Твоя улыбка изменит этот мир

Flashback Pov Юри Я лежал в больничной палате Сопротивления и переваривал разговор с Дереком и Дженимом. Потом вспомнил разговор с Челестино перед последним уколом, где я отказывался так жить и говорил, что не хочу быть марионеткой и собираюсь всем все рассказать. Тогда мужчина странно посмотрел на меня и отстраненным голосом выдал фразу: «Тебе все равно больше нечего терять. Ты не хочешь подчиняться ни в каком случае, так что нам не оставалось ничего, кроме того, чтобы ты не держался за прошлое. Твоей семьи больше нет. Тебе остается только жить на благо Олимпии, ведь ты никому больше не нужен и жить тебе негде» — хищная улыбка на лице Челестино, а я в ступоре стою, не понимая, что он сейчас сказал. Родители… сестра… больше нет… убили. И после этого перед глазами образовалась красная пелена, но я совершенно ничего не успел сделать из-за укола. Все эти размышления прервал тихий стук в дверь. Пхичит. Он стоял в дверях белее мела, а глаза словно умерли. Я никогда его таким не видел. Но это было очевидно, ведь этот парень всегда был лучиком в нашей компании. Когда он заговорил тихим, слегка хриплым голосом, меня пробрало до дрожи: — То же самое происходило с тобой на прошлом задании? Ты тоже не смог себя контролировать из-за укола? — он поднял голову и всмотрелся в мои глаза, ища ответы, — И как часто с тобой это делали? Как ты выдержал? Понимая, что другу сейчас сложнее, чем мне, я откинул одеяло, через боль слез с кровати. Чуть пошатываясь от боли, я подошел к Пхичиту и, просто, крепко обнял его. Я понимал его, я помнил, как это было со мной в первый раз, и каково ему сейчас. Ведь он столько натворил. И самое ужасное, что в памяти остались все его действия, которые он никогда уже не забудет. Пхичит обнял меня так крепко, что хотелось заныть от боли в теле, но я не смел себе позволять такой роскоши! Пхичит вцепился в меня, как утопающий, уткнулся в плечо и просто заревел. Я никогда не видел его слез. Я просто стоял и гладил его по голове, давая выплеснуть всю боль, что накопилась с его «пробуждения». Когда Пхичит успокоился и слегка отстранился, я решил таки задать волнующий меня вопрос: — Ты не знаешь, что с Отабеком и Минами? Мне только сказали, что Отабек закован в наручники, что он никак не может отключиться. А про Минами вообще информации нет. Парень, немного отдышавшись и глубоко вздохнув, резко принял серьезный вид: — Алтын сидит в камере с наручниками. Он действительно никак не может отключиться. На любое повреждение, он начинает атаки. С Минами все проще, но и сложнее одновременно. Он координировал наши действия, поэтому сейчас он под успокоительными в другой комнате. Он в шоке. Ему слишком сложно было принять, что мы такое устроим, ведь он первый раз с нами на задании, а тут такое. Но я так и не понял, как ты смог сопротивляться… этому? Я присел на кровать. Мне хотелось объяснить ему хоть что-то, но я не мог, поэтому просто мотнул головой в сторону, говоря, что я и сам не знаю. В этот момент в комнату вошел Дерек. Он был напряжен, как струна, что нас с Пхичитом моментально сосредоточило на проблеме, которую он собирался поведать. — Вы как? — вопрос был явно для проформы, и дождавшись кивка, мужчина продолжил серьезным голосом, — С вашим Отабеком надо что-то делать. Он до сих пор не пришел в себя. Мы не знаем, что с ним делать. Может, вы что-то придумаете? Мы ему и кровь перелили, но его нервная система как-будто не позволяет отключиться от сыворотки. Мы не знаем, сколько времени она выводится, и не знаем факторы, влияющие на отключение и сопротивление, — у самого Дерека в глазах зелегли тени от недосыпа, а все тело говорило об усталости. Мы бы и сами хотели знать, как вывести Алтына из этого состояния, раз он так на него реагирует, но для нас это был стресс, дикий для нас поступок, настолько дикий, что Пхичита отключило, а меня заставило сопротивляться. И тут мне в голову пришла безумная идея. — Дайте мне с ним встретиться. И ни при каких обстоятельствах не мешайте нам, — я хотел бы сказать, что мне было не страшно, но это было бы ложью. Если честно, то этот поступок был самым глупым и рискованным, какой я мог придумать. Но оставлять друга в таком состоянии я тоже не мог. — Ты с ума сошел?! — Дерек явно был не в восторге, — Да он кидается на всех! Ты зайдешь, а дальше? — Дальше? А дальше я его освобожу. — Что?! Нет! Я не пущу тебя туда! Ты сбрендил! — Дерек стеной встал у двери, не давая пройти. Я лишь взглянул на него убийственным взглядом. Ведь никто, кроме нас, не знал, каково это быть заложником своего тела, но не мыслей! Я не мог позволить Алтыну продолжать этот бой с самим собой! И я надеялся, что мой план сработает. А если нет… тогда никто не сможет остановить Олимпию. Мне оставалось только надеяться, что моя догадка верна. По моему взгляду Дерек понял, что я не отступлю, поэтому пропустил. Дойдя до камеры, где держали Отабека, я слегка застопорился у входа, посмотрел на Пхичита, нервно теребящего футболку, но одобряюще кивнувшего на мой немой вопрос, и попросил у Дерека нож. Тот смотрел на меня, как на безумца, но все же вытащил из ножен оружие и передал мне со словами «Надеюсь, это стоит того». Я и сам не знал стоит ли моя жизнь того, чтобы вернуть сознание друга в норму, но кроме моих друзей в моей жизни не осталось никого, поэтому за них стоило побороться. Я зашел в камеру, где были одни голые стены и кровать, на которой сидел Алтын, прикованный одной рукой к кровати. В его взгляде не было ни тени эмоций, ничего. Словно робот. Подойдя к нему, я не встретил ни сопротивления, ни изменений во взгляде. И правда, робот. Понимая, что я сильно рискую, я поднес ключ к его наручникам. Его голова повернулась в сторону руки, но глаза пустые. Я поворачиваю ключ в замке. Шелк… И меня отбрасывает на пол! Боль в голове, боль во всем теле! На меня насели и пытаются задушить! Но я не такой слабак! Я столько прошел ради себя, семьи, которой теперь нет, теперь вы моя семья! И я не брошу вас! Я бью Алтына коленом в спину. Не работает. Бью в ребро, он немного ослабил хватку. Перекатываю его на пол, но меня по инерции перекатывает дальше. Удар головой об кровать. Больно! Пытаюсь сфокусироваться, все плывет. Силуэт Алтына. Он берет нож, который я оставил на столе. Все еще плывет. Он подходит ко мне. Я все же умру? Наверное, я ошибся в своей догадке. Ладно, значит так. Парень уже присел надо мной. «Только не заходите ребята, прошу! Вдруг я прав!» Голову почти перестало кружить, хоть и кровь течет по виску, но я в сознании. Мысли кружат вихрем, но я отчетливо вижу, что Отабек замахивается ножом. Удар! Удар! Удар! Я открываю глаза. Я жив? Я жив. Я поворачиваю голову и вижу нож, воткнутый в щель, а Отабек все так же нависает надо мной, держа этот нож. На его лице испарина, голова опущена, дыхание прерывистое, как после бега. Я сам еле могу двигаться, но решаюсь протянуть руку к его плечу, чтобы удостовериться. Тот немного вздрагивает и непривычно громким голосом говорит: — Ты, блять, сумасшедший парень!!! Я тебя убить готов даже будучи в сознании! Но. Я так рад, что ты такой сумасшедший!!! — на что он меня просто хватает с пола и заключает в стальные объятия, после чего я слышу тихое, — По гроб жизни тебе обязан, Юри! За то, что вытянул меня из этого ада! Спасибо! Мне только и оставалось, что крепко обнять своего вернувшегося товарища.