Законы не запрещают

9 сентября 2016 год. POV. Настя Рудской не смотрит мне в глаза. От чего он прячется? Или, от кого? Приклеиваю ему на нос пластырь и снова вытираю кровь. Встаю с пола и направляюсь к выходу из ванны. – Настя, – снова начинает говорить и я оборачиваюсь. – Можно вопрос? – поднимает глаза на меня. Его идеально красивое лицо, было всё в ранах и синяках. Что-то частенько его бьют. – Какой? – прислоняюсь к стене и смотрю на него. Парень подходит ко мне максимально близко и я вжимаюсь в стену настолько, насколько могу. – Ты простила меня? – шепчет он, вдыхая запах моих волос. По моему телу проходит дрожь от его лёгких прикосновений. Я отталкиваю его, чтобы между нами было расстояние хотя бы метр. – Я не знаю, – громко выдыхаю и ёжусь от холода, который прошёлся между нами. Мне было не комфортно находится в замкнутом помещении с этим человеком. Я боялась его. – Ты боишься меня, да? – словно читает мои мысли и я сглатываю образовавшийся ком в горле. Рудской снова подходит вплотную ко мне и зажмуриваюсь, отворачиваясь от него. – Настя... – его длинные пальцы теперь уже находятся на моём подбородке. – Посмотри на меня, принцесса, – медленно поворачиваюсь к нему и так же медленно открываю глаза. – Не называй меня так, – пытаюсь подавить страх в себе, но мне слишком тяжело это даётся. Я, вроде, понимаю, что Рудской ничего мне не сделает. Мне хочется так думать. Но страх разрывает меня изнутри. – Почему? – на секунду, наши взгляды пересекаются и я сразу же увожу глаза в пол. Брюнет касается рукой моей талии и я дёргаюсь. – Я ненавижу тебя, – говорю максимально тихо, чтобы он ничего не услышал, но в доме была абсолютная тишина. Я опускаю голову, чтобы не видеть его лица. – Малышка, – его голос был таким нежным, что на секунду он казался таким добрым и любящим. Пустые надежды. – Не называй меня так! – я кричу и пытаюсь вырваться из его рук. У меня начинается истерика и из глаз фонтаном начинают литься слёзы. Кажется, я схожу с ума. – Успокойся, – Рудской держит меня за плечи я сильнее толкаю его, скатываясь по стене. Закрываю лицо ладонями, пытаясь скрыть свои чувства, но в этом уже нет смысла. – Настя... – почти шёпотом проговаривает парень. – Уйди. – почти неслышно говорю я, до сих пор не показывая своих глаз. – Уйди, прошу тебя. – не прошло и минуты, как я услышала хлопок двери. Эмоции выходят из меня слёзным водопадом и от злости на весь мир, я крепко сжимаю кулаки. Ногти впиваются в ладони и из них медленно начинают капать капельки алой крови. Встаю с холодной плитки и иду к умывальнику, немного шатаясь. Опираюсь руками о раковину и даже не собираюсь смотреть на себя в зеркало. Я всё равно знаю, что не увижу ничего хорошего. Открываю холодную воду и смываю с себя остатки макияжа вперемешку со слезами. Вытираю лицо мягким белым полотенцем и медленно выхожу из ванны. В доме не было ни звука, только чей-то плач, доносящийся из гостиной. Направляюсь в сторону большой комнаты и вижу Леру. Она прижала колени к груди и, видимо, пыталась издавать как можно меньше звуков, но у неё это не получалось. Я подхожу к светловолосой и слегка дотрагиваюсь до её плеча. Девушка вздрагивает и поднимает голову на меня. Так как времени было уже около пяти утра, на улице было достаточно светло и из-за этого в комнате, мне было легко увидеть заплаканное лицо Леры, потёкшую тушь и смазанную помаду. Думаю, несколько минут назад я выглядела так же. – Что случилось? – непонимающе говорю я и сажусь рядом. Вообще, в моих планах было вызвать такси и побыстрее уехать отсюда, но я сижу здесь. Где моё безразличие, почему я не могу быть как Рудской? Такой же бесчувственной мразью, разве это не круто? – Р-Рудской... – дрожащим голосом проговаривает она его фамилию. Опять он? – Что Рудской? Что он сделал? – пытаюсь заглянуть в глаза светловолосой, но она отворачивается. – Я... я... – её голос ужасно дрожит от слёз и в попытках хоть как-то успокоиться, Лера тяжело выдыхает и смахивает слёзы с глаз, чтобы её речь была более понятной. – Я подошла к Р-Рудскому, чтобы просто познакомится, а он... – она снова заревела и мне уже захотелось покинуть это помещение, но я не могу бросить её здесь одну. Ей плохо. – А он послал меня и куда-то уехал. – её речь была слегка заторможенной, что слишком раздражало, но причину её слёз я поняла. Рудской как обычно повёл себя как ублюдок и свалил. Ему так нравится, когда девушки плачут? – И ты плачешь из-за этого? – в этих словах пытаюсь выразить всё своё негодование по этому поводу. – Ты плачешь из-за Рудского, считая, что он достоин твоих слёз? – достаю салфетки из сумки и вытираю девушке слёзы, вместе с косметикой. – Но... – пытается мне возразить, но я даже не собираюсь её слушать. Мне всё равно. Повелась на приятную внешность, дура. Как и я. – Мне нужно домой, – встаю с мягкого дивана и поправляю задравшееся платье. – И, я же тебя предупреждала насчёт Вани. Это всё пройденный этап. – направляюсь в сторону выхода. Надеваю туфли и беру телефон в руки, набирая номер такси. Выхожу из двора, окинув взглядом байк Антона. Какого хрена из-за меня избивают Рудского, когда мой парень Антон? Облокачиваюсь о железный забор, в ожидании машины. Чувствую, простою я здесь немало. Улицу слегка укрывает туман, из-за чего трудно разглядеть объекты, находящиеся на несколько метров от меня. Предрассветные сумерки особо не дают света, но это не значит, что здесь ничего не видно. Всё мутно. Или это из-за так называемых "колёс" которые мне дал блондин? Это лёгкие наркотики что ли? Теперь понятно, почему Рудской сразу понял что это. Он точно разбирается в этом. Недорогая машина рассекает туман, подъезжая ко мне. Я вздыхаю и, шатаясь, направляюсь к автомобилю. Сажусь на заднее сидение и проговариваю адрес, прикрыв глаза.