Toujours аvec toi

      Его взгляд действовал не хуже Империо. Чёрные, словно стеклянные глаза порабощали волю собеседника, пугали и будоражили. Единожды заглянув в глаза Лорду, любой волшебник чувствовал себя загипнотизированной мышкой, попавшейся могучему удаву.

***

      Люциус уже встречался с Тёмным Лордом. В один из вечеров представитель новой политической силы почтил своим вниманием джентльменский клуб, где Малфой старший обсуждал деловые прожекты, а младший скучающе потягивал огневиски, скрываясь в сигарном дыму в углу комнаты.       Молодому волшебнику довольно быстро наскучили эти светские сборища, одни и те же лица, на его взгляд, появляющиеся в клубе исключительно для того, чтобы напиться в чьей-то компании, а не в одиночестве. От их банальных слов становилось тошно, смыслы сказанного звучали вторично. Люциус терпеть не мог пустой болтовни, поэтому каждый подобный вечер представлял для него медленную томительную пытку. Иронично, но лучше становилось только от алкоголя, который он старательно заливал в себя. "Ещё месяц в таком режиме и у меня разовьётся новая зависимость», - усмехнулся он своим мыслям и подлил огневиски в только что опустошенный бокал.       Люциус слабо следил за происходящим, отдавшись во власть своих мыслей. Прошло полгода, как он закончил школу, впереди маячила неясная перспектива университета и вполне осязаемая свадьба. Насчет второго пункта Малфой уже не переживал, скорее смирился и был заинтересовал новым статусом «мужа». За прошедший год он успел, как ему казалось, неплохо узнать Нарциссу и составить ее психологический портрет.       «Гордая, умная, неожиданно скромная в отличие от старшей сестры. Добрая по отношению к другим, чем похожа на Меду. Со всеми всегда неизменно вежливая, за маской благовоспитанности скрывает свои истинные эмоции. Делает вид, что я ей нравлюсь, хотя на самом деле – нет. Не хочет идти наперекор родителям из-за Андромеды, я понимаю и не виню. У Блэков уже давно не осталось ничего кроме красивой фамилии и наследственного безумия. Сигнус сделал правильную ставку на младшую дочь, а отец как крупье в казино, ее принял.       Нарцисса похожа на кошку. Она так долго привыкала ко мне, прощупывала, анализировала, пытаясь понять, можно ли мне довериться. Жаль, что как мужчина я ей не интересен, но как товарища она меня уже воспринимает. Недавно даже рассказала про ссору с родителями… Да, девочке не повезло с семьей… Она явно не заслуживает к себе такого отношения! Остается надеяться, что обошлось без физической силы… Хотя, зная Сигнуса… А зная Нарциссу, она ни за что не расскажет о таком… Такая хрупкая, но такая сильная».       Люциус достал из кармана брюк медальон, который подарила ему волшебница в его последний день перед отъездом. Внутри была ее фотография и гравировка на латинице «Siceratinfatis», что значило «Так суждено». Маг щелкнул крышкой медальона и стал разглядывать вклеенное фото. Нарцисса смотрела на него с фотографии так, как в жизни: смущенный взгляд, деликатная улыбка и хрупкость, неготовность войти в этот жестокий взрослый мир. Он провел пальцами по гравировке и хмыкнул: тонкая ирония или романтический жест? Может, он не до конца разгадал этого юного ангела?       Поглощенный раздумьями и алкоголем, он не заметил вошедшего в клуб нового резидента, не заметил, как резко стихли разговоры, а в глазах волшебников появился страх. - Добрый вечер, господа! - вошедший кивнул головой присутствующим и присел за стол к Малфою старшему. Люциус встрепенулся и вынырнул из мира грёз. Потёр затуманенные алкоголем глаза и принялся внимательно рассматривать нового собеседника отца.       Довольно высокий, элегантно одетый, куртуазный и, по всей видимости, интересный субъект, раз Абрахас так заинтересованно слушает. С места, где сидел молодой волшебник не было возможности разглядеть лица незнакомца, чтобы составить полную картину. Держался новый политик уверенно, движения властные, грациозные. «Хоть что-то новенькое», - подумал Люциус и вновь вернулся к своему молчаливому собеседнику - графину с 20-летним огневиски. Раскрытый медальон маг положил на стол и сделав глоток алкоголя, принялся буравить взглядом портрет невесты, мысленно расспрашивая ее обо всем, что приходило в голову. Нарцисса на фотографии не собиралась участвовать в этом диалоге и молча улыбалась будущему мужу. Люциусу, вылакавшему уже приличное количество виски, даже показалось, что она ему подмигнула, но поняв, что это иллюзия, вызванная интоксикацией организма, разозлился, схватил медальон и с силой щелкнул крышкой. - Зря, наследный Лорд Малфой, - раздался из-за его спины низкий, тягучий голос. Маг обернулся и увидел рядом с собой того самого политика, с которым общался его отец последние часа полтора, - Зря вы так грубы с медальоном и чудесным созданием внутри него. У вас очаровательная возлюбленная. Люциус встал и протянул мужчине руку. - Люциус Абрахас Малфой, - он вежливо кивнул головой и пожал руку мага. Рукопожатие оказалось жестким, а рука совершенно ледяной. «Уж не болеет ли он чем-то?», пронеслось в голове молодого волшебника. Мужчина улыбнулся уголком губ. - Лорд Волдеморт, - он также склонил голову в кивке, - Простите мне мое любопытство в отношении Вашей визави. В качестве извинения приглашаю Вас завтра на собрание моей партии в баре «Трехглавая гидра» в 22:00. - Благодарю, обязательно буду, - Люциус изобразил подобие улыбки и занял свое исходное место в кресле, - Садитесь, мне будет приятно допить этот огневиски в компании талантливого политика, - он наполнил два бокала и пододвинул один в сторону нового знакомого. Тот усмехнулся и сел в кресло напротив волшебника. - Вы умело пользуетесь лестью, Люциус, - его имя он произнес как-то шипяще, словно змей в облике человека. Малфой хмыкнул и сделал глоток. - А Вы очень талантливо изображаете скромность. Отличное качество для политика. - Я обладаю куда более важными качествами для политика, юноша, - мужчина загадочно усмехнулся, - Куда более важными.       Волдеморт завораживал. Каждое плавное движение его руки, каждый кивок головы и каждое слово будто намертво впечатывалось в молодого волшебника, сидящего напротив. «Что за магия, не понимаю… Как-будто гипноз или что-то подобное…» - Я вижу в Вас нереализованный потенциал, Люциус, - мужчина наклонился чуть вперед и заглянул в глаза собеседника, - Пока нереализованный. Вам не подойдет кресло рядового чиновника Министерства… О нет! Вам нужно быть частью изменений, которых требует это общество, эти люди! - он обвел тяжелым взглядом собравшихся в клубе магов, - Вы сможете улучшить этот мир, что Вам так сильно опостылел, а с моей помощью, это произойдет намного быстрее, - Волдеморт широко улыбнулся и похлопал младшего товарища по плечу, - Приходите завтра, сами убедитесь в правдивости моих слов.       Мужчина встал с места, снова кивнул присутствующим волшебникам и ушел. Люциус загипнотизировано следил за магом вплоть до самой двери.       Весь оставшийся вечер и ночь он думал о словах нового знакомого. Молодой человек действительно хотел изменить страну, пошатнуть устои, на которых все строилось. Проблема заключалась в том, что в силу возраста, максимализма и банального отсутствия опыта, Люциус не мог прийти к соглашению с самим собой. Что именно нужно менять – понятно, но как это сделать, не разрушив мир до основания? Чем заменить то, что будет уничтожено? Драккл его знает…       Засыпал он с тяжелой головой: от тяготивших дум о будущем и выпитого Огденского виски.