Мстители: Возмездие

— Занятная история, — наконец сказала Хела, прослушав подробный рассказ о проигранном сражении с титаном и его полчищами. Услышанное заставило дочь Одина существенно пересмотреть свои взгляды на предстоящую битву. Теперь она начинала понимать, что одолеть Таноса и забрать вожделенные камни будет крайне сложно. Возможно, это будет самой тяжелой схваткой в ее долгой и крайне насыщенной жизни. И нет никакой гарантии, что все закончится очередной победой. Все взгляды были прикованы к ней. Богиня Смерти чувствовала их нетерпение, но продолжала бесстрастно разглядывать пейзаж за окном. — Что ты обо всем этом думаешь, сестра? — осторожно поинтересовался Тор. Отрешенность Хелы начинала вызывать беспокойство. Сын Одина пока чувствовал себя неуютно рядом с ней даже несмотря на заключенное перемирие. Асгардианка резко повернулась на каблуках, чем в очередной раз изрядно пощекотала нервы особо впечатлительным. Произведенный эффект ей понравился — ведь людишки должны знать свое место и бояться ее гнева. — Вы попали в незавидное положение, — прямо сказала Хела. Она не любила всех этих лицемерных уловок, которые были приняты во дворце отца. Царица Асгарда считала ложь уделом трусов и слабаков, не способных отстоять свои убеждения с помощью силы. — Чтобы все исправить, вам нужно найти Безумного Титана. Где сейчас этот выродок? — Мы этого пока не знаем, — честно признался громовержец. Ему было неприятно осознавать, что величайшие герои Земли практически ничего не сделали после катастрофы. Дочь Одина разразилась издевательским смехом. — Хороши спасители Вселенной. И как вы собираетесь победить его, если даже не знаете, куда нужно идти? — Ну, у нас есть план. Мы же Мстители, — с ухмылкой пожал плечами Тор. Богиня Смерти задумчиво почесала затылок. Таких бездарных союзников у нее еще не было. — Те, кто превратился в прах, не умерли. Действие перчатки вырвало их из нашей реальности и переместило в другую, параллельную микровселенную, которая находится внутри Камня Души. — Ты уверена? — с нескрываемым сомнением поинтересовался Тони. После встречи с Верховным Магом Земли он вдруг понял, что в сущности ничего не знает об истинном устройстве пространства и времени. Но, несмотря на это, теория о карманной вселенной, заключенной в одном из камней, как-то плохо увязывалась с действительностью. — Как Повелительница Царства Мертвых, я чувствую любое перемещение душ в пределах Девяти Миров. Поверьте мне, я бы сразу ощутила гибель такого количества живых существ, ведь одним из источников моей энергии являются души умерших. — С душами все более менее все понятно, а вот откуда такие познания о параллельных вселенных не совсем понятно. Может, просветишь нас? — продолжал напирать Старк. Он был готов поклясться, что сестра Тора что-то не договаривала. Мужчина научился распознавать такие вещи, когда вел дела своей компании. Во время переговоров партнеры частенько пытались утаить от него какие-то важные сведения. Забавно, но дочь Одина вела себя примерно также. По глазам Тони Хела поняла, что тот обо всем догадался и это было странно. Царевна никак не ожидала, что смертный, пусть даже такой умный, как Старк, сможет додумать то, о чем она умолчала. Скрывать эту тайну больше не было смысла, поэтому асгардианка решила все рассказать: — Вы никогда не задумывались, каким образом на планете со столь ограниченным развитием появились целых два Камня Бесконечности? Лицо Тора вновь приобрело хмурое выражение. — О чем это ты? Хела грациозно присела на край стола, вульгарно закинув ногу на ногу. Этот жест заставил Наташу нахмуриться, ведь никто кроме нее раньше не пускал в ход подобные штучки. — Наверное, ты сильно удивишься, брат мой, — начала дочь Одина. — Но ваш злобный приятель — далеко не первый, кому удалось собрать воедино все камни. Наш дорогой отец сделал это задолго до Таноса. — Он никогда мне об этом не говорил, — удивился громовержец, ловя на себе заинтересованные взгляды друзей. — А перчатка, которая хранилась в дворцовой сокровищнице, тебе ни о чем не говорила? — выпалила Хела, уже не сдерживая иронии. Теперь она понимала, что из всех качеств отца мальчишка унаследовал лишь силу и глупое благородство. — Такие артефакты не могли пройти незамеченными мимо Всеотца. С их помощью враги Асгарда получили бы мощное оружие, грозящее Девяти мирам полным уничтожением. — Если отец собрал все камни у себя, то, как они потом оказались разбросаны по всей Вселенной? — задал вполне логичный вопрос Тор. Бог Грома не мог поверить, что его рассудительный и мудрый отец пошел на недальновидный шаг и попросту растерял камни. Насмешливое лицо Хелы внезапно помрачнело. Некоторые, предполагая самое худшее, инстинктивно сделали несколько шагов назад. В воздухе повисло напряжение. Однако угрожающий рогатый шлем так и не появился, а сама асгардианка продолжала спокойно восседать на гладкой поверхности стола, задумчиво поглаживая свои черные волосы. — Даже разовое использование этих кристаллов серьезно влияет на своего обладателя, — отметила Богиня Смерти, после небольшой паузы. — Сам процесс требует колоссального количества жизненных сил и энергии. Именно поэтому Один и спрятал камни, когда понял, что те выходят из-под контроля. Исключение составил лишь Тессеракт. Он планировал отдать его мне, как весьма ценный инструмент для завоеваний. — Это все безумно познавательно, но может быть, обсудим реальные проблемы? — вспылил Ракета, деловито сложив лапы на груди. — Он прав, — вмешался Стив. Ему и самому надоело это длительное бездействие. — Итак, с чего начнем? Быстрее всех ответил Брюс, как главный специалист по гамма-излучению. — Как мы знаем, камни обладают определенным излучением. Их можно отследить. Кому-то нужно отправиться в космос и с помощью сигнатуры разыскать Таноса. Дело не из лёгких, но выбора нет. — И кто это сделает? — спросил Роуди. Ракета соскочил с кресла и решительно вышел вперед. Вид у него был очень воинственный. — Оставьте это дело настоящим профессионалам. Никто из вас не разбирается в космических полетах. Мы с Небулой разыщем ублюдка. А вы за это время придумайте способ его прикончить раз и навсегда. Теперь о деле. Мне понадобится подходящий корабль. Я уверен, что на вашей планете их полным-полно! — Вообще-то, не совсем. Наши технологии еще недостаточно развиты, чтобы свободно путешествовать в космосе, — заметил Брюс, заранее предполагая целый поток острот со стороны мохнатого пришельца. — Что? Ты сейчас серьезно? Даже гуманоиды со щупальцами вместо конечностей имеют свои корабли! — разошелся енот. — Похоже, я начинаю понимать, почему Квилл был таким недалеким. Вы все здесь просто чокнутые! Зверек продолжал осыпать проклятьями землян. Некоторые едва сдерживали смех, рвущийся наружу при виде этого зрелища. Неизвестно сколько бы продлилась эта забавная сцена, если бы Старк не решил вмешаться и утихомирить дерзкого енота. — Не кипятись. Есть у меня в гараже один любопытный экземпляр. Экспериментальный образец, так сказать. Думаю, он должен вам подойти. Только одно условие, — Тони предостерегающе поднял вверх указательный палец, — Даю его с возвратом. Как механик механику. Новости о корабле заметно остудили пыл Ракеты. Небула же и вовсе наблюдала за жарким спором, сидя в дальнем углу комнаты. Она вообще не проронила ни слова с момента выхода из медицинских лабораторий. В окружении героев девушка чувствовала себя абсолютно чужой, поэтому предпочитала отмалчиваться в сторонке и не привлекать к себе излишнего внимания. Слова Тони произвели неоднозначное впечатление. Сложные взаимоотношения двух лидеров вновь вышли на первый план. Правда, на этот раз первым масло в огонь подлил Кэп: — Какие еще сюрпризы ты припрятал, Старк? — с вызовом спросил Стив. Он был твердо убежден, что именно бесконечные секреты погубили команду Мстителей. О своих ошибках ветеран старался не вспоминать. Тони был не из тех людей, которые непременно подставят под удар вторую щеку. Миллиардер решил не оставаться в долгу и ответил своему бывшему другу в привычном стиле: — Сбавь-ка тон, Роджерс. Напомни, кого из нас двоих объявили преступником? Кто пожертвовал нашей дружбой, Мстителями, будущим целой планеты, в конце концов, ради спасения своего дружка? Ты поставил Барнса выше всех нас. Так что, не смей делать мне замечания! Все, что я делаю, идет на благо нашей команде. В отличие от тебя. К удивлению многих Стив не стал нагнетать обстановку. Сверкнув, напоследок, глазами в сторону Старка, Капитан стремительно покинул комнату. Проследив за ним взглядом, Наташа немного успокоилась. Мужчина направился в сторону спортзала, расположенного на первом этаже. В прежние времена члены команды, а также агенты Щ.И.Т. тренировались там, поддерживая себя в форме. Впрочем, Вдова знала, что Роджерс частенько приходил туда в тяжелые минуты. Нелегко держать втайне свои привычки, если живешь бок о бок с самой опасной шпионкой в мире. Кэп предпочитал молотить боксерские груши до изнеможения, пытаясь отвлечься или забыться. В такие моменты все остальные старались не трогать друга. Вот и сейчас, Мстители оставили его в покое, давая возможность своему предводителю выпустить пар и успокоиться. Хела презрительно скривила губы, кивая в сторону спорщиков. — Эта кучка клоунов и есть твое несокрушимое войско, которое спасет Вселенную? Да они же готовы поубивать друг друга без всякого Таноса. Тор, для которого все произошедшее стало неприятным сюрпризом, выглядел растерянным. Он, конечно, слышал о разладе, случившимся внутри отряда, но не мог себе даже представить насколько далеко все зашло. От былого единства не осталось ничего. — Они сильнее, чем кажутся, — заверил сестру громовержец, хотя в глубине души чувствовал сомнения. — Вот увидишь, они будут полезны нам. — Сомневаюсь. Тор решил воспользоваться этой вынужденной заминкой в своих целях. Он чувствовал жгучее чувство вины за смерть брата и намеревался все исправить. К тому же Локи мог им пригодиться в грядущей битве. — Пока мои друзья будут искать Таноса, может, захватим Локи из твоего тайника? Вряд ли ему там очень нравится. Хела с интересом заглянула в глаза брата. Она никак не могла понять причину, по которой сын Одина так отчаянно пытается оживить йотуна. — Ты так рвешься спасти приемыша. Что такого есть в этом изворотливом прохвосте? — Он мой брат, пусть и не по крови. Мне этого достаточно, — искренне ответил Тор. — Я не привык жертвовать родными. У меня итак их почти не осталось. Асгардианка лишь закатила глаза, тем самым показывая свое отношение к всей этой сентиментальной чепухе. Много лет назад она доверилась своим чувствам и заплатила за это слишком высокую цену. С тех пор Богиня Смерти запрятала все хорошее, что было в ней когда-то, очень глубоко. Так было гораздо легче. — Дело твоё. Хорошо, я выпущу его. Как видишь, я всегда держу свое слово. Тору пришелся по душе ее ответ. Если бы между ними не стояло разрушение Асгарда и гибель многих невинных, он, даже, наверное, проникся бы симпатией к ней. Бог Грома почувствовал некую атмосферу доверия, негласно установившуюся между ними. Ту самую, о которой он упоминал в разговоре с друзьями. Да, Хела представляла смертельную опасность, но какая-то неведомая сила не позволяла Одинсону усомниться в правдивости слов сестры. Этого ему очень не хватало во взаимоотношениях с Локи, который только и ждал подходящего момента, чтобы нанести очередной удар. — Я рад, что мы, наконец, нашли общий язык, — признал асгардец. — Ошибаешься, мой дорогой, — прошипела царевна. — Если я пощадила твою жизнь, это еще не значит, что мы все вместе возьмемся за руки и станем большой любящей семьей. Когда покончим с титаном, нашему временному союзу придет конец. Речи Хелы, как всегда, были наполнены ядом и желчью, но Тор нисколько не огорчился. По крайней мере, она не стала лицемерно отыгрывать роль заботливой сестры, а сразу расставила все по местам. Нужно было предупредить друзей, и Бог Грома не стал затягивать с этим: — Друзья мои, нам с сестрой нужно отлучиться на какое-то время. — Что-то случилось? — Брюс подозрительно глазел на Хелу, опасаясь что оставшись один на один, она может передумать и прикончить брата. — Нет, все в порядке. Небольшие семейные дела, — соврал Одинсон. Рассказывать о том, что они отправляются в загробное царство ради спасения Локи сейчас было крайне неразумно. На удивление асгардца никто особо не стал возражать против его персонального путешествия. Мстители пожелали ему удачи, а кролик даже посоветовал не спускать глаз с «рогатой бабы». Тор решил не призывать Радужный Мост на этот раз. Во-первых, ему не хотелось подвергнуть базу серьезным разрушениям. Во-вторых, он не был до конца уверен, что сможет попасть в Хельхейм при помощи Бивреста. Ведь после уничтожения Асгарда многие привычные процессы начали действовать иначе. Правда, несмотря на все опасения, громовержец захватил с собой новую секиру. Это было некой страховкой, на случай если сестрица захочет поиграть с ним в свои игры. Хела закрыла глаза и, прошептав несколько слов на асгардском наречии, отступила назад. Прямо посреди комнаты появилась небольшая светящаяся точка. Через пару секунд она разрослась до портала размером с обыкновенную входную дверь. Тор, Старк и Небула, которым уже доводилось наблюдать это удивительное явление, не проявляли никаких эмоций, чего не скажешь об остальных. Их завороженные взгляды были прикованы к зеленоватому сиянию межпространственной энергии, которой этот портал был окутан. Дети Одина шагнули внутрь и, через мгновение открывшаяся дверь свернулась до микроскопических масштабов и исчезла, сверкнув напоследок яркой вспышкой. Какое-то время никто ничего не мог сказать — настолько сильным было впечатление от путешествия в пространстве. Ведь даже пришельцам с других планет не каждый день доводилось видеть подобные представления. Когда эффект рассеялся, Ракета молча подобрал свои упавшие очки и, повернувшись к Старку, недовольно проворчал: — Где там твоя посудина стоит? Пойдем, посмотрим, на чем вы здесь летаете!

***

Тор снова и снова прокручивал в голове сцену стычки с Титаном. Каждый раз убеждаясь, что, поступи он иначе, более решительно и мудро, Локи до сих пор был бы жив, а перчатка Таноса — никогда не приведена в действие. Уже после, в Ваканде он мог одним ударом своей секиры положить конец мерзкой жизни титана и предотвратить щелчок! Мог, но не сделал этого! В царстве мертвых царила угнетающая атмосфера. Время здесь словно остановилось. Не было ни прошлого, ни будущего — лишь обреченность, помноженная на бесконечность. Воздух напоминал застывшую субстанцию развеянного праха. Серые каменные стены разделяли между собой нескончаемые потоки мертвых душ. Одни бесцельно скитались по темным коридорам подземелья, другие — отъявленные грешники, запертые в тесных клетках, бились в агонии отчаяния и боли. Хела властно следовала вперед, не обращая никакого внимания на окружающие её мрачные тени. Громовержец старался не отставать от сестры. Он припоминал все ужасные легенды, связанные с этим жутким местом. — Здесь всегда так темно и жутко? — наконец нарушил молчание Бог Грома. Разговор мог хоть как-то отвлечь его от созерцания местных «достопримечательностей». Хела гневно скривила губы. Братец вел себя словно неразумный младенец, чем изрядно её раздражал. — А чего ты ждал? Цветных гирлянд, развешенных на праздничных деревьях? Это Долина Смерти. Держись поближе ко мне, если не хочешь затеряться и остаться здесь навечно. Несколько минут они шли молча. Наконец, в конце лабиринта замаячил свет, из которого к ним навстречу приближалась грациозная тень. Поначалу Тору показалось, что он узнал в вальяжной походке Локи, но, подойдя ближе, Одинсон понял, что ошибся. Высокая стройная фигура, облаченная в зеленый облегчающий наряд с чёрными вставками. Длинный плащ и ветвистые рога, венчающие голову. Сомнений не было — перед ними оказалось существо, как две капли воды похожее на Хелу. — Это что, твой двойник? — ошарашено выпалил Тор, вглядываясь в силуэт перед собой. Богиня смерти не смогла сдержать усмешки. Слишком уж забавной оказалась реакция ее недалекого братца на такую незначительную мелочь. — Лишь отчасти. Часть моей бессмертной души, навсегда привязанная к этому месту. Она правит здесь в мое отсутствие. Теперь ты понимаешь, что уничтожить меня окончательно практически невозможно. Тор мысленно выругался. Как же много всего от них скрывал отец! С самого детства, Один искусно плел сети лжи и умалчивал о многих важных вещах, которые братьям стоило бы знать. И если причины по которым Один не рассказывал об истинном происхождении Локи были вполне объяснимы, то вот оправдать тайну, связанную с сестрой, Тор не мог. Кем бы она ни являлась в прошлом, что бы она ни натворила, Хела была дочерью Одина и законной царевной Асгарда. Сослать родную дочь в преисподнюю, и ревностно уничтожать любое упоминание о её существовании — «бесчеловечно»; именно так бы охарактеризовали этот поступок мидгардцы у себя на Земле. И почему Один скрыл правду о хранившейся долгое время в Асгарде перчатке Бесконечности со всеми камням? Располагая этими сведениями раньше, Тор смог бы разыскать кристаллы, опередив Безумного Титана и его многочисленных слуг. А теперь, после смерти отца, с каждым днем открываются новые тайны прошлого. Оказывается, Хела обладает невероятными способностями: черпает силы из Царства мертвых, одновременно находясь здесь и в других местах! Кто знает, что еще может вытворить эта ведьма?! — То есть, при желании, ты могла бы сделать несколько таких копий себя? — спросил Тор. Хела закатила глаза. — Я никогда об этом не думала, да и особого смысла в этом не вижу, — равнодушно ответила она. — Мы пришли. Перед ними, как по волшебству, вырос огромный дворец, построенный из чистого золота. Тор просто не мог поверить своим глазам. Это сооружение было отстроено по образу и подобию другого более знакомого и родного места, где прошла вся их жизнь. К искреннему удивлению Тора, Хела также, как и он сам, на мгновение замерла перед широкими ступенями, окидывая дворцовые шпили внимательным взглядом. И эта незначительная мелочь внезапно открыла громовержцу глаза. Опальная царевна, несправедливо сосланная в самый отвратительный из Девяти миров, испытывала непреодолимую тоску по родному дому. Запертая на целые тысячелетия, она томилась здесь в полнейшем одиночестве. Без права на прощение. Без надежды на будущее. Забытая собственным народом. Даже собственную темницу она сделала максимально похожей на Асгард. Сын Одина вдруг осознал, что для нее Асгард был чем-то несоизмеримо большим, чем для самого Тора. Не просто точкой в пространстве, а неким символом. Местом памяти, которое дороже любых богатств. Грустная тень, пробежавшая по ее красивому лицу, исчезла также внезапно, как и появилась. Хела изящно взмахнула головой, скрывая из виду рогатый шлем. Шаг за шагом и вот они уже перешагнули порог дворца. В величественном зале, ведущем к трону царицы, среди множественных колонн стояли небольшие постаменты. Одинсон вспомнил, что такие же были установлены в отцовской сокровищнице. Там хранились самые опасные артефакты, которые Всеотец собирал на протяжении всей своей жизни. Коллекция дочери значительно уступала отцовской — лишь один из постаментов не пустовал. Его занимал стеклянный прозрачный ларец, в котором на бархатной подушечке лежало необычное янтарное яблоко, покрытое золотой пылью. Чудесный плод оказался небольшого размера (Тор запросто мог бы проглотить три штуки таких за раз). — Я знаю что это! — воскликнул Тор. — Яблоко Вечной Молодости из садов Богини Идунн. Правда, они уже много столетий там не росли. Зачем оно понадобилось Богине Смерти? Тор уловил тоскливый взгляд, который сестра мимолетно бросила на свой ценный трофей. Одинсон чувствовал, что здесь что-то не так. Богиня Смерти, внушающая страх целым цивилизациям, не могла дрожать перед какой-то безделушкой, подобно девицам из свиты Фригги, над которыми они с Локи подшучивали в юности. — Не твое дело! — злобно огрызнулась Хела. Мальчишка сунул нос не в свое дело и получил бы заслуженное наказание, если бы, не был так нужен ей для дела. — Иди за мной и не задавай глупых вопросов. «Странно, — подумал громовержец, — почему сестренка, у которой, оказывается, так много общего с братцем, не применила возможность похвастаться столь значимым трофеем? Локи бы не упустил возможности покрасоваться» Хела прошла к царственному трону и грациозно, по-хозяйски села в него. — Нравится мой дворец? — откинувшись на спинку, самодовольно поинтересовалась Хела. — Он так похож на мой… на наш дом, — с нескрываемой горечью в голосе ответил Тор. «Который ты благополучно спалил", — пронеслось в голове асгардианки. Она с трудом удержалась от колкости на этот счет. — Да, похож. Видишь ли, здесь я не ограничена в своих фантазиях и возможностях. А учитывая, что приговор Одина имел бессрочное действие, времени на такие глупости у меня было предостаточно. Теперь о деле. Сейчас приведут твоего дорогого йотуна. А пока, будь добр, подожди вон за той колонной. Да не трясись ты так. Я переброшусь с гаденышем парой фраз, а потом мы все вместе вернемся в Мидгард. Тор удивился такой причуде, но спорить не стал. Кто знает, что творится в голове у безумной сестры? Тем более он находится сейчас в ее царстве, а это не самое подходящее место для демонстрации своего характера. На всякий случай он покрепче сжал Штормбрейкер и отступил за колонну. Локи появился, словно из воздуха. Не было ни стражников, ни железных цепей. Здесь они были и не нужны. Без позволения царицы еще никому и никогда не удалось выбраться отсюда. При виде сестры, восседающей на жалком подобии отцовского трона, Бог коварства приосанился, стараясь показать, что даже после смерти он не растерял своего достоинства и превосходства над окружающими. Хотя внешний вид трикстера говорил об обратном, ибо пребывание в этом жутком месте не прошло для него бесследно. Рубашка висела бесформенным мешком. Штаны потерлись, и в некоторых местах с обшлаг свисала бахрома. Обычно гладко уложенные густые смолянистые волосы теперь растрепались и неухожено спадали на плечи. Глаза больше не излучали былого самодовольства, а скорее являли собой воплощение неимоверной тоски. Сердце Тора предательски сжалось при виде брата в таком состоянии. Громовержец стоял за высокой колонной и трикстер не мог видеть его. Хотелось выбежать, обнять Локи и попросить прощения за то, что не уберег… Асгардец сделал шаг вперед и склонился в издевательском поклоне:  — Возлюбленная сестрица. Я так рад, что ты не забываешь обо мне. Вижу, что ты большая поклонница асгардской архитектуры, — заметил царевич, разглядывая внутреннюю отделку зала. Хозяйка дворца лишь добродушно улыбнулась. Царство мертвых изрядно сбило спесь с дерзкого плута, который бросил корону Суртура в Вечное Пламя. — Как поживаешь, сын Лафея? — спросила Хела, притворно изображая свое участие в судьбе названного брата. Локи зловеще оскалился. — Это самая зловонная дыра, в которой мне доводилось бывать. — Похоже, здешние места тебе не по душе. Хочешь покинуть мои владения? — коварно промурлыкала Хела, игриво сверкая искрящимися глазами. — Оставь свои игры. Не нужно лгать Богу Коварства. Я знаю, что это невозможно! — резче, чем следовало, ответил Локи. Конечно же, он хотел бы вновь обрести плоть и кровь, вернуть былые силы. Но разве это возможно? Нет! Его удел — вечно скитаться среди серого праха неприкаянных душ. Хела разочарованно покачала головой. — Похоже, у вас с Тором гораздо больше общего, чем ты можешь себе представить! — неожиданно воскликнула сестра. — Спрашиваю, как Царица Хельхейма: Локи, сын Лафея, ты хочешь вернуться в мир живых? Подумай хорошенько, ибо я не буду предлагать тебе свою помощь дважды! — Ты даже не представляешь как. — Всем телом Локи подался вперед, устремляя на сестру взгляд хищника, почуявшего добычу. — У тебя будет такая возможность, — загадочно произнесла Богиня Смерти. — И какова же цена? Такие подарки не делаются просто так. — Локи судорожно прикидывал в уме, что же ему придется сделать для Хелы взамен на свободу. Очевидно, это что-то опасное и крайне безумное. Богиня Смерти самодовольно положила руки на подлокотники трона. — Не волнуйся, за тебя уже заплатили. Тор, видя мучительный и непонимающий взгляд брата, не выдержал и вышел из-за колонны без разрешения сестры. — Тор? — недоверчиво произнес узник Хельхейма. Он не верил своим глазам. Сын Одина не мог здесь быть. Это обман, причем слишком грубый и неумелый. Лицо Громовержца озарила радостная улыбка. Он уверенно направился к Локи, торопясь скорее его обнять, но равнодушный взгляд трикстера заставил Тора остановиться. — Локи, брат! — Одинсон развел руки в стороны, всем видом показывая: вот он я, перед тобой! — Очередная иллюзия? — презрительно скривил губы поверженный Принц Асгарда. Он повернулся к Хеле и насмешливо произнес, — Ты становишься предсказуемой, сестрица! — Локи, это я! — надрывающимся голосом воскликнул брат. — Я не призрак и не иллюзия. Мне удалось выторговать у Хелы твою душу! Да очнись же ты, Суртур тебя подери! Локи настороженно оглянулся. «Не может этого быть! Безумный братец притащился в Хельхейм ради него!» Трикстер не знал — радоваться ли появлению Тора или плакать от его очередного безрассудного поступка. — И что ты ей пообещал? Пожертвуешь собой, чтобы вытащить меня? Это слишком даже для тебя, братец! Локи был безумно рад шансу освободиться, но, зная легкомыслие и несдержанность старшего брата, он опасался, что условия этой свободы могли быть хуже заточения в царстве мертвых! Как бы Тору не пришлось пожалеть о содеянном! — Я пообещал ей Асгард. — хриплый надрывающийся голос Тора звучал неестественно громко. Лафейсон уставился на громовержца, как на умалишенного. Не могла сестра выпустить одного ненавистного родственника по просьбе другого, да еще и за то, чего и в помине больше нет. Впрочем, у Бога Грома всегда было своеобразное чувство юмора. — Асгард сгинул по нашей вине. Его больше не существует! — возразил Локи. — Знаю, но есть способ его возродить, и тебе он знаком! — напомнил Тор. Локи не был похож на глупцов, которые долгое время ходили бы и размышляли о смысле той или иной фразы. Природная сообразительность все-таки взяла свое. — Камни? — наклоняя голову набок, полушепотом уточнил трикстер. Тор кивнул в ответ. Пояснений не требовалось. — Так вот что свело вас вместе! — поворачиваясь к Богине Смерти, иронично воскликнул Локи. — Вот это уже похоже на правду. Ни одна ложь не может звучать так нелепо. — Он их собрал? — Обеспокоенно спросил Локи, сцепив пальцы за спиной. Несмотря ни на что, царевич продолжал втайне надеяться на поражение Безумного Титана и полный крах всех его планов. Одинсон переминался с ноги на ногу. — Да. И превратил половину жителей Вселенной в пыль. Обычно равнодушный Локи тяжело вздохнул. Новость о том, что Мстители во главе с Тором не сумели защитить Девять Миров от щелчка Таноса неприятно поразила его. — Слишком много безумия… Я и не подозревал, что он задумал такое… Хела, я принимаю твое предложение! Богиня Смерти поднялась, сошла с трона, и, приняв неимоверно пафосную позу, надменно уперлась руками в бока. — Да будет так! — провозгласила Царица. Она подошла к Локи и повелительно положила руки ему на плечи. Хела произнесла тайные магические слова, позволяющие царевичу беспрепятственно покинуть границы мира мертвых. Тело йотуна покрылось холодной синей кожей, на лице появились борозды в виде причудливых витиеватых узоров: первоначальная сущность, которой он так стеснялся, все время, прячась под маской асгардца, вырвалась наружу. Лафейсон словно рождался вновь, черпая энергию из истоков своего бытия, возвращая себе силу и познания предков. Когда обращение было завершено, Хела отступила в сторону, гордо любуясь результатом своего творения. Тор, не склонный к сантиментам, в этот момент не смог сдержать радостной улыбки. Несмотря на все выходки брата, он продолжал искренне любить его. И теперь, когда Лафейсон сбросил с себя смертельные оковы, громовержец ощутил невероятное облегчение. Как бы все в итоге не закончилось, ему удалось вернуть трикстера к жизни, а это уже немало. Локи приподнял руки, рассматривая их, словно видел истинного себя впервые. Неведомые доселе потоки силы разлились по его венам. Он будто заново узрел мир. Не сдержавшись, Озорник обнажил зубы в довольной ухмылке и вновь принял облик, подобающий Принцу Асгарда. Тор заключил брата в свои крепкие объятия. — Куда направимся, брат? — поинтересовался Локи, когда громовержец, наконец, отпустил его. — На Землю, — приободрившимся голосом ответил Тор. — Что? Ты думаешь, они будут рады видеть меня? — удивился Локи. Предстоящая встреча с защитниками Мидгарда не вызывала в нем восторга. — Оставшиеся Мстители ждут нас, — сказал Одинсон, пропустив его слова мимо ушей. — Нас? Кого это нас? — недоуменно уставился трикстер. — Нас троих. Хела заключила с нами союз. Пусть мы и не очень похожи на настоящую семью, но в этой битве дети Одина будут стоять плечом к плечу. Локи развел руки в сторону. Пожалуй, это было самой неожиданной новостью в его жизни. Он на мгновение представил Хелу среди всех этих благородных дураков в шутовских нарядах, без устали твердящих о всеобщей справедливости. Да уж, зрелище обещало быть крайне любопытным. Даже собственное волнение незаметно отошло на второй план. — Как много всего я пропустил, прохлаждаясь в Хельхейме! — весело признал Бог Озорства. Богиня Смерти, которая равнодушно наблюдала за сценой воссоединения своих братьев, нетерпеливо сверкнула глазами. — Может, закроете рты? Я уже начинаю жалеть, что связалась с вами! Подойдите сюда! — грозно скомандовала Хела. Сыновья Одина обменялись короткими, но достаточно красноречивыми взглядами. Нелегко приспособиться к новым реалиям и следовать за сестрой, которая была не прочь выпотрошить их обоих. Асгардцы молча последовали указанию Хелы, вернувшей себе боевой облик, и остановились в полушаге за ее спиной. Им обоим хотелось поскорее покинуть это жуткое место. Царица щелкнула пальцами и невидимая материя, пронизывающая весь загробный мир заискрила. Братья увидели, как ткань пространства расступилась, создавая уже знакомый портал, который, очевидно, позволял Хеле свободно перемещаться внутри Девяти Миров и оставаться абсолютно незамеченной. Уже через секунду они втроем неслись быстрее скорости света в сторону Мидгарда, искренне надеясь больше никогда не возвращаться в Царство Мертвых.

***

Стив на автомате допивал очередную чашку кофе — четвертую по счету. Настроение оставляло желать лучшего. Каждый на базе или за ее пределами был занят чем-то важным. Каждый, кроме него. Ворчливый енот вместе с дочерью Таноса улетел на экспериментальном корабле Старка несколько часов назад. Тор со своей злобной сестрой вообще скрылся в неизвестном направлении. Гений-миллиардер в компании доктора Беннера засел в лаборатории, разрабатывая очередное изобретение. Капитан предпочитал не вникать в научные дебри, оставив это более компетентным членам команды. Команда. Слишком громкое слово для кучки разрозненных людей, которые взяли на себя непосильную ношу. Нападение Таноса поставило под большой вопрос их право на защиту этой планеты. Роудс, сидевший прямо напротив него, просматривал какие-то устаревшие отчёты. Что именно он пытался там отыскать, Кэп не знал. Эту тихую «идиллию» разрушила Романофф, появившаяся в комнате из ниоткуда. Стивен не раз поражался её умению быть абсолютно незаметной. Это очень пригодилось им, когда они скрывались от людей Росса. — Подъем, мальчики, — воскликнула девушка вместо приветствия. — Только что получено сообщение из Токио. Один из агентов местного ЩИТа вышел на связь с нами. Ты не поверишь, но он утверждает, что в руки Якудзы попали обломки инопланетного артефакта. — У нас сейчас нет времени заниматься подобными вещами, — заметил Роуди. — Речь идёт об этом, — Наташа развернула планшетный компьютер. На экране красовались обломки Мьельнира, аккуратно сложенные в металлический контейнер. Стив впервые за долгое время позволил себе улыбнуться. Бездействие сводило его с ума. — Готовьте джет. Вылетаем через десять минут. Ты, я и Роуди. — А как же Тони? — спросил Воитель. Ему не нравилось, что они действуют за спиной друзей. Роджерс нахмурился. — Справимся втроем. У них с Брюсом какие-то важные исследования. Не будем отвлекать их по таким пустякам. Джеймс и Наташа встревоженно переглянулись, но ничего не сказали. Вражда Капитана и Железного Человека уже и так разделила отряд на праведников и тех, кто пошел против правительства. Кто знает, может будь они все вместе с самого начала Танос остался бы ни с чем и убрался обратно в космос. Казалось бы, весь кошмар постигший планету должен был сплотить оставшихся защитников Земли, но получилось ровно наоборот. Вдова решила отложить разговор на эту тему по возвращению из Японии. Стивену хватило минуты, чтобы собраться. Костюм, придуманный специально для Капитана Америки, пылился с самой битвы в Ваканде. Возможно даже, он хранил на себе частички праха его погибших друзей. Кэп одернул себя и придирчиво осмотрел свое снаряжение. Два небольших щита лишь отчасти заменяли его старый звездно-полосатый. Без него Мститель всегда чувствовал себя как-то непривычно. Наташа и Роуди появились через пару минут в полной готовности. Боевая группа уверенно направилась к выходу, но неожиданно их остановил знакомый хриплый голос: — Я хочу полететь с вами. Клинт Бартон — один из тех, кто стоял у истоков прославленного отряда. Герой битвы за Нью-Йорк. Это был именно он. Выглядел стрелок уже гораздо лучше, чем несколько дней назад, когда он появился на пороге базы вдребезги пьяный. По вине Таноса каждый познал горечь потери, но его история поразила всех до глубины души. — Уверен, что готов? — Кэп спрашивал не из праздного любопытства. Они летели на боевую операцию и жертвовать жизнью друга, переоценившего свои силы, Стив не хотел. — Уверен, — глаза Клинта сверкали решительностью. — Хватит с меня скорби. Я устал от бездействия. Наташа улыбнулась. Она знала Бартона дольше, чем кто-либо из Мстителей и была уверена, что Соколиного Глаза так просто не сломать. Этот человек, лишенный сверхспособностей, всегда сражался наравне с остальными и был своеобразным талисманом команды. Роджерс встретился глазами с Романофф в поисках поддержки. Та едва заметно кивнула. — Мы будем ждать тебя на джете, — наконец объявил свое решение Капитан. — Поторопись.