ином конструкция, а именно, вторая комната, тут же преобразилась из теней и Вэй Ин весело вышел за дверь, вот только за пределами новой комнаты его вновь ожидали высокие скалы. — Ну не могу же я тебе всё разъяснять? Тьма зашевелилась, после чего словно робея, сузилась. — В таком случае, может… не знаю, заглянешь в свитки и рукописи по строению? Я сам в жизни построил лишь небольшие хижины, и то не без помощи Вэнь Цин!.. Ну ладно, понял я, понял! «…» — тьма словно воззрилась на него с недовольством и Вэй Ин поспешил ответить: — Да что угодно, пусть тут будет коридор. Длинный такой, с деревянными половицами, как было в Пристани Лотоса… Так лучше? Невзирая на пренебрежительное отношение Вэй Ина, не прошло и секунды, как тьма, подобно чёрной воде, растеклась по бокам от Вэй У Сяня. Она просачивалась, самостоятельно находя пути и в какой-то момент чёрным пламенем взвилась ввысь, в трёх метрах от Вэй Ина, после опять растекшись лужей. После того как чёрная «вода» поместила Вэй У Сяня в свои оковы, как в клетку, она расселась, после чего взору Вэй Ина предстал коридор, широкий и длинный. «…» — Серьёзно? — глаза Вэй У Сяня заблестели, подобно звездам. Бегая по коридору Вэй У Сянь за одно приговаривал: «Тут бы устроить это, там окно не помешало бы. А здесь…», Вэй Ин застыл у конца тёмного коридора. — А тут неплохо бы устроить мне ванну. Я не мылся уже целую вечность! Одежда действительно была чище, благодаря его другу, потакавшему Вэй Ину во всём, но все же пот и грязь никто отменять не собирался. Да и поплескаться в горячей воде (а не в крови), звучало заманчиво. Стоило лишь немного пофантазировать, как перед его носом возникла еще одна дверь. Ухмыльнувшись, Вэй У Сянь ступил туда. В нос сразу ударил знакомый запах. Тёмную, как ночь, ванну освещало красным алое пламя фонарика. Из источника исходил пар, а, заглянув в воду Вэй Ин с облегчением заметил, что это действительно вода, а не кровь. Наспех раздевшись и кинув на пол своё грязное тряпьё, Вэй Ин опустился в воду заодно потягиваясь всем телом. «Вот это жизнь!» пронеслось у него в голове. «Глупец! Почему я ещё в самом начале не попросил его об этом, а вместо того ночевал в том вонючем месте!» Казалось, давно забытая лёгкость, обретаемая телом под горячей водой, теперь заполнила Вэй У Сяня с ног до головы, вызывая в нём пьяную радость. В подобном состоянии блаженства Вэй У Сянь провёл без малого полчаса, пока хорошо знакомый шорох не вывел его из пучины забытья. Ему не надо было даже повернуть головы, чтобы знать, кто находиться за его спиной. Странное предчувствие внезапно кольнуло его прямо в сердце. Конечно же, Вэй У Сянь знал, что его дорогой друг даже под страхом смерти не причинит ему — Вэй Ину — вреда, тем не менее, нагнетающая обстановка, полумрак комнаты и молчаливый пристальный взгляд за спиной заставили мурашки вновь пробежать по позвоночнику. Не в силах терпеть от самого себя такие глупые мысли, Вэй У Сянь с головой погрузился под горячую воду. Мысли о мире, который он оставил, снова и снова возвращались к нему, не давая спокойно отдохнуть. Мысли об Ордене Юнь Мэн Цзян и о том, как Цзян Чэн может нуждаться в нём. Мысли о маленьком Жу Лане и Лань Юане, встреченными во время путешествия в мир живых. Мысли о Лань Чжане. Почему? Почему он играл расспрос в дали от других? Почему улыбка его брата была такой грустной. Почему его траурные одежды выглядели ещё траурнее, чем обычно, будто Лань Чжань потерял любимого человека? Почему смотрел столь грустными глазами на Вэй У Сяня? Воздуха стало катастрофически не хватать и Вэй У Сянь вынырнул вместе с брызгами. Во время Осады многие погибли, он сам, в том числе. Может ли быть, что среди адептов Гу Су была избранница Лань Чжаня? Что если её, как и многих, разорвали Лютые Мертвецы? И поэтому Лань Ван Цзи играет расспрос для Вэй Ина? Вэй У Сянь поморщился и приоткрыл глаза. Тут же перед его взором предстали яркие дьявольские огни, что с волнением смотрели на него в упор. Тёмная фигура, что до этого стояла за его спиной, теперь склонилась через воду и смотрела на Вэй У Сяня, не смея касаться. — Я слишком долго был под водой, вот ты и забеспокоился обо мне, да? — усмехнулся Вэй Ин. — Не волнуйся, я не стану топить себя, — засмеялся он, а фигура лишь сузила глаза, словно не поверила, после чего и вовсе их прикрыла. — Как насчёт того, чтобы присоединиться ко мне? — шутливо произнёс Вэй У Сянь, а перед его мысленным взором нарисовалась картина, как они с его дорогим другом трут друг другу спинки и праздно беседуют о гнилом нутре очередного мертвеца. Вэй У Сянь захихикал от подобных мыслей. Однако, шутка была не оценена и нависающая над ним тьма стеклась в воду и на секунду Вэй Ин хотел было запаниковать, но когда увидел, что она снова приняла размытую человеческую форму и теперь смотрела на него из-под водной глади. — И всё же, за что ты злишься на меня? Потому что я тебя эксплуатировал как мне хотелось? — Другого объяснения Вэй Ин не мог найти, но фигура никак не отозвалась. — Нет? — Удивленно заметил Вэй Ин. — За что тебе ещё на меня злиться? Я не понимаю… Алые огни фигуры сузились и Вэй Ин почувствовал неприятный запах гнили. Видимо, его расспрос вызвал у дорогого друга те воспоминания, которые ему хотелось забыть. Внезапно из простой чистой воды Вэй Ин оказался крови. Там снова плавали остатки человечины. Вэй У Сянь уже хотел вскочить, когда что-то удержало его за руки и потянуло вниз. Он хотел воспротивиться, но сила костлявых рук превышала его собственную в несколько десятков раз. Его беспощадно тащили в кровавый омут и последнее, что он увидел, прежде чем отрубиться, это тьма. Настолько беспросветная, что даже самый маленький свет казался иллюзией.