Осколки разбитого зеркала

      Новая сказка получилась грустной — история о двух, застывших в вечности смертных, обращённых в каменные изваяния — мужчине и женщине, осмелившихся поспорить с волей богов и наказанных за это. На многие столетия замерли они в заросшем саду, одичавшем и преобразившемся в густой дремучий лес.       Закат сменялся рассветом, день ночью, а их мысли текли бесконечной плавной вереницей, словно неторопливые облака в небе. Каменные тела оплетены ползучими вьюнками, а лица статуй печальны. Они видят друг друга, но не могут сделать и шага навстречу, протянуть руку и коснуться любимого человека или хотя бы просто поговорить.       Мелодия вышла неторопливой и тягучей, словно мёд — немного потусторонней. Как оказалось, не обязательно быть разделёнными сотнями миль и годами, иногда можно находиться рядом и не слышать друг друга, и это ещё более горькая мука.       Под тихий перезвон гитарных струн на город опускались сумерки. День подарков* тоже подходил к концу, и потому Рамси решил, что стоит навестить родственников. Может, хоть где-то ему будут рады. Праздник ведь так и не состоялся, а очень хотелось.       Поездка на автобусе заняла совсем немного времени, и вскоре он очутился у дверей квартиры брата. Долго звонил, но оказалось, что Джон с Дейнерис не сидели дома, ожидая его. Почему-то эта мысль не пришла в голову раньше и, скорчив досадливую гримасу, Рамси отошел к подоконнику.       Телефон бы сейчас пригодился, но чего нет, того нет. Торопиться всё равно некуда. Привалившись спиной к окну, он накинул капюшон и пролистал плейлист в плеере. Остановил свой выбор на новом альбоме Петера и Тилля. Это здорово помогло скрасить ожидание, кажется, он даже успел задремать.       Во сне каменные статуи оживали и смотрели на него укоряющим взором. Видно, им вовсе не понравилась история, в которой они застряли по воле автора. Рамси вздрогнул, когда двери лифта распахнулись, и так и не успел побеседовать со своими выдуманными героями. Грозными, надо признать, и настроенными весьма решительно.       — Ты что здесь делаешь? — спросила Дейнерис, оказавшись рядом.       Рамси скинул капюшон и невинно улыбнулся.       — Вас жду, что ещё?       Дейнерис покачала головой, а Джон состроил недоуменное лицо.       — Почему же на площадке сидишь? У тебя ведь есть ключи.       Рамси лишь пожал плечами.       — Я забыл. У меня телефон разбился.       Дейнерис поджала губы, а после взяла его за руку.       — Как всегда. Пойдём уже, здесь холодно.       Когда они оказались в квартире, Рамси поприветствовал всех животных и преподнёс угощение каждому. Теперь собачье печенье всегда валялось в кармане, и про Принца он разумеется тоже не забыл: купил в зоомагазине лакомство для кошек.       Джон с Дени о чём-то переговаривались вполголоса, когда он зашёл на кухню и вытащил из рюкзака коробку с яблочно-ореховым пирогом.       — Он уже остыл, пока я вас ждал. Но я попробовал немножко.       — Хорошо. Сними ботинки, нечего грязь с улицы тащить. Джон недавно мыл пол, — тут же отреагировала Дейнерис, поглядев на мокрые отпечатки гриндеров на паркете.       — Просто забыл! Я только зашёл и привёз вам пирог! Не начинай! — вспыхнул Рамси, взмахнув руками.       — Не много ли ты забываешь? — расставляя на столе кружки, качнула головой невестка.       Джон кивнул, переглянувшись с ней.       Рамси как-то растерялся и опустил голову, расстроенно прикусил губу. Ссориться совершенно не хотелось, но и рассказывать о том, что эти два дня выдалась довольно паршивыми, и мысли сейчас витали где-то далеко от обыденных дел, не было желания.        Он вздохнул и покивал.       — Я вам подарки купил, — чуть подумал и добавил: — Заберу Принца. Спасибо, что присмотрели за ним. Мне пора домой, — поругаться ещё и со своими родственниками никак не входило в список планов — для одного Рождества это уж слишком. К тому же, квартира брата — единственный «островок безопасности», куда он мог вернуться, чтобы почувствовать себя дома, частью семьи. По правде говоря, именно это сейчас и было нужно, но беседа не задалась, и Рамси немного растерялся.       Джон с Дейнерис вновь переглянулись.       — Что случилось? — задействовал свой мягкий тон брат.       Рамси нахмурился и отвёл глаза.       — Ничего.       Дейнерис тоже смягчилась.       — Разувайся, мой руки, будем есть пирог.       То, что он бросил с горяча, не было правдой: уходить вовсе не хотелось. Рамси покорно кивнул.       Остальная часть вечера прошла гладко. Оказалось, что Джон с Дейнерис ездили в гости к отцу, и тот вновь натянул свою учтивую маску: говорил, как ему не терпится посмотреть на внуков. Рамси сцепил зубы и промолчал, просто равнодушно кивал, расчерчивая скатерть чайной ложкой.       — А как у тебя прошло Рождество? — с улыбкой поинтересовался Джон.       — Нормально, — всё, что он мог ответить.       — Я думала, вы приедете с Ашей, — вставила Дени.       — М-м, она осталась ещё погостить у родственников, — в принципе это было правдой, если не копать глубоко.       В конце концов все скользкие темы удалось обойти. После чая с пирогом они все вместе смотрели рождественскую комедию. Рамси даже улыбнулся пару раз. От ночевки отказался, предполагая, что если уж Джон и сможет сдержать своё любопытство, то вот Дени — вряд ли. Они и так уже что-то заподозрили: казаться весёлым, когда грустно, удавалось неважно.       Впрочем, домой его так и не отпустили: Дейнерис сказала, что нечего шляться по ночам, ведь у него даже нет телефона, и они не смогут позвонить и убедиться, что всё в порядке. Рамси поупрямился немного, но в итоге сдался. Может, его и считают недостаточно взрослым или… чёрт его знает что, но им по крайней мере не всё равно.       На следующий день, когда Дейнерис отправилась на встречу со своими подругами, Джон потащил его в торговый центр за новым телефоном.       — Он не так уж и нужен, и у меня сейчас нет денег, — беспечно заявил Рамси, когда они вышли из дома.       — Может быть, тебе и не нужен, зато нужен тем, кто хочет с тобой поговорить. Мне, например, — сообщил брат убедительным тоном. — Считай, что это подарок… дополнение к подарку, — добавил он.       — Как хочешь, — равнодушно ответил Рамси. — Я не могу долго с тобой торчать, у меня ещё есть дела и надо отвезти Принца домой.       — Я могу привезти его вечером, — предложил Джон.       Рамси согласился, в конце концов, у брата тоже есть ключи, и Джон-то об этом помнит.

***

      После обеда Рамси понял, что тянуть дальше просто некуда. Может, Аша и Теон звонили, да он так и не узнал об этом. В любом случае вести такую беседу по телефону не имело смысла. На самом деле Рамси понятия не имел, что сказать, однако чувствовал и свою вину за весь этот «карнавал».       Аши дома не оказалось, но Теон заверил, что она скоро придёт. Они выпили пару бутылок пива, намеренно обсуждая посторонние вещи, а не прошедший праздник, и Рамси даже не успел разведать обстановку. Вскоре Аша вернулась из магазина — разговор так и оборвался на полуслове.       Теон хлопнул по плечу и ободряюще улыбнулся. Остался в гостиной, возможно затем, чтобы досмотреть фильм, а возможно, затем, чтобы подслушать их беседу. Его любопытство никогда не знало границ, и понятие «личной жизни» для него не существовало.       Аша выглядела усталой и раздражённой, разбирала пакеты с продуктами на кухне, и Рамси принялся ей помогать. Молча. Кто-то должен был начать беседу. Наверное, ей этого не хотелось, а он решил, что ждать больше нечего.       — Ты сильно сердишься? — осторожно начал Рамси, закинув в морозилку коробку замороженных наггетсов.       — А как ты сам думаешь, интересно? — Аша повернулась к нему спиной, положила в кухонный шкаф печенье.       — По шкале от одного до десяти? — усмехнулся он.       Аша шутку не поддержала.       — Восемь. Ты уехал, а я осталась разбираться с тем, что ты устроил! Папа в ярости, сказал, чтобы ты не появлялся на пороге его дома.       — Пф, не очень-то и хотелось!       — А тётя Иви все выходные наседала на меня со своими причитаниями и советами. Она даже сказала, что мой бывший муж был неплохим парнем, и… — Аша махнула рукой, обернувшись. — Да и вообще она не в восторге от того, что ты перевернул стол. Неужели так сложно было вести себя нормально?! Я не просила многого, можно было всего лишь не отвечать на папины выпады. Я же предупреждала, что он просто такой человек, — закончила свою тираду она.       Рамси стоял, опустив голову, и кивал. Скривил губы и злобно фыркнул.       — О! Ты считаешь, что во всём виноват я! То есть, твой папаша просто такой человек? — нажал на последнюю фразу. — Заебись! Он может меня обзывать, а я должен молчать? Тебе не кажется, что это нихуя несправедливо?       — В чужом доме веди себя как гость. Слышал такое выражение? — Аша рассерженно покачала головой и скрестила руки на груди. На лбу её собрались гневные складки.       — Я недостаточно хорош, чтобы нравиться твоей семье или… тебе? Я предупреждал, что это хреновая идея, но ты меня не слушала! Ты сама виновата, — сделал вывод Рамси.       — Вот как. Прекрасно! В том, что ты не умеешь вести себя в обществе, я точно не виновата! — воскликнула Аша.       — Может быть. Только ты знала об этом и всё равно заставила меня поехать. Я не хотел! Блядь, да какого хрена? Я вообще молчал до последнего и старался быть полезным. Всем похуй, — отвернувшись к окну, махнул рукой Рамси.       Разговор оборвался на этой звонкой ноте, и оба они замолчали.       Рамси, прислонился лбом к стеклу, и прошептал:       — Я старался, — но какая разница, ей ведь плевать.       — Что? — наверное, Аша не расслышала.       — Ничего! Я не хочу продолжать этот разговор, — обернувшись, воскликнул Рамси.       — Думаю, моя доля вины в этом есть. Я представляла всё иначе. И дядя Эйрон ещё добавил масла в огонь. Он поддержал папу, — печально сообщила Аша, сбавив тон.       — Кто бы сомневался.       — Ты будто специально устроил это представление. Зачем? — она покачала головой. — Зачем ты делаешь всё, чтобы выставить себя в дурном свете? И меня, кстати, тоже. Я знаю, какой ты на самом деле, а они — нет, — теперь она казалась усталой, разочарованной, возможно.       «Воюя со всем миром, невозможно победить»**, — так говорил доктор Селми — психотерапевт, к которому он ходил, будучи подростком.       Рамси вздохнул и раздражённо скривил губы.       — Не смог сдержаться.       Они вновь замолчали, но Аша сделала шаг навстречу.       — Я привез конфеты. Мне… не нравится то, что вышло. Я не хотел портить Рождество тебе и… всем, — решился Рамси после секундного раздумья.       Аша взяла его за руки.       — Хорошо. Мне жаль, что всё вышло вот так. Я надеялась, что мы все будем терпимее к недостаткам друг друга. И я бы хотела, чтобы ты извинился перед дядей Виктарионом и тётей Иветт.       — Нет.       Аша вздохнула.       — Папа сам виноват, но им ты действительно испортил праздник.       — Ясно.       Рамси смотрел на их сцепленные руки и молчал. Было и правда немного стыдно, но тем не менее извиняться перед какими-то посторонними людьми он точно не собирался. Слова ничего не изменят, и их мнение о нём тем более не исправят.       — Что теперь? — спросил, когда пауза слишком уж затянулась.       — Ничего, будем жить дальше. Знакомство не задалось, извиняться ты не хочешь, выбор только один — оставить всё в прошлом, — спокойным тоном сообщила Аша.       Чай с «примирительными» конфетами окончательно сгладил размолвку. В воздухе всё ещё проскакивали искры, но гроза миновала. Иногда лучшим решением, и правда, будет оставить всё как есть.

***

      Новый Год, в отличие от Рождества, получился действительно тёплым и домашним. Рамси позвал Теона и Ашу к себе, и они оказались втроём в его маленькой квартире, пили шампанское и смотрели салют, гуляли по ночным улицам, обменивались подарками и просто радовались тому, что прошёл ещё один год. Не все дни были неудачными — счастья этот год принёс намного больше.       В первую неделю января с крыш ручейками стекал растаявший снег и проливался на землю ледяным дождём. В выходные похолодало, и лужи обратились осколками стекла.       Раз уж папаша Грейджой запретил появляться в его доме, Аша всё чаще оставалась у него. Иногда на все выходные. Она больше не сердилась, наверное, решила оставить все неприятности в старом году. Может быть, её большая и шумная семья, члены которой вечно враждовали друг с другом, научила её примиряться с недостатками других. Расспрашивать было не в его привычках — Рамси просто радовался наступившему покою. Буря осталась в прошлом, а река их совместной жизни вновь вернулась в свои берега.       Кстати говоря, теперь их жизнь и вправду стала совместной. Аша переехала к нему. Рамси не уговаривал долго, просто предложил однажды за вечерним фильмом. Немного волновался, но она согласилась легко. Верно, настало наконец их время. Этот год начинался просто замечательно.       Лорд, Данте и Дива успешно закончили обучение, и для них тоже настала новая жизнь. Рамси надеялся, что все они попали в хорошие руки. Каждый из его учеников будет теперь нести свою службу и приносить пользу людям. Он решил навестить их, когда они немного освоятся и привыкнут к своим хозяевам. Вскоре в питомнике появились новые щенки: забавные и смешные, пока ещё неуклюжие и любопытные. Может, кому-то и не кажется серьёзной его работа, но Рамси любил её от всей души. Это то, чем он действительно хотел заниматься.       Теперь дома ждала любимая женщина и настоящий домашний ужин, а не разогретый в микроволновке полуфабрикат. Вечерами они делились событиями прошедшего дня, выбирались в кино или в парк. Рамси был счастлив. Путь выдался долгим, невероятно, но тот момент, в котором они очутились сейчас, действительно стоил всех испытаний. Аша говорила: «То, что чего-либо стоит, даётся нелегко». И они оба этого заслужили.       В январе произошло ещё одно радостное событие: у Джона с Дейнерис родились двойняшки. Их назвали Мартин и Мира. Рамси поздравил брата с невесткой по телефону и неделю спустя решил нанести им визит. Теперь у него появилось целых два племянника и к этой мысли оказалось нелегко привыкнуть. Наверно, если хотя бы на них посмотреть, станет проще.       Субботним вечером вместе с Ашей они отправились в гости к родственникам. Она помогла найти подарки, в итоге выбор пал на двух плюшевых медвежат: бурого и белого. Конечно, дети ещё не скоро смогут с ними играть, но время летит быстро. Сейчас же оба медвежонка оказались больше самих младенцев.       Джон и Дейнерис просто светились от счастья и гордости, и Рамси был рад за них. Все вместе они пили чай с тортом из кондитерской на углу, и Аша с улыбкой поддерживала беседу о детях. Они неплохо поладили с Дени, и похоже, Аше было действительно интересно.       Тем временем Джон обратился к нему: «Хочешь посмотреть на племянников?»       Рамси кивнул, отставив кружку в сторону, и они отправились в детскую.       Малыши мирно спали в своих кроватках. У обоих тёмный пушок на головах и красные лица. Рамси решил, что они похожи между собой, хотя, наверное, все младенцы одинаковы. Других он раньше и не видел так близко. Девочка вскоре проснулась и разбудила своим рёвом брата. Рамси отступил сторону: слишком громко. Спящими они выглядели лучше.       Джон склонился к кроватке и поднял дочку на руки, вскоре подошла и Дейнерис, и они принялись суетиться над детьми. Рамси тихо вернулся на кухню, и Аша улыбнулась ему.       Некоторое время спустя Дени показалась на кухне с присмиревшим сыном на руках. Джон появился следом, только вот Мира никак не хотела успокаиваться и продолжала ныть, хотя уже и не так громко.       Рамси поморщился и подумал, что надо уже поскорее сваливать. Если ещё и пацан начнёт орать, то можно будет просто оглохнуть. К счастью, Джону всё-таки удалось укачать Миру. Наступила блаженная тишина.       — Хочешь подержать? — спросил он, едва только Рамси успел расслабиться. — Можешь взять Мартина, он спокойнее, — предложил брат, очевидно заметив его недовольную гримасу.       — Не очень, — качнул головой Рамси. Держать на руках извивающийся вопящий комок не было ни малейшего желания. К тому же, они такие маленькие, что он просто боялся его придавить ненароком или ещё что. — В другой раз, — который вряд ли наступит. Нет, издалека смотреть на младенцев намного лучше.       Аша почему-то не стала отказываться, и Дейнерис передала ей Мартина. Может, ей даже понравилось: она улыбалась, глядя на ребёнка.       — Хорошо, в другой раз, так в другой раз, — не стал настаивать Джон.       Когда детей вновь уложили в кроватки, они все вместе ещё немного поболтали на кухне, а затем распрощались.       По дороге домой Аша выглядела задумчивой. Рамси отметил это лишь мельком, взял её за руку и предложил немного пройтись пешком. На улице было свежо и безветренно, и погода располагала к прогулкам.       — Как тебе племянники? — спросила она, сжав его ладонь.       — Не знаю. Они пока ещё мало похожи на людей, сложно сказать, — Рамси не стал маскировать то, что думал на самом деле.       Аша выглядела удивлённой.       — Я рад за Джона и Дени, — добавил Рамси, чтобы как-то сгладить неловкий момент.       — Ты не любишь детей? — догадалась Аша.       — Нет. А разве должен? — это немного смущало, наверно, она теперь будет думать, что он плохо относится к племянникам, но это вовсе не так.       — Не должен, я спросила просто так, — пояснила Аша, когда они остановились неподалёку от закрытого продуктового магазина и закурили.       Рамси поспешил переменить тему.       — Я думаю, что мы выбрали хороший подарок. У меня был в детстве такой мишка. Не совсем такой, но похожий, — уточнил он.       Аша согласилась, и оставшийся путь они разговаривали об отвлечённых вещах, а в метро и вовсе молчали, погрузившись в свои мысли. Никаких знаменательных событий в этом месяце больше не произошло, и вскоре Рамси позабыл об этой странной беседе.