Плюшка в моём теле

— Я… Я согласен. Шуга не мог поверить, что это было самое искреннее, что он сказал за этот короткий разговор с Чимином. Искреннее, честное и совсем без сарказма согласие. В котором между строк можно прочитать крик о помощи. И Пак это понимает, он действительно как-будто считывает этот крик, но скрывает за яркой улыбкой, чтобы хён, не дай Бог, не передумал. Юнги, смотря в свои глаза напротив, не мог понять, как так всегда выходит, что он бессилен перед Чимином. Но вот есть в нём что-то такое убедительное, что располагает людей к нему. Прям аж хочется верить во всё что скажет младший. Но Мин — это Мин. И пусть он попался на уловки и уговоры тонсена, Шуга всё-таки в первую очередь реалист. И он понимает, что им будет очень сложно разобраться в этой ситуации… Но из-за Пака хочется верить в лучшее. И Юнги сначала напрягается, а затем моментально расслабляется. Что ни говори, а Чимин умеет вселять надежду, чтоб его…

***

— Малыш… Просыпайся, — Хосок сидел на краю кровати Чимина и нежно смотрел на своего соседа по комнате. — Чимин-и, открой глазки, уже утро, — наверное каждая девушка растаяла перед таким парнем. Но Юнги не из таких, да и вообще он не девушка. — Чё? — Шуга, лежавший до этого в позе бублика, открыл глаза и не мог понять, что происходит до того момента, как не увидел Хосока, причину многих его бедствий. — Ты охренел?! — Юнги точно надоело вечно так просыпаться. Возможна ли в этом доме хоть минута покоя? — Эй, Чимин-и, ты чего? Некрасиво так ругаться. Я думал мы помирились, — Хоуп, надув губки, выглядел как маленький обиженный ребёнок. Так. Стоп. Это что он сейчас типа Чимина пародирует? Плохая попытка. Шуга громко вздохнул. Что ж придётся отложить его сон. — Ох, ладно, чего ты хотел? — Ну как всегда. Я проснулся из-за плохого сна и теперь совершенно не могу заснуть обратно, — Хосок казался и правда очень расстроенным. — И? — Шуга не мог уловить связь. — Ну приснился тебе страшный сон, я здесь при чём? — Ну как при чём? Не могу же я один страдать, — Чон сидел в непонятках. Что это с Чимином в последнее время? Чёрт. Хосок. Твою ж налево. Что бы сделал в такой ситуации Чимин. Думай-думай-думай. — Хосок-хён, всё будет хорошо. Это всего лишь сон. Иди к себе в кроватку и думай о хорошем, — блондину захотелось блевануть. Никогда он так не высказывался. Это слишком по-чиминовски что ли. — Может ты пойдешь со мной? — рыжеволосый лучезарно улыбнулся. — Куда? Завтракать на кухню? — Мин не тупой, он понял, что имеет ввиду Хосок. А такой вопрос показался ему слишком гениальным в такой ситуации. — Нет же, ко мне в кроватку, — Чон помахал в сторону своей кровати напротив. — Я бы с радостью. Но так хочется есть, — Юнги вскочил с кровати как подстреленный и направился к выходу. Сейчас больше всего на свете хотелось избежать неловкого разговора с Хосоком. А то расхлёбывать вечную кашу очень надоело. Зайдя на кухню, Шуга заметил интересную картину. Тэхён, в привычной ему манере, наклонившись к макнэ и проведя немного губами по его уху, поцеловал в висок в приветствующем жесте. — Ну началось, — послышался голос Джина. Нет, он не говорил это осуждающе, он просто констатировал факт. — Что у нас сегодня на завтрак? — Намджун тоже был на кухне. На его лице можно было заметить довольную рожицу. — Нэнмён, — сказав это, Сокджин широко улыбнулся. — Что? Опять холодная лапша? Следующий раз я выбираю нам еду. — Джун-и, дай угадаю, ты закажешь токатцу? — Джин как всегда был прав, они слишком хорошо друг друга знают. Вскоре к ним присоединились Хосок с Чимином. Юнги сразу решил, что сядет с голубоволосым. Прямо сейчас им нужно показать остальным мемберам, что они помирились, и причин для волнения нет. К счастью, Хоби уселся сам возле стенки, и никто не претендовал на излюбленное место Шуги. Единственное, что его беспокоило это странный взгляд Джина. Мин всё не как не мог прочесть, что скрывается за этими глазами и похабной улыбкой. Насмешка? Гордость за них? Или ему просто кажется? Спустя какое-то время Юнги заволновался, ведь ничего не происходило. Все спокойно себе ели и думали о своём. Разве Чимин не должен предпринимать какие-то меры, чтобы все поверили, что у них в отношениях всё хорошо? Мин дотронулся до руки голубоволосого и посмотрел ему в глаза с вопросом, мол, что нам делать. На что Чимин просто улыбнулся и продолжил трапезу. Пак явно намекал на то, что действовать нужно именно блондину. Шуге было не по себе, как вообще он должен себя вести? Сейчас ему захотелось выбрать звонок другу, но они не играют в миллионера, всё намного сложнее и происходит в реальности. Юнги осмотрелся, может последовать примеру кого-нибудь из мемберов? Джин с РМ сразу отпадают, они встречаются, не дай Бог поженятся ещё; поведение Хосока, особенно в последнее время, очень странное, не лучший пример для подражания. Остаются Тэхён с Чонгуком, эти двое вечно проводят время вместе и видимо у них и правда довольно хорошие отношения. Вспомнив прошлый завтрак бантан, Шуга решил остановиться именно на этой мысли. Увидев свиную грудку в кунжуте, Юнги подхватил маленький кусочек палочками и положил в тарелку к голубоволосому. Тот победно улыбнулся так, будто бы ожидал чего-нибудь подобного и сказал: — Спасибо, Чимин-и. Что? «Чимин-и»? Ну всё, этих милостей на сегодня хватит, теперь можно и поесть. Хосок громко поперхнулся, такое чувство будто бы он вечно за всем наблюдает, и ничего не скроется от его глаз. Быстро придя в себя, рыжий тоже начал накладывать мясо в тарелку, но уже опешившему Шуге. Блондин совершенно не знал, как на это реагировать. Они с Чоном отличные друзья, всегда так весело проводят время. Но сейчас, в теле Чимина, Мин не может нормально общаться с Хосоком. Будто между ними появилась невидимая стена, Юнги хотелось только отталкивать Хоби и от этого становилось грустно. Из мыслей Шугу вытащил Пак. Кажется он задал вопрос. — Тебе чего-нибудь положить, Чимин-и? — он сделал ударение на последнем слове. Он что, издевается? — Нет, спасибо, Юнги-хён, — но Шуге оставалось просто улыбаться и не палить контору. Чонгук, сидящий до этого спокойно, больше терпеть не мог, ему срочно нужно было сотворить какую-то пакость. Впрочем, он это и сделал. — Ох, Тэхён-и, тебе чего-нибудь положить? — театрально спросил Гук. — Нет, спасибо, Гуки, — также наигранно продолжил Тэ. Все засмеялись, кроме Шуги, который своим взглядом так и проклинал этих двоих, и Джина, который отчего-то выглядел очень довольным, и опять этот взгляд… Юнги, всё так же это игнорируя, посмотрел на Чимина, тот улыбался со всеми и почему-то не ел. Держа палочки в руках, он просто смотрел на лежавшее мясо в его тарелке. Можно было сослаться на то, что он просто задумался, но зная Пака, наверняка дело не в этом. Шуга пытался обратить на себя внимание Чимина, но не добившись успеха, он наклонился и прошептал голубоволосому на ухо: — Чтобы съел всё, что находится в твоей тарелке. Я не позволю тебе сидеть на диете, так ещё и в моём теле, но не переборщи, щёчки мне тоже не нужны, — от неожиданной близости у Чимина пробежались мурашки по телу. Из-за того, что голубоволосый не до конца понял, что случилось, между ними возникла неловкая пауза. От чего Мин немного поежился на месте. Пак заприметив это, решил ответить на Шугины заявления самой лучшей защитой, а именно нападением. В такой же манере наклонившись к уху Юнги, сказал: — А у тебя очень сухая кожа, ты совсем о ней не заботишься. Так что теперь из-за тебя моя кожа может стать такой же. Я должен научить тебя за ней ухаживать. — Оох, — послышались восхищённые возгласы Джина. Он, подперев руками подбородок, всё также смотрел на Чимина с Шугой и улыбался. Шуга совершенно ничего не успел ответить Чимину. А эта непонятная реакция Джина явно выводила блондина из себя. Намджун поняв, что нужно спасать неловкую ситуацию, резко заговорил: — Ребята, Чимин-и и Юнги-хён, я правда очень рад за вас. Вы помирились. Да, можете отрицать, что вы и не ругались. Это не важно. Самое главное, что мы вместе, мы — семья, и находимся в хороших, доверительных отношениях. Давайте всегда проводить наши завтраки именно так: весело и непринужденно. Ну и поскольку сейчас мои слова выглядят как тост, давайте поднимем наши бокалы, а именно чашки с чаем и выпьем их до дна, — РМ засмеялся и поднял свой «бокал», все остальные повторили за лидером. Смущённость ушла, забрав с собой неловкость. — Давайте выпьем за такое! У нас же должна была остаться бутылка соджу! — задорно проговорил Чимин. — Эй, алкоголик, хватит бухать, — подхватил Шуга. Все сильно засмеялись, учитывая, что Пак с Мином в телах друг друга, эта ситуация выглядела очень забавно, будто бы они пародируют. А раз они шутят и смеются, значит все действительно хорошо.

***

После окончания совместного завтрака Юнги хотел было направиться к себе в студию, но не успел улизнуть, его благополучно перехватил Тэхён, смотря на него безумными глазами. — Чимин-ще! Что ты собираешься сейчас делать? — Я ид… — Ничего говоришь, отлично, — не дав и двух слов сказать блондину, Тэ схватил того за руку и поволок по неизвестному направлению. Конечной точкой оказалась комната двух Кимов. Наконец отпустив ничего не понимающего Шугу, Тэхён начал доставать что-то из шкафчика под огромным плазменным телевизором. — Так, Тэхён, а ну-ка объясняйся! — Мина пугал такой странный Ким, но просто накричать на него и уйти у него нет права. — Чимин-и, давай поиграем в Овервотч! Мне скучно, — сероволосый наконец достал всё необходимое, а именно джойстики и саму консоль. — А как же РМ, который между прочим тоже проживает в этой комнате? — Шуге нужно было срочно придумать отмазку и слиться. — За него не волнуйся, он у себя в студии работает, — Тэхён, включив приставку, удобненько уселся на пуфике напротив экрана. — Но я же играю плохо! — в этом и заключалась вся загвоздка. Чимин и правда играет не очень, а вот Юнги — наоборот. На эту игру Мина подсадили Чонгук с Тэхёном, и ему даже понравилось играть, но Юнги не очень этому рад, ведь из-за этого он иногда тратит на нее слишком много времени, вместо того, чтобы работать. Да и вообще эту святую троицу знают все: Тэхён, Чонгук и Шуга, они слишком хороши в Овервотче. Плюс ко всему, у Шуги такой характер, что он точно не начнёт поддаваться и делать вид, что плохо играет. И Тэхён может, сложив два плюс два, догадаться в чем дело. Это же Тэхён. — Чимин-ще, я знаю, что ты вчера играл без меня. Так что наверняка нахватался опыта. И да, хватит ломаться как девочка. В конце концов, ты мне друг или нет? — Ким повернул голову в сторону блондина. Тому ничего не оставалось делать как сдаться и натереть тонсену зад за такие заявления. — За кого будешь играть? Как всегда за Турбосвина? — как-будто даже насмешливо спросил Тэхён. Турбосвин? Серьёзно, Чимин? Нельзя было выбрать кого-то пооригинальней. Или это самоирония? — Какой ещё нафиг Турбосвин? Я буду играть за Диву. — Чимин, а ты не офигел? Ты же знаешь, это мой персонаж! — возмущения Тэхёна не было предела. — И что? Раз ты меня насильно сюда притащил, я буду играть за того персонажа, которого хочу! — Какой-то ты больно смелый сегодня. — Ну я могу и уйти, — Шуга начал делать вид, что поднимается и собирается уходить. — Лааадно, буду за Мэй, — буркнул Ким. Выбрав для начала быстрый режим, Тэхён с Юнги отправились в мир Овервотча. Во время игры сероволосый то и дело, что болтал о чем-то, начиная от недавнего сна, заканчивая неудачным походом в лес, где Тэ хотел найти и сфотографировать зайчиков. Последнее очень удивило Шугу, во-первых, как он смог уйти и прийти незамеченным, а во-вторых, как он собирался найти кролей? Они что, под каждый кустом, по его мнению, сидят? Не считая нужным отвечать на все эти рассказы тонсена, Юнги просто кивал, полностью погрузившись в игру. Всё-таки это хороший способ отвлечься от своих проблем, отгородиться от внешнего мира. Блондин подумал, что именно это нужно было выбрать в прошлый раз, а не смотреть фильм, который ему так в итоге и не понравился. Поскольку что-что, а критиковать и разбивать чужие работы в пух и прах Мин может. Спустя несколько часов, когда счёт Тэхёна значительно превышал баллы Шуги, Ким решил остановиться и сделать перерыв. Он продолжал сидеть на своём пуфике, задумчиво перебирая серую копну волос на голове. Юнги внимательно осмотрел младшего. Мин точно не силён в общении и далёк от психологии людей, но заметить странное поведение не составило труда. — Рассказывай уже, — обременено вздохнул блондин. — Что? — Ким аж подпрыгнул на месте от неожиданного голоса Чимина. — Я вижу, что ты что-то сказать хочешь. Так говори, пока я добрый. — Вау, как ты понял? — с сарказмом в голосе спросил Тэхён. Для него было удивительным, что Чимин не понял всё сразу, как только увидел Кима в коридоре. Тот выглядел очень расстроенным и чем-то обеспокоенным. А обратил внимание на это его друг только сейчас, когда всё на лице написано. Откинув задние мысли, сероволосый подсел ближе к Мину и вздохнул, намекая на то, что рассказ будет длинным. — В общем начну с того, что на самом деле я тебя сюда позвал не для игры в Овервотч. У меня просто кое-какие проблемы в отношениях появились, а игра дала возможность немного потянуть время, и я смог разложить все мысли по полочкам, — решил начать с далека младший. — В смысле? Ты же всё время болтал? — опешил Шуга. — Ну… Это мне и помогло. Удивительный человек. — Так вот, дело в том, что я начал замечать странное поведение Чонгука, а именно его отношение ко мне. Оно сильно изменилось в последнее время. Сначала я думал, что мне кажется. Вот, например, он не завязал мне шнурки, когда я попросил. Ладно, может устал. Не накрыл меня одеялком на ночь. Ладно, может забыл. Когда я утром целовал его в висок на кухне, он даже не повернулся в мою сторону. Знаю тебе это может показаться глупым, но я правда чувствую, что что-то не так. А сегодня его поведение стало ещё хуже! Вместо того, чтобы провести время со своим любимым и поиграть в Овервотч, он решил пойти в спортзал. Ей-богу, такое чувство, что его парень не я, а качалка! После этих слов Юнги перестал слышать, двигаться и вообще дышать. Кажется его голова выдала ошибку, будто бы в мозгах так и написано «error», «ошибка 404», «not found», «сервер не найден». Стоп. Стопээ. С. Т. О. П. Они типа что, тоже того? Спидорасились? Сголубятились? Пестик не нашёл свою тычинку и решил замутить с другим пестиком? Твою мааать, вот, что бывает, когда парням не разрешают общаться с девочками. — Чимин-и, ты меня слушаешь? — Тэхён активно помахал перед лицом Юнги. Тот наконец оклемался. — Да, я просто в шоке от поведения Чонгука, — его голос звучал отчего-то очень пискляво, даже как для голоса Чимина. В обычный день это бы выглядело подозрительно, но сейчас Ким был просто рад, что друг его понимает. И тут до Шуги доходит. Он же, посчитав отношения Тэхёна с Чонгуком дружескими, начал повторять за ними. Так же накладывал еду в тарелку, а оказалось, что они были плохим примером для подражания. Слишком плохим примером. И теперь-то странный взгляд Джина не кажется таковым. Конечно! Поведение блондина явно можно было бы расценивать как подкаты. А это уже очень плохо. Из-за таких мыслей у Юнги наконец заработал мозг, и в памяти возникли картинки со всеми взаимодействиями Чонгука и Тэхёна. Чёрт, да они были слишком очевидными. Но Шуга воспринимал их действия просто как фансервис, который вошёл в привычку. Да у него и так проблем много, чтобы ещё лезть в чужое бельё и думать кто с кем спит. На самом деле сейчас Мин понимает, что он не осуждает своих мемберов и что его мнение и отношение к ним никак не поменялось. В нём просто играло удивление и шок. Не каждый же день узнаешь, что твои друзья встречаются. Нужно время, чтобы всё обдумать и понять, и вскоре привыкнуть. И уж точно не блондину судить, кто кого должен любить. — Приём, Земля вызывает Чимина, — сероволосый пытался вывести из мыслей Шугу. — Может ты дашь совет? — Подожди, может ты преувеличиваешь? Утром вы выглядели вполне счастливыми. — Ну мы же не перестали друг друга любить, просто я чувствую, что Чонгук что-то не договаривает. А если это я во всём виноват? Может я сделал что-то не так? — Ким испуганно прикрыл своими ладонями губы. Юнги понимал, что должен успокоить тонсена, но думать как в такой ситуации ответил бы Пак ему не хотелось, поэтому он сказал именно то, что было у него сейчас на сердце: — Тэ, ты должен просто с ним поговорить. Прямо подойти и сказать, что тебя беспокоит. Если ты и дальше будешь всё держать в себе, это точно ничем хорошим не закончится. А пытаться намекать, обижаться — не сработает, сто процентов. Лучше разберись с этим сейчас, пока не стало поздно, — Мин сейчас выглядел так, будто у него в жизни была подобная ситуация, когда лучше было бы не молчать. Тэхён посидел пару минут в тишине, обдумывая слова своего друга. — Ты первый раз мне посоветовал что-нибудь подобное. Правда веришь, что лучше сказать всё прямо. А если всё станет хуже? — Хуже станет, если не попробуешь. Ну и золотое правило: кто не рискует, тот не пьёт шампанского. А в твоём случае, не трахается.  — Эй, Пак Чимин! В смысле ты так выражаешься?! Ты! Двуличный извращенец! — очень смутившись, Тэхён пулей выскочил из комнаты, оставляя Юнги одного со своими мыслями.

***

Божееееее. Чимин прошел через всю комнату и рухнул лицом вниз на кровать Шуги. Уставше разлёгся как звёздочка. Джина почему-то не было, хотя Пак этого даже не заметил. Устал он, потому что сразу после завтрака поехал по магазинам. Для айдола это конечно проблематично, но не невозможно. Чимин оповестил менеджера и взял кого-то из стаффа с собой в качестве шофера, ведь сам ещё не научился водить. И потратил несколько добрых часов на выбор косметических средств для кожи Шуги. В первый же день обмена сразу, что заметил Пак — это то, что Юнги явно не уделяет своему лицу должного внимания, как бы странно это не звучало. Он же айдол в конце-то концов! Для него косметика это обычное дело! А она сильно сушит кожу и требует дополнительного ухода. Так что Чимин операцию под названием «Спасти Шугу-хёна» решил начать именно со «спасения» лица. Он очень тщательно подошёл к этому вопросу и купил только самое лучшее. Но кремами и масками это не обошлось, и он решил ещё накупить средства для слегка жёстких от частого перекрашивания волос своего хёна. Пак очень хорошо разбирается в этой всей косметологической сфере, и ему не составило труда подобрать именно то, что необходимо Юнги. Но вот по немного непонятным причинам тело Шуги совсем не было приучено к такой длительной ходьбе. Как бы противоречиво это не было для артиста! И Чимин имел огромный дискомфорт от ноющей боли в ногах и спины. И также присутствовала лёгкая сонливость, потому что Пак совсем плохо спал в последние пару дней. И обыкновенного для него комфорта от шоппинга было внемоготу получить. От чего голубоволосый расстроился ещё сильней. Но всё равно ушёл из магазина, только тогда, когда удостоверился, что всё приобрёл. Решив перевернуться на спину, Чимин достал телефон из кармана. Сощурив глаза от яркого света экрана, он убедился, что уже вечер. Включив белую настольную лампу на прикроватной тумбочке, он вздохнул и зачем-то начал крутить свой выключенный с разбитым экраном телефон. Перевернув его, он стал рассматривать чехол Юнги на своём Айфоне. Чёрный и с какой-то непонятной цитатой на латинском, которую Пак уж точно не может перевести. Да уж. Не то что его собственный. С картиной Ван Гога «Звёздная ночь», подаренный, как не удивительно, Тэхёном. Поменяться чехлами предложил конечно Чимин для отвода подозрений. Слава Богу, у всех Бантан Айфоны, и это не было столь проблематично. Пак немного залип на этой чудаковатой надписи, но даже не думал переводить, а отложив наконец-то телефон, вымотано фыркнул. Надо найти Юнги и обговорить с ним то, что пришло мне вчера в голову. Голубоволосый не спеша встал с кровати и пройдя совсем немного, почувствовал запах пота. Никак этому не удивляясь, направился к Шугиному шкафу и открыл его. Этот шкаф он видел не один раз, так уж вышло, что у Чимина была привычка брать одежду хёнов, и так уж вышло, что именно одежда Юнги подходила ему по размеру больше всего. И даже несмотря на это, Пак продолжал говорить фанатам, что у БТС разная одежда. Такая вот «святая ложь» уверял он себя. Вообще не зацикливаясь на выборе одежды, он вытащил первый попавшийся свитер, и это оказался тот самый свитер, который он пару месяцев назад подарил Шуге в качестве подарка на его День рождения. Не сильно улыбнувшись, Чимин подумал, что это слишком дорого для разгуливания по общаге и вытащил уже явно домашние штаны джоггеры с, жесть какой старой, серой футболкой хенли. Для дома самое то. Снимая с себя ярко синий свитшот, у Пака не было ни одной задней мысли. Но когда он одевался и запутался в рукавах хенли, и решил подойти к Джининому зеркалу в полный рост (единственному отражающему предмету в этой комнате), то опешил и широко раскрыл глаза. Тупо хлопая ресницами, Чимин пытался понять, когда это он забыл, что находится в теле Шуги. Одевая его одежду, я почувствовал себя в своём теле. Нечаянно подумал голубоволосый и смутился, неловко запрокидывая голову назад, стараясь игнорировать отражение хёна. Пак удивленно повернулся обратно, и ему сконфуженно пришло осознание того, что он давно не видел пресса Юнги. У хёна вообще не было привычки ходить с голым торсом (не то что Чонгук), а последний раз в сауне с парнями они были давненько и отдыхали вообще тоже давно. Работа, все дела. А других поводов в общем-то нет. Чимин стал усиленно вспоминать, сколько дней он уже провёл в теле Шуги. Три дня. … Прошло три дня… Почему я впервые вижу его тело без верхней одежды? Пак растерянно заморгал и, закрыв глаза, начал вспоминать. За всё это время я то и делал, что волновался, переживал и раздражался. Настолько, что даже забывал пару раз переодеться. Даже сегодня, собираясь в магазин, я очень спешил и не особо задумывался, что я в его теле… Допрыгались, блин! Как же страшны привычки! Как я мог настолько сильно привыкнуть таскать вещи Шуги?! Чимин со злостью на самого себя потянул за «свои» волосы на затылке и сел на корточки, пряча голову в коленях. — Щибааааааль, — глухо протянул голубоволосый. Посидев так всего пару секунд, Пак понял, что любопытство взяло верх. Но это же нормально рассматривать тело человека, в которого переместился? В конце-то концов персонажи дорам делают это вторым делом после обмена тел. А первым делом они кричат и падают в обмороки. Блин, почему я так волнуюсь?! Ну правильно, это ж не сопливая дорамка и мой «партнёр по бедствию» не красивенькая грудастая кореянка, а Юнги-хён. Он же парень и мы со всеми мемберами живём давно вместе, что мы только не видели. Айщщщщ! Это же Шуга-хён как никак! Своей хилостью он меня уж точно не поразит! Чего это я! С этими мыслями Пак выпрямился и уже без стеснения снял футболку, которая всё это время висела на шее, и подошёл к зеркалу чуть ближе. Юнги был очень худ, что не всегда заметно под мешковатой одеждой, но известно всем. А именно сейчас он очень сильно похудел. Слишком выраженные рёбра, на которых как на стиральной доске можно ополаскивать бельё. Разительная талия, Чимин даже осмелился мысленно сравнить её с женской. Весьма острые ключицы, от которых, как ни странно, возникало ощущение, что можно порезаться. Тонкие руки с хорошо выраженными продольными венами. Которые выглядели… притягательно, что ли? Плечи Шуги всегда казались Паку широкими, но не настолько как у Джина, понятное дело, но уж точно шире его собственных. И сейчас Чим думает, что был прав. Абсолютно плоский живот с ни намёком на пресс смотрится не столько жалко, сколько… обаятельно? Телосложение хёна вообще, как обнаружилось, гляделось очень интересно. Юнги полноценно можно было считать тощим, но в его сторону это никогда не звучало как оскорбление. Широкие плечи и узкий таз полноправно делали его представителем парней с треугольной фигурой. Чимин даже не понял как залип, рассматривая торс своего хёна. А когда, неведомо как, он вышел из транса, засмущался. Паку стало неловко от той внимательности, с которой он рассматривал старшего. Вернув свой взгляд в зеркало, он заметил, что щёки Шуги почему-то были розовыми. Разглядывая это явление как восьмое чудо света, до Чимина дошло, что на лице Мина проявились его же эмоции. От этого осознания стало ещё более неловко. Пак как-будто извиняясь за то, что увлёкся, опустил взгляд, и его взор пал на живот Юнги. Не осознавая, что он делает, как очарованный потянул руку к животику хёна и по какому-то обыкновению начал его гладить, но тут же прекратил и опомнился. Какого черта? Почему я это сделал?! Голубоволосый не мог понять. А затем он вспомнил моменты, когда не один раз непринужденно касался живота Шуги и в некоторых случаях действительно его гладил. Это было настолько незаметно и в дружеской манере, и старший никогда не реагировал на это особо, так что и Чим не придавал этому значение. Но если так, то почему…? Почему это так приятно? Ему всегда было так приятно, когда я его касался? Пак решил повторить. Аккуратно, боясь новых ощущений, он провёл по торсу Мина. Ему самому никогда особо не нравилось, когда его касались за живот и тем более за пупок. Но находясь в теле хёна ему это было в кайф. Даже закрыв глаза, Чимин не до конца понимал, почему он так млеет от этого прикосновения. По телу прошлись мурашки от холодных пальцев и чувствовалось это офигенно. Дыхание замедлилось, а сердцебиение наоборот почему-то ускорилось. Оглядев тело Юнги снова, у голубоволосого проскочила мысль, что так дело не пойдёт. Чимин знал, что Шуга может часто забывать поесть, особенно когда работает над новой песней, но он не думал, что до такой степени, когда совершенно все кости торчат, а скулы кажутся самым опасным лезвием в мире! Хмммм… А что если я его откормлю! Блин, он мне только этим утром грозился не сидеть на диетах и не объедаться… Но я же чуть-чуть, да? Мне больно на него смотреть… Решено! Будем больше жрать! Придя к этому решению, Пак наконец-то соизволил переодеться. Во второй раз это уже увенчалось успехом. Затем он вспомнил, что ему было бы неплохо разложить купленные товары. И подойдя к захламленному столу Юнги, он бренно вздохнул. У него такой беспорядок, даже пакет некуда положить. Везде валялись обёртки от вредной еды, бумага, карандаши, ручки, ноутбук, его чехол, планшет, компьютерная мышка, тройка вакуумных наушников и даже игровые наушники. И пять чашек из-под кофе. Чимин даже не знал, что думать, но пришел к выводу, что хотя бы для начала можно разложить пакет в какой-то из шухлядок. Открыв самую первую, он был удивлён порядком в ней и присутствием всего нескольких вещей, а именно какого-то желтенького блокнота размера А5, небольшой коробки, вероятно, из-под чая и перевернутой вниз рамки для фотографии цвета белого дуба. Пак, заинтересовавшись, решил посмотреть на фото. Перевернув рамку, Чимин изумился. Это была совместная фотография БТС. Так ещё и довольно старая. Совсем дебютная. Бантаны там такие маленькие и пафосные в этой хип-хоп одежде, но не смотря на это глаза восторгом и детской надеждой блещут. Голубоволосый не был уверен, когда именно было сделано это фото, также он сомневался, что оно у него было. Но сентиментальность Шуги его поразила, и он улыбнулся. Поставив рамку на край стола, он вытащил ту самую коробку из-под чая и немедля её открыл. Пак не поверил своим глазам и ещё шире улыбнулся. Он вытащил первые три попавшиеся полароид фотографии, на которых были все мемберы. Коробка была полностью заполнена фоточками на полароид, в основном все связаны с БТС, но были и парочку с семьёй и собачкой Юнги — Холли. Пак очень обрадовался, когда обнаружил пару старых селок с собой, хотя опять же не был уверен, когда они были сделаны. Но он почему-то был убеждён, что АРМИ их точно не видели. В край растроганный Чимин перебирал фотографии и удивлялся их атмосферности. Даже было несколько фоток природы, которые точно сделал сам Мин, а вот насчёт остальных он не уверен. Дойдя до дна коробки и складывая гору полароидов обратно, Пак уже совсем ничего не стыдясь вынул блокнот, последнюю вещь в этой шухлядке. У Чимина не проскочило ни одной мысли по поводу, что это может быть личным и секретным, нет. Вообще ни одной. Его любопытство было уже слишком раззадорено. А также он совсем забыл о том, что хотел поговорить с Юнги-хёном. Открыв первую страницу, Пак не увидел ничего интересного, кроме списка паролей к неподписанным сайтам. Разочарованно на это фыркнув, Чим уже собирался перевернуть дальше страницу, как услышал открывание дверей и уж больно знакомый, но всё равно не привычно слышущийся со стороны, свой голос. — Эй, ты, Плюшка в моём теле, — начал говорить Шуга как-то нетерпеливо и взволнованно. — Ты почему не говорил, что… И эти недосказанные обвинения пропали в миг, когда хён увидел, чем его тонсен занимается. То есть он приходит сразу после чудаковатого разговора Тэхёна о его проблемах в отношениях с Чонгуком, о которых Мин и не подозревал, и застаёт своё тело рыскаившиемся в как-бы своих, но чужих вещах! — Какого ху… Пак Чимин! Твою мать! Что ты делаешь? — начинавшим закипать голосом произнес старший, но вопить, на удивление, он ещё не начал. — Шуга-хён, я это…! Я не специально! Я не хотел! Просто… — бурно начал оправдываться Чимин, размахивая руками и отходя к стене. — Просто что? — еле-еле сдерживая злость, сквозь зубы проговорил Юнги. — Блин, хён! Мне надо было всего лишь разложить купленные товары для тебя! — уже увереннее начал объяснять Пак. — Что? — не понял Шуга и уже с удивлённым спокойствием спросил. — Ты что-то купил? — Маски! Маски для лица и крема, а также маски для волос, — облегчённо сказал голубоволосый, как-будто эти слова полностью спасали его от гнева старшего, но нет. — Но какого ты роешься в моих вещах? — раздражение снова подступило к Мину. — Хён, хён, хён, я не хотел, честно! Мне надо было разложить покупки! А тут ты со своими фотографиями оказываешься очень милым и сентиментальным…— Чимин замолк, закрывая рот рукой и осознавая, что только что сказал. — Как ты меня назвал? Совсем страх потерял? — с угрозой произнёс старший. Ему от слова совсем не нравилось, когда его образ разрушали и узнавали о его мягкой стороне. Пак совсем растерялся, но, собравшись, ответил: — Шуга-хён, я на самом деле не собирался лазить в твоих шухлядках! Не бей меня, пожалуйста! Я всего лишь беспокоился о твоей коже! — Тццц, — цыкнул Юнги, закатив глаза, пыл его начал немного остывать. Снова это его хреновая забота. Мин не мог осознать нравится ему это или бесит. Шуга понял и вроде бы принял то, что это был очередной добрый порыв от Чимина, которые, по секрету, он пообещал себе больше не игнорировать. Но, блин! Желание прикончить младшего в любом случае засело под сердцем. К сожалению, убийство — это криминальное преступление. Наверное, это единственное, что спасало тонсена. А ну ещё Чим сейчас в теле старшего, что совершенно Шуге не выгодно. Юнги безысходно фыркнул. Пак, заметив реакцию старшего, решил его добить. Соображая где-то пять секунд, он решил добавить. — Хёёёён, ты так усиленно притворяешься холодным, — сказал тонсен медленно и с какой-то долей обиды. — Но зачем? Шуга нахмурился. У него подобное уже миллион раз спрашивали. Правда в том, что его же голос с произношением Чимина немного сбивал с мысли. Звучал он уж слишком обиженным. Старший решил проигнорировать вопрос и улёгся на свою же кровать, разговоры с макнешками его очень изматывали. Шуга с горем пополам мысленно на загвоздках разума простил младшего, но притвориться пофигистом — это святое. Ну не может он показывать свои настоящие чувства, прятать их вошло уже настолько в привычку, что получается само собой. И больше всего Юнги боится того, что Пак об этом отлично знает. А следуя из его характера, нервотрёпок ему не избежать. Как же ему захотелость спать вместо всего этого дерьма. — Ни стыда ни совести у ребёнка, — возмутился блондин и, закрыв глаза, перевернулся на другой бок. — Какого чёрта ты вчера заставил меня перед собой отчитываться, когда сам молчишь как рыба и даже не извиняешься? Чимин поняв, что беда наконец-то миновала, он смог полноправно расслабиться и подойти ближе к кровати. Мину действительно стало обидно и неловко от того, что он очень много рассказал младшему, а в ответ получает такое наплевательское отношение. А ведь он не хотел открывать душу кому-либо! А тут ещё Чимин! В теле которого застрял сам Шуга! — Прости, хён. Я не специально… — спокойно произнёс Чимин и присел на пол около кровати на уровне головы Юнги. — Но фотографии действительно классные! — Спасибо, — буркнул в ответ. — Мы в последнее время то и делаем, что ссоримся и извиняемся перед друг другом, — как-то странно улыбнулся Пак, вспоминая былые моменты. Не все из них были приятными. — Сам виноват, — незаинтересованно пробормотал старший. Сразу дотронувшись до своей родненькой подушки, Мину так спать захотелось. — Ой, не начинай. Юнги уже полностью расслабившись, решил перенести мыслительные процессы и промывание мозгов Пака на потом, если бы тот не захотел завязать интересный в последующем диалог. — Хён, я кажется знаю, почему мы не поменялись, — сказал Чимин и положил свою голову на край кровати.