Flick of the wrist

Фредди боязливо постучал в дверь. Этот звук был робким, еле слышным. — Войдите! — послышался слабо проникающий голос через дубовую дверь. Фредди уверенным и спокойным шагом вошёл в кабинет, излучая слегка наигранную решительность и самодовольность, пытаясь таким образом скрыть наростающее волнение. — Ах, это вы, — растянул свои губы в слащавой улыбке мужчина средних лет, будто ожидал увидеть кого-то другого. Но увидев Фредди, незнакомец сразу стал более раскованным и веселым. — Проходите, садитесь, мой мальчик, — предложил он, жестом указывая на стул рядом с письменным столом. Молодой человек присел и довольно строгим деловым тоном спросил: — Вы хотели меня видеть, господин Митчелл? Господин Митчелл был слегка развернут спиной к Фредди, сложив руки за спину. На его почти полностью лысой голове блестел пот, а складки на шее, собравшиеся в гармошку, подрагивали. По всей видимости, разговор был важен для Митчелла и он изрядно волновался по этому поводу. — Фредди, мне кажется, вы слишком напряжены, — пытался снять неловкость собеседник. — Может чай, кофе, виски? В конце концов, я не пригласил вас ко мне для пыток, — попытался пошутить господин Митчелл, но Фредди не разделял его чувства юмора и напрягся ещё больше. Он чувствовал что-то неладное. Будто вот-вот на его шею упадёт острое лезвие и разрубит позвонки. Как смертник, в вынужденном ужасающем ожидании ждёт высшей меры наказания. — Вы ещё слишком молоды, Фредди, и впереди вас ждёт блистательное будущее, поверьте. Какой невероятный в вас заложен потенциал! Вы могли бы стать настоящей рок-звездой, легендой. Часто ли вам говорят об этом? — нараспев говорил мужчина. Фредди в этот момент подумал, что, действительно, никогда не слышал от других нечто подобное. Эти слова его вдохновляли, однако в этот момент совсем не радовали, а пугали. Собеседник все понял и улыбнулся понимающей улыбкой: — Сколько вам лет? — Двадцать пять. — Чудный возраст… — мурчащим тоном произнёс Митчелл. — Мальчик мой, ведь вы создали «Queen» не для того, чтобы до конца своих дней играть в пабах? Со мной можете быть откровенны, ведь вы хотите собирать стадионы? Хотите, чтобы ваши песни были притчей у всех на устах? В конце концов, я напомню, что вы едва собираете деньги на съемное жилье. Достаточно ли будет денег для жизни? Разве вы представляете свое будущее таким убогим? Здесь Митчелл попал в точку. Все тайные желания Фредди этот тип только что извлек из тьмы на свет, отчего парень ощутил себя так, будто его поймали с поличным. И от услышанного ему стало безумно стыдно, как будто вслух были озвучены самые пошлые эротические фантазии Фредди. — Да, вы правы, совсем не так, — эта фраза была произнесена с большим усилием, словно не хватало дыхания. — Вы знаете, кто я, и зачем вас сюда пригласил? — в его голосе появились стальные нотки, а прежняя веселость и некоторая колкость полностью испарилась. Ощущалось, что вот сейчас он и скажет нечто неотвратимое, как приговор. — Да, вы господин Митчелл, занимаетесь продюссированием талантливой молодёжи. — Не совсем. Я добрый друг, который искренне восхищается вашим талантом и творчеством, — пытался смягчить тон мужчина. — Фредди, я хочу сделать вам одно предложение, — вкрадчиво и осторожно говорил Митчелл. — Что это за предложение? Митчелл резко нагнулся над столом, оперевшись об него кулаками и с возбуждением очень быстро стал объяснять: — Я сделаю из тебя звезду. О Фредди Меркьюри и о «Queen» не будут говорить разве что только те, кто не в состоянии вымолвить и слова. Каждый ныне живущий человек и их потомки будут вспоминать о тебе, как о легендарном музыканте. У каждого в фонотеке будут лежать будущие песни и каждый будет знать, как звучит твой голос. Огромные стадионы, овации, бешеный рев восхищённой толпы. Слава… — на этом слове он зловеще опустил тон голоса до шепота, — а ещё деньги, очень большие деньги. Разве не об этом ты мечтаешь? Фредди, пытаясь осмыслить услышанное, потупил невидящий взор куда-то в стену. Это было как-то слишком просто для исполнения мечты всей его жизни. Ведь должен быть подвох, разве все это может ворваться в его жизнь так легко и непринуждённо? — Чего же вы хотите взамен? — быстро угадал его ход мыслей Фредди. — Совсем немного, — пошло улыбнулся Митчелл, — вашу молодость. — Простите? — недоуменно спросил парень. — Фредди, вы сказочный человек. Мечта. Я влюбился в вас сразу как увидел… Уже на слове «сказочный» Фредди ощутил какую-то фальшь. Весь этот пафос изрядно напрягал, и он уже не верил в искренность его побуждений. — Вы станете моим любовником, а я сделаю из вас легенду! — с истеричным нетерпением продолжал мужчина. — Нет, нет… Это невозможно! Сердце Фредди колотилось как бешенное одновременно и от восторга, и от безысходности. Ведь если он согласится, может исполниться мечта всей его жизни. Но в тоже время, броситься в объятия этого мужчины — полное сумасшествие. Фредди не считал себя геем. Он был уверен в своей гетеросексуальности. Но этот напор заставил мужчину задуматься об этой части своей личности. Возможно, такие мысли пришли бы в голову любому человеку на его месте. Ведь это было так соблазнительно и так отвратительно одновременно. — Вы не так меня поняли, у меня нет таких наклонностей, — пытался оправдаться Фредди, но голос предательски дрожал от неуверенности. — Какая разница, это ли имеет значение? — непонимающе спросил мужчина. Этот вопрос поставил его в тупик своей очевидной несуразностью. Фредди любил Мэри, да и не замечал ранее сексуального влечения к мужчинам. — У меня уже есть любовь всей жизни, — сухо ответил парень, — большего мне не нужно. — Большего тебе не нужно? — рассмеялся Митчелл зловещим смехом, от которого Фредди стало совсем нехорошо. — Значит хочешь дальше горбиться грузчиком в Хитроу? Да ты просто глупец! — победоносно воскликнул мужчина. А затем ядовитым тоном продолжил: — Думаешь, сам пробьешься? Да ты залезешь в такие долги, пытаясь записать хоть пару песенок, что будут и дети и внуки твои выплачивать. Уж это я тебе обещаю. — Не надо мне угрожать, — спокойно ответил Фредди. Митчелл снова залился хохотом: — Да кто же тебе угрожает? Я всего лишь говорю правду жизни. А она, как известно, не всегда приятная. Ты и сам убедишься, как загнешься, выбрав какую-то призрачную мораль, которой и на свете не существует. Не строй из себя святую невинность, это долго не продлится, — самодовольно чеканил Митчелл, будучи уверен, что птичка уже в его когтистых лапах и трепыхается просто для вида. Ведь внутренним чутьем понимает — неотвратимость уже дышит над ухом. — Я не брошу Мэри, — тихо ответил Фредди. — Тебе обязательно нужно с ней спать? Почему бы не остаться просто друзьями. В этом, значит, заключается твоя порядочность? — усмехнулся Митчелл. — Я люблю ее. — Послушай, мальчик мой, это ты должен уговаривать меня, а не я тебя! Для Фредди это выходило за рамки дозволенного. — Так значит, вы хотите, чтобы я в следующий раз пришёл к вам и умолял согласиться на эту сделку? Этого не будет. Простите, я должен идти. Внутри Фредди разгорался огонь гнева такой силы, что сжёг бы наверное к чертям весь близлежащий квартал, если бы вырвался наружу. Но он совсем не хотел устраивать этих нелепых и неуместных сцен, и всячески сдерживал свои порывы за напускным кажущимся хладнокровием. — Как пожелаете, мистер Меркьюри, — насмешливо ответил Митчелл. «Ничего, ничего, припечет — и приползешь», — подумал Митчелл, когда Фредди торопливо вышел, громко хлопнув дверью.