Три точки опоры

      Финальный в этом учебном году матч Чемпионата по квиддичу, который должен был состояться в последние майские выходные, обещал стать очень запоминающимся событием. Во-первых, команда Рейвенкло в матче с Хаффлпаффом потерпела сокрушительное поражение, а вот "змеи" в игре с "барсучками" — выиграли с неплохим счётом, и в результате в финальном матче предстояло сразиться командам Слизерина и Гриффиндора. А во-вторых — в команду "львят" вернулись близнецы Уизли! Поэтому все предвкушали совершенно другой уровень игры, ведь на поле будут лучшие загонщики. В придачу, "змеи" по-прежнему играли без своего капитана и одного из опытных охотников — Грэхэм Монтегю всё также находился в Больничном крыле, и хоть его состояние улучшалось, по крайней мере, его уже не нужно было кормить с ложечки, говорить о выздоровлении было ещё рано. Всё это вызывало множество споров и обсуждений, даже предэкзаменационная лихорадка в последние дни перед игрой — отошла на задний план. К тому же, Луна, загадочно улыбаясь, намекала на нечто невероятное и очень любопытное.       Утром, в день игры, накал эмоций достиг апогея. Гриффиндорцы, все как один, на завтраке появились с приколотыми к мантиям ало-золотыми розетками, со свисающими красной и золотистой ленточками, причём многим изменило чувство меры и эти розетки были не только на груди, но и на плечах, в виде своеобразных эполет. И это помимо обязательных факультетских шарфов, которые все нацепили, не взирая на тёплую погоду! У многих на щёки были нанесены широкие мазки красного и золотого цвета (новое модное веяние, которое привнесла Луна, и которое с удовольствием подхватили болельщики трёх факультетов).       Появившихся членов команды, уже облачённых в спортивную форму и с мётлами в руках, "львята", вскочив с мест, приветствовали громкими воплями и долгими аплодисментами. Впрочем, аплодировали не только члены факультета "отмороженных храбрецов" — "барсучки" и "орлята" приветствие поддержали с небывалым энтузиазмом. Луна, понятное дело, не могла остаться в стороне — для этой игры она заколдовала уже две шляпы "львиные головы", и настаивала, чтобы Гермиона тоже нахлобучила на себя этот кошмар...       Ученики торопливо завтракали и закончив, тут же устремлялись на улицу к стадиону.       Оказавшись на трибуне Гриффиндора (впрочем, как заявила ей Падма — никто не поймёт, если они с Луной не будут болеть за Гарри!) Гермиона поразилась небывалым оживлением, а так же тем, что в руках многих "львят" были омнинокли. Более того — Луна достала из сумки и два для них!       — Где ты их взяла? — поинтересовалась Гермиона. — И вообще — откуда столько омниоклей?       — Эти два мне Гарри передал. А у остальных — у некоторых свои, родители прислали, но в основном — Фред и Джордж достали. Это последняя игра близнецов и Анджелины с Алисией, — объяснила Луна. — Ребята обещали крутое шоу... И хотят, чтобы осталась память об этом.       От мысли про "крутое шоу" затеянное близнецами и наверняка ещё и Гарри — Гермионе стало немного не по себе...       Наконец, со стороны своей раздевалки, на поле появились игроки Слизерина в зелёно-серебристых мантиях, а из раздевалки "львят" вышли... Гарри и Рональд, которые неторопливо, вдвоём направились к центру поля. Гул голосов постепенно затих...       — Итак, итак! — прогремел над трибунами голос Ли Джордана. — Последняя игра сезона девяносто пятого — девяносто шестого года! — вдохновенно вещал он. — К удивлению всех нас, в финал вышел Слизерин! В команде замена — вместо Арнольда Харпера, который в прошлой игре заменял Грэхэма Монтегю — на поле выходит новый охотник, Теодор Нотт! Надеемся, что он успел сыграться с Эдрианом Пьюси и Кассиусом Уоррингтоном и они смогут показать нам интересную игру! Загонщики команды — Винсент Крэбб и Грегори Гойл, вратарь — Майлз Блетчли, ловец — Драко Малфой, который сегодня выполняет обязанности капитана!       Малфой, услышав явно подчёркнутое голосом комментатора "сегодня", брезгливо-недовольно поморщился и в это время из раздевалки Гриффиндора вылетели трое игроков.       — Сегодня последняя игра за Гриффиндор Анджелины Джонсон и Алисии Спинет! — заорал Джордан. — В составе непревзойдённой! Легендарной! Неподражаемой! Тройки! Великолепных! Охотниц и просто красавиц! Джонсон-Спинет-Белл!       Кэти отделилась от подруг и подлетев к стоящим напротив слизеринцев Гарри и Рональду, приземлилась, а две другие охотницы, описывали круг почёта вдоль трибун под восторженный комментарий Ли:       — Анджелина Джонсон — шесть лет в команде. Сразу, с первой игры, попала в основной состав! Провела пятнадцать игр, забросила семьдесят восемь квоффлов и сделала сто сорок три результативные передачи! Да-да, не хватило всего семь для круглой цифры, но думаю, она сегодня наверстает.... И она так и не сходила со мной на свидание в Хогсмид! — патетически воскликнул Ли. — Алисия Спинет! В основном составе Гриффиндора пять лет, сыграла двенадцать игр, шестьдесят пять заброшенных квоффлов, сто пятнадцать результативных пасов!       Девушки как раз к этому времени закончили круг почёта, и подлетев к центру поля, приземлились рядом с остальными гриффиндорцами.       — Последняя игра в составе команды Гриффиндора... Легендарных! Неподражаемых! Великих! Загонщиков! Близнецов! Уизли! — продолжил Ли Джордан надрываться в микрофон, комментируя пролёт вылетевших из раздевалки Фреда и Джорджа. — В основном составе команды наши обожаемые близнецы — со второго курса! Провели четырнадцать матчей. Конечно, могли бы на один больше, но из-за волюнтаризма и откровенного произвола некоторых...       — Джордан! — перебила его профессор Макгонагалл, которая сегодня удивительно долго спокойно относилась к его комментариям, не прерывая их. Но, видимо, терпение декана кончилось.       — Хорошо-хорошо, профессор, — покладисто ответил Ли. — Я просто хотел напомнить, что команду Гриффиндора намеренно хотели ослабить, чтобы...       — ДЖОРДАН! — теперь восклицание профессора было куда громче.       — Да, профессор, — опять согласился Ли. — Вратарь команды Гриффиндора — Рональд Уизли, ловец — Гарри Поттер! И конечно же, конечно же — это последний матч чемпионата Хогвартса, который комментирую я, ваш бессменный комментатор, Ли Джордан! Итак, на поле выходит судья, мадам Хуч, финальная игра вот-вот начнётся...       Мадам Хуч коротко обратилась к игрокам, Джонсон с Малфоем, с явным недовольством на лицах, пожали друг другу руки и игроки, растянувшись полукругом с каждой стороны от судьи, оседлали мётлы. Судья швырнула вверх тёмно-оранжевый квоффл и дунула в серебряный свисток.       — Мяч в игре! Нотт не успевает к квоффлу и его перехватывает Джонсон. Пасс Спинет, сразу же пасс Белл... она обходит соперников по краю поля... Кэти, давай! Но нет, Белл возвращает мяч Спинет! Вы только поглядите что делают Фред и Джордж! Это просто невероятно! Какое мастерство! Какая сыгранность! — кричал Джордан.       А близнецы в это время занимались тем, что отбивали друг в друга бладжеры, при этом потихоньку смещаясь в сторону колец соперников.       — Что они делают? — удивилась Гермиона.       — Держат бладжеры, не давая соперникам ими воспользоваться, — объяснила Луна. — Это очень сложно и нужна невероятная сыгранность...       — ...пасс Джонсон! — комментировал Ли. — Анджелина проходит вперёд, пасс назад Спинет... Алисия, даваааай! Бросок вперёд вратаря Блетчли... Ну же... Ооо! Наверное, это очень больно! ГО-О-ОЛ! — заорал Джордан. — Алисия Спинет открывает счёт! Десять ноль, в пользу Гриффиндора!!!       Гермиона была шокирована! В момент броска квоффла Спинет, Фред и Джордж вдвоём запустили бладжеры во вратаря и просто вбили беднягу Блетчли в центральное кольцо буквально за секунду, перед тем как туда же влетел квоффл! В результате, вратарь ещё и упал на землю, где ему сейчас оказывали помощь.       — Ужас, — Гермиона круглыми глазами смотрела на то, как пользуясь объявленным судьёй тайм-аутом, к вратарю подбежала мадам Помфри и колдовала над ним. — А разве так можно?       — Да, — кивнула Луна. — Бладжер для того и предназначен, чтобы выбивать игроков... И есть разные приёмы и тактики их использования... — принялась она просвещать Гермиону.       — Итак, тайм-аут закончен, вратарь Блетчли вновь занимает своё место перед кольцами, — продолжил комментировать ход игры Джордан. — Квоффл у Пьюси... он проходит вперёд... на перехват идут Белл и Спинет... Пасс Нотту... Нотт пытается прорваться к кольцам... на него пикирует Джонсон... Нотт замечает угрозу... пасс Уоррингтону... Джонсон, набрав скорость, легко перенацеливается...       От трибун Слизерина донеслось завывание:       ... кольцами дырой       Так всегда и стой!       — ...он уворачивается от Джонсон, отрывается от Белл, Спиннет не успевает на перехват... — надрывался в микрофон Ли, перебивая песенку слизеринцев, — он направляется прямо к воротам! Готовится к броску...       Скандирование "змеек" усилилось:       На помойке он родился,       Слизерину пригодился...       Но звучало в этот раз как-то слабо и совершенно неубедительно...       — Уоррингтон замахивается, и... О! Отличный удар, Фред! — воскликнул Джордан. — Или Джордж, мне отсюда не видно, впрочем, какая разница! Кто-то из великолепных близнецов Уизли отличным бладжером сбивает охотника слизеринцев, не дав тому совершить бросок! Итак, мяч у Джонсон...       Эта игра была очень жёсткой, невероятно жёсткой! Гермиона даже назвала бы её жестокой, но Луна всегда говорила, что противостояние между этими двумя командами, как правило, выходит за рамки обычных школьных игр. Поэтому, ей оставалось только с ужасом наблюдать за зрелищной расправой над "змеями".       Близнецы, вновь завладев двумя бладжерами, выбили из игры зазевавшегося Гойла, который не заметил исполненного Джорджем "Обратного отбива бладжера", и тут же получил второй, уже прямой, от Фреда. В результате, Гойл сорвался с метлы, рухнул на землю и его унесли с поля, тем самым оставив команду Слизерина в меньшинстве. Затем, близнецы нанесли удар по Нотту, который по неопытности не успел полностью увернуться и в результате ему разбили лицо и явно травмировали правую руку. Следующим попался Пьюси — его выбили из игры на несколько минут, выполнив приём "Сдвоенная защита загонщиков"... Ли Джордан комментировал происходящее с самыми мельчайшими подробностями, смакуя детали... Потом Гарри, проносясь мимо, проорал близнецам:       — НЕ ТРОГАЙТЕ ХОРЬКА! Я САМ!       Что он имел ввиду, стало понятно буквально через пару минут. Ловцы традиционно держались выше основной схватки ярдов на двадцать - двадцать пять, к тому же Малфой непрерывно следовал вплотную за Гарри, и прикладывал все усилия, чтобы не отстать от его "Молнии". В один момент он слишком приблизился, или, возможно, это Гарри немного притормозил специально, но соперник оказался к нему вплотную, и Гарри, резко задрав древко метлы, вдруг почти провернулся на месте. В результате, прутья помела "Молнии" хлестанули Малфоя по щеке и лбу. Тот схватился руками за лицо, между пальцами показалась кровь, а Гарри, опять развернувшись практически на месте, устремился вперёд и вниз.       — О, какой великолепный приём нейтрализации соперника применил ловец Гриффиндора, Гарри Поттер! — с восторгом в голосе прокомментировал Джордан это событие. — И поделом, нужно соблюдать дистанцию, — злорадно добавил он, а потом воскликнул: — Но что это? Гарри Поттер пикирует! Очевидно, он заметил снитч! Ловец Гриффиндора набирает скорость. Его соперник бросил переживать из-за пары пустячковых царапинок, и устремился за ним... Они несутся вниз, как две ракеты неподражаемых Близнецов из "Набора Великолепной..."       — Джордан! Комментируйте игру, а не рекламируйте товары! — возмущённо перебила его Макгонагалл.       — Да, профессор, я просто подобрал сравнение, — оправдался Ли, и продолжил: — Поттер постоянно маневрирует, чтобы не дать Малфою его обойти.... Тот старается выйти вперёд, но ловец Гриффиндора перекрывает ему траекторию...       В самую последнюю секунду, практически над самой землёй, когда Гермиона уже в панике схватила за руку Луну, Гарри резко вышел из пике и отвернул в сторону, а вот Малфой повторить его манёвр не сумел и врезался в землю с глухим ударом, отлично слышным по всему стадиону! Со стороны трибун Слизерина прозвучали стон разочарования, вопли и проклятия. Луна повернулась к ней, её глаза и лицо выражали восторг:       — Классно, да?!! Гермиона! Гарри просто невероятен!       — Эээ... Д-а-а, — только и смогла из себя выдавить она, пытаясь унять колотящееся в груди сердце...       — Великолепный Финт Вронского исполнил на наших глазах Гарри Поттер! — заорал в микрофон Ли, не скрывая своего удовольствия в голосе. — Судья, мадам Хуч, объявляет тайм-аут! — добавил он. — Подождём, пока мадам Помфри обследует Малфоя! Возможно, к нашему всеобщему удовольствию, он на сегодня уже отлетался...       — ДЖОРДАН! — возмущённо воскликнула профессор Макгонагалл.       — Я просто предположил, что полученные травмы не позволят ловцу Слизерина продолжить игру, профессор, — вяло отбивался Ли от возмущений своего декана.       После короткого перерыва Малфой вновь взлетел, но было видно, что удар о землю ему дорого обошёлся: даже на неискушённый взгляд Гермионы, он теперь сидел на метле "как собака на заборе", и вообще — не столько летал, сколько пытался удержаться в воздухе, стараясь не приближаться к Гарри. Гриффиндорские охотницы заколачивали в кольца соперников гол за голом, под радостные вопли болельщиков и восторженные комментарии Джордана, который не забывал подсчитывать количество заброшенных каждой охотницей мячей за эту игру, и напоминать об общем числе забитых голов за всю карьеру...       Больше всего Гермиона опасалась, что Гарри выбьют этим ужасным бладжером... Или он сорвётся с метлы... Или его сбросят, как вот буквально несколько минут назад умудрилась сделать Джонсон в отношении Нотта, причём оказалось, что она это сделала так, что не нарушила правила! Словом, миллионы поводов каждую минуту игры, заставляли её очень переживать. Луна же наоборот — радостно визжала всякий раз, когда гриффиндорцы проворачивали какой-то финт, и громко их подбадривала... Особый восторг у неё вызывали манёвры, выполняемые Гарри...       Иногда, слизеринцы проводили контратаки, но, о чудо, но Рональд Уизли большинство из брошенных квоффлов ловил! Он даже не повёлся на обманный финт Пьюси, который, ухитрившись обойти и охотниц и близнецов, изобразил намерение забросить мяч в левое кольцо, но бросил в правое, но тем не менее, Уизли взял этот квоффл! Правда, возможно, это чудо объяснялось песней, которая звучала при каждой попытке атаки слизеринцев:       Рональд Уизли — наш король,       Рональд Уизли — наш герой,       Перед кольцами стеной,       Так всегда и стой!       Квоффла Рональд не пропустит,       И победы не упустит,       Вратарем наш Рон родился,       Гриффиндору пригодился!       Особенно громко и с чувством распевался второй куплет всякий раз, когда охотники команды Слизерина с квоффлом прорывались на половину поля "львят". Гриффиндорскими болельщиками дирижировала Лаванда Браун, и, похоже, многие использовали заклинание "Сонорус". В придачу, в самые удачные моменты, для акцентирования, в песню вплеталось львиное рычание от шляпы Полумны...       Игра продолжалась полтора часа, счёт был уже сто девяносто - двадцать, в пользу Гриффиндора, когда Анджелина Джонсон с Алисией Спинет вновь устремились к кольцам соперников, разыгрывая какую-то комбинацию, а Гарри, разогнавшись, ушёл в пологое пикирование...       — Мяч у Алисии, пасс Анджелине... она обходит Пьюси, ей на перехват устремляется Нотт... Перепас Алисии... она с мячом... замах. Блетчли выходит навстречу... Но нет, квоффл перепасовывается Анджелине! Это был обманный финт, — орал Джордан. — Но что это?! Неподражаемый Гарри Поттер применил Перехват Пламптона! И великолепная Анджелина совершает бросок и забивает ГОООЛЛЛЛ!!!       Стадион взорвался радостными воплями! Гарри рванул метлу вверх, в победном торжествующем жесте вскинув руку, в которой держал трепыхающий крылышками снитч. Гриффиндорцы прыгали на трибуне и обнимались, радуясь победе! Игроки образовали кучу малу прямо в воздухе, и было совершенно непонятно, как они не падают с мётел! Матч (к нескрываемой радости Гермионы) закончился! Правда, возник спор: засчитывать ли последний гол, забитый Анджелиной Джонсон, так как она сделала бросок уже после того, как Гарри поймал снитч. Но, поскольку парень не коснулся в этот момент мячика рукой, а сделал так, что снитч просто влетел в широкий рукав его спортивной мантии, то после короткого совещания мадам Хуч с профессорами, было решено, что гол засчитывается, о чём радостный Джордан и проорал на весь стадион:       — Матч Гриффиндор — Слизерин, закончен сокрушительным поражением Слизерина! Гриффиндор победил со счётом триста пятьдесят — двадцать!       Дальше была церемония награждения — профессор Дамблдор вручил капитану команды, Анджелине Джонсон, серебряный кубок, та, поняв его двумя руками, под ликующие крики болельщиков показала всем, и передала кубок дальше Гарри, он, тоже подняв награду вверх, передал дальше Алисии, та — другим игрокам, и последний из них, Рональд, под аплодисменты всей команды вручил кубок смахивающей счастливую слезу декану Макгонагалл. Вокруг них носился Колин Криви со своей колдокамерой, затем на поле выбежала большая часть болельщиков-львят, игроков начали качать, потом прозвучал радостный вопль-визг Браун:       — Бон-Бончик!       Гермиона, спускаясь с трибуны вместе с Луной и Парвати с Невиллом, повернула голову на звук и не смогла сдержать удивления:       — Вау! Надо же...       У всех на виду, Лаванда подбежала к Рональду и запрыгнув, повисла на нём! Они так плотно сплелись в объятиях, что трудно было сказать, где чьи руки, и, не обращая ни на кого внимания, страстно целовались под бурные аплодисменты и одобрительные вопли...       — Как тебе матч? — поинтересовалась Луна.       — Кошмарная игра, — покачала головой Гермиона.       — Что ты! — протестующим тоном сказала Парвати. — Очень хороший матч. Вполне на уровне профессиональных команд. И вообще, — она удивлённо посмотрела на них двоих. — Вы что тут делаете? Ваше место сейчас там, — она кивнула на игроков, которых окружили и поздравляли болельщики...       — Вот ещё, — фыркнула Гермиона, неодобрительно покосившись на по прежнему целующихся Уизли и Браун.       — Ну, так делать конечно не обязательно, — пожала плечами Парвати. — Но вот поцеловать Гарри хотя бы в щёчку вы обязаны! Это традиция! — подчеркнула она.       — Луна, тебе что, не было страшно? — тихо спросила Гермиона, когда они оказались вдвоём, так как Невилл с Парвати направились к трибуне Рейвенкло (видимо, пошли за Падмой).       — Нет, — пожала плечиками та, — Гарри отлично летает...       — Но бладжеры! Эти ужасные бладжеры... — начала возмущаться Гермиона.       — За все игры в Гарри только один раз попал бладжер. Это было на втором курсе, когда мяч заколдовал Добби, и то — в самом конце игры, когда Гарри уже очень устал, — принялась объяснять Луна. — А так, он всегда внимательно следит за полем, и всегда уворачивается...       — Всё равно... — Гермиона намерилась привести в доказательство своей позиции множество разумных доводов, но Полумна её опередила.       — Знаешь, Миона, — вздохнула Луна. — Тебе просто нужно чаще бывать на матчах и на тренировках. Тогда ты убедишься, что Гарри отлично летает и играет, и так сильно переживать за него не стоит! Ладно, потом поговорим. Пойдём быстрее... — и она потянула её к игрокам, так и толпящимся у трибуны профессоров.       Разумеется, просто поцелуем в щёчку дело не ограничилось! Вначале Гарри заметив побежавшую Луну, сгрёб её в охапку и расцеловал, под восторженно-завистливые возгласы. Потом отпустив явно довольную девушку, закрутил головой, заметил подходящую Гермиону, сделав пару шагов на встречу, подхватил её на руки и закружил!       — Спасибо, что так болели за нас! Мы победили, Гермиона! Видела, как я снитч взял?! — парень выглядел настолько счастливым, что ругаться язык совсем не поворачивался.       — Гарри, поставь меня на землю! Люди же кругом! — пыталась тихо достучаться до него Гермиона, но куда там!       Она даже не поняла, как оказалась на метле, впереди уже сидела Луна, Гарри оказался сзади, остальные игроки тоже уже на мётлах, прихватив по пассажиру, и они, весело перекрикиваясь радостными восклицаниями, полетели ко входу в Замок... Потому что у Гриффиндора была ещё одна традиция, Мордред её побери — праздновать победу в матче. А победу над Слизерином — праздновать с особым размахом и шиком! А уж финал, победу в Чемпионате над Слизерином...       В общем, почти повторилась история с празднованием победы Гарри во втором Задании Турнира — куча притащенной в гостиную разнообразной еды, море напитков от тыквенного сока до... Вот как, скажите, в школу можно было протащить "Огневиски"?! Ещё — громкая музыка и бурное веселье... при абсолютной индифферентности к этим безобразиям старост факультетов!       — Вы не боитесь, что придёт профессор Макгонагалл, и вас накажет? — тихо поинтересовалась Гермиона у Парвати.       — А то Макгонагалл об этом не знает! — фыркнула в ответ та, кивнув на волшебный портрет бывших деканов Гриффиндора, которые тоже радовались и праздновали победу своего факультета у себя в картине.       Что отличало нынешнее празднование от прошлого, на котором присутствовали Гермиона и Луна — в этот раз "героем дня" был не Гарри... Он довольно ловко отбился от лезущих с поздравлениями, заявив: "Ой, да ладно... ну подумаешь, снитч поймал... типа, я его раньше не ловил!" — и указал на то, что даже если бы он дал поймать снитч Малфою, то всё равно команда бы победила по очкам, благодаря охотницам и загонщикам. После чего уселся на диванчик между Гермионой и Луной и потягивая сливочное пиво, с улыбкой жмурясь от удовольствия, наблюдал за тем как гриффиндорцы качали Фреда и Джорджа, потом расцеловывали и обнимали Анджелину, Алисию и Кэти... Правда, у Гермионы было стойкое подозрение, что пока он бегал принимать душ, то успел выпить немного виски, судя по поблескивающим глазам. Но не читать же ему нотации при свидетелях! Тем более, что вёл себя парень вполне прилично — видимо, пришёл в себя, и теперь ничего лишнего себе не позволял, ну кроме пары раз, когда прижал их к себе, но во вполне уместной ситуации, когда благодарили болельщиков за поддержку на игре...       Свою долю славы получил и Рональд — его хвалили, несколько раз поднимали тосты за "великого вратаря Уизли", и он ходил по гостиной счастливый, то и дело приставая ко всем с рассказами как он играл, снова и снова рассказывая об атаках слизеринских охотников и как он их отражал. В ответ Рона дружески хлопали по плечу, а порой и снова затягивали "Уизли — наш король", но ему всё было мало — эмоции рыжика просто переполняли...       — Ну, то есть я ведь уже пропустил мяч от Уоррингтона, так что полной уверенности в себе не было, но, не знаю уж почему, когда Пьюси полетел на меня, — взахлёб делился Рональд своими переживаниями, подсев к ним. — Он и взялся-то неизвестно откуда... А я вдруг подумал: "Ты сможешь!"— патетически воскликнул Рон. — И у меня осталось не больше секунды, чтобы выбрать, куда кинуться, — размахивал он руками, жестикулируя для большей убедительности своего повествования, — понимаете, Пьюси вроде как метил в правое кольцо, ну, в смысле, для меня правое, а для него-то левое, — но мне будто внутренний голос подсказал, что он финтит, и я решил рискнуть и бросился влево — стало быть, от него вправо, — и... ну, вы видели, чем это кончилось... — с показной скромностью заключил Рон, без всякой необходимости взлохмачивая себе волосы и оглядываясь, чтобы убедиться, что ближайшие соседи прекрасно слышали его рассказ. Потом отхлебнул пива и продолжил: — А минут через пять гляжу — на меня летит Нотт...       — Ты молодец, Рон! — похвалил его Гарри, привстав и хлопнув сидящего напротив рыжего парня по плечу. — Я всегда в тебя верил! — добавил он, чокнувшись с другом горлышками бутылок со сливочным пивом. — Мы победили!       — А то! — довольно воскликнул тот. — Да, — медленно произнёс он, наслаждаясь звучанием этих слов, — мы победили. Ты заметил, какое лицо было у Малфоя?       — Да пофиг на Хорька, — отмахнулся Гарри и подмигнул: — По моему тебя ждут, Рон, — кивнул он на Лаванду, которая с нетерпением поглядывала на Рона.       Тот оглянулся, и расплылся в улыбке:       — Ну я тогда пойду... Сам понимаешь, дружище... — он сально ухмыльнулся и даже развратно подмигнул Гарри.       — Ничего, это бывает, — Гарри улыбнулся подругам, как бы извиняясь за поведение Рона. — Адреналин после игры, торжество победы, и всё такое... Через пару дней пройдёт. Ну, через неделю — точно пройдёт... — добавил он задумчиво. — По себе знаю...       — То есть, ты себя тоже так вёл? — ехидно спросила Гермиона, кивнув на целующихся в центре гостиной Рона и Лаванду, под одобрительные вопли и аплодисменты доброй половины факультета.       Гарри в ответ ухмыльнулся:       — Когда я выиграл свой первый матч... мне было одиннадцать лет, — он пожал плечами и отхлебнул сливочного пива. — Нет, меня конечно целовали... Но честно говоря, было впечатление, что я для девчонок-охотниц... какая-то полноразмерная кукла. Так что у тебя нет причин для ревности, Гермиона, — опять ухмыльнулся парень.       — Вот ещё... — фыркнула в ответ она под ехидный смешок Луны, чувствуя что непроизвольно краснеет.       Потом в гостиной устроили какие-то "дикие танцы", и дело чуть было не дошло до группового стриптиза на столах... В общем, гриффиндорцы отмечали победу с размахом — никакого сравнения с тихими, и даже несколько чопорными празднованиями рейвенкловцев... Потом, когда все уже разбрелись кто куда, Фред с Джорджем и Ли в своей спальне устроили закрытую вечеринку для членов команды. Разумеется, Гарри потащил их с Луной с собой, поскольку спутницы или спутники членов команд — тоже приглашались. То что Алисия с Фредом и Анджелина с Джорджем были в двух ипостасях одновременно — это всего лишь частный случай. Там они устроили распитие огневиски и игру в "палочку" (магический вариант маггловской игры в "бутылочку") — "водящий" раскручивал лежащую на столе палочку, и должен был целоваться с тем, на кого она указывала, когда остановилась.       Гермиона по началу, когда озвучили правила, была почти в ужасе, но Гарри ей подмигнул, и прошептал на ушко чтобы она не волновалась, что мол — эта палочка из ассортимента магазина близнецов и она специальным образом заколдована, так что всё будет в порядке. И действительно — практически всегда палочка указывала на пару "водящего"! Один раз Фреду пришлось целоваться с Джорджем, и то, честно говоря, у Гермионы было впечатление, что близнецы устроили эту шутку специально, ещё Алисия с Анджелиной несколько раз целовались, и Гермионе показалось, что это для них... явно не новый опыт, и они это тоже делали специально... как бы провоцируя её и Луну. К счастью, им с Луной целоваться не пришлось, а поцелуи с Гарри на публике... Честно говоря, учитывая что здесь были все свои — это даже... заводило и добавляло каких-то особенных ощущений!       Вторым большим облегчением для Гермионы было то, что Гарри почти не пил, так — отхлёбывал между турами по глоточку из стакана по чуть-чуть, но не более... Как он потом признался — одни из самых отвратительных воспоминаний детства у него — пьяные дядя Вернон и его сестра, Мардж... А вот Рональд умудрился за полчаса наклюкаться до невменяемости, чем очень расстроил и разозлил Лаванду.... Но больше всего Гермиону удивило, да что там — просто шокировало то, что Анджелина, Алисия и Кэти... явно оставались в комнате парней ночевать!       — Ну и что, — пожала плечиками Луна, когда Гарри провёл их к Стражу, они попрощались, и поднялись в свою спальню, где Гермиона и высказала своё возмущённое удивление таким явным и злостным нарушением школьных правил. — Они совершеннолетние... В конце концов, они каждый день могут выходить в Хогсмид, и снимать там комнату в гостинице. Тогда, какая разница?       — Ну... в принципе, да, — согласно кивнула Гермиона, задумавшись... — Слушай, Луна... — нерешительно начала она после довольно долгих раздумий. От выпитого огневиски в теле была какая-то лёгкость, в голове немного шумело, общее состояние было какое-то растормошённое, и она решилась обсудить с подругой очень сложный и... неимоверно смущающий её вопрос. — Как ты думаешь, Гарри действительно видел только... ну, то как мы целуемся? — немного смущённо спросила она.       Луна отложила расчёску, и повернув голову к ней и пристально посмотрев, уточнила:       — Ты думаешь, что он мог проникнуть за нами в Выручай-Комнату и увидеть намного больше?       — Да, — подтвердила Гермиона.       — Знаешь... — задумалась Луна. Потом спросила: — Тебя это напрягает? Ну, если предположить, что — да, он это сделал и подсматривал за нами?       — Конечно! — воскликнула Гермиона. — Это как-то... — она задумалась, — неправильно! И непорядочно. Вот!       — Допустим, — кивнула Луна. — Это если предположить, что он делал это неоднократно... А если только один раз, чтобы просто... до конца удостовериться в своих предположениях?       — Ну, тогда... — Гермиона задумалась, — тогда ладно... Просто я ещё подумала, что это объясняет почему он решил нас добиваться... парней такое заводит, ну, помнишь...       — Я помню то, что мы читали с тобой прошлым летом, — улыбнулась подруга увидев её смущение. — Но всё-таки... Неужели для тебя это так ужасно? Если Гарри будет видеть как мы занимаемся любовью?       — Нет, не в этом дело, — качнула головой Гермиона. — Я понимаю, что с нашими отношениями, по другому... это будет просто... Разумеется, что наши отношения предполагают секс... Ну, в будущем, я имею в виду, — быстро поправилась она, увидев лукавую хитринку в глазах подруги. — И... в отдельных спальнях, и всё такое, как рассказывала Падма... так я не хочу! — помотала головой Гермиона. — Но... я хочу, чтобы всё было в открытую... а не когда — тайком, понимаешь?       — Понимаю, — кивнула Луна в ответ, и улыбнулась: — Вполне вероятно, что Гарри проследил за нами... Раз, или, может быть — два... Но он в этом ни за что не признается! Даже под веритасерумом, — ухмыльнулась она, — по крайней мере — пока, на данном этапе — не признается... — Она улыбнулась, мечтательно и с лёгким сожалением в голосе произнесла: — Хорошая была вечеринка, правда? Жаль, что не до утра.       Было понятно, что подруга решила сменить немного смущающую Гермиону тему, и она кивнула:       — Да, хорошая вечеринка. Было интересно, хотя и... немного... провокационно, — подобрала определение она, — особенно в конце...       В принципе, Гермиона особо душой не покривила — вечеринка ей тоже очень понравилась, и это было бы глупо отрицать. Но больше её радовало то, что слава Мерлину, хотя бы в этом году, этот дурдом с квиддичем закончился! И можно налечь на подготовку к экзаменам, до которых осталась неделя! Уж теперь-то у Гарри отговорок не будет...

***

      Но надеждам Гермионы сразу, прямо с утра воскресенья, сосредоточиться на подготовке — сбыться было не суждено.       — Сегодня выход в Хогсмид, Миона, — обескуражила её Луна прямо с утра.       — И что? — не поняла она.       — И то, что я приглашаю тебя и Гарри на свидание, — невозмутимо пожала плечиками блондинка, крутясь перед шкафом с вещами и перебирая одежду.       — Мерлин! Луна, у нас экзамены на носу, — простонала в ответ Гермиона. — Какой, к Мордреду, Хогсмид?! Какие свидания?!       — Ничего не знаю, — ответила Луна. — Гарри нас с тобой на свидание приглашал. В феврале. Ты тоже — организовала свидание для нас, — мечтательно перечисляла она, и после паузы улыбнулась: — Теперь моя очередь!       — Луна... Может не надо? — попыталась убедить девушку Гермиона. — Давай после экзаменов, а? Честное слово, хоть каждый день будем ходить на свидания! А сейчас... Нам же надо кучу всего повторить...       Луна лишь улыбнулась, потом подошла и обняла её.       — Миона, вчера у Гарри был тяжёлый матч... И поверь, у него в голове сейчас — что угодно, но не экзамены. Тем более, после вчерашней гулянки, — ухмыльнулась она, видимо намекая, что они в конце всё же... немного напились, скажем так. — У него сейчас столько мозгошмыгов... Всё равно нужно время, чтобы он их разогнал. Ничего у Гарри с занятиями сегодня не получится, вот увидишь.       — Ну, если так смотреть... — задумалась Гермиона,       — Именно... И зачем тогда терять время на бессмысленное сидение за книгами, если можно пойти на свидание?       — Ладно... хорошо, — со вздохом кивнула Гермиона, признавая разумность доводов.       — Я знала, что ты согласишься, — воскликнула Луна, — поэтому Гарри я пригласила ещё вчера! — а потом лукаво улыбнулась: — Но твоё обещание про свидание каждый день после экзаменов — я запомню! — девушка чмокнула Гермиону в губы и явно довольная собой, убежала в душ...       Таким образом, вместо того, чтобы пойти заниматься учёбой, после завтрака они втроём оказались в очереди перед главными дверьми Замка. Впрочем, оказалось, что не одни они такие — очень многие решили не оставаться в Замке в последний выход в Хогсмид перед экзаменами — в Холле собралась приличная толпа! В этой бурлящей куче школьников, которые переговаривались и нетерпеливо дёргались туда-сюда они заметили тройку охотниц Гриффиндора, стоявших с Джорданом, ещё дальше, впереди, стоял Невилл с близняшками Патил, Энтони под ручку с Ханной и рядом с ними — Джастин и Сьюзан... Филч с явно недовольным видом кривился, и нехотя, изображая, что он делает великое одолжение, неторопливо находил в списке разрешений на выход в Хогсмид фамилию очередного студента, отмечал её, и кивком разрешал выйти из Замка...       — У мистера Филча сегодня просто жуткие мозгошмыги, — сокрушённо заметила Луна.       — Если бы только сегодня, — ухмыльнулся Гарри. — С тех пор, как Дамблдор вернулся на свой пост, Филч как в воду опущенный. Безголовый-Ник рассказывал, что Филч сидит сиднем в своей каморке, полирует и смазывает кандалы и то и дело стенает, жалуясь миссис Норрис, что в Хогвартсе никогда не было такого замечательного директора, как Амбридж.       — Гарри, — успокаивающе улыбнулась парню Гермиона, — он пожилой человек...       — Угум, — скривился в ответ он. — Слышали бы вы, с каким наслаждением этот... "пожилой человек" предвкушал, как будет подвешивать нас на цепях в подземелье... И пороть розгами...       Наконец дошла очередь и до них. Увидев Гарри, Филч скривился, будто сжевал горсть драже "Берти Боттс" со вкусом чили и горчицы, что-то нелицеприятное пробурчал под нос, и просипел:       — Проходи давай...       Оказавшись на улице, они увидели, что Невилл с Падмой и Парвати, присоединится к которым у них появилась идея пока они стояли в очереди, уже далеко впереди и практически подошли к воротам школы. Бежать за ними было глупо, кричать — бесполезно, и ребята решили, что разыщут друзей уже в Хогсмиде.       — А где близнецы? — поинтересовалась Гермиона, обратив внимание на идущих впереди гриффиндорских охотниц и Ли.       — Они ещё утром, рано-рано, ушли, — пояснил Гарри. — Магазин открывать. Воскресенье, ожидают большой наплыв посетителей. Обычно, они вечером, после уроков или тренировок, в магазин — закрывают, готовятся к следующему дню, там и ночуют...       — Прямо в магазине? Это должно быть интересно, — заметила Луна. — Можно избавиться от школьных мозгошмыгов и придумать что-нибудь новенькое.       — Ну, не совсем в магазине, — пожал плечам Гарри. — На втором этаже у них квартирка и мастерская... Девчонки с Ли, кстати, к ним в магазин собрались.       — На Косую Аллею? — удивилась Гермиона.       — Они совершеннолетние, — пожал плечами Гарри. — Им можно. Так что, если хотите заказать что-то из ассортимента "Волшебных Вредилок", то можно их догнать...       — Мы ещё не рассматривали каталог, Гарри, — ответила Гермиона, напоминая, что красочный каталог с продукцией "Всевозможных Волшебных Вредилок" им с Луной Фред вручил только вчера вечером. Впрочем, как потом оказалось — они получили каталог одними из первых, и чуть ли не единственные, кто лично от владельца — остальные экземпляры каталога Фред и Джордж просто разделили по три-четыре штуки для каждого из трёх факультетов и оставили на столе в общей гостиной...       — Что-то слышно нового от крёстного? — поинтересовалась Луна у Гарри, когда они уже подходили к Хогсмиду.       — Нет, ничего нового не писал, — немного грустно ответил парень, — как обычно: всё нормально, лечусь... Я так понял, что это где-то в Швейцарии. Ну, Сириус упоминал про озёра, горы... Обещал колдофото прислать, или привезти, уже как вернётся...       — Ничего страшного, Гарри, — успокаивающе погладила его по руке Гермиона. — Вот увидишь, он вернётся и всё будет хорошо...       — Да я понимаю, что там... — после паузы ответил задумавшийся парень. — Просто... мне его не хватает... — признался он. — После того, как Сириуса оправдали, я надеялся, что хотя бы на выходных, когда мы в Хогсмид ходим, мы сможем видеться... — Гарри вздохнул, потом отмахнулся и сменил явно грустную для него тему: — Ты, кстати, так и не рассказала, как прошёл твой экзамен по аппарации в Хогсмиде?       — Всё нормально, — улыбнулась Гермиона. — Мне надо было от "Трёх мётел" прыгнуть ко входу в книжный магазин... В общем, я раз — и оказалась там.       — И кто бы сомневался, — мечтательно и с лукавой улыбкой произнесла Луна. — Вот если бы тебе надо было прыгнуть к магазину "Всё для квиддича"... Тогда возможно были бы проблемы...       — Я уверен, что и тогда бы у Гермионы всё получилось, — рассмеялся Гарри, в знак поддержки прижав руку Гермионы к себе. — Но всё равно, удивительно, что это так легко...       — Не совсем, — пожала плечами Гермиона. — И не у всех получилось. Дункан Инглби потерял часть брови, и ему экзамен не зачли. Честно говоря, мне тоже не зачли,— призналась она, — ведь мне ещё нет семнадцати. Кстати, Гарри, ваш Маклагген, тоже учудил: он должен был аппарировать к дверям магазина Писсарро, но залетел вовнутрь "Кабаньей головы"... Ещё пара человек тоже не сдала... Но это ничего не значит! Мы потом зашли в "Три метлы" и мистер Твикросс успокоил, что всё в порядке и у них есть время потренироваться, а потом, на каникулах, сдадут в Министерстве... Главное, как любит он повторять: непреложное соблюдение "Правила трёх Н": Нацеленность, настойчивость и неспешность! Чётко представлять то место, куда тебе надо! Не просто его вспомнить, а именно представить! — подчеркнула она, рассказывая всё, что запомнила на занятии.       Гарри внимательно слушал, с очень сосредоточенным видом, и Гермиона с радостью делилась своими знаниями. А потом он задумчиво произнёс:       — Значит, главное, просто представить, где ты хочешь оказаться... Как, оказывается, всё просто, — он остановился, о чём-то напряжённо думая и покачал головой.       Гермиона только было хотела сказать, что это совершенно не так просто, как парень просто исчез! Без поворота, без лёгкого хлопка... Просто стоял рядом... и исчез! Чтобы через мгновение возникнуть из ниоткуда возле дверей магазинчика Доминика Маэстро, в добрых десяти ярдах впереди!       — Ух ты! — воскликнул он, пошатнувшись, и схватившись за косяк двери. — Так вот, оказывается, что это было!       — Гарри! — вскрикнула Гермиона и бросилась к парню со всех ног. — Гарри, Гарри, ты цел? Всё в порядке?!       — Миона, не паникуй, — сказала подбежавшая следом Луна. — С ним всё в полном порядке. Всё на месте...       — Гарри Джеймс Поттер! — воскликнула Гермиона, немного успокоившись. — Это! Что! Сейчас! Было?       — Ээм... — Гарри взлохматил волосы. — Я просто слушал тебя, а потом вспомнил... В семь лет я убегал от Дадли с дружками и... В общем, внезапно оказался на крыше школьной пристройки... И мне тогда очень сильно влетело от тёти с дядей. Так как я не смог объяснить никому, как я туда забрался... А получается, что это была эта самая аппарация... — задумчиво сказал он. — Ты вот рассказывала и я начал вспоминать... Ну, знаешь, от окклюменции, получается, есть и другая польза... И в общем, всё вспомнил, в мельчайших деталях, как я хотел избежать встречи с Дадом, оказаться там, где он меня не достанет... Ведь этому жирдяю ни за что не допрыгнуть и не залезть на крышу. И так, знаешь, потом смотрю на магазинчик, думаю — попасть туда, и упс, я здесь! — улыбнулся он. Покачал головой, а потом исчез, появившись на противоположной стороне улицы.       — Вау! Круто! Это надо отметить, я так думаю! — воскликнул он. — Сливочное пиво будете? — и не дожидаясь ответа, опять исчез.       — А-а-а... — Гермиона была в шоке, мягко говоря. У неё просто не находилось слов. — Это как... вообще... без обучения... и нет поворота...       — Это Гарри, Миона, — пожала плечиками Луна. — Интересно, он в "Три метлы" или в "Кабанью голову"? Если в "Три метлы", то надеюсь он вспомнит, что я хотела "Сливочное пиво" с имбирём...       — Тебя волнует только с имбирём ли будет пиво?! — воскликнула Гермиона. Её по-прежнему снедало беспокойство за... этого бесшабашного гриффиндорца.       — Я не вижу причин волноваться сейчас о другом, — невозмутимо ответила Луна.       — Но Гарри аппарирует неправильно! И он не проходил обучения... — Гермиона всё же была свято уверена, что без обучения никак нельзя делать такие опасные вещи. — А если что-то случится? И потом — он не сдавал экзамены, у него нет лицензии, а он пользуется аппарацией! А если его накажут за это?       Но Луна её возражения отмела как несущественные.       — Гарри умеет аппарировать, Гермиона! Какая разница, как он это делает? В любом случае, это же хорошо, так же? — и она довольно улыбнулась. — Ты только должна ему рассказать всё — как делать правильно, все особенности аппарации, и всё будет в порядке! — утвердительно произнесла Луна. — Давай лучше придумаем, куда мы сегодня пойдём? — сменила она тему. — Честно говоря, идея бродить по улицам под любопытным взглядами — меня не очень вдохновляет. Помнишь, ты как-то спрашивала не сняли ли мы комнатку на втором этаже кафе мадам Паддифут? Может сегодня стоит так и поступить? Расскажешь, как это сделать?       — Луна! — Гермиона почувствовала, что непроизвольно краснеет. — Мне кажется, нам пока рано... о таком думать...       — Это моё свидание! И я выбираю, что мы делаем, — подчеркнула в ответ Луна. — И потом, я же ничего такого... пока и не предлагаю, — улыбнулась она без капли смущения. — Нет, конечно, если тебе нравится с нами целоваться на улице, то я не возражаю — погода замечательная, и вообще...       Гермиона лихорадочно соображала. Учитывая то, что они были объектами пристального внимания чуть ли не всей школы, она была уверена — новость о том, что у них было свидание в "комнатах для влюблённых", как обтекаемо называли небольшую гостиницу на втором этаже мадам Паддифут, в которой старшекурсники устраивали интимные свидания — мгновенно станет достоянием общественности, и... И это будет полным кошмаром! Оправдываться и отговариваться будет глупо: всё равно никто не поверит, что у них ничего не было. С другой стороны, гулять по Хогсмиду, и точно так же привлекать к ним пристальное внимание, тоже.... так себе идея.       — Давай лучше дождёмся возвращение Гарри, а потом прогуляемся за деревней, — предложила она. — Навестим пещеру Сириуса... Ну, где он прятался, во время Турнира, и где я с ним разговаривала?       — Замечательная идея! — захлопала в ладошки Луна. — Только нужно будет вызвать Винки и попросить доставить нам с кухни куриных ножек и картофель. Устроим пикник с барбекю! — восторженно развила она предложенную идею.       — Ну я думаю, не обязательно брать продукты с кухни, — заметила Гермиона, обрадованная тем, что её предложение Луне понравилось. — В конце концов, мы можем купить в магазинчике, и попробовать что-нибудь новенькое. Жаренные куриные ножки мы и в школе поесть можем.       — Точно! Жаренные на огне сосиски с зефиром! Как делал твой папа, помнишь? — поддержала её мысль подруга. — Или запечённую на решётке форель с томатами и баклажанами...

***

      Несмотря на то, что окрестности Замка заливало яркое солнце, в искрящейся в солнечных лучах глади Чёрного озера отражалось безоблачное небо, а по зелёным лужайкам изредка пробегала рябь от тёплого легкого ветерка — им было не до красот! Наступил июнь, и для пятикурсников это означало одно — на носу важнейшие экзамены, которые на долгие годы определят их будущее. Профессора больше не задавали ничего на дом — все уроки были посвящены повторению вопросов, которые, по мнению преподавателей, почти наверняка должны были попасться в экзаменационных билетах...       Гермиона была в лёгкой панике! Она даже про находящегося по соседству со школой великана Грохха совершенно забыла, так как постоянно, каждую свободную минуту, повторяла пройденный материал, стараясь подготовиться наилучшим образом. А ведь ещё приходилось следить и за Гарри! Впрочем, парень и сам полностью сосредоточился на С.О.В.ах, особо не отвлекаясь на посторонние вопросы, и даже пару раз попросил его проверить по вопросам зельеварения.       Нервничали практически все без исключений! Ханна Аббот устроила прямо в Библиотеке форменную истерику, причитая что она ни за что не сдаст экзамены, и девушку пришлось отводить в Больничное крыло и отпаивать там успокоительным. У Эрни Макмиллана появилась дурная привычка расспрашивать всех подряд о том, как они готовятся к экзаменам, сколько они тратят на подготовку времени, и рассказывать, что вот лично он занимается по восемь, а иногда даже по девять часов в день, а по выходным дотягивает и до десяти! Гостиная Рейвенкло превратилась в филиал читального зала Библиотеки — в любое время суток там был слышен шелест переворачиваемых страниц, скрип перьев по пергаментам, и тихие голоса учеников, бубнивших прочитанное для лучшего запоминания изучаемого материала.       Апогея достигла и незаконная торговля различными нелегальными средствами, способствующими повышению концентрации, живости ума и внимательности... Это явление, в принципе, и раньше имело место среди среди пяти- и семикурсников, но в последнюю неделю перед экзаменами оно приобрело просто невиданный размах, доставляя Гермионе, как старосте, много хлопот. То и дело приходилось конфисковывать всякую дрянь — как не "эликсир Баруффио", для интеллектуального роста, который предлагал всем желающим за "смешную цену в двадцать галлеонов за целую пинту" шестикурсник-рейвенкловец Эдди Кармайкл, уверяющий, что в прошлом году получил на С.О.В.ах "превосходно" по девяти предметам лишь благодаря этому чудесному снадобью, так "порошок из когтя дракона для прочищения мозгов", которым пытался торговать Гарольд Дингл... И было довольно удивительно, что близнецы Уизли остались в стороне от этого вала торговли всякой дрянью.       — Ты зря их считаешь такими... ну, безответственными, — Гарри пожал плечами в ответ на высказанное Гермионой недоумение. — Они конечно любят шалости, розыгрыши, но никогда не обманывают со своей продукцией... По крайней мере — перемолотый помёт докси под видом чудодейственного порошка, как Дингл, они продавать не будут. Всё же у них магазин, репутация... Сама понимаешь, — подчеркнул он. — Нет, у них конечно есть одна разработка... Или "зелье памяти", или "острого ума", что-то в этом духе, я не совсем понял как оно точно действует, — Гарри развёл руками. — Но, во-первых — там цена очень большая, во-вторых — оно у них ещё не доведённое... есть побочные эффекты, а в-третьих — пока оно чисто индивидуальное и нужно подгонять его состав под каждого отдельно, — не смог скрыть нотку сожаления в голосе он. — Но Фред с Джорджем работают в направлении подобных зелий, и как знать, может к следующему году и выпустят что-то в продажу...       На последнем уроке Чар профессор Флитвик попросил рейвенкловцев задержаться и после звонка ознакомил их с расписанием экзаменов и правилами их проведения.       — Как видите, — рассказывал декан, когда ученики переписали с доски даты и время всех экзаменов, — вы будете сдавать С.О.В. в течение двух недель. Утренние часы отведены под письменные работы, послеобеденные — под проверку практических навыков. Практический экзамен по астрономии, разумеется, будет проходить ночью. Я понимаю, что это лишнее, — пищал он, взгромоздившись на стопку книг, — но я должен вам напомнить, что на ваши экзаменационные принадлежности будут наложены исключительно жёсткие Антиобманные заклятия. Использование напоминалок, а также самоотвечающих перьев, накладных манжет-шпаргалок и самоправящихся чернил запрещено. К сожалению, практически ежегодно в школе находится, как минимум, один ученик, считающий, что ему по силам обвести Волшебную экзаменационную комиссию вокруг пальца. Впрочем, — профессор Флитвик весело улыбнулся, — я уверен, что среди учеников нашего факультета самых умных, таких глупцов не окажется!       — Можно спросить, профессор? — подняла руку Гермиона. — Когда станут известны наши результаты?       — Как и обычно, мисс Грейнджер, — ответил Флитвик, — в конце июля вам разошлют табели с оценками.

***

      Согласно расписания, первый экзамен, по Теории Заклинаний, им предстоял утром понедельника. В воскресенье, после обеда, Гермиона затащила Луну и Гарри в Библиотеку, где долго и упорно экзаменовала их по вопросам, а потом попросила проверить её... Она жутко волновалась, и то и дело выхватывала у парня учебник, по которому он сверял её ответы на задаваемые Луной вопросы, чтобы удостовериться, что отсутствуют даже самые мелкие ошибки! Она так сильно нервничала, что в результате стукнула его учебником по носу...       — Знаешь что, занимайся этим без меня, — заявил Гарри, всовывая книгу ей в руки и вытирая заслезившиеся глаза. — А я лучше пойду, отдохну...       — Гарри! Как ты можешь! Завтра экзамен... — начала было она выговаривать парню, распекая его за беспечность.       — Давайте лучше ещё раз пройдёмся по "Общей теории заклинаний", а потом пойдём в класс, и потренируем чары, — примиряюще предложила Луна, восстановив мир и успокоив их обоих.       За ужином в Большом зале царила атмосфера лёгкой подавленности. Никто из пяти и семикурсников почти не разговаривал, многие ковырялись в тарелках вяло и совершенно без аппетита, а Гермиона то и дело откладывала нож с вилкой и лезла в сумку, чтобы выудить оттуда учебник и сверить очередной факт, который она внезапно вспомнила... Или цифру в расчётах... Или рецепт... Пока Луна не отобрала у неё сумку.       — Если ты не разгонишь своих мозгошмыгов и не поешь нормально, то вполне вероятно, что завтра тебе не придётся сдавать экзамен! — заявила подруга.       — Это ещё почему? — возмутилась Гермиона.       — Потому, что мадам Помфри экзаменационную комиссию в Больничное крыло не пустит! — невозмутимо ответила Луна, указывая ножом на распахнутые двери Большого зала.       — Ой, держите меня, — прошептала Гермиона, глядя в Холл и чувствуя, как у неё кружится голова. Вилка выскользнула из её ослабевших пальцев и с громким звоном упала в тарелку. — Неужто это они? Экзаменаторы?       Не одна она смотрела в Холл! Почти все сидящие мгновенно повернулись и уставились в открытую дверь. Некоторые даже привстали со скамьи, чтобы было лучше видно. В вестибюле стоял профессор Дамблдор, а рядом с ним — группа магов и волшебниц весьма преклонного возраста, мягко говоря. Крошечная сутулая ведунья с морщинистым, словно затянутым паутиной, лицом очевидно и была той самой знаменитой профессором Марчбэнкс, так как директор обращался к ней с большим почтением. Видимо, профессор Марчбэнкс была глуховата — она отвечала Дамблдору очень громко, так что её было прекрасно слышно в Большом зале, хотя её и директора разделяло не больше двух шагов.       — Прекрасно, прекрасно добрались, — воскликнула она. — Рада вас видеть, Дамблдор! — с улыбкой добавила старушка. — Я всегда говорила, что всё будет хорошо! Уж я-то это знала... — с уверенностью произнесла она. — Знаете, дорогой профессор Тофти, — Марчбэнкс обратилась к самому древнему и самому лысому экзаменатору, — я ведь сама принимала у него Ж.А.Б.А. по трансфигурации и заклинаниям... Что он вытворял своей палочкой — я такого в жизни не видела!       Профессор Дамблдор ответил на это добродушной улыбкой:       — Ну что вы, мадам Марчбэнкс... Вы преувеличиваете мои скромные успехи. Позвольте проводить вас в учительскую. Вы ведь не откажетесь от чашечки чаю после такого путешествия? Прошу вас... — он предложил профессору Марчбэнкс руку, и они начали чинно подниматься по Главной лестнице.       Остаток вечера прошёл как в лихорадке. Гермиона пыталась повторить всё что учила, хватаясь то за один учебник, то за другой, потом прицепилась к Луне, уточняя про специализированные заклинания для гербологов, затем решила сбегать к Гарри и... И подруге это надоело.       — Миона! — воскликнула та. — Если ты не успокоишься, то клянусь Мерлином, я тебя заколдую!       Гермиона начала было возражать, но в Луну как бес вселился — она вначале затащила её в душ, раздев буквально двумя взмахами палочки, где долго успокаивала, целуя и шепча, что всё будет хорошо, что она всё сдаст, ведь просто не может быть по другому... И Гарри всё сдаст, ведь он самый лучший и переживать не стоит... В общем, благодаря усилиям, нежности и вниманию Луны, Гермиона и сама не заметила как, расслабившись, успокоилась и уснула...

***

      Утром, за завтраком, пяти и семикурсники по-прежнему почти не разговаривали, вяло ковыряясь в тарелках. Гермиона же и вовсе, к столовым приборам не прикасалась, а лихорадочно перечитывала "Успехи заклинательных наук", стараясь ещё раз всё повторить, пока Луна в конце-концов у неё не отобрала книгу и опять силой заставила её поесть. Когда завтрак кончился, большинство школьников разошлось по аудиториям, а пяти и семикурсники остались слоняться в Холле и подпирать его стены, трясясь от волнения. Затем, в половине десятого, их, класс за классом, начали приглашать обратно в Большой зал, который очень сильно изменился: четыре факультетских стола убрали, заменив их множеством парт на одного человека, обращённых к концу Зала, где находился стол для преподавателей. За ним стояла профессор Макгонагалл. Когда все расселись по своим местам и затихли, она сказала: "Итак, начали" — и перевернула огромные песочные часы. Рядом с часами были разложены и расставлены запасные перья, баночки с чернилами и свитки пергамента.       Гермиона, едва взглянув на билет, принялась писать максимально быстро, стараясь максимально полно ответить на все вопросы. Периодически она с тревогой поглядывала на Гарри и Луну, но похоже, что у тех всё было в порядке — парень, сидевший на три ряда левее её и на четыре парты дальше от преподавателей, что-то старательно писал, при этом чему-то улыбаясь, а подруга, сидевшая за соседней партой, довольно быстро строчила в пергаменте с невозмутимым видом...       — Ну что, всё не так уж плохо, а? — по-прежнему волнуясь, всё-таки это был первый сданный ими экзамен С.О.В., спросила у парня и девушки Гермиона два часа спустя в вестибюле, продолжая сжимать в руке свой экзаменационный билет. — Правда, я не уверена, что полностью описала всё по Веселящим заклинаниям, у меня просто времени не хватило... Вы упомянули про заклинание, снимающее икоту? Я побоялась, что это будет уже чересчур... а на вопрос двадцать третий...       — Гермиона, — улыбнулась Луна, — у всех были разные вопросы и нет смысла пересказывать ответы по второму разу. Я уверена, что ты ответила на всё абсолютно правильно.       — Да... Точно... — кивнула Гермиона. — А что попалось вам? — мандраж начал спадать и она заинтересовалась успехами своих... парня и девушки.       — У меня были вопросы по заклинаниям анимации, — принялась рассказывать Луна, — потом были вопросы по "Гербивикусу" — это заклинание, которое выращивает растения и оглушает тепличных врагов, по воспламеняющим чарам...       — А у тебя, Гарри? — повернулась Гермиона к парню.       — Были вопросы по заклинаниям левитации, — пожал плечами он. — Я описал "Вингардиум Левиосу", "Локомотор" и, — он замялся, — "Левикорпус"... Ну, я его увидел в тех воспоминаниях, и запомнил. И по призывающим и отталкивающим заклинаниям... Я всё написал, Гермиона! — воскликнул Гарри, пресекая готовы сорваться с её губ вопрос. — Хотя, конечно, я уверен, что ты ответила бы на эти вопросы гораздо более полно, — ухмыльнулся он.       После обеда (на время которого Большой зал принял свой обычный вид, с четырьмя большими факультетскими столами, вернувшимися на своё место) пятикурсников собрали в небольшой комнатке рядом с Большим залом, откуда их должны были приглашать на практическую часть экзамена по Чарам. Вскоре, их начали вызывать маленькими группами в алфавитном порядке — те, кто дожидался своей очереди, вполголоса бормотали заклинания и сосредоточенно отрабатывали движения палочкой, и был большой риск получить от соседа тычком в спину, а то и в глаз... Наконец, профессор Флитвик выкликнул:       — Гермиона Грейнджер, Дафна Гринграсс, Энтони Голдстейн, Грегори Гойл!       Трепеща от переживаний, она покинула комнату вместе с названными и прошла вслед за профессором в Большой зал.       — Профессор Марчбэнкс свободна, мисс Грейнджер, — проскрипел декан, остановившийся сразу за дверью. Он указал Гермионе на маленький столик у стены в центе, за которым сидела глава экзаменационной комиссии.       Гермиона вздохнула, и крепко сжимая палочку, направилась туда.       — Мисс Грейнджер? — громко спросила профессор Марчбэнкс, подслеповато щурясь и сверяясь с ведомостью. — Ну что же... хорошо, приступим... Продемонстрируйте чары левитации для начала, вот на этой чашке. Затем измените её форму и размер...       В целом, практический экзамен Гермиона сдала быстро, даже испугаться не успела. Гораздо сильнее ей пришлось поволноваться за Луну и Гарри, так как после экзамена сдавшие выходили в другую комнату, не имея возможности пообщаться с теми, кому экзамен ещё предстоял. У Луны всё прошло отлично. А вот Гарри, сдававший практику профессору Тофти, после экзамена признался, что перепутал магические формулы роста и перемены цвета, так что крыса, которую ему велели сделать оранжевой, раздулась до размеров барсука. Впрочем, он сам понял и исправил свою ошибку, и по его словам, профессор Тофти отнёсся к ней весьма благосклонно, списав на обычное волнение, так что Гарри рассчитывал на высокую оценку за экзамен. По крайней мере, он не разбил левитируемый стакан, как Малфой и не превратил тарелку в большой гриб, как умудрился сделать Рон! Но наслаждаться успехом и отдыхать было некогда — ведь завтра предстоял экзамен по Трансфигурации...       Но в целом, Гермиона, после первого сданного экзамена, немного успокоилась — С.О.В. оказались, по сути, такими же экзаменами, как и те, что они сдавали на предыдущих курсах. Разве что были более значимыми и сдавались не преподавателю а комиссии.Словом, ничего особенно необычного...       Следующие дни пролетели повторяя один другой — утром, после завтрака, они два часа писали теоретическую часть, а после обеда был практический экзамен по предмету, затем быстрый ужин, и бегом в Библиотеку, чтобы готовиться к следующему.       В целом, всё проходило хорошо, и единственное, что врезалось в память — это смешной случай во вторник, на практике по Трансфигурации, когда жутко переволновавшаяся Ханна Аббот умудрилась превратить своего хорька в целую стаю фламинго, в результате, экзамен прервали на десять минут, чтобы изловить всех птиц и вынести их из Зала, а в среду, на практической части экзамена по Гербологии, Гарри цапнула за палец зубастая герань...       На четверг был назначен экзамен по Защите от Тёмных искусств, и все кто занимался в ОД, к удовольствию наблюдающей за ними профессора Макгонагалл, великолепно справлялись с заданиями, демонстрируя те или иные контрзаклятия. Пожалуй, это был первый экзамен, перед которым Гермиона почти совершенно не волновалась за Гарри... Но тем не менее, на практической части ей пришлось сильно понервничать: как он зашёл в зал, так и не выходил... Когда появился Рон, заходивший в последней группе, подруги бросились с расспросами к нему.       — Да он там всякие щиты демонстрирует... Его этот, как его, Тофти, спрашивает: "А это вы можете показать? А это, можете?" — пожал плечами Рональд. — Гарри вначале боггарта "ридикулусом" превратил, потом его как-то, только я не понял как, загнал в сундук, а потом и вовсе испепелил "Люмос Солемом"... Они там все как с ума посходили, чуть ли не хлопают...       Наконец, появился немного ошеломлённый Гарри.       — Ну как, Гарри? — Что? — Ты сдал? — наперебой принялись расспрашивать они.       — Да нормально... вроде... — немного неуверенно ответил парень. — Профессор Тофти сказал, что высший балл...       — И что с тобой тогда? — удивилась Гермиона его немного потерянному виду.       — Ну... меня в конце попросили продемонстрировать "Патронуса"...       —И? — не поняла она его волнения в голосе. — Ты же легко его вызываешь! Нет, конечно, было, что у тебя не получилось, когда ты пытался отправить Сириусу, но то был особый случай...       — Да... но... — Гарри тяжко вздохнул, — у меня патронус ИЗМЕНИЛСЯ! — произнёс он трагическим шёпотом с ошарашенными, круглыми глазами.       — Да ты что! А какой? — не смогла сдержать восклицания Гермиона. — Какой у тебя теперь Патронус?       Её волнение объяснялось найденной ей информацией, что когда люди кого-то любят, то патронус может стать таким же как у любимого человека. И теперь она с замиранием сердца гадала: заяц или выдра у Гарри? Так как это, наконец, могло поставить точку в вопросе кого из них он... действительно любит... или, любит сильнее.       — Покажи, Гарри, пожалуйста... — не смогла она удержаться от настойчивой просьбы, чувствуя как её переполняет волнение. Впрочем, Луна тоже выразила сильную заинтересованность.       Парень пожал плечами, вздохнул, и повёл их к пустому классу. Там запер дверь, и опять тяжко вздохнув, взмахнул палочкой:       — Экспекто Патронум!       Тут Гермиона едва не рухнула на пол на подкосившихся ногах — посреди класса появилась молочно-жемчужная ВЕНГЕРСКАЯ ХВОСТОРОГА! Конечно, она была не в натуральную величину, а всего лишь футов семь-восемь в высоту, но всё равно... Дракон приподнялся на задних лапах, распахнул крылья, осмотрелся и не обнаружив вокруг врагов, выпустил из пасти облачко белого пламени, после чего, повинуясь взмаху палочки парня, растаял.       — Ну, вот это теперь у меня... вместо оленя, — вздохнул Гарри. — Представляете себе шок мистера Тофти и экзаменационной комиссии?! Ему его близкий друг Тиберий Огден оказывается про моего оленя рассказывал, а тут... — он опять вздохнул. — А этот, — парень кивнул на то место, где был дракон, — оказывается, ещё и рычать умеет! Громко... И вообще, буйный он какой-то: членов комиссии разогнал по углам, стол перевернул...       — В смысле? Патронус напал на волшебников? — уточнила Луна.       — Не, — мотнул головой парень, — голову повернул в их сторону, пасть открыл, рыкнул... они сами с визгом... в разные стороны... А дракон такой, лапой шаркнул... Так они потом царапины минут двадцать измеряли — длину, глубину... Охали и ахали...       — И чего ты переживаешь? — улыбнулась Луна, обнимая парня.       — Ну... Я думал анимагией заняться, чтобы... как отец и крёстный, — он расстроенно шмыгнул носом. — А везде пишется, что патронус — это аниформа, а аниформы магических существ не бывает...       — Честно говоря, соответствие анимагической формы и формы Патронуса — это не непреложный факт, Гарри, — принялась успокаивать его немного пришедшая в себя Гермиона. — Ты сам рассказывал нам, что по словам твоего крёстного, многие маги не спешат объявлять о том, что они анимаги! И потом... С тобой вообще нельзя быть ни в чём уверенными! Может ты будешь первым известным магом, у которого аниформа — магическое существо!       — Вот-вот, — подхватила довольная Луна.       — Да? Ну не знаю, — задумчиво потянул он. — Вообще, аниформа "дракон", это как-то...       — Будешь драконом не только внутренне... — ободряюще воскликнула Луна. — Ты только представь, Гарри, ты сможешь летать без метлы! — восторженно произнесла она.       А Гермиона только сейчас вспомнила как, уже давно, Луна говорила, что Гарри стал очень похож на дракона.       В пятницу у Гарри и Луны был экзамен по Прорицаниям, а Гермиона после обеда сдавала экзамен по Древним рунам,у которого была только теоретическая часть... И, на её взгляд, экзамен она сдала просто ужасно! Вернувшись в башню и войдя в комнату, Гермиона с раздражением швырнула сумку на кровать.       — Как сдала? — спросила Луна, откладывая книгу.       — Я неправильно перевела "эхваз", — всхлипнула в ответ Гермиона. — Это значит "товарищество", а не "защита"! А я перепутала его с "эйхваз", — чуть не плача продолжила жаловаться она.       — Ничего страшного, — ответила Луна. — Это же только одна ошибка. Я уверена...       — Ты не понимаешь! — сорвалась на истерику Гермиона. — Иногда от одной ошибки может поменяться смысл всего текста... А значит и весь экзамен...       — Это ты не понимаешь! — горячо возразила Луна, поднимаясь. — Ты уже сдала этот предмет. И ничего уже изменить по этому экзамену не можешь. Зато ты себя сейчас накрутишь, вымотаешь себе нервы и хуже сдашь следующий! — она толкнула её на кровать. — Раздевайся, — после чего повернулась к двери, наложила на неё заклинания, и начала стаскивать с себя одежду.       — Зачем? — немного опешила Гермиона.       — Мне Падма книгу интересную дала, — улыбнулась в ответ Луна. — Называется "Благотворное влияние тантрического массажа на..." что-то вообщем там длинное... — Луна игриво облизнула губы. — Сейчас будем пробовать на тебя благотворно повлиять... на практике... — мурлыкнула она.       Неизвестно, повлиял ли этот самый "тантрический массаж" или что-то иное, но Гермиона действительно расслабилась, успокоилась, и в результате проспала до утра, проснувшись с отличным настроением. Почти всю субботу и воскресенье они втроём потратили на подготовку к экзамену по Зельеварению, назначенному на понедельник. Гарри закапывался в справочники как сумасшедший, выписывая один рецепт за другим, и то и дело прося подруг проверить как он их запомнил — ведь от этого экзамена парень ждал самых больших неприятностей, к тому же, хорошая оценка по зельям была ему просто необходима. Но всё прошло более-менее неплохо: после экзамена он сказал, что точно ответил почти на все вопросы правильно, да и практическую часть тоже сдал. По крайней мере, в том, что не провалился, парень был уверен. Хотя, надежды получить высший балл — у него не было... У Гермионы возникли некоторые сомнения на счёт пары своих ответов, а вот Луна к своему экзамену по Зельеварению отнеслась довольно легкомысленно. Впрочем, она не собиралась брать курс Ж.А.Б.А. а уж "Удовлетворительно" подруга всяко получит.       — Фуух... Осталось только четыре экзамена, — не смог сдержать облегчение Гарри, когда они перед ужином решили прогуляться вокруг Чёрного озера.       — Только? — обескураженно отозвалась Гермиона. — Если ты забыл, то нам предстоит Нумерология, а это один из сложнейших и самых важных экзаменов!       Гарри спорить не стал, а Луна перевела разговор на предстоящий на следующий день экзамен по Уходу за магическими существами, и они с парнем принялись бурно обсуждать вопрос: работу с какими существами им предстоит показать на экзамене. Гарри начал мечтать о гиппогрифе, ведь тогда он точно получит высший бал, Луна предположила фестралов и Гермиона тут же забыла про нумерологию, начав объяснять разошедшимся в своих фантазиях парню и девушке, почему, по её мнению, экзаменационная комиссия предпочтёт менее опасных для окружающих, и для себя в частности, существ.       В принципе, она оказалась права — практические испытания по УЗМС проходили на зеленой поляне у опушки Запретного леса. Ученикам нужно было опознать нарла среди дюжины обыкновенных ежей — правильный метод состоял в том, чтобы предложить им всем по очереди молоко, так как нарлы, чьи иглы обладают целым рядом волшебных свойств, были крайне осторожными существами и обычно приходят от этого в бешенство, считая, что их пытаются отравить. Второе задание заключалось в демонстрации навыков обращения с лукотрусом, в третьем — требовалось выбрать из множества продуктов те, что не принесут вреда больному единорогу. Из опасного было только задание на высший бал, состоящее в том, что требовалось покормить и почистить огненного краба, избежав при этом серьёзных ожогов. Разумеется, они втроём прекрасно справились со всеми заданиями, и когда симпатичная пухленькая ведьмочка, улыбнувшись, сообщила, что они могут быть свободными, Гарри украдкой показал наблюдающему за ними издалека Хагриду большой палец, а Луна весело улыбнулась профессору.       Письменный экзамен по Астрономии в среду утром прошёл нормально, правда Гарри сказал, что не уверен, что правильно написал названия и перечислил все спутники Юпитера.       Практическая астрономия должна была начаться вечером, а послеобеденное время отвели под Нумерологию, по которой был только теоретический экзамен, проходящий в отдельном классе, а не в Большом зале (видимо, из-за малого количества занимающихся этим очень сложным предметом). Экзамен прошёл значительно легче, чем себе представляла Гермиона. Расчёт понадобилось выполнить только один, а основные вопросы были на знание теории.       — Ну, по-моему, я сдала хорошо, — с облегчением сказала она, когда они вышли из класса. — А вы?       Луна неопределённо пожала плечиками, улыбнувшись, а Гарри задумчиво почесал в затылке:       — Я не уверен, что правильно описал метод Изопсефии... Я вечно путаюсь в этих греческих буквах... Но за расчёт я уверен, что всё правильно, Гермиона! — воскликнул он, перебивая её.       — Гарри! Как ты мог... так безответственно? — сокрушённо вздохнула она. — Нумерология очень важна! Я же просила тебя вчера повторить! Мы тебе конспекты дали...       — Миона, мы уже сдали, — мягко успокоила её Луна. — И мы уже ничего не изменим.       — Ладно, — вздохнула она, бросив на парня грозный взгляд. — Пожалуй, до ужина ещё можем успеть быстренько просмотреть звёздные карты...       — Пожалуй, до ужина нам нужно поспать и отдохнуть, — перебила её Луна. — А то толку нам будет с этих звёздных карт, если глаза будут слипаться?       В одиннадцать, поднявшись на верхушку Астрономической башни, они приступили к практической части экзамена по Астрономии — настроили телескопы, и по команде профессора Марчбэнкс, принялись заполнять пустые карты, которые им раздали экзаменаторы. Профессора Марчбэнкс и Тофти ходили среди них, наблюдая за тем, как они определяют точные координаты планет и звёзд, видимых в телескоп, и строго следили, чтобы ученики не отвлекались и не просто не переговаривались, а даже не посматривали в сторону друг друга, занимаясь исключительно своим телескопом и своей картой... За успехи Луны Гермиона была уверенна, а вот Гарри... Впрочем, когда они после экзамена спускались по длинной спиральной лестнице, парень ответил, что за созвездие Ориона он уверен, с Венерой и Марсом тоже напутать сложно... И в общем-то — переживать нечего, так как он гарантированно не будет брать Астрономию на Ж.А.Б.А!       В четверг, на послеобеденное время, был назначен заключительный экзамен по Истории магии, поэтому, позавтракав, Гарри намеревался отдохнуть после ночного экзамена... Но улизнуть в спальню подруги ему не дали. Гермиона отдала ему все свои конспекты по предмету, усадив парня их читать, а сама с Луной по очереди спрашивали у друг дружки ответы на самые заковыристые вопросы...       В два часа пополудни пятикурсники вошли в Большой зал и, заняв свои места за партами, стали ждать команды профессора Марчбэнкс. Все выглядели очень усталыми и вялыми, и Гермиона не могла не признать, что эти почти две недели экзаменационной лихорадки были очень напряжёнными. Радовало только осознание того, что они вполне успешно сдали все экзамены и это последний, а завтра можно будет расслабиться и вернуться к обычному ритму...       — Пожалуйста, переверните билеты, — сказала профессор Марчбэнкс из-за преподавательского стола. — Итак, начали!       Гермиона глянула на вопросы, вздохнула, и принялась быстро записывать ответы...       — Я не уверена, что правильно написала дату восстания троллей под предводительством Эхрра Беспутного... — поделилась она своими сомнениями после окончания экзамена. — Мне кажется, я перепутала с гоблинским восстанием под предводительством Эрларда Беззубого...       — Ничего страшного, Миона, — беспечно ответила ей Луна. — Я, к примеру, не ответила на вопрос было ли влияние нового закона о волшебных палочках на гоблинские мятежи в восемнадцатом столетии, положительным или отрицательным...       — Но почему? — удивилась Гермиона.       — Потому что за правильный ответ мне поставят более низкую оценку, чем за отсутствие ответа вообще, — пожала плечиками подруга.       — Н-да? — удивилась Гермиона, задумавшись. — А ты, Гарри, на всё ответил? — повернулась она к парню.       — Нет... В ответе на вопрос "Как был нарушен Статут о секретности в 1749 году" я совершенно забыл написать про вампиров... да какая уже разница, — беспечно отмахнулся он, но видимо увидев её выражение лица, затараторил: — Зато про создание Международной конфедерации магов — я такой трактат написал! — похвастался он, перебивая возмущение Гермионы. — Даже про колдунов Лихтенштейна не забыл! — воскликнул Гарри. — Как раз читал об этом сегодня утром в твоём конспекте, Гермиона. И тут как раз вопрос в тему, прикинь? Ну я и начал, всё как есть, подробно...       — Может, пойдём лучше на озеро?! — предложила Луна. — Раз экзамены закончились, то мы можем это отметить хорошим пикником! Заодно там спокойно и обсудим — кто, что, и почему не написал в ответах...

***

      Утром, в пятницу, Гермиона наслаждалась спокойным завтраком. Впрочем, как и все кроме семикурсников, которым ещё предстояло сдавать пару экзаменов Ж.А.Б.А. Все же остальные курсы пребывали в блаженном расслаблении — экзамены были сданы, ещё неделя в школе, когда нет ни уроков, ни домашки, и каникулы!       После завтрака Гермиона хотела подняться в Библиотеку — спокойно и без суеты поработать с дополнительной литературой: с одной стороны, отсутствие уроков, домашних заданий и всего прочего — позволяли сосредоточится именно на вопросах, которые интересовали её помимо школьной программы, с другой стороны — одна неделя, это не так и много... Но у Луны и Гарри были другие планы.       — Мы идём на квиддичный стадион! — хором заявили парень с девушкой, как только они вышли из Большого зала в Холл.       — Зачем? — удивилась Гермиона. — Давайте лучше почитаем дополнительную литературу. А потом можем заняться практикой по ЗОТИ... — начала убеждать их она, но бестолку.       — И вообще, я не очень люблю эти "заколдованные веники", — фыркнула Гермиона, поняв что логические доводы на Гарри и Луну не действуют.       — Лучше признай, что ты боишься, — улыбнулась Луна.       — Да, боюсь, — не стала отпираться Гермиона.       — Ведьма, боящаяся метлы! Это ж курам на смех! — заявил Гарри и помчался в Башню Гриффиндора за своей "Молнией" и раздобыть для них ещё одну, третью метлу.       У Луны недавно появилась собственная метла, которую в последний выход в Хогсмид ей передал мистер Лавгуд. Подруга давно мечтала о метле, но всё как-то с приобретением не складывалось (хотя Гермиона и предлагала помочь ей с покупкой, одолжив часть суммы, или сделав такой подарок), а тут он, по случаю, приобрёл для дочери модель "Синяя муха". Вот только времени на полёты из-за предэкзаменационной лихорадки и самих экзаменов не было, и похоже, что Луна с Гарри решили наверстать!       — Если ты научишься сама нормально летать, ты не будешь так бояться за него, — улыбнулась Луна, и потащила её в спальню переодеваться.       — Я умею летать на метле! — возмутилась Гермиона.       Однако на её бурные протесты Луна совершенно не реагировала, вместо этого напомнив Гермионе про её обещание "после экзаменов — свидания хоть каждый день", добавив, что свидания в Библиотеке их с Гарри совершенно не устраивают, так как мадам Пинс однозначно не одобрит обнимашки и поцелуи... Гермионе оставалось только вздохнуть и сожалеюще посмотрев в сторону так манящей Библиотеки, направиться на стадион...       — Нда... — Гарри спрыгнул с "Синей мухи", которую взял чтобы предварительно облетать, а то — "мало ли что"... Он скептически осмотрел метлу и вздохнул: — Не то что бы совсем "дрова", но... — он покачал головой, — как на рельсах, блин! Даже двести двадцатая "Комета" её сделает как стоячую! — заявил он, с любовью глядя на свою "Молнию".       — Гарри, "Синяя Муха" — это метла для всей семьи, — тут же возразила ему Гермиона. Разумеется, как только у Луны появилась метла, она тут же всё прочитала об этой модели. — Это как если сравнивать спорт-кар и семейный минивен! Ты же не будешь ездить в супермаркет за продуктами и возить детей в школу на "МакЛарене F1"!       — Хорошо, хорошо, — улыбнулся парень, — как скажешь. Ну что, приступим? — довольно потёр он руки.       В результате всё сложилось отлично: Луне достался "Чистомёт-5" — пусть старая, но всё ещё довольно быстрая и манёвренная метла, которую Гарри, как оказалось, выпросил у кого-то из близнецов заранее, а Гермионе предстояло летать на "Синей мухе", что её ни капельки не огорчило...       Чтобы там ни говорили Луна и Гарри, летать она умела... В конце концов, она сдала зачёт мадам Хуч. Другое дело, что уроки Полётов в школе были довольно ограниченные — взлёт-посадка и спокойные полёты по прямой, видимо предполагалось, что дальше ученики будут оттачивать и развивать свои умения либо записавшись на летние курсы в "Академию Полётов на Метле", либо самостоятельно, что и вовсе по мнению Гермионы было глупостью! Хотя, наверное, всё же следовало признать, что подниматься в высь на этой "жёрдочке с прутьями" и носиться там наперегонки с ветром она действительно опасалась.       — Всё-таки это какой-то кошмар, — высказалась она Луне, наблюдая за головоломным каскадом фигур, которые крутил Гарри, решивший немного развеяться от экзаменов перед тем, как начать обучать Гермиону. — Если он сорвётся, то...       — Ну так придумай что-нибудь... — пожала она плечиками в ответ.       — Что?! — возмутилась Гермиона. — Кроме как запретить ему летать... что бесполезно! И мы тогда точно поссоримся, — с сожалеющим вздохом добавила она.       — Зачем так радикально? Придумай для Гарри какой-нибудь магический парашют, плюс зачаруй для него мантию и джинсы на защиту от переломов... — не отрывая взгляд от летающего парня задумчиво ответила Луна. — Когда он сорвался из-за дементоров на третьем курсе, директор наколдовал "Арресто моментум", и Гарри не разбился, а мягко опустился...       — Так то директор наколдовал, — фыркнула Гермиона, — это специальные чары, Луна, накладываемые со стороны... — принялась объяснять она, но девушка её перебила.       — Но ты же одна из самых умных учениц, — Луна повернулась и чуть наклонив голову к плечу посмотрела на неё с любопытством. — Неужели Гермиона Грейнджер отступит и не придумает как это реализовать? Теми же рунами? Очки же ты ему зачаровала, и мантию на непромокаемость, так какая разница? — пожала плечиками она. — Помнишь историю изобретения "Вингардиум Левиоса"? Хобарт наложил заклятие на свою одежду и висел в воздухе... Почему бы не придумать что-то подобное, что активируется автоматически при падении? Только чтобы не висеть, а плавно спускаться?       Гермиона аж подзависла на пару минут, а потом воскликнула:       — Луна! Ты гений! Это же... Это же просто... невероятно... — она тут же выхватила блокнотик и карандаш и под весёлым взглядом улыбающейся подруги начала лихорадочно расписывать эту идею. Если у неё получится, то... Одно только это полностью оправдывало поход на квиддичный стадион!       Впрочем, следовало признать, что полёты оказались тоже довольно интересным занятием. Гарри был летуном, как говорится — от бога, и в отличии от мадам Хуч, терпеливо и подробно объяснял каждый этап полёта, способы выполнения тех или иных манёвров, делился тонкостями и секретами управления метлой. А начал свои уроки вообще с совместного полёта с Гермионой на одной метле, когда ей, уютно устроившейся впереди парня и млеющей в объятиях, нужно было только запомнить правильную последовательность действий... И постепенно Гермиона осознала, что ей — нравится! Что она тоже, как и Гарри, от полёта получает удовольствие! Особенно, когда в субботу вечером у неё в первый раз получилось управлять метлой без рук, одним лишь желанием и положением тела...       Гермиона летела рядом с Гарри, который постоянно держался вплотную к ней, будучи готовым в любой момент подхватить её и подстраховать. Они спокойно поднимались, описывая над стадионом весьма пологую спираль, пока внезапно Гермиона не осознала что они уже поднялись выше башен Хогвартса! За Замком догорал закат, красиво очерчивая его зубчатые стены и острые крыши башен, разгорячённое лицо приятно холодил вечерний ветерок, пахнущий летним разнотравьем... Гермиона зависла на месте, не в силах оторвать взгляда от чудесной картины, а потом прижала руки к разгорячённым щекам и воскликнула:       — Мерлин! Какая же красота! Это просто невероятно, Гарри!       Она скользила в воздухе, рассматривая Замок в лучах заходящего солнца, казавшуюся золотистой черепицу островерхих крыш башен, резко очерченные, очень контрастные, зубчатые стены, потом развернула метлу и полюбовалась на подсвеченную закатом невероятно красивую опушку Запретного леса с приткнувшейся у самого края малюсенькой, не больше спичечного коробка, избушкой Хагрида, из трубы которой тонюсенькой струйкой вился дымок...       — Это просто волшебно, невероятно волшебно, Гарри! — повторила она, посмотрев на парня, и только сейчас обратила внимание, что он тихонько смеётся. — Что такое? — не поняла она.       — Руки, Гермиона, — улыбнулся он в ответ, — ты уже минут пять летаешь без рук! Настоящая ведьма! — восхищённо добавил он.       — Вот видишь, всё получилось, — поддержала парня подлетевшая с другой стороны Луна, — а ты не верила!       Спускались вниз они вместе, весело переговариваясь, и Гермиона даже рискнула сделать пару неглубоких виражей, просто отклонив корпус. Ведь Гарри был рядом, и в любой момент пришёл бы на помощь! И это придавало сил и уверенности.       — Ты молодец, — похвалил он, когда они приземлились. — Очень быстрый прогресс, Гермиона.       Похвала была очень приятна, и вызвала в груди волну тепла. Она немного смущённо оглянулась, и увидев что на поле никого нет, быстро клюнула парня в уголок губ.       — Спасибо, Гарри! — потом шагнула к Луне, и обняла девушку: — Спасибо, Луна.       Но вредному мальчишке надо было всё испортить. Когда они уже шли к Замку, он весело сказал:       — Ну что, завтра пробуешь "Чистомёт"...       — Гарри! — начала протестовать она. — Зачем? Ну правда? У меня и так всё получается... Ты же сам сказал...       Но он был не преклонен:       — "Синяя Муха" — метла довольно специфическая. Таких практически нет. А у "Чистомёта" манёвренность и динамика вполне приличные... Гермиона, ну не спорь, — попросил парень. — Всё у тебя получится, вот увидишь. Я же не на "Молнию" тебя сажаю, в конце концов, — улыбнулся ей Гарри.       К нему присоединилась Луна, и спорить стало вообще бессмысленно... Хотя, честно говоря, ей не очень-то и хотелось! Во-первых, потому что ей действительно понравилось летать, а во-вторых — Луна и Гарри не только приобщали её к своим интересам, но и искренне старались разделить её: без споров ходили в класс и в Библиотеку, чтобы потренировать заклинания и почитать вместе с ней... И не просто читали, но обсуждали те вопросы, которыми она хотела поделиться и узнать их мнение.... И Гарри по настоящему пытался вникнуть в обсуждаемое, не смотря на то, что знаний и подготовки ему часто не хватало, что, впрочем, его не смущало. Поэтому освоение Гермионой полётов было, как минимум, справедливо. Но было ещё и третье...       Она не понимала, что и как происходит, но похоже, будто полёты взбалтывали её магию, заставляя её бурлить и кипеть внутри, ища выход. Первый раз, в пятницу после ужина, когда они пошли в класс отработать дополнительные заклинания по Чарам и Трансфигурации, заметила, что чары удались лучше, чем раньше, а заклинание щита вышло гораздо мощнее и непринуждённее, но приняла это за случайность. Однако сегодня они летали после завтрака, а потом она попробовала поколдовать, и похоже, что ситуация повторилась — заклинания стали выходить немного сильнее. К тому же, Луна заметила, что её волосы стали пышнее, по ним будто проскакивают маленькие искорки, и только после того, как она наколдовалась власть — волосы улеглись в относительно привычную взлохмаченность. И вот сейчас, когда они шли на ужин, она буквально подпрыгивала от нетерпения и переполнявших её сил, желая немедленно схватить палочку и поколдовать. И если окажется, что это всё же не случайность, а система, то следует признать, что от полётов есть польза и помимо простого удовольствия...       Освоение "Чистомёта" проходило конечно не так гладко, как "Синей мухи" — эта модель оказалась гораздо динамичнее и куда менее... устойчивой! Гермиона даже несколько раз срывалась при выполнении крутых виражей и почти падала, но к счастью Гарри был рядом и тут же её подхватывал, а потом долго успокаивал и уговаривал продолжить, объясняя, что ничего страшного, всё бывает, и у неё отлично получается. Впрочем, и в этом был свой плюс: его успокаивающими объятьями она искреннее наслаждалась... Конечно, обниматься на людях — это неприлично, но с другой стороны — очень приятно, и вообще, раз уж есть повод... Так что, если честно, пару-тройку раз она сорвалась преднамеренно, специально заложив слишком крутой вираж... Похоже, Луна прекрасно поняла её хитрости, но молчала, лишь лукаво улыбаясь. Сама блондинка ни капельки не испытывала никакой неловкости, с наслаждением утопая в объятиях Гарри по любому поводу, и даже без повода, на попытку нравоучения от Гермионы ответив, что пусть те, кому завидно — завидуют молча!       В целом, можно было сказать, что они замечательно провели эту неделю — с утра, после завтрака, час-полтора полётов, пока солнце припекать не начинало, потом, до обеда тренировка заклинаний, а после него — работа с литературой в Библиотеке, и полёты перед ужином, который домовики для них организовывали на берегу Чёрного Озера...       К известию, что Добби хочет ему служить, Гарри отнёсся крайне индифферентно: ну хочет и хочет, что тут поделать — пожал плечами и махнул рукой... Зато Добби, когда узнал, что после школы Великий Гарри Поттер, сэр, согласен взять его своим домовым эльфом — был на седьмом небе от счастья, и просто не знал как им троим услужить! Пришлось намекнуть Гарри, чтобы он немного ограничил энтузиазм домовика... Правда, Гермиона опасалась, что этим они обидят маленькое преданно существо, но всё обошлось, и даже более того, эльф аж надулся от важности — как же, сам Гарри Поттер, сэр, отдал ему строгий приказ! Чем вызвал смешки Луны и возмущённое бурчание Винки...       Но такое приятное времяпровождение испортил пятничный выпуск "Ежедневного пророка", в котором сообщалось про произошедшие в четверг вечером бесчинства Пожирателей Смерти на Косой Аллее и последующее разрушение ими Брокдейлского моста! Это кошмарное известие об атаке маггловского Лондона немного напугало Гермиону, ведь её родители тоже могли оказаться в числе тех несчастных, если бы ехали в этот момент по мосту. Но вот поведение пожирателей на Косой Аллее вызвало у неё недоумение. И если с атакой на посетителей Кафе-мороженого Флориана Фортескью было хоть как-то понятно: запугивание населения, терроризм чистой воды; то нападение на лавку Гаррика Оливандера — поставило Гермиону в тупик. Почему именно на магазин волшебных палочек? А не, к примеру, на аптеку по соседству?       — Может, Пожиратели решили лишить волшебников возможности приобретать новые палочки? — неуверенно предположила она. — Теоретически, в перспективе, это может ослабить магическое сообщество.       — Вряд ли, — задумчиво ответила Луна. — Есть и другие мастера... Правда, Олливандер считается лучшим...       — Тогда — вообще непонятно, — вздохнула Гермиона, возвращаясь к газете.       Атака "Пожирателей", судя по описанию в статье, была массированной — пока одни громили кафе, другая группа устремилась в магазин волшебных палочек. К счастью, патруль авроров на Косой Аллее возглавлял старший аврор Уильямсон, который не стал рассчитывать на свои силы, а сразу же вызвал подмогу и аппарировавшим на помощь аврорам удалось отбить мистера Оливандера. Пожиратели смерти не стали вести бой, а покинули Косую Аллею и нанесли удар по Лондону: на глазах у изумлённой и шокированной публики внезапно, из ниоткуда, вылетели огненные шары и Брокдейлский мост вдруг разломился ровно посередине, отправив дюжину автомобилей на дно реки! Видимо, от разочарования по поводу провала своей основной миссии, предположила Гермиона. Хотя в газете приводилось и иное объяснение:       — Эта вспышка бессильной злобы приспешников Того-Кого-Нельзя-Называть, не напугает нас, — завил нашему корреспонденту Министр Магии, Руфус Скримджер. — Мне выдвинули ультиматум — или я покидаю пост, на который в это сложное время меня избрали наши сограждане, или я пожалею. Так вот, я хочу заявить — меня не запугать! — сказал он.       Безусловно, позиция нашего уважаемого министра Руфуса Скримджера — "никаких компромиссов с преступниками" — вызывает уважение и поддержку... — писалось дальше. Впрочем — кроме обычного славословия ничего более существенного не было. Не преминул отметится в прессе и Корнелиус Фадж.       — Ситуация с мостом — просто кошмарна. Безусловно, мы окажем всяческую возможную поддержку маггловскому сообществу, — так прокомментировал мистер Фадж атаку Пожирателей смерти на лондонский мост. — В конце концов, не допускать, чтобы магглы узнали о нашем мире — это прямое требование Статута Секретности. Мы находимся в прямом контакте с маггловским правительством, на днях у меня и господина министра будет встреча с их премьер-министром, и я не сомневаюсь, что мы найдём пути решения возникшей проблемы. — подчеркнул мистер Фадж.       Однако с такой позицией согласны далеко не все члены нашего общества.       — Возможно, в такое сложное время, нам не следует обострять и так непростую ситуацию? — сказал нашему корреспонденту высокопоставленный сотрудник Министерства магии, Пайус Тикнесс. — Всем хорошо известна ненависть Лорда, вы понимаете о ком я говорю, к магглам. Возможно, нашему министру следовало проявить чуть больше осторожности во имя спокойствия нашего общества и "не дразнить гусей"? Я подразумеваю не так уж и нужные нам контакты с магглами, — пояснил он.       Конечно в словах уважаемого мистера Тикнесса есть резон, хотя он и не смог ничего сказать по поводу того — что же, по его мнению, тогда делать с обрушившимся мостом, сотней пострадавших и тысячами свидетелей этого ужасного происшествия?       — У магглов вечно что-то случается. Одним случаем больше, одним меньше. Какая разница? — ответил он, и сославшись на занятость, прервал беседу.       Редакция будет держать вас в курсе дальнейшего развития событий...       В общем — это было кошмарно. Новость потрясла практически всех, а вот часть слизеринцев как-будто воспряли духом. Наверное, из-за этого Прощальный пир вышел каким-то скомканным и немного... тоскливым. Даже победа Гриффиндора в Кубке Факультетов, которая случилась из-за феерического выигрыша в финальном матче по квиддичу, мгновенно принеся в копилку "львов" дополнительные триста тридцать рубинов — не вызвала особого ажиотажа. Гриффиндорцам вяло похлопали, сами они тоже — вроде бы радовались, но как-то совершенно не по-гриффиндорски, без огонька... Речь директора Дамблдора, в которой он призывал всех сплотиться и не бояться, ну и выражал уверенность, что увидит их всех в следующем учебном году в добром здравии — и вовсе все слушали в пол-уха, шёпотом обмениваясь мнениями, и то и дело поглядывая на двери Большого зала. Всём, без исключений, до чёртиков хотелось попасть поскорее домой и увидеться с родными. Ну, разве что — кроме Гарри, которого совершенно не радовала всё отчётливее маячившая перспектива "лета с Дурслями"...

***

      Путешествие в "Хогвартс-экспрессе" в Лондон можно было бы назвать спокойным, если бы не неудачное нападение Малфоя и его компании на Гарри... Оно было невероятно глупым как по форме, так и по сути, и Гермиона совершенно не поняла смысла этого действа! Похитить Гарри из Хогвартс-Экспресса было невозможно даже в теории — ни аппарация, ни порталы в поезде не действовали. А если бы стало понятно, что Гарри пропал — его друзья и члены ОД вывернули бы вагоны вместе с паровозом на изнанку и Малфой был бы первым на подозрении! И Гермиона бы не остановилась даже перед... неконвенционными действиями — в конце концов, "Круцио" не единственный способ пытки: китайцы, к примеру, и обычной щекоткой могли довести человека до безумия... Конечно, возможно слизеринцы просто решили свести счёты — в школе они дожидались случая нанести удар по гриффиндорцу втайне от преподавателей, но профессора были начеку, и ничего не получалось. А тут, видимо, они посчитали, что у них есть шансы на успех. Но это тоже было глупо, так как в любом случае друзья Гарри этого бы так не оставили, да и реализовано задуманное (к счастью) было очень криворуко...       Гермиона с Энтони закончили своё патрулирование и вернулись в вагон, где были их купе. Энтони захватил по дороге Терри, и они пошли в гости к пятикурсникам-хаффлпаффцам, а Гарри, который все эти полтора часа ходил за ними следом, делая вид что он просто прогуливается по составу, и вот ему кровь из носа, как срочно нужно переговорить с третьекурсником с Хаффлпаффа, едущем именно в этом вагоне, кивнул ей и направился в сторону туалета...       — Как прошло? — поинтересовалась Луна, когда Гермиона вошла в купе.       — Слава Мерлину, тихо и спокойно, — не смогла сдержать довольного вздоха она, усаживаясь на диван.       — Это хорошо, — улыбнулась подруга, и сменила тему: — Представляешь, оказывается цветок Невилла, — она кивнула на стоящий на столе горшок с Мимбулус мимблетонией, заметно подросшей за год, — умеет мурлыкать! — она поднесла руку к растению и погладила её по стеблю. И действительно, в ответ мимблетония издала тихие звуки, которые, в принципе, можно было вполне принять за мурлыкание!       — Хм, — удивилась Гермиона, — это очень любопытно...       — Я, честно говоря, и сам про это не знал! — воскликнул довольный Невилл. — Ну, что мимблетония ещё и такое может... Очень-очень уникальное растение! А ещё она узнаёт меня, представляете? Когда я заходил в теплицу, она тянулась мне на встречу... — взахлёб продолжил он рассказ на свою любимую тему.       Падма и Луна заинтересованно уставились на него, внимательно слушая, а Гермиона, краем уха прислушиваясь к гриффиндорцу, развернула "Ежедневный пророк". Но не успела она прочитать даже первую статью, как из коридора донеслись ругань, вопли и выкрики заклинаний!       Как оказалось, Малфой, Нотт, Крэбб и Гойл, устроили на Гарри засаду и напали на него, когда он возвращался из туалета... Однако слизеринцы неосмотрительно выбрали место для нападения — буквально в трёх шагах от купе, полного членов ОД с Хаффлпаффа и зашедших к ним в гости рейвенкловцев Энтони и Терри. Гарри успел отреагировать на напавших на него с двух сторон и поставить "Протего тоталум", а ребята увидели сквозь стекло двери, что происходит, и все, как один, бросились к нему на помощь. К тому времени, как Гермиона, Луна и Невилл выскочили на крики и добежали к месту боя, всё уже было кончено! Сьюзен, Ханна, Эрни, Джастин, Энтони и Терри использовали на нападавших чуть ли не весь богатый арсенал заклятий, которым обучил их Гарри на занятиях ОД!       Крэбб и Гойл стали похожи на двух гигантских, втиснутых в школьную форму, слизняков, Нотта перекрутило и изогнуло так, что казалось, что его вполне можно упаковать в обувную коробку. А Малфой... Гарри таки выполнил свою угрозу (или обещание), и теперь в воздухе, повинуясь его палочке, извиваясь и вереща, висел белый хорёк!       — Э-э-э — протянула ошеломлённая Гермиона.       — Хм... — почесал затылок Невилл, — однако...       — Интересненько, — насмешливо произнесла Луна, разглядывая по очереди то хорька, то гигантских слизняков. Потом посмотрела на неё. — Ты собираешься их лечить?       — Не думаю, что я справлюсь, — задумчиво ответила Гермиона, глядя на извивающегося в воздухе скалящего зубы белого хорька. — Обратная трансфигурация человека, это невероятно трудное дело... А сложные, наложенные друг на друга и взаимодействующие проклятия, вообще... — добавила она, глядя на две сочащиеся слизью туши и Нотта, которого сложило вдвое, и руки с ногами переплелись так, что представляли из себя нечто, весьма похожее на канат. — Думаю, что в Мунго им окажут куда более квалифицированную помощь...       В конце концов, её помощь ограничилась тем, что она из носового платка трансфигурировала клетку с табличкой "Драко Малфой", в которую Гарри поместил хорька.       — Чтобы, не дай Мерлин, не убежал и не потерялся, — пояснила хихикающим вокруг ребятам, свои действия Гермиона.       Гарри с Эрни и Джастин с Энтони взгромоздили туши Крэбба и Гойла на багажную полку, между ними разместили клетку с Малфоем, а сбоку Невилл пристроил изогнутого и перекрученного Нотта, который только и мог, что хлопать глазами.       — Честно говоря, мне не терпится увидеть, какое у мамаши Малфоя будет лицо, когда она обнаружит своего сыночка в таком виде... — с удовлетворением сказал Эрни, наблюдая, как заколдованный слизеринец прыгает в клетке наверху. Макмиллан так и не простил Малфою издевательств над хаффлпаффцами в те дни, когда в школе хозяйничала Инспекционная дружина.       — Зато мамаша Гойла наверняка обрадуется, — хохотнул Рон, прибежавший на шум вместе с Парвати (теперь была их очередь дежурить) и с удовольствием разглядывающий слизеринцев. — По-моему, он сильно похорошел...       Гарри осмотрелся, и взмахнул своей волшебной палочкой:       — Акцио, палочка Малфоя! Акцио палочка Нотта... Акцио, палочка Крэбба! Акцио палочка Гойла...       Поймав прилетевшие ему в руки валявшиеся на полу волшебные палочки, он их внимательно осмотрел, выбрал одну — в десять дюймов, из боярышника — и взмахнул нею:       — Люмос! — полюбовавшись на яркий светящийся шарик, довольным тоном произнёс: — Нокс, — после чего спрятал её в рукав мантии. — По моему, это твоя, — сказал он и протянул ещё одну Невиллу.       — Нет, Гарри... Это твой трофей, — начал отговариваться тот, но Гарри его перебил.       — Я почти уверен, что это та палочка, что ты взял в первом бою, Нев. Проверь.       Невилл внимательно её осмотрел и задумчиво сказал:       — Да, похожа... — потом взмахнул: — Люмос. — На кончике загорелся яркий светлячок. — Да, — кивнул он, — это она...       — Ну значит и забирай, — улыбнулся другу Гарри, и повернулся к пришедшим ему на подмогу ребятам и протянул оставшиеся две палочки им: — Спасибо за помощь.       — Э-э-э, — нерешительно потянул Энтони. — Ты уверен, Гарри, что... — он растерянно оглянулся на остальных.       — Ваши трофеи, Энтони... Вам и решать — как с ними поступить, — ответил Гарри, вкладывая палочки ему в руки.       После чего они вчетвером направились в своё купе, но Гермиона чуть придержала Гарри, и как только они отстали от Луны и Невилла, горячо зашептала:       — Гарри... По-моему это уже перебор, отбирать палочки...       — Что с боя взято, то свято! — возразил парень. — Это же не учебная дуэль была... — раздражённо добавил он. — В следующий раз, глядишь, подумают!       — Но палочки стоят деньги, и...       — Ничего, Хорёк не обеднеет — купит себе и своим подпевалам новые...       — А если они пожалуются? — взволнованно спросила она. — И у тебя тогда будут неприятности...       — И этим они признаются, что устроили засаду и нападение на ученика? С таким количеством свидетелей? — фыркнул Гарри. — Да их из школы попрут тут же! Снейпа в школе нет, папаша Хорька в Азкабане, некому теперь их отмазывать! Всё будет нормально, Гермиона, — улыбнулся он.       Вернувшись в купе, она постаралась сосредоточиться на чтение "Ежедневного пророка", поглаживая урчащего Косолапуса, чтобы отвлечься от мыслей о произошедшем: Гарри, конечно, молодец, это бесспорно, но сама эта ситуация — кошмар какой-то... Луна вместе с Падмой принялись решали кроссворд из "Придиры", а Гарри подсел к Невиллу, который меланхолично поглаживал свою Мимбулус мимблетонию, и парни начали вдвоём что-то обсуждать, перешёптываясь с серьёзными лицами. Через пару минут они поднялись и куда-то направились...       — Гарри, куда вы? — встревожилась Гермиона.       — Ну, нам это... Надо, — ответил он и испарился из купе.       — Пошли Парв охранять, — пожала плечами Падма в ответ на её недоумённый взгляд и вернулась к кроссворду.       — Легче смириться, чем спорить, — улыбнулась Гермионе Луна. — Впрочем, ты можешь присоединится к Гарри. Он будет рад, — лукаво улыбнулась она.       — Нет, спасибо, — после краткого размышления покачала головой Гермиона. — Я уже находилась за за своё дежурство, — после чего вернулась к чтению газеты.       В купе повисла тишина, нарушаемая только негромкими переговорами Падмы и Луны, обсуждающих ответ на тот или иной вопрос кроссворда, да громким мурчанием Косолапуса.       — Есть что-то важное? — поинтересовалась Падма, кивая на газету.       — Пока нет... После вчерашнего кошмара с атакой Пожирателей на Косой Аллее и разрушением Брокдейлского моста — больше ничего такое серьёзного не случилось, — вздохнула Гермиона, просмотрев последнюю страницу. — Но я думаю, что это затишье ненадолго... — мрачно добавила она отложив газету и беря лежащую на диване роскошно оформленную фиолетовую брошюру с броским заглавием: "Издано по приказу Министерства магии "КАК ЗАЩИТИТЬ СВОЙ ДОМ И СЕМЬЮ ОТ ТЕМНЫХ ИСКУССТВ".       В настоящее время волшебному сообществу угрожает организация, называющая себя Пожирателями смерти. Соблюдение несложных правил без­опасности поможет вам защитить себя, свой дом и свою семью." — так начиналось вступление. Дальше шли советы:        "1. Старайтесь не выходить из дома в одиночку.       2. Будьте особенно осторожны в тёмное время суток. По возможности распределяйте свое время таким образом, чтобы завершить любые путешествия до наступления темноты.       3. Тщательно проверьте меры безопасности в своем доме, убедитесь, что все члены вашей семьи знакомы с экстренными приемами самообороны, такими, как Щитовые чары и Дезиллюминационное заклинание, а несовершеннолетние члены семьи владеют навыками парной трансгрессии.       4. Договоритесь об условных знаках с друзьями и родственниками, чтобы исключить возможность использования их облика Пожирателями смерти при помощи Оборотного зелья (см. стр. 2).       5. Если у вас возникло впечатление, что кто-то из членов семьи, коллег, друзей или соседей ве­дёт себя необычно, немедленно обратитесь в Департамент Магического Правопорядка. Возможно, вы столкнулись с человеком, находящимся под действием заклятия Империус (см. стр. 4).       6. При появлении Чёрной Метки над жилым домом или любым другим строением НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕ ВХОДИТЕ ВНУТРЬ и немедленно обратитесь в Управление Аврората (см. стр. 8).       7. По неподтвержденным сведениям, существу­ет возможность, что Пожиратели смерти используют инферналов (см. стр. 10). При встрече с инферналом НЕМЕДЛЕННО сообщите об этом в ­Министерство..."       — Лучше бы они написали, что несовершеннолетние тоже имеют право применять чары для самозащиты, — опять вздохнув, высказалась Гермиона, отложив брошюру. — Не думаю, что эта книжечка хоть кому-то по-настоящему поможет.       Луна задумчиво почесала носик кончиком пера:       — Разве плохо, что людям напомнили, что нужно опасаться нарглов?       — По-моему, рекомендации, которые там приведены, вполне разумны, — высказала своё мнение Падма.       — Это банальности! Набор обычных благопожеланий из серии "мойте руки после посещения туалета", — фыркнула в ответ Гермиона.       — Ну как сказать... — возразила Падма. — Спорим, если сейчас опросим с тобой шести- и семикурсников, то про "оборотку" сообразит в лучшем случае один из пяти? И то — это будет рейвенловец!       — Даже такие простые напоминания кому-то помогут справиться с мозгошмыгами, — произнесла Луна. — Это уже лучше, чем ничего... — она пожала плечиками, затем перевернула "Придиру" вверх ногами и стала проверять ответы...       А Гермиона погрузилась в размышления. С каждым стуком колёс Хогвартс-Экспресс уносил её всё дальше от школы, которая за эти пять лет стала почти домом, и всё ближе к Лондону, к обычной нормальной жизни. С.О.Вы сданы, закончился тот этап, который она сама себе когда-то наметила, и как-то совершенно незаметно она оказалась на пороге взрослой жизни, когда уже нужно было принимать первое, полностью самостоятельное, взрослое решение — как быть дальше?       Вот к примеру, Джастин Финч-Флетчли уже точно решил, что в Хогвартс не вернётся. Он весело шутил со своими "барсучками", но в глаза то и дело проскальзывала грусть. Но и одновременно — на лице была радость. Как он как-то признался: его весь этот кошмар немного утомил. А вот Гермиона так до конца и не определилась — что же ей делать. Слишком много вариантов, слишком много всего надо учесть... С одной стороны — экзамены сданы, и вроде бы её ничего не держит, можно поступить так как и запланировала ещё после первого курса: нанять репетиторов, догнать обычное образование, сдать экзамены за среднюю школу... С другой стороны — в её жизни появились отношения с Гарри и Луной. С третьей стороны — её немного насторожили разговоры с деканом, профессором Макгонагалл и директором Дамблдором после экзаменов... И кроме того, она в сентябре будет уже совершеннолетней ведьмой... В общем — всё это надо было хорошенько, взвешенно обдумать в спокойной обстановке...       За полтора часа до прибытия на Кинг-Кросс, после того как с патрулирования пришла Парвати, Гермиона по просьбе Падмы вытащила Луну и Гарри из купе...       — Им поговорить надо, втроём, — пояснила она удивлённому парню. — Они хотят знакомить своих родственников друг с другом. Ну и сами, тоже — познакомиться... Нужно обсудить нюансы ещё раз...       — А-а-а, — потянул Гарри, потом почесал в затылке, и нерешительно спросил: — Э-э-э... А мне... Ну, я вот так подумал... Может... стоит с твоими родителями... тоже? Конечно, мы знакомы, но тогда было одно, а сейчас как бы...       — Нет, Гарри! — резко ответила Гермиона. — Не вздумай!       Потом, сообразив что коридор вагона не место для таких разговоров, схватила его за руку и потащила за собой в тамбур. Луна, разумеется, поспешила за ними.       — Гарри, я тебя прошу, — начала Гермиона, когда Луна закрыла дверь в коридор и наложила заглушающее заклятие на двери и стены (заодно в тамбуре и потише стало), — ни слова моим родителям! И вообще — веди себя прилично... Ну, как летом было, хорошо? — и увидев недоумение на лице парня и даже некую обиду, торопливо пояснила: — Мои родители, они... из традиционных семей, Гарри. Нет, они совершенно не ретрограды, но... — она смущённо улыбнулась, — такие отношения, как у нас... для них немного... перебор. В смысле, они конечно поймут, со временем, я уверена, — успокаивающим и уверенным тоном произнесла она, — но дай мне время им рассказать, их надо подготовить, понимаешь? Чтобы не как снег на голову... Да ещё и на вокзале...       Гарри вздохнул:       — Я понял, — он взлохматил волосы, потом улыбнулся. — То есть прощальных обнимашек и поцелуев не будет?       — Гарри! — возмущённо воскликнула Гермиона.       — Тогда не будем терять времени! — заявил парень, и нахально притянул её к себе, а второй рукой сгрёб пискнувшую Луну.       — Ты можешь быть серьёзным? — не очень настойчиво отбивалась Гермиона.       — Я серьёзен как никогда! — заявил он, целуя её в щёку, затем Луну, которая, разумеется, тут же подставила губы...       — Но я вас проведу, — сказал Гарри, когда они, обнявшись, смотрели в окно двери вагона на проносящиеся мимо пригороды Лондона. — Мне же всё равно к Дурслям выходить, — тяжко вздохнул он, — так что...       — Только при папе, без поцелуев, Гарри, — жалобно попросила Гермиона. — Он точно этого не поймёт...       — Даже в щёчку?! Да он сатрап и деспот! — притворно возмутился Гарри.       — Все отцы девочек такие, — мурлыкнула Луна. — Привыкай, Гарри...       — Но хоть поздороваться-то можно? — хмыкнул парень. — Или твой папа исполнит мечту Дурслей и Тома, и убьёт меня прямо на вокзале?       — Не убьёт, — вздохнула Гермиона. — Я тебя защищу от моего папы. Но только в том случае, если вы, мистер Поттер, будете вести себя прилично!

***

      Но когда они вышли на перрон, то оказалось, что встречать Гарри явились люди, которых никто из них троих совершенно не рассчитывал тут увидеть. Впереди стоял профессор Грюм, облачённый в просторный дорожный плащ, а на голове у него был котелок, низко надвинутый на волшебный глаз. Но выглядел он не менее устрашающе, чем был в школе с непокрытой головой (то есть не лично он, а Крауч-младший, который Грюма изображал). Длинная массивная трость (скорее даже — небольшой посох) сжимаемая в шишковатых пальцах — миролюбия внешнему виду бывшего аврора не добавляла. Рядом с Грюмом с одной стороны стоял профессор Люпин, а с другой — девушка с ярко-розовыми волосами, которые аж сверкали в солнечных лучах, облачённая в заплатанные джинсы и фиолетовую футболку с эмблемой "Ведуний".       — Это Тонкс, — шепнул Гарри. — Она племянница Сириуса, и тоже в Ордене...       — Здравствуйте, профессор Люпин, — вежливо поздоровалась Гермиона.       — Я уже не профессор, мисс Грейнджер... — начал было Люпин.       Но тут подошли мистер и миссис Уизли, и с ними Фред с Джорджем, которые не стали тратить время на поездку в поезде, вместо этого покинув школу сразу после окончания Прощального пира. Причём оба близнеца были в новых, с иголочки, куртках на распашку, из чешуйчатой кожи ядовито-зеленого цвета. С другой стороны подбежали Рон и Джинни. И начались крики и гвалт.       — Рон, Джинни! — миссис Уизли крепко обняла своих детей, одновременно повернув голову к Гарри: — Гарри, дорогой, мы рады тебя видеть! Ну как дела?       — Нормально, — улыбнулся Гарри. — С.О.В.ы сданы!       Миссис Уизли полезла обнимать и его. При этом делая вид, что ни Гермиону, ни Луну рядом не видит. Рон в это время таращился на близнецов.       — Это ещё что такое? — спросил он, кивая на их куртки.       — Самая лучшая драконова кожа, братишка, — Фред (или Джордж — Гермиона так и не научилась их различать, хотя Гарри это делал с лёгкостью) с щеголеватым видом слегка поддёрнул молнию на куртке. — Бизнес процветает, вот мы и решили себя побаловать.       — Привет, Гарри, — поздоровался с парнем Люпин, когда миссис Уизли наконец его отпустила.       — Здравствуйте, — Гарри улыбнулся своему пусть и бывшему, но любимому профессору, одновременно пожимая руки по очереди Фреду и Джорджу. — Что вы все тут делаете?!       — Ну, мы же состоим Сам-Знаешь-Где... — начал один близнец.       — ...и прибыли охранять тебя от Сам-Знаешь-Кого... — подмигнув, добавил второй.       — ...по распоряжению Ты-Сам-Понимаешь-Кого, — хмыкнул первый.       — Фред! Джордж! — визгливо вскрикнула миссис Уизли. — Прекратите мне сейчас же это балаган...       — Да, мэм! — шутливо козырнул один из братьев.       — Ну, Гарри, — губы профессора Люпина тронула лёгкая улыбка, — мы решили немножко поболтать с твоими дядей и тетей, прежде чем они увезут тебя домой.       — По-моему, вы слишком поздно спохватились, господа! — прозвучал откуда-то сбоку насмешливый, хриплый, чуть лающий голос. — Лет так на пять опоздали. Или даже на десять.       На лице профессора Люпина промелькнуло выражение вины и боли, миссис Уизли неодобрительно поджала губы, а мистер Уизли сконфужено потупился.       — СИРИУС! — вырвалось у Гарри, и он повернувшись бросился к крёстному.       — Привет, щеночек! — обнял парня Блэк. — Ну что, где твой багаж? — в руке у Сириуса появилась палочка.       Гарри вдруг отстранился от крёстного, сделал шаг назад и немного нервно спросил:       — О чём был наш последний разговор?       Блэк ухмыльнулся, каким-то развязным взглядом осмотрел парня, потом перевёл взгляд на Луну, затем на Гермиону, и ещё сильнее ухмыльнулся.       — Ты уверен, щеночек, что хочешь чтобы я рассказал это здесь? — мужчина иронично вздёрнул бровь.       Гарри немного покраснел и промямлил:       — Ну... если общих чертах, то...       — Если в общих чертах, — опять ухмыльнулся Сириус, — то ты спрашивал у меня пару советов... Говорить каких?       — Не надо! — торопливо ответил Гарри, ещё сильнее покраснев, а вот Блэк заливисто рассмеялся, и потрепал парня по вихрам.       — Правильно, Поттер! Соображаешь... — прокаркал незаметно приблизившийся Грюм, крутя головой и оглядывая перрон, — но медленно, парень, преступно медленно. Тебя уже могли три раза убить! И два раза похитить... ПОСТОЯННАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ! — рявкнул он, и от его вопля некоторые идущие по платформе к выходу аж присели, а большинство учеников и встречающих заторопились обойти их группу по широкой дуге, опасливо поглядывая на экс-аврора.       Миссис Уизли недовольно поморщилась, а потом толкнула мужа локтем в бок.       — Приветствую вас, юные леди! — Сириус картинно поклонился Гермионе и Луне, и повернулся к Гарри. — Ну так где багаж, щеночек? Этот?       Блэк взмахнул палочкой, сундук Гарри тут же полетел к ногам мужчины, тот ткнул в него палочкой и сундук исчез в неизвестном направлении. Гермиона во все глаза с восхищением смотрела на творимое Блэком невербальное колдовство. Так легко и непринуждённо... Это было просто волшебно! Она повернула голову к Луне... Та глядела не отрываясь на Гарри и его крёстного с... Гермиона могла поклясться, что такой счастливой она видела свою... девушку (Мерлин! Ну когда она привыкнет и перестанет краснеть даже при мыслях об этом?!) считанные разы за всё время их знакомства.       — Ну что, Гарри, — мужчина приобнял парня за плечи, весело улыбаясь, — с дамами и друзьями ты попрощался? Пора домой!       Миссис Уизли опять толкнула мужа локтем в бок, и что-то прошипела ему на ухо.       — Сириус, — выступил вперёд мистер Уизли, — Дамблдор считает...       — То, что считает Дамблдор.... Дамблдор может засунуть себе в зад поглубже! И провернуть! — отрывисто хрипло почти пролаял Блэк.       — Сириус!! — взвизгнула миссис Уизли.       — Я Сириус уже тридцать шесть лет, Молли, — насмешливо парировал тот. — Гарри живёт у меня. В нашем с ним доме. Разговор на эту тему окончен!       — Ты уверен, Блэк? — хрипло прокаркал Грюм который, приволакивая ногу, подошёл поближе, практически вплотную к Сириусу. Он сдвинул котелок на затылок и буравил Блэка взглядом обоих глаз.       — Совершенно уверен, Грюм, — ответил Сириус.       Мужчины постояли друг на против друга, пристально смотря глаза в глаза. Один нервно стискивал в руке длинную трость, второй держал палочку опущенной, вроде и расслаблено, но создавалась ощущение, что он подобрался и вот вот прыгнет.       — Ха-ха! Я рад, что ты наконец-то выполз из своей конуры, Бродяга! Так держать, — прокаркав это, Грюм оскалился, что видимо должно было изображать улыбку, хотя его изуродованное лицо превратилось в страшную маску, и коснувшись двумя пальцами полей котелка, похромал куда-то по перрону.       — Артур, что ты молчишь... — недовольным тоном прошипела миссис Уизли мужу.       — Ну, Молли, я думаю... — начал неуверенно и явно испытывая неловкость мямлить тот...       — Не надо думать! — зло сказала женщина. — Дамблдор, отбывая на конференцию МКМ, дал чёткие инструкции, Артур...       — Здравствуй, Ксенофилиус, — не обращая внимания на чету Уизли, мистер Блэк улыбнулся и протянул руку подошедшему мистеру Лавгуду.       — Папа! — радостно взвизгнула Луна и бросилась к отцу.       — Полумна, любимая моя звёздочка! — обнял её мужчина и прижал к себе. — Как ты, девочка моя?       — Здравствуйте, мистер Лавгуд, — обрадованно улыбнулась отцу подруги Гермиона, не обращая внимания на скривившихся Рональда и старших Уизли. Лично у неё такие тёплые и нежные отношения Луны с отцом — вызывали умиление.       — Здравствуйте, сэр, — тихо сказал немного смущённый Гарри, кивнув.       — Рем, дружище, — обратился Блэк к профессору Люпину после того как все перездоровались, — проследи пожалуйста, чтобы юная леди, — он кивком указал на Гермиону, — добралась домой без приключений. Кажется, я видел её родителей на платформе с той стороны. По крайней мере дама — почти копия нашей красавицы, только чуть постарше, — развязно произнёс он.       Профессор Люпин кивнул, Гермиона было запротестовала, но Сириус её перебил:       — Не спорьте, юная леди. Мы же не хотим, чтобы кое-кто, — он чуть сильнее прижал к себе Гарри, — начал волноваться и наделал глупостей, правда? — С этим было трудно не согласиться, и Гермиона кивнула.       — О! Чуть не забыл! Тонкс! — Сириус улыбнулся девушке с ярко-розовыми волосами. — Там же, на платформе, недалеко от колонны стоят два жирнющих моржа и тощая кляча... Ну, ты их знаешь... Ты уж им объясни, что к чему, хорошо? А то если они меня увидят, то, боюсь, их кондратий хватит... Если я их не закруциачу раньше! — оскалился он.       — Сириус! — возмутилась миссис Уизли. — Как ты смеешь! Ещё и при детях... Ты совершенно безответственный... — возмущённо принялась ворчать она, её муж тоже что-то там бурчал себе под нос, но Блэк не обратил на них никакого внимания.       — Ксенофилиус, спишемся! Рем, ждём тебя на ужин! И без отказов! — заявил Сириус. — Гарри, хватай покрепче мою руку. И выдохни. Готов?       — Я напишу вам! Как только Хедвиг прилетит — сразу напишу! — успел выкрикнуть Гарри и помахать Гермионе и Луне рукой, затем Блэк провернулся на пятках и они с Гарри с хлопком исчезли с перрона.       — И что это было, Мордред подери? — воскликнул Рон, который последние несколько минут стоял с открытым ртом, таращась то на Блэка, то на своих родителей.       — Это была парная аппарация, Рональд! — фыркнула Гермиона. — Аппарацию изучают на шестом курсе, начиная со второго семестра, а потом сдают в Министерстве экзамен для получения лицензии...       — Это был крёстный Гарри, — перебив её, мечтательно произнесла Луна.       — Ты мне должен десять галленов, братец Фордж! — заявил один из близнецов.       — Что делать, братец Дред, долг пари — святое дело, — с показушной печалью ответил второй, передавая брату монеты.       — А на что вы спорили? — подозрительно поинтересовался Рон, с жадным блеском в глазах наблюдая как стопка золотых кругляшей сменила владельца.       — Мы спорили, дорогой наш братец Роннипупс, что этим летом... — начал один.       — ... наш дорогой Гарри не вернётся в свой Дурслькабан! — довольным тоном ответил второй.       Миссис Уизли недовольно скривилась, на губах профессора Люпина появилась лёгкая улыбка, и подхватив чемодан Гермионы, он указал ей на решётчатые ворота перехода на маггловскую часть платформы:       — Прошу....