Искусство требует... девочку?!

      У всего происходящего должна быть причина.       Возможно, мой прошлый сон был предупреждением… Но как его связать с пожаром? Я ничего не понимаю.       Меня переполняли злоба и ненависть. Я потеряла свое настоящее тело, свою жизнь… и красивое лицо в этом мире. Сасори понадобится какое-то время, чтобы создать для меня новое кукольное тело. Нужно что-то действительно стоящее, чтобы перенести мои способности в пустую оболочку. Мои руки уникальны, как и моя чакра.       Я прикоснулась холодными пальцами к неровной шероховатой поверхности изуродованного лица и с силой сжала в другой руке выбившиеся из прически волосы. Гнев закипал во мне, как пробудившийся ото сна вулкан. Что-то сомнительное бурлило внутри… Я убью всех.       Невидимая рука схватила меня за горло и повела вперед. Вскочив с земли, я свернула с тропы и влезла в самые дебри, раздвигая ветви деревьев на ходу.       — Дейдара? — Сасори поспешил за мной.       — Я чую грязных смертных.       — Ты теперь тоже…       — Замолчи, — зашипела я, оборвав его слова.       Кажется, он выглядел удивленным, но я не запомнила его выражения лица, меня уже несло вперед. Хрупкие ветви падали наземь. Что-то нереальное показывало мне дорогу к озеру, которое всплывало в памяти неясным образом.       — Я чую этих тварей.       Сасори заметно напрягся, но больше не проронил ни слова, лишь изредка бросая на меня затравленный взволнованный взгляд. Я бежала со скоростью метеорита, чтобы истребить коноховцев и собак Орочимару, как чертовых динозавров.       Постепенно приходило осознание, что моей реальной жизни больше нет. Совсем нет. До этого я еще была не готова принять данное за истину, но сейчас… Острая боль хлынула на меня, как волны взбешенного моря на скалы. По моим щекам текли горячие слезы обиды и ненависти, рот судорожно ловил прохладный воздух, обжигающий легкие. Я уже лепила обеими руками множество маленьких, но очень мощных, бомб, утрамбовывая в них чакру по максимуму. Коноха будет гореть в пламени моих слез.       Но тут я в ужасе застыла.       Странная мысль закралась мне в голову…       — Данна…       — Что?       — Может ли кто-то… из клана Огня… мм…       Как бы это сказать?       — Навести порчу? — задумчиво закончила я, продолжая подбирать более подходящее слово.       — Порчу? — смутился Сасори.       — Ну… Ну убить на расстоянии огнем, вот!       Сасори задумался, опустив глаза.       — Почему нет? — выдавил он, явно затрудняясь ответить.       Но кто тогда мог так беспощадно меня убить? Я просто уверена в том, что пожар в больнице — это не случайность. Это бесчеловечная масштабная попытка похоронить мое настоящее тело в пепелище. Но кто? Кто, кто, кто?!       — Почему ты спрашиваешь? — подозрительно спросил Сасори, двинувшись с места.       Я посмотрела на него и, наткнувшись на его большие серые глаза, полные пустоты, решила, что ему можно сказать… правду.       — Знаешь… Что бы ты сейчас не услышал, это является абсолютным абсурдом, но… так и есть. Это правда.       Сасори внимательно следил за выражением моего лица, видимо, пытаясь уловить нотки лжи в моих глазах.       — Мой секрет бессмертия — это несколько жизней.       — Наподобие Какузу? Что тут удивительного?       — Нет же! — перебила его я, чтобы не упустить момент моей смелости. — Мои жизни существовали в разных измерениях!       В воздухе повисла тяжелая тишина, склонив голову набок, Сасори изучал меня заинтересованным взглядом.       — Есть другой мир с другими людьми, — изо всех сил я пыталась ему объяснить ситуацию. — Я родом оттуда, это измерение, где мы сейчас находимся, мне не родное.       — И что же…       — Мое настоящее тело сгорело. Несколько часов назад…       Сасори не осмеливался что-либо ответить, он просто задумчиво смотрел на меня, но в кукольном пустом лице я не смогла найти хоть что-нибудь, что бы выдало его эмоции, его мысли.       — Что ж, — улыбнувшись, наконец сказал он, — храни свои секреты.       — Ты все-таки не веришь…       Как говорится, попытка не пытка… Но вдруг он остановился и, нахмурившись, уставился на ту половину лица, которая красовалась знатными ожогами и шрамами.       — Но…       Сасори приоткрыл рот, но не знал, что сказать. Кажется, он сопоставил факты и теперь не мог поверить в существование других измерений.       — Как это возможно? — выдохнул Сасори, коснувшись своей кукольной рукой моей изуродованной щеки.       — Я не знаю.       — И что же… ты думаешь, что кто-то из этого мира убил тебя в том мире? Это же нелогично.       — Просто вспомни, что это не мое тело. Возможно, «проклятие» или покушение — называй, как хочешь — ищет именно настоящее проявление человека. М?       — Ох, я…       Тяжело вздохнув (и, видимо, забыв, что не нуждается в кислороде и вообще дыхании), Сасори отпрянул от меня и зацепился за Хируко нитями чакры.       — Давай продолжим путь к озеру, — жалко проговорил он вполголоса. — Я не знаю, что и думать…       Впервые вижу его таким потерянным и смущенным.       О! СТОП.       Возможно ли, что кто-то из мира Наруто тоже владеет перемещениями между измерениями?! Ну тогда… это еще один повод разгромить Коноху.

***

POV Сасори       …       Я оказался жертвой какого-то глупого розыгрыша, который не поддается адекватному объяснению. Ведь ее лицо превратилось в адское месиво на моих глазах. Я видел это сам… Моя жизнь не такая долгая, как, например, у Какузу, поэтому мой опыт не позволяет найти ответ на кучу томивших меня вопросов.       Жизнь в разных измерениях… Трудно представить, но… почему-то мне хочется верить. Если бы это сказал кто-то другой, я бы рассмеялся ему в лицо.       Однако я иду за безумной девушкой, которая, кажется, собралась убить все живое на загадочном озере. Хах… Я и не против. Эта резня станет отличной терапией после того, как я пожалел ту девчонку с розовыми волосами… Подумать только, сколько душевных терзаний из-за одной сохраненной жизни. Но есть ли вообще душа у марионетки? Навряд ли.       Иначе бы я не стремился сейчас вперед, призывая свою лучшую куклу Третьего Казекаге. Мне понадобится лишь она одна. И я даже не знаю… про кого именно это сказано…       Она влетела на берег умиротворенного озера, как фурия. Чуть поодаль в воде я заметил четырех женщин, среди которых была та самая, по досадной ошибке все еще живая. Какая сладкая возможность успокоить свою мнимую душу.       В затуманенное озеро полетели десятки маленьких бомб, коноховские женщины метнулись в стороны, но глиняные жучки с молниеносной скоростью развернулись и последовали за ними. Жуткий взрыв распугал всех птиц в округе, и даже сама Дейдара прикрыла уши руками, щурясь от огня. Невольно я подошел и, приподняв руку, хотел дотронуться до нее, но остановился. Нельзя… Нельзя давать слабину!       Дея расхохоталась, заметив первые пятна крови, и достала из сумок на поясе новые бомбы идеально круглой формы. Прыгнув в воду, она понеслась туда, где чистая гладь озера окрашивалась в красноватый оттенок. Сквозь белый плотный дым я едва различил человеческую фигуру, из последних сил державшуюся на плаву. Но Дейдара, выхватив из-за пояса кунай, лишила ее предсмертных страданий, ни секунды не колеблясь. Я лишь завороженно подошел ближе и присел на корточки, чтобы рассмотреть новенький труп. Интересный экземпляр для моей коллекции… Какие красивые бледные глаза цвета лаванды. Бьякуган, кажется? Пожалуй, заберу себе этот увядший цветок. Как они прекрасны после смерти. А какими станут, когда я их увековечу в своих произведениях!       Следующей пала ничем не примечательная девица, способностям которой не место в моей сокровенной коллекции. Взглянув на нее, я лишь хмыкнул и отметил, что у Дейдары блонд намного красивее… На ее гладких волосах было так много крови, мой взгляд ловил алые капли в больном восхищении. Но скоро… ей придется стать такой же, как я. Вступить в мои кукольные ряды… Смогу ли я сотворить это с ней? Она такая живая… как никто другой… С каких пор жизнь измеряется количеством пролитой крови?       Дея выжидающе смотрела на меня, пока я размышлял над еще теплым трупом блондинки. В ее глазах бушевали самые яростные нотки, а безумная улыбка на губах растянулась еще шире. Я глянул ей за спину и увидел сидящую по пояс в воде бледную девушку… с розовыми… волосами…       Меня не надо было долго заставлять. Пальцы сразу же заиграли с нитями, и кукла Казекаге, подчиняясь моему зову, нависла над ее хрупкой фигурой.       — Нет! — крикнула она, вскинув руку над головой. — Не надо! Прошу!       Дейдара обернулась так быстро, что ее волосы разметались по плечам и спине. Я мог смутно представить, каким взглядом она обдала эту безнадегу.       — Не надо! — молила девушка. — Я… Я… Позволь мне исцелить твое лицо! Прошу, я могу исцелить твое лицо, если ты сохранишь мне жизнь!       — Заткнись! — прорычала Дейдара, в гневе бросив круглую бомбочку ей прямо в рот.       Последнее, что я увидел, это животный ужас в глазах девушки, а дальше плотный белый дым, окутавший нас с ног до головы. Дея коснулась моего плеча… Нет, я не почувствовал это кожей, просто заметил краем глаза.       — Ты должен был убить ее, извини, — прошептала она, кажется, опомнившись от жуткой ярости.       — Неважно, — выдавил я из себя, совершенно потерявшись.       Что же ты делаешь со мной? Еще никогда я не чувствовал себя таким… таким потерянным. При виде неподдельного ужаса в живых глазах теперь в голове всплывает мысль… что если следующими глазами, в которых будет плескаться животный страх, станут… ее глаза? Я смотрел на Дейдару, и страшный ожог на щеке еще больше вгонял меня в омут сомнений.       — Но шиноби… не испытывает жалости…       Дым медленно рассеивался, и моему взору открывалось озеро, теперь совсем окрашенное кровью, на поверхности которого тихо покачивались дымящиеся останки моей первой выжившей жертвы… теперь уже мертвой. Я облегченно вздохнул и взял Дейдару за руку. Просто так, в необъяснимом порыве.       — Тебя тошнит, Дея?       — Нет, с чего бы?       — Запомни… и самые отвратительные чувства перед тем, как станешь марионеткой, чтобы не забыть их. Чтобы из твоей памяти не стерлись такие воспоминания.       Дейдара, хлопая большими глубокими глазами, уставилась не на меня, а куда-то дальше, за мою спину. Оторвавшись от бесконечной голубизны глаз, я обернулся, чтобы посмотреть, что же там такое…       — Мы умрем и…       Дейдара не успела договорить, рядом с нами что-то сильно громыхнуло, и я упал весь с головой в воду, потеряв из поля зрения мою кукольную девочку… конец POV Сасори       В больнице стояла хрустальная тишина, лишь где-то в конце коридора слышалось мерное гудение догорающей лампы. Дея очнулась на холодном разбитом полу и сразу же поднялась на ноги, чуть не свалившись обратно на кафельную крошку. Осмотревшись и узнав, где находится, она хмыкнула и потрогала лицо руками.       — Жуткий видок, наверное, — ее голос прокатился эхом по обгоревшему коридору.       Руки, конечно, выглядели не лучше. Вся кожа скукожилась и превратилась в уродливое месиво грязного красно-коричневого цвета.       У дальней стены замигала потрескавшаяся еле живая лампа, и свет упал на темную фигуру какого-то человека. Дея взглянула на него и улыбнулась.       — Я не мог дать тебе умереть, — хоть между ними и было большое расстояние, но его голос отчетливо дошел до ее слуха.       Дея оперлась рукой о стену и сделала глубокий вдох, чтобы заговорить и не задохнуться.       — В глубине души я догадывалась, что это был ты, — засмеялась она, как в припадке. — Кто, кроме тебя?!       Собеседник одарил ее такой же безумной улыбкой, оскалив белоснежные клыки.

— Почему ты выбрал меня… Орочимару…