Зашей мою душу

      Вся дорога была окутана шлейфом из маленьких песчинок. Пыль тонким слоем осела на шерсти мустанга, который мчался в королевский сад. Орион скакал настолько быстро, что, казалось, если бы светловолосая ухватилась за ветку, то вырвала бы целое дерево. Солнечный луч, словно стрела, пронзил карий взгляд, и пару минут герцогиня пыталась сосчитать солнечные блики, что заменили красочный пейзаж. Люси несколько раз моргнула прежде, чем в ужасе остановить коня в миллиметре от Эльзы. — Г-госпожа, — шокировано произнесла красноволосая. — О, Боже, ты в порядке? — испуганно спросила леди.       Блондинка аккуратно повернула корпус и слезла с коня, но тут же была остановлена мужскими руками, которые притянули девушку к себе. Лёгкий азарт в зелёных глазах никуда не исчез, и горячие губы легко перехватили удивлённый вздох. Герцог сплетал их языки в жарком танце, прикусывал пухлые губы, его ладони бережно прижимали кареглазую к себе, а клыки слегка задевали и без того зацелованные губы. — Я поймал тебя, — ухмыльнулся Нацу, подмигивая своей жене, — Жерар, Эльза, — кивнул Драгнил. — Господин, — в унисон произнесли они. — Подожду тебя в спальне, — прошептал мужчина и убрал лепесток в пшеничных волосах прежде, чем отвести Пепла в стойло.       Бледное личико начинало приобретать алый оттенок, Люси руками коснулась своих щёк, которые по ощущению были сравнимы с раскалённым углём. Леди взглянула на случайных свидетелей и слегка дёрнула поводья, чтобы мустанг начал двигаться. — Кхм, Эльза, на сегодня можешь быть свободна, — блондинка надеялась, что она это сказала без смущения на лице.       Шляпа была опущена чуть ли не до переносицы, и герцогиня прекрасно ощущала, как горят её уши. Ох, Всевышний, спасибо, что на улице не было Его Высочества и Игнила. Орион смиренно остановился возле высоких деревянных ворот. Смотритель стойла тут же повёл упирающегося коня в стойло, где его ждали мокрая мочалка и ведро с пенной водой.       Ноги еле ступали по огромным коридорам, и Люси готова поклясться, что сейчас было невыносимо жарко. Острые ноготки расстегнули верхние пуговицы на рубашке, но лучше не стало. Светловолосая медленно поднялась на второй этаж, с тихим скрипом открыв дверь в покои.       Комната встретила хозяйку приятным ароматом лаванды, который окутал каждый уголок помещения, обладательница карих глаза повернулась направо, замечая, как герцог наслаждается пенной ванной со стаканом холодного виски в руке. — Присоединишься? — спросил мужчина, медленно поднося стакан к губам, — Или всё ещё злишься? — на его губах появилась ухмылка, и обжигающий напиток оставил приятный вкус во рту. — К-как ты мог? Там же были люди?! — воскликнула леди, беря со стола свой веер, — Нацу, мне было ужасно стыдно, — она блаженно закрыла глаза, когда поток еле ощутимого ветра приятно обдувал её кожу.       Герцог слегка привстал и резко притянул Люси к себе, прикасаясь губами к раскалённой коже. Пальцы медленно избавили женское тело от грязной рубахи и ловко расправились с застёжкой на штанах. Нацу, ухмыльнувшись, смотрел, как герцогиня даже не смела шелохнуться, пока его рука блуждала по влажному телу. Кто бы мог подумать, что эта чертовка будет сводить Драгнила с ума лишь одним видом? Шершавый язык прошёлся по верхней губе, пытаясь добавить больше влажности в эту жаркую комнату. Лёд звонко ударился о стенки стакана, который был аккуратно поставлен на деревянный пол. Розововолосый с лёгкостью спустил панталоны, которые Эшли бережно пошила для того, чтобы юная леди смогла носить их под брюки. — Залезай ко мне, — прошептал мужчина, касаясь укусов на оголённой груди, — Я специально попросил набрать ванну побольше, — он помог девушке сесть в тёплую воду, — Виски? — Я не пью крепкий алкоголь, — выдохнула белокурая, откидывая голову на мокрое тело мужа. — Тогда может вино? — поинтересовался мужчина, щёлкая холодным бокалом по носу девушки.       Этот момент не хотелось прерывать не при каких обстоятельствах, даже если наступит конец света, леди определённо будет рада попрощаться с жизнью именно так. Холодный напиток будто грел саму душу, слегка морозя тонкие пальцы, которые крепко держат хрусталь в руке. Леди положила свой локоть на мужскую коленку и томно вздохнула, когда мозолистая ладонь начала поглаживать её бедро.       Алкоголь, любовь и щепотка зажжённой страсти, что может быть лучше? Герцогиня поставила пустой бокал на пол и приподнялась в поисках хоть какого-то средства для волос. — Не это ищешь? — спросил Нацу, болтая в руке маленький флакон с вязкой жидкостью, — Вернись на место, я помогу. — Я слышала это на поляне, — вспомнила она. — Не волнуйся, — вздохнул Драгнил, заставляя её силой вернуться в прежнее положение, — Если я захочу повторить то, что было на поляне, ты точно не сможешь отказать.       Ароматная смесь покрыла ладони герцога, который начал тщательно массировать кожу головы своей жены. Её волосы были настолько длинными, что с лёгкостью можно было соорудить целый замок. Пару минут зелёноглазый втирал эту жидкость, тем самым создал настоящую пенную вселенную. — Ныряй и смывай. Можешь нырнуть лицом вниз, — ухмыльнулся розововолосый, смотря на густо покрасневшую блондинку.       Как только волосы наконец избавились от песчинок земли, девушка спокойна смогла расслабиться в объятьях любимого мужа. Алкоголь в бокале покачивался из стороны в сторону, пока светловолосая тихо смеялась над тем, как Нацу пытается убрать её длинные волосы со своего лица.       Время близилось к вечеру, солнце прощалось последними лучами, а лёгкий ветерок начинал проявлять власть в новых владениях. Запах свежести полностью заполнил комнату, тело покрылось мурашками из-за внезапной прохлады. — Пора вставать, пока ты не подхватила простуду, — выдохнул герцог.       Кареглазая вылезла из ванны, укутываясь в белоснежное полотенце, потом она взяла ещё одно на деревянной тумбе и протянула Нацу, который завязал его на своих бёдрах. — Нас пригласили на ужин, поэтому пора собираться, — мужчина подошёл вплотную к блондинке, приподнимая острый подбородок. — Госпожа! — за дверью раздался шум, и девушка, накинув халат, пропустила камеристку в свои покои, — Простите, но я должна помочь Вам собраться.       Люси лишь успела кивнуть прежде, чем Элизабет отвела леди в комнату напротив. Помещение было до жути похоже на гардеробную её матери: столько вещей и косметики, солнечный свет освещал каждую драгоценность, каждый узор, аккуратно вышитый на одежде. Камеристка вытянула из шкафа длинное изумрудное платье, которое было обшито лепестками роз, но они были чуть темнее своего природного цвета. Глубокий вырез доходил до ложбинки груди, но на место этой «пустоты» была вшита хлопковая часть белоснежной рубашки, с кружевным рюшками вокруг пуговиц. Герцогиня была рада, что практически все участки кожи будут закрыты, даже рукава доходили до кисти, а это значит, что все укусы и засосы будут находиться под плотной тканью.       Леди надела панталоны, после чего натянула чёрные чулки, и служанка аккуратно завязала шнурки длинной сорочки. Платье было слегка пышновато, к несчастью, корсет в этом одеянии был хуже всех предыдущих: нужно подчеркнуть талию и все изгибы женского тела, ведь обычно из-за фижмы, которая придаёт объём, корсет не нужно затягивать до упора. — Простите, но я не могу ослабить его, — прошептала Элизабет, когда закончила с платьем, — Вы очень красивы, герцогиня. — Благодарю, — улыбнулась Люси, смотря на девушку, — У тебя прекрасные волосы, — произнесла она, слегка присмотревшись к камеристке. — В-вы льстите мне, — служанка раскраснелась, — Позвольте мне заняться Вашей причёской. —Но они мокрые… — Не переживайте, я подсушу каждый локон полотенцем, а влажность лишь придаст Вам особый шарм.       Кареглазая села за стол и смотрела в зеркало, внимательно наблюдая за движениями рыжеволосой. Пальцы ловко перекидывали пряди, не прошло и пары минут, как из длинных локонов образовались несколько косичек. Элизабет сделала небольшую корзинку из волос, куда спрятала практически всю длину и повытаскивала концы кос. Девушка аккуратно закрепила несколько драгоценных камней на причёске, в завершении она слегка припудрила лицо блондинки и подкрасила розовые губы. — У тебя талант, Элизабет, — ахнула Люси, — Можешь отдохнуть, сегодня ты хорошо потрудилась. — Б-большое спасибо, — поклонилась служанка.       Тихий стук каблуков разнёсся по пустому коридору, маленький носик слегка сморщился из-за запаха газа, потому что сейчас он обеспечивает лампам огонёк. За окном начинало смеркаться, удивительно, насколько быстро прошёл этот день. Женские пальцы прикоснулись к губам, вспоминая события, что произошли сегодня. Придерживаясь железных перил, леди медленно спустилась вниз, слегка придерживая своё платье.       Герцогиня вошла в огромную комнату, что была размером с тронный зал. Большие хрустальные люстры находились практически над самим столом, что вот-вот сломается под такой тяжестью различных блюд. Девушка присела в приветственном реверансе и села возле своего мужа, который любезно выдвинул стул блондинке. Трапеза уже началась, но как только Люси хотела потянуться за едой, Нацу опередил белокурую и насыпал в тарелку все блюда на этом столе..       Была ли это забота? Конечно! Мужчина сегодня осознал, что притягивающие упругие бёдра слегка уменьшились в объёме, а талия стала тоньше настолько, что можно сосчитать рёбра лишь одним взглядом. Обычно, когда идёт приём пищи, не слышно почти ничего, но сейчас этикет явно никого не заботил, и это нельзя считать грубостью или невежеством, просто иногда соблюдать правила надоедает, так что по-настоящему расслабиться можно лишь в тесном кругу семьи. Герцог бдил за ужином своей жены, а также успевал обсуждать политику с отцом и Лексусом.       Минут через двадцать мужчина смог осознать, что волнуется за Люси, за эту недавно раздражающую девчонку он волнуется! Это немыслимо, ведь обычно Драгнил придерживается строгих правил, которые выцарапаны у него в голове. Разум, словно колокольня, напоминал розововолосому об этом, но сердце, что никогда не вступало в разногласия организма, сейчас явно побеждает в схватке с его мыслительными способностями. «Я влюблена в тебя, Нацу»       Белоснежная улыбка скрылась за хрусталём, где мелодично играл лёд в дуэте с крепким напитком. Возможно, нужно быть сдержанней в публичных местах, но чувства, эмоции, да всё, что связано с этой любовью, невозможно скрывать! Ещё и секс, раньше мужчина мог думать о любой женщине на этой Земле, а сейчас? Самую желанную и страстную ночь герцог представляет лишь с Люси, лишь с этой чертовкой: только из её уст можно услышать, насколько сладко звучит его имя. Почему никто не предупреждает, что любовь сравнима с сумасшествием? — Нацу, ты слышал? — переспросил Игнил. — Нет, ты что-то говорил? — очнулся мужчина, отрезая кусок сочного стейка. — Да! Я говорил, что хочу внуков! Сам понимаешь возр… — О боги, отец, — выдохнул Драгнил, беря бокал в руки. — Что «отец»? Тебе нужен наследник, — не останавливался красноволосый, — Вот ты, Люси, как считаешь? — Не отвечай, — прервал её зелёноглазый, — Кана родит, сможешь принять участие в воспитательном процессе. — Было бы чудесно, если наши дети смогут подружиться, — улыбнулась королева. — Может герцогиня боится, что не сможет родить, — вдруг сказала Агнесс, — Её организм юный, слабый…       Тот огонёк веселья в миг погас, и все удивлённо взглянули на брюнетку. Даже Нацу, который раньше слышал оскорбления намного хуже этого, просто не мог поверить, как можно позволять себе такую мерзкую манеру общения. — Когда я путешествовала, то видела, как девушка такого возраста избивала своего ребёнка….       Улыбка с лица Люси медленно сползла, кожа покрылась табуном мурашек, а во рту образовался неприятный привкус недавно съеденной еды. — … и представляете, мне сказали, что такое часто бывает, когда рожают в юном возрасте из-за боли, переживаний, они понемногу сходили с ума…       Возле уха раздался треск, блондинка с бледным лицом повернулась к мужу, который сдерживался из последних сил, чтобы не устроить настоящее стихийное бедствие. Её рука медленно накрыла сжатый кулак розововолосого, как бы успокаивая его, хотя в поддержке сейчас нуждался явно не он. —… вспомнила! Она хлестала ребёнка шамбоком, бедный мал…       Леди резко вскочила из-за стола, стараясь сдержать рвотный рефлекс. Герцогиня выбежала из комнаты и что есть сил побежала в туалет. Дрожащие колени коснулись холодного пола, вспотевшие ладони вытирали слёзы, пока девушка пыталась откашляться от остатков непереваренной пищи. — Госпожа? — воскликнула Элизабет, — Вы в порядке? Пожалуйста, выпейте воды.       Стакан просто был откинут в сторону, вдребезги разбиваясь на осколки, по ощущениям она словно вернулась в свой старый дом. Люси опустила голову на колени, громко рыдая, блондинка так испугалась, что сейчас вся эта жизнь исчезнет, а вместо чудесного сна она попадёт в сущий Ад, в котором не сможет даже вздохнуть без разрешения. — П-пож-ж-ал-луйста… Оставь… Меня. — Как я могу? — испуганно спросила служанка, в страхе наблюдая за госпожой. — Прочь, Элизабет, просто уходи! — крикнула леди, — Пожалуйста, — просипела она.       За столом воцарилась тишина, которая была прервана звонким треском. Ладонь мужчины окрасилась в алый цвет, по пальцам стекали капли виски, а осколки хрусталя звонко падали на мраморный пол. — Агнесс, — угрожающе начал король, — Мне отрезать тебе язык? — Лексус громко ударил ладонью по столу, — Как ты посмела так оскорбить герцогиню?! Она выше тебя по статусу, ты даже дышать в её присутствии не имеешь права! — блондин снёс посуду со стола, — Ты наказана, марш в комнату, и чтобы молила Люсьену простить тебя, — прорычал он.       Нацу удивлённо смотрел, как девушка спокойно встаёт из-за стола и разворачивается в сторону гостевых покоев. — Ты не услышала? — холодно спросил Драгнил, — К себе в комнату, — повторил герцог, — И это всё, Лексус? Всё наказание? Она оскорбила мою жену, а значит, задела всю мою семью, и всё, что ты можешь сделать, это послать эту девку в комнату?! — Прости, но я сейчас хочу пойти извиниться перед герцогиней. Почему вы так скалитесь на меня, думаете, она такая правильная? — рассмеялась Агнесс, — Сегодня в саду она ударила меня!       Брюнетка что-то увлечённо рассказывала, начиная повышать голос и вести себя как маленький ребёнок. Однако мужчина не обращал на это внимание, в его голове засела фраза: «Она ударила меня». Розововолосый откинул свой стул и, замахнувшись, дал девушке пощёчину. — Нацу! — вскочил Его Высочество, — Твоя жена так же винов… — Виновна?! — взорвался он, — Спроси Кану, что произошло там! Узнай всё до мельчайшей подробности, — рычал герцог, — И если это животное не накажут по всей строгости, я клянусь господом, Ваше Высочество, я лично снесу ей голову, — пригрозил мужчина, — А ты, — разгневанный изумрудный взгляд был направлен на Агнесс, — Только подойди к моей жене, и я ударю тебя в разы сильнее, — Драгнил присел на корточки, грубо хватая мокрые щёки, — Шлю-ха, — выплюнул тот и быстро покинул испорченное мероприятие.       Слёзы, подобно каплям утренней росы, падали на пол, а волосы были похожи на птичье гнездо: каждая прядь торчала в своём направлении. Люси сидела, прислонившись к холодной стене, карий взгляд смотрел вперёд, такой пустой, что сравним с самым глубоким колодцем. «Прикусывай, и чтобы ни звука»       Плечи содрогнулись, и солёное цунами вновь захлестнуло женское тело. Воспоминания душили, словно закинутый мешок с тугим узлом на шее. Дрожащие ладони старались стереть слёзы, но это всё было похоже на бесконечную попытку остановить водопад. Это было так глупо, думать, что графиня любит её, любит, как дочь, а не как выгодную сделку. Во рту образовался металлический вкус, леди глубоко вздохнула, осознавая, что в очередной раз прикусила свою губу.       В комнате раздался громкий грохот, её взгляд старался сфокусироваться на человеке, который закрыл их спальню. Всхлипы возобновились, когда на колени перед блондинкой опустился Нацу. Тёплые ладони прижали дрожащее тело как можно ближе к себе, её руки с силой сжимали мужской фрак, а слёзы оставили разводы на хлопковой рубашке. — Она била меня, — шептала герцогиня, — Так больно била, Нацу, — расплакалась Люси. — Я знаю, милая, знаю, — бархатный голос был сравним с тёплым пледом, — Давай я помогу тебе раздеться. — Т-ты не можешь знать! — вскрикнула она, — Я не могла спать на спине, понимаешь, столько крови, господи, было столько крови, — светловолосая оттолкнула Драгнила, поднимаясь на ноги, — В том доме я-я-я д-даже не жила, у меня как будто не было кислорода, — кареглазая подошла к выходу, наступая на осколки, — Та мазь, которую я наносила на твою спину, она была для того, чтобы лечить эти ужасные разводы на моей спине.       Герцог ошеломлённо смотрел на свою жену, которая начинает ломаться, подобно тонкой соломинке. Её башмачки скользнули по мокрому полу, женские руки не успели ухватиться за деревянную полку, и с громким грохотом кареглазая упала на осколки. — Чёрт, — прошипел розововолосый, перед тем как поднять белокурую леди, — Держись за меня, Люси, я не хочу уронить тебя.       Мужчина аккуратно поставил герцогиню на пол и снял с неё платье, после чего попросил слуг принести медикаменты. Нацу смотрел на этот сжатый комок, закутанный в шёлковые простыни, он бы никогда и подумать не мог, что столь юная девушка прошла по самым тернистым тропам, что встречаются на жизненном пути. Герцог взял с рук дворецкого жестяной поднос и маленькую миску с водой. — Вставай, я обработаю твои раны, — Люсьена протянула свою руку, — Ты не должна больше плакать, Люси. Пора бы уже отпустить своё прошлое, сейчас ты под защитой семьи Драгнил, под моей личной защитой, слышишь? — спросил зелёноглазый, чмокая дрожащие ладони, — Я никогда не мог представить, что такое любовь, но ты то и делаешь, что постоянно связываешь меня этими узами, — мужчина тихо прыснул в кулак от удивлённого заплаканного лица, — Я люблю тебя, поэтому пообещай мне плакать лишь из-за моей любви к тебе, — ухмыльнулся герцог. — У тебя кровь, — прошептала леди, вытирая солёные дорожки от слёз, — Я помогу тебе… — Нет, ты ещё слаба, — нахмурившись, напомнил он. — Я честно больше не буду плакать, поэтому позволь мне помочь тебе.       Женские ножки коснулись пола, белая сорочка испачкалась красными пятнами, и герцогиня положила окровавленную ладонь к себе на колени, понимая, что вещь всё равно нужно будет стирать. Водой она смыла кровь с раны, специальным инструментом леди убирала осколки, что остались после стакана с виски. Маленький носик предательски защипало, и светлые локоны метнулись вслед за головой, которая пыталась сбросить все эти переживания. — Н-нацу, прости мен… — Чш-ш-ш, давай просто посидим в тишине, — прошипел Драгнил, когда кожи коснулась обеззараживающая жидкость. — П-просто, — всхлипнула леди, прикусывая и без того израненную губу, — Просто, я тоже люблю тебя, — она положила голову на мужское плечо, чтобы герцог не смог увидеть последние капли слёз на покрасневшем лице.

Люди плачут не потому, что они слабые, а потому, что они были сильными слишком долгое время. Джонни Депп