Твоя улыбка изменит этот мир

Pov Виктор Поговорив с Юрой и еще с парой ребят, я понял, к кому нужно обратиться за информацией. Был некий Крис, который до Дождя был программистом, поэтому много чего знал. И поговаривают, что он занимался незаконными делишками до всего этого. Шансы были, поэтому я с Юркой отправились прямо к нему, чтобы узнать, что скрывает от нас Олимпия, и что я должен узнать о Кацуки Юри. Пока мы шли к тому парню, меня рвало на части! Мне надо было знать правду! Но я не мог оставить все как есть, ведь страдают люди. Это было моим долгом. А Юра увязался за мной по принципу мести. Когда мы рассказали друг другу, что произошло, я понял, что система Олимпии совсем не идеальна, а даже, наверное… прогнила. И к этому причастен мой отец. Я должен узнать. Поэтому, мы с Юрой пошли искать этого Криса, поговаривали, что он много знает. Когда мы нашли маленький подвальный закуток, мы были в шоке. Там стояло столько фигурок в форме знака Олимпии, что хотелось усомниться в надежности этого человека! Но риск – есть риск! — Тебя зовут Крис? — я был так решительно настроен, что голос звучал, как сталь. — Да, а что? — на меня смотрел белокурый парень с глазами овечки, но я видел, что он понял. Он понял, зачем к нему пришли. — Мне нужно узнать об одном человеке, — заговорил я тихим голосом, наклонившись к нему, — Ты тоже знаешь про него. Кацуки Юри, — в моих глазах тогда была только угроза. Я даже не знал, чем она обернется потом… Крис пристально посмотрел на меня, немного вальяжно откинулся на кресле и сказал: — Вы, ребята, еще пожалеете, что узнали это, — тяжелый вздох с его стороны нельзя было не услышать. Пока Крис распечатывал нам информацию, казалось, прошел год. Там было столько листов, что становилось не по себе. Что такого там может быть, чего мы не знаем, о чем умалчивают, и что настолько секретно? Последнее, что вымолвил Крис было: «Если вы те, кого я видел на задании, те, кто просто ничего не знает, то я с вами. Если нет… Ну, тогда, кажись, я подставился знатно» — при этом его лицо выглядело таким, словно ожидал он этого давно. Так странно. Мы с Юрой засели в моей комнате, читая распечатки. Через полчаса даже у него не было слов… Досье. Инферналы… Дети без родителей или зависимые от кого-то… Те, кто готов на все! Они пошли на все ради себя или семьи. Шантаж. Все с проблемами, на которые давили. Их всех учили, всех использовали! Их всех использовали, чтобы убивать!!! Кацуки Юри Пхичит Чуланонт Отабек Алтын Кэнджиро Минами Это… Это все выбывшие ребята. Больше никого не осталось. Единственный Минами был только на одном задании, но указано, что он был только направляющим. Боооже! Что-же с ними сделали!!! На всех документах было написано, что была введена сыворотка подчинения, что ее действие контролируется из вне, когда есть цель и задача, тогда тело подчиняется! Как программа… Но последнее, что убило меня… Николай Плисецкий. То есть… Я повернулся к Юре, ожидая увидеть гнев или спокойствие, но его там и в помине не было. Он стоял с широко раскрытыми глазами и лицом белее мела, словно привидение увидел! Мы оба молча вышли за стены здания. Оставалось только сжечь эти бумаги. Я не знал, кто хуже себя чувствует — он или я. Он — внук создатели сыворотки. Я — «сын» главы Олимпии. Мы ничего не знали. И как жить с этим? — Юра. Яне смогу жить спокойно с этой информацией, — мы тихо стояли возле нашей части, где все началось. — А ты думаешь, что я смогу?! — его голос был, как всегда резок, — Мне, блять, пришлось узнать, что мой дед связан с апокалипсисом!!! ГРРР! Сраная Олимпия!!! Да пропади она пропадом! Уничтожу! Смотря на яростного Юры, я вспомнил того парня Юри… в нем был тот же огонь и ненависть, та же страсть уничтожить Олимпию… Во мне она тоже бурлила. Просто. Просто. Кроме Якова и Лилии никого больше нет… я один. Как быть? Что делать?