Три точки опоры

      Утром, на завтраке, Гермиона только и делала, что непроизвольно бросала взгляды на стол Гриффиндора... Впрочем, Гарри тоже — регулярно на неё посматривал, и тут же отводил взгляд, делая вид, что смотрит на что-то другое...       После завтрака была игра Хаффлпаффа со Слизерином, и Гарри с Луной ушли его смотреть, а Гермиона отговорилась "неимоверно срочной работой по колдомедицине", и пожелав им хорошо провести время, умчалась в Библиотеку — нужно было перевести дух, успокоиться и привести мысли в порядок...       Весь день она и Гарри практически не разговаривали, кроме самых-самых совсем необходимых случаев, вроде выполнения в Библиотеке домашних заданий. При этом, они постоянно переглядывались друг с другом и то и дело краснели, особенно при случайных прикосновениях, чем неимоверно веселили Луну. В придачу, она ещё начала подкалывать и подшучивать над Гермионой после ужина в спальне, чем в конце концов вывела её из себя и спровоцировала бой на подушках...       — Ну слава Мерлину! Наконец я вижу свою решительную и смелую умницу Миону, — произнесла Луна загнанно дыша. Они обе валялись на кровати в изнеможении после получасового боя с визгами и воплями. — А то я боялась, что ты так и будешь витать в облаках до самых каникул, перебирая своих лунопухов...       В воскресенье после ужина Луна с Гарри пошли погулять, а Гермиона направилась к декану — нужно было продолжать заниматься вопросом создания активатора чар для родителей... Правда, сегодня она с трудом могла сосредоточиться на вопросе наложения чар и изысканной вязи рун, которую профессор Флитвик нанёс на изящное колечко с аметистом, задействовав для этого какие-то совершенно невиданные чары, видимо специальные, гоблинские... Но даже это не помогло Гермионе сосредоточиться на текущей работе — её мысли постоянно возвращались к поцелую с Гарри, и то и дело она задумывалась: Гарри с Луной уже целовались? Или может они это делают как раз в этот момент? И как? И что они испытывают при этом?       В общем, профессор Флитвик довольно быстро обратил внимание на её состояние некой отрешённости...       — Думаю, что на сегодня нам стоит закончить работу, мисс Грейнджер, — пропищал он. — Вам предстоит трудная учебная неделя и необходимо отдохнуть, чтобы набраться сил. Тем более, до отбоя осталось полчаса, — добавил декан, выпроваживая её из кабинета.       Как назло, когда она уже практически дошла до винтовой лестницы, ведущей к Стражу Башни, наткнулась в коридоре на обнимающихся Гарри и Луну. Нельзя сказать, что эта картина вызвала у неё неприятие или злость, но всё же... Некое непонятное чувство всколыхнулось.       — Ты уже закончила работу с профессором? — ни капельки не смутившись поинтересовалась подруга. — Мы думали, что ты задержишься, как в пятницу. Гарри хотел пойти тебя встречать...       Парень при этом немного покраснел, и как показалось Гермионе, попытался отстраниться от Луны. Видимо, ситуация — "обниматься со второй девушкой на глазах у первой" — и для него была за гранью... привычности. Но куда там! Луна сцепила руки на талии парня и совершенно не собиралась разрывать объятия или хотя бы чуть отодвинуться. Видимо поняв, что у него не получится и осознав как это нелепо выглядит, он прекратил дёргаться, и ещё сильнее покраснев, смущённо промямлил:       — Есть прогресс... ну с этим... что вы делаете?       — Да, — Гермиона постаралась, чтобы выражение её лица было доброжелательным и весёлым. — Мы довольно далеко продвинулись, думаю, до начала каникул получится закончить этот проект... Ладно, — улыбнулась она, — не буду вам мешать... — Она уже поднялась на пару ступенек, потом повернулась к ребятам: — До отбоя осталось пятнадцать минут! А завтра понедельник. Не задерживайтесь, — произнесла она строгим тоном, но спохватившись и сообразив как это может выглядеть, добавила: — В смысле, сильно не задерживайтесь... Я имею в виду, завтра с утра у нас Трансфигурация, а потом Зельеварение... И надо отдохнуть... И ещё желательно повторить... — и почувствовав, что краснеет под весёлым взглядом Луны как бы не сильнее, чем до этого покраснел Гарри, быстро взбежала по лестнице к Стражу.       Луна поднялась в их комнату почти в десять вечера, когда Гермиона уже вся извелась от нетерпеливого ожидания и несколько раз даже порывалась пойти и... немного их поторопить, вот! В конце концов, уже отбой и надо совесть иметь! Ладно Гарри, он привык нарушать правила и, если что, выкрутится, а вот если Филчу или патрулю дежурных старост попадётся Луна... Появившаяся наконец-то подруга остановила этот лихорадочный бег мыслей, и Гермиона с нетерпением уставилась на неё.       — И чем же так долго можно было заниматься? — поинтересовалась она, откладывая учебник Древних Рун и устраиваясь на кровати поудобнее, постаравшись, чтобы её голос одновременно был спокойным и в тоже время выражал толику интереса, но не была уверенна, что у неё это получилось.       — Я заходила в комнату к Падме и девочкам, — мило улыбнулась Луна в ответ. — Мы немного поболтали о способах борьбы со злыми нарглами...       — Ааа, — полу-облегчённо и одновременно полу-разочарованно потянула Гермиона.       — А ты думала, что всё это время мы с Гарри целовались? — лукаво спросила подруга, хитро ухмыльнувшись.       — Нет, что ты, — начала оправдываться Гермиона, но почувствовав как стремительно краснеет, смущённо вздохнув, признала: — Ну, в общем, если честно...       — Ты хочешь сравнить ощущения? — с беспардонной непосредственностью поинтересовалась та.       — Что?! — у Гермионы аж дыхание перехватило. — Ты что... Зачем мне... И вообще...       Но Луна её не слушала: присев рядом, она закинула руки ей на шею и впилась своими губами в её... Гермиона было попыталась отстраниться, но куда там... Да и зачем?       — Ммм... — облизнулась Луна после того, как они разорвали поцелуй. — Такие нежные, вкусные, губки... — а потом, глядя Гермионе в глаза, добавила: — Я люблю тебя. Я люблю Гарри... И не собираюсь сравнивать, Миона... и выбирать с кем лучше тоже... не собираюсь — девушка покачала головой, потом потянулась, и встав с кровати, мурлыкнула: — Я в душ. Присоединишься?

***

      С понедельника учёба пошла своим чередом, экзамены были всё ближе и ближе, времени на подготовку к ним оставалось всё меньше и меньше, и Гермиона уже была в лёгкой панике... А тут ещё этот мордредов квиддич!       Проблема была в том, что из-за прыщей на лице Чанг ушла из команды Рейвенкло. И не смотря на то, что по просьбе профессора Флитвика, который довольно прозрачно намекнул Гермионе, что Чанг и Эджком и так наказаны на всю оставшуюся жизнь, так как им этого не забудут, она сняла с этих дур проклятие "ЯБЕДА", но Чанг, опасаясь насмешек, в команду не вернулась. Рейвенкловцы играли с новым, неопытным, ловцом и в результате они не просто проиграли матч Хаффлпаффу, а сделали это с разгромным счётом. А в последней игре, в субботу, "барсучки" умудрились проиграть "змеям", несмотря на то, что у слизеринцев вместо Монтегю играл Харпер, и по мнению Луны, которая ходила смотреть матч вместе с Гарри — играл он откровенно плохо, ещё хуже, чем новый ловец Рейвенкло. Словом, произошли непредвиденные изменения в турнирной таблице и по набранным очкам в финал вышел Слизерин! И Гриффиндору именно со "змеями" предстояла финальная игра Чемпионата школы по квиддичу. И понятное дело, один в один повторилась ситуация перед первой игрой — Гарри почти забросил учёбу и подготовку к экзаменам, с понедельника вместе со всей командой практически поселившись на стадионе. Даже в те дни, когда поле было занято слизеринцами, или тренировки не было по причине плохой погоды, все мысли парня были о предстоящей игре...       — Гарри, у нас С.О.В.ы! Ты понимаешь, что это очень важно? Фактически — это этап, рубеж! Дальше — взрослая жизнь, — пыталась достучаться до него Гермиона.       — Да ладно, — отмахивался он. — Нам ещё два курса учиться...       — Но то, чему ты будешь учиться, зависит от того как ты сдашь экзамены, Гарри. И вообще... Вот представь, к примеру, что что-то случится и тебя исключат из Хогвартса! Конечно, не дай Мерлин, но это уже не будет... такой страшной проблемой. Ты сможешь просто устроиться на работу, подать документы в обычную школу и нагнать нормальное образование... Но вот то, куда ты сможешь устроиться, зависит от того, какие будут результаты С.О.В! Как ты можешь сейчас думать о квиддиче?! — злилась Гермиона на такое безалаберное отношение к своему будущему.       Однако, нельзя было сказать, что её попытки убеждения давали хоть какой-нибудь результат. Тем более, Луна совершенно не поддерживала её обеспокоенность.       — Но Гарри же сдавал экзамены до этого, — пожимала плечиками она.       — То были не С.О.В.ы! — возмущённо воскликнула Гермиона, но подруга лишь улыбалась.       — Всё будет хорошо, Миона.       В общем, оставалось только смириться, а в нагрузку ходить с Луной на стадион, смотреть на тренировки, тем самым оказывая моральную поддержку своему парню перед важной для него игрой...

***

      — Я всё равно не понимаю, Луна... — задумчиво произнесла Гермиона, наблюдая за летающим Гарри. — Вот как это у нас? Эти постоянные возгласы девочек: "Ах, Гарри Поттер твой парень!" — она вздохнула, и с сомнением в голосе добавила: — Но он же твой парень! Так же?!       — Всё дело в акценте, Миона, — улыбнулась Луна. — Нужно всего лишь избавиться от "Но"...       — В смысле? — не поняла она.       — Ты — девушка Гарри, — указала подруга на неё. — И я, — она указала на себя, — девушка Гарри. Согласись, Миона, "И" звучит намного лучше, чем "Но", — улыбнулась она. — Дело в акцентах...       — Да-а? — задумчиво потянула она, мысленно пробуя на вкус предложенную подругой словесную конструкцию. — Хорошо, предположим... А вот мы? Вот мы друг другу кто, тогда, в такой ситуации?       — Я — твоя девушка, и девушка Гарри, — пожала плечиками подруга. — Ты, — она мило улыбнулась, — девушка Гарри... и моя девушка! Всё просто...       — Но...       — Миона, — потянула с улыбкой подруга: — Вот просто скажи: "Луна, ты моя девушка"... Просто произнеси это вслух и признай наконец, что наши отношения выходят за рамки... школьной дружбы. Просто — признай это... Ну?       Гермиона покачала головой, но под требовательным взглядом серебристо-серых глаз сдалась:       — Хорошо, — вздохнув, решилась она: — Луна, ты моя... девушка... — она почувствовала, что стремительно краснеет, но подруга, казалось, на это совершенно не обратила внимания.       — Вот видишь, Миона, конец света не наступил, небо на землю не упало, — она пожала плечиками и улыбнулась: — А тебе стало легче, так же? Проще, когда ты это признала? Зачем нам лишние сложности, Миона? Разве у нас их мало и без этого?       Гермиона вздохнула в ответ... Конечно, нельзя не признать, что подруга была права. В этом случае. А вот во всех прочих...

***

      Как бы она не пыталась понять и обсудить с Луной что и как между ними будет дальше, у той на всё был простой ответ: "Всё будет хорошо, Миона."       — А как это "хорошо" будет выглядеть? — снова и снова пыталась выяснить у неё Гермиона. — Вот я тут в Библиотеке нашла одну книгу, по этикету... Ты представляешь, в магическом сообществе столько условностей всяких! Честно говоря, создаётся такое впечатление, что в прошлом веке живём! Причём, в его начале! — возмущённо добавила она.       — Я бы не сказала, что ты сильно ошибаешься, Миона, — задумчиво произнесла Луна. — Те, кто сейчас определяет "что такое хорошо, и что такое правильно" — старейшины семейств, главы родов — воспитывались людьми, чья молодость пришлась на времена королевы Виктории. Маги, как правило, живут значительно дольше обычных людей. Ну, если не случается чего-нибудь... как с родителями Гарри, — вздохнула погрустневшая подруга.       — Я это к тому, — продолжила Гермиона, чтобы отвлечь Луну от, наверняка, грустных мыслей о маме, — вот приглашают нас на приём, предположим. Или на бал... Кто из нас двоих идёт слева от Гарри, а кто справа? Кого будут объявлять первой? И как? Жена и вторая жена? Как-то это...       — Это для тебя единственное препятствие? — улыбнулась та. — Хорошо, ты будешь первой женой.       — Причём тут это! — возмутилась Гермиона. — Ты не понимаешь, это не просто, Луна! Не просто статус... и там ещё какие-то запутанные нюансы с наследниками есть... — она покачала головой, — вот, к примеру, танцы на всех этих мероприятиях... Как приглашать? Кого первой? Вспомни, как на балу Гарри лихорадочно соображал, выбирая кого из нас пригласить? А на моём дне рождения? Его понять можно, он боится обидеть любую из нас. Но со стороны это выглядит наверняка просто ужасно...       — Решим, — снова отмахнулась Луна, — один бал твой, один мой. И вообще, если честно, я не любительница всех этих мероприятий...       Как обычно, у Луны всё было просто и решаемо, и Гермиона оставила её с этими вопросами в покое. Лучше с Падмой на эти темы поговорить, раз та знает о многожёнстве, и судя по всему, они с сестрой уже твёрдо решили выйти замуж за Невилла, то наверняка в курсе и о том, как решаются всяческие коллизии в этом случае... Или, по крайней мере, подскажет где искать ответы... А ведь у Гермионы возникло ещё множество вопросов и помимо этикетных! Один только момент с родственниками — вызвал у неё озноб и головную боль!       Ладно, мама... Она, скорее всего, Гермиону поймёт и смирится с таким вариантом её будущего. Особенно, если будет твёрдо уверена, что дочь счастлива. В конце концов, мама ни раз ей говорила, что в вопросах отношений руководствоваться логикой и холодным расчётом — последнее дело, и прежде всего, нужно слушать своё сердце, хотя, думать тоже нужно. И раз так сложилось, что Гермионе одинаково дороги и Гарри, и Луна, то мама, наверное, всё же это сможет принять. А вот папа... Честно говоря, в отличии от ситуации с мамой, Гермиона даже не могла себе представить — с чего и как начать разговор с папой! Зато воображение услужливо рисовало картины, одна другой хуже, его реакции на подобные известия. А ведь были ещё и другие родственники! Одна только семья двоюродной сестры папы чего стоила, с их преклонением перед "нормальностью" и "чисто британскими традициями"! Даже если бы это не было прямо запрещено Статутом Секретности, то семейка тётушки Джобал была бы последними людьми на земле, которым следовало рассказывать, что Гермиона — ведьма! И священника пригласить, или облить её святой водой — это ещё не самый страшный вариант, с них станется и в Инквизицию поиграть... И идею с полигамией — они явно не оценят, Гермиона была в этом уверена, а вот в том, что тётя Джобал по этому поводу своими стенаниями "Боже мой, какой кошмар, какой позор", выест мозг папе и маме — можно было даже не сомневаться...       А дети? Тоже вопрос очень важный! Будут ли её родители относиться к ребёнку, рождённым Луной, ну пусть не с такой же любовью, как к своему биологическому внуку или внучке, но хотя бы не сильно хуже? Ведь дети очень чувствительны к такому... А приезжать в гости только со своим ребёнком... Из ситуации, когда один ребёнок едет к бабушке с дедушкой, а второй — нет, точно ничего хорошего не выйдет! Как и из подобных мыслей насчёт "своего/не своего ребёнка". И это ещё не вспоминая про школу! Гермиона прекрасно помнила свою начальную школу и издевательства тех, с кем училась, над любыми "не такими как все" и "у нас один папа и две мамы" — станет для детей довольно тяжёлым испытанием...       В целом — вопросов было множество, сложностей и проблем, которые им втроём предстоит решить — не меньше, и от этого всего у Гермионы иногда начинала раскалываться голова и всё чаще хотелось просто махнуть на это рукой, и... пусть не плыть по течению, и не пребывать в благодушном оптимизме Луны, но хотя бы руководствоваться принципом: "Решать вопросы по мере их поступления... и в порядке приоритетности". И если исходить из этой максимы, то ключевыми вопросами, без которых всё остальное теряло смысл, были: их отношения и проблема шрама Гарри... О, и конечно, сдать С.О.В.ы!

***

      Новость об избрании Руфуса Скримджера новым министром магии наделала много шума и вызвала множество пересуд... Как и то, что "непотопляемый" Корнелиус Фадж и сейчас смог извернуться! Он не только избежал наказания за совершённые им, мягко говоря, ошибки, но умудрился не быть уволенным и вдобавок войти в состав новой администрации министра "личным советником по вопросу взаимодействия с магглами", к большому неудовольствию Гермионы и особенно — Гарри! Возможно, это случилось потому что Амелия Боунс находилась до сих пор на излечении в госпитале. А может, причина была действительно в том, что Скримджер решил более тесно взаимодействовать с маггловским правительством, а у Фаджа, что ни говори, за многие годы появился какой-никакой опыт в этом вопросе... По крайней мере, в номере "Ежедневного пророка", полученном в среду, была не только статья об избрании нового министра магии, но и большое интервью с Фаджем, в котором он пространно распинался о том, что в такие тяжёлые времена, учитывая все имеющиеся угрозы, магическое и маггловское сообщества должны сотрудничать, чтобы совместно преодолеть, не допустить, предотвратить и превозмочь!       С точки зрения Гермионы, Фадж выдал набор банальных благоглупостей ни о чём — "мы за всё хорошее, против всего плохого" и тому подобное. Но другие старшекурсники эту статью обсуждали очень много и сама идея сотрудничества и взаимодействия с миром магглов — то и дело оказывалась предметом бурных дискуссий и Гермиона была шокирована дремучим невежеством своих соучеников, особенно среди выходцев из чистокровных семей!       Одни были твёрдо уверены, что магглы ничем волшебникам помочь не смогут, при этом, судя по тому что они говорили, создавалось впечатление, что представления о мире людей у них на уровне времён освоения пара и это в лучшем случае! Смешно, но некоторые на полном серьёзе утверждали, что "Хогвартс-Экспресс" и "Ночной рыцарь" — это изобретения магов и ничего такого же у магглов и близко нет! И было совершенно непонятно как такое возможно — неужели трудно выйти из двери "Дырявого Котла" на Чаринг-Кросс-Роуд и просто посмотреть по сторонам?! Или на вокзале Кинг-Кросс, на котором все бывают минимум два раза в год?       Непроходимость хогвартских студентов ужасно огорчала Гермиону и заставляла задуматься... Хотя бы о том, что Маггловедение нужно делать обязательным восьмым предметом и преподавать с первого курса. Только преподавателя подобрать нормального! По её мнению, таким должен быть только магглорождённый или полукровка, выросший в большом мире, и для которого он являлся привычным и обыденным. Потому что пара лекций профессора Маггловедения Чарити Бербидж, конспекты которых Гермиона прочитала из любопытства (после разговора с Гарри в Больничном крыле), взяв у соучеников посещающих этот предмет — вызвали у неё истерический хохот сквозь слёзы.       Ещё довольно большая часть школьников были убеждены, что как только магглы узнают про волшебников, то тут же начнётся паника, "Охота на ведьм", ужасы вивисекции в лучших традициях ужастиков XIX века, и чуть ли не вернутся времена Инквизиции. Конечно, в какой-то части эти опасения были справедливыми — разумеется, не в плане Инквизиции или вивисекции (эти страхи у всех магглорождённых не вызывали ничего кроме смеха), а хотя бы в том, что правительство наверняка захочет наложить лапу на возможности волшебников и поставить их себе на службу. Но сама Гермиона не видела в этом ничего ужасного. Более того, считала это правильным и вполне приемлемым способом взаимовыгодного сотрудничества, которое обогатит обе стороны и обеспечит постепенный выход магов из подполья. В какой-то части она признавала справедливыми только опасения на счёт массовой истерии и возможной "охоты на ведьм" среди населения, что впрочем, по её мнению, вполне успешно решалось сохранением секретности с постепенным и осторожным её ослаблением. Однако разделяющих такую точку зрения, среди учеников Хогвартса было очень мало и Гермиона предпочитала помалкивать, не участвуя в дискуссиях школьников на эту тему.

***

      В пятницу, после большой перемены, уже торопясь на урок Древних Рун, Гермиона перехватила в коридоре Гарри и Луну.       — После Прорицаний погуляйте где-то с полчасика-минут сорок и подходите на восьмой этаж, — она на всякий случай оглянулась и уточнила: — К портрету с троллями. Только посмотрите, чтобы за вами никто не увязался...       Весь урок Гермиона пыталась сосредоточиться на теме занятия, но это было довольно трудно, так как мысли то и дело убегали к задуманному ею... Всё же их отношения, втроём, были мало того что необычными, но и... довольно сложными. И решением одного из сложных моментов, а именно "романтическим свиданием втроём" — она сегодня и решила заняться. Этот нюанс в их отношениях явно не стоило откладывать "на потом"...       Как только прозвучал колокол, возвещающий об окончании занятий, она быстро собрала вещи и заторопилась на восьмой этаж. Оказавшись возле портрета танцующих троллей и проверив коридор заклинанием "Гоменум Ревелио", Гермиона начала неторопливо ходить туда-сюда, тщательно представляя обстановку, которую она хотела бы получить на сегодня. Наконец, появилась дверь и заглянув в комнату, она чуть было радостно не взвизгнула — всё получилось именно так, как она и хотела!       Стены не очень большой комнаты были облицованы плиткой из полированного песчаника, приятного для глаз светло-медового цвета, с вкраплениями более крупных кусков из тёмно-коричневого базальта. Потемневшие от времени потолочные балки из морёного дуба добавляли комнате особого шарма и претензию на историческую изысканность, а обтянутый бархатом низкий столик и три уютных, глубоких кожаных кресла с дополнительными бархатными подушками, вокруг него — добавляли уюта. Вместо обычного камина, в центре комнаты располагалась круглая скандинавская печь, в которой весело плясали языки пламени, а рядом с ней стоял укрытый клетчатыми пледами диван, на котором можно было комфортно расположиться им троим. Подобную обстановку она видела в доме коллег родителей из Норвегии, к которым они ездили после семинара по стоматологии в Осло, и с тех пор Гермионе хотелось что-то в таком духе реализовать у себя. Единственным отличием было то, что на полу вместо громадной шкуры белого медведя она предпочла бежевый ковёр, который выглядел очень мягким и приятным на ощупь — так что Гермионе даже захотелось немедленно разуться и пройтись по нему босыми ногами, запрыгнуть на диван, устроиться с чаем и любимой книгой рядом с расслабляюще потрескивающим огнём... голову она положила бы Луне на колени, а Гарри мог бы расположится на ковре, оперевшись спиною на диван... Было бы невероятно приятно закопаться пальцами в его шевелюру.... Она встряхнулась и вернулась в реальность — раз с антуражем и обстановкой для свидания вопрос решился, теперь надо подумать над планированием того, как оно пройдёт... Гермиона вздохнула, на секунду ещё раз задумалась, и решилась:       — Добби! — позвала она.       — Грейнджи Гарри Поттера, сэра, звала Добби! Добби пришёл! — радостно возвестил появившийся с громким хлопком домовой эльф, размахивая ушами и преданно пуча глаза.       — Добби, мне нужна твоя помощь, — Гермиона опять вздохнула от осознания неприятного факта, что она будет эксплуатировать труд маленького бесправного существа. К тому же, она всё никак не могла привыкнуть к этому восторженному энтузиазму домовых эльфов услужить. — Я не отвлекаю тебя от твоей работы?       — У Добби много работы, — радостно возвестил эльф и добавил: — Добби любит работу. Добби с радостью поможет Грейнджи Гарри Поттера, сэра!       — То есть, я тебя не сильно затрудню? — на всякий случай уточнила Гермиона, при этом мысленно пожалев, что она не попросила Луну выполнить эту часть подготовки. У неё получалось с домовиками общаться намного продуктивнее.       — Нет, Грейнджи Гарри Поттера, сэра! — закивал домовой эльф. — Добби с радостью выполнит поручение Грейнджи Гарри Поттера, сэра...       — Хорошо, хорошо, — остановила его энтузиазм Гермиона. — Вот тебе пять галлеонов. Ты можешь купить в Хогсмиде или на Косой Аллее фрукты? Яблоки, апельсины, может, если найдёшь, бананы?       — Добби может! — воскликнул домовик.       — Хорошо, спасибо, — улыбнулась она. — А ты можешь предупредить меня, когда Гарри и Луна появятся в коридоре? — вспомнила она про то, что дверь в Выручай-Комнату не видна, а ребята не знают, что именно она задумала, поэтому не смогут сюда попасть, а Карта у Гарри...       — Добби скажет Винки, чтобы она последила, пока Добби будет выполнять поручение Грейнджи Гарри Поттера, сэра! — кивнул домовой эльф.       — Добби, — Гермиона замялась, но время ещё было, и она всё же решила поговорить с домовиком: — Почему ты называешь меня так?       Маленький эльф ещё сильнее выпучил глаза, на его мордашке отобразилось непонимание и напряжение.       — Добби не знает... Добби думал, что так правильно. Добби хотел как лучше... Добби плохо-о-ой! — начал стенать он. — Добби себя накажет...       Он уже примерялся, чтобы шарахнуться головой об стол, но Гермиона успела его остановить:       — Добби! Замри! — вскрикнула она. — Ты не должен себя наказывать! Это... приказ! — она постаралась скопировать интонации Гарри, и слава Мерлину, получилось — домовик застыл. Гермиона с облегчением перевела дух и указала на кресло: — Присядь, Добби. Я хочу с тобой немного поговорить.       — О, Гренджи великого Гарри Поттера, сэра, так добра к Добби, — запричитал домовик, умащиваясь на кресле.       — Добби, — перебила его Гермиона. — Ты же знаешь, что я не подвержена заблуждениям, бытующим у колдунов и ведьм. Лучше скажи, ты не мог бы меня называть как-нибудь по-другому? Ну, хотя бы не так длинно? Вот Винки же называет меня мисс Гермиона...       — Винки скоро станет эльфом Лавгуд Гарри Поттера, сэра. Винки очень рада этому, — опять запричитал он. — Если бы Добби был эльфом Гарри Поттера, сэра, Добби бы так же называл...       — Ты так хочешь стать эльфом Гарри? — переспросила Гермиона. — Но почему?       Добби опять начал пучить глаза, на его лице отразилось непонимание и напряжение, он несколько раз дёрнулся будто собираясь ударить себя, и она поспешила успокоить его:       — Не волнуйся, Добби. Просто расскажи мне, ну... — Гермиона задумалась, а потом начала осторожно подбирать самые простые выражения: — Что ты ожидаешь от этого? Чем тебя привлекает служба именно у Гарри? Просто расскажи, мне очень интересно это узнать, — ободряюще улыбнулась она.       — Гарри Поттер, сэр, сильный волшебник и Добби тоже будет сильным... и сможет помогать Гарри Поттеру, сэру! Добби будут уважать другие эльфы, — важно заявил он. — Гарри Поттер, сэр, не будет приказывать Добби себя наказывать. И прикажет Добби носить одежду! Тогда другие эльфы не будут говорить Добби, что он их позорит!       — А зарплата? Ты же хочешь получать зарплату и иметь выходной? — уточнила Гермиона.       — О, да! — расплылся в улыбке домовик. — Если Добби будет получать галлеоны, то сможет покупать много шерсти и вязать для Гарри Поттера, сэра, много носков! — с энтузиазмом заявил он. — А в выходной Добби будет делать для Гарри Поттера, сэра, что сам пожелает...       С некоторых пор мысли о том, чтобы Добби помогал Гарри "как сам пожелает" у Гермионы вызывали непроизвольное опасение за жизни и здоровье окружающих, поэтому она прервала домовика:       — Да, Добби. Но твои выходные нужно будет ещё обсудить. В смысле, чем ты будешь заниматься на них... — потом задумалась и осторожно подбирая слова, продолжила: — Ты же знаешь, что до шестнадцатилетия Гарри не может заключить с тобой договор? — Добби кивнул. — И если ты станешь эльфом Гарри, то ты не сможешь работать в Хогвартсе? Разве ты не хочешь работать в Хогвартсе? — спросила она. — И, к тому же, у Гарри своего дома, за которым ты бы мог ухаживать, нет, а значит, у тебя не будет много работы, понимаешь?       — Добби понимает... — грустно повесил уши эльф. — Но если бы у Добби была надежда, как у Винки... — печально добавил он.       — Хорошо, Добби, — сказала Гермиона, покачав головой. Спорить и убеждать это существо было явно бессмысленно. — Я поговорю с Гарри, и думаю, он согласится с тем, что когда закончит школу, возьмёт тебя к себе. А пока ты можешь работать в Замке, получая зарплату и выходной... Тебя так устроит?       Судя по тому, с каким энтузиазмом эльф закивал в ответ и чуть ли не запрыгал от радости на кресле, его это более чем устраивало. Перед тем как Добби умчался выполнять поручение, Гермиона ещё попросила его, что когда в Большом зале начнётся ужин, на них троих его подать сюда. Потом покачала головой, с лёгкой улыбкой вспоминая счастливую мордашку эльфа, преображённую восторженным энтузиазмом и ожиданием, и принялась осматриваться на предмет — что бы ещё улучшить или украсить в помещении. Немного подумав, она взмахом палочки погасила потолочные светильники, вместо них наколдовав десяток толстых свечей и расставила их — да, так, вместе со светом от огня в скандинавской печи, было более уютно и романтично. Потом достала из сумки музыкальную шкатулку и поставила её на полку. Практически тут же на столике появилось несколько красивых кружевных салфеток, а в центре столика — большая ваза, наполненная разными фруктами — всё как заказывала Гермиона, было даже несколько персиков, которые просто обожала Луна. Добби не только справился с заданием, но и, видимо, проявил инициативу. Хотя, возможно, это уже постаралась Винки, которая с лёгким, едва слышным, хлопком появилась в комнате.       — Мисс Луна и сэр Гарри в коридоре у картины с троллями, — сообщила она, почтительно и при этом с достоинством поклонившись.       Гермиона ещё раз придирчиво и внимательно осмотрела помещение, порадовавшись, что всё успела сделать, и вздохнув, направилась к двери...       — Вау! — удивлённо воскликнул Гарри, осматриваясь.       — Ммм, — потянула Луна, и с любопытством взглянула на неё. — И что бы это значило, а?       — Могу я пригласить своих девушку и парня на романтическое свидание, — пожала плечами Гермиона, стараясь сохранить невозмутимый вид. Хотя её голос, на сколько она могла судить, был немного взволнованным.       Гарри ошеломлённо на неё уставился и даже потряс головой, словно не веря тому, что услышал, зато Луна радостно ей улыбнулась и подмигнула.       — О, персики! Спасибо, это так мило, что ты об этом подумала. — Луна обошла стол, цапнула один фрукт из вазочки, и усевшись в дальнее кресло, впилась в него зубками...       — Сириус уже уехал? — поинтересовалась Гермиона, после того, как они с Гарри тоже расположились в креслах, и в общении подвисла неловкая пауза. Очевидно, это потому, что у них ещё не было такого опыта — романтическое свидание втроём, без свидетелей и без любых других целей, кроме, собственно, самого свидания. "Что ж, для всего нужен опыт", — подумала Гермиона. Потому она и выбрала для разговора нейтральную, но важную тему.       — Ага, — кивнул Гарри. — Вчера. Сказал по Зеркалу, что это не очень надолго, и в любом случае он постарается вернуться к концу учебного года, — парень тяжело вздохнул, а потом сокрушённо добавил: — Но предупредил, что не обещает, так как в основном это зависит от целителей...       Гермиона с Луной переглянулись с довольным видом... Мысль, что с Сириусом Блэком... не всё в порядке — у девушек появилась давно. И чем больше они расспрашивали Гарри, и узнавали о его крёстном отце, тем больше в этой мысли уверялись. В тоже время и Гермиона, и Луна были совершенно уверены, что Гарри просто необходим рядом взрослый, адекватный волшебник. Осталось только придумать, как заставить Сириуса Блэка лечиться. Для этого им пришлось даже задействовать мадам Помфри, правда — в тёмную. Просто Гермиона, невзначай, поделилась с целительницей своими соображениями на счёт головных болей, которые изредка мучают парня, и тем, что она где-то читала, что такая реакция может быть последствием контакта с дементорами. А ведь Гарри, будучи ещё ребёнком, целых три раза пережил атаки этих тварей!       Разумеется, мадам Помфри этого так оставить не могла! Гарри Поттер был отловлен деканом, принудительно госпитализирован, ему прочли кучу нотаций по поводу здоровья и впридачу попеняли, что он отказался от лечения ещё после первого столкновения с дементорами в поезде... Попутно к прописанным зельям, требованиям и рекомендациям, на голову парня была обрушена целая лекция об опасности даже разовых атак дементоров! А уж если их было столько, то...       Гарри вначале возмущался, потом задумался, потом проникся, а потом... Плавно навести его на мысль, что его несчастный крёстный подвергался этому ужасу целых двенадцать лет изо дня в день, было не трудно, а дальше он сам додавил Сириуса, чтобы тот немедленно занялся своим здоровьем! И это обрадовало Гермиону и Луну безмерно! Дело в том, что у отсылки Сириуса на лечение заграницу был ещё и "второй слой" — мистер Блэк увёз с собой неприметную стандартную диагностическую карту некого Джона Доу, которая являлась, наверное, самой полной диагностической картой Гарри. Чтобы её сделать, Гермионе и Луне пришлось хорошенько извернуться и даже врать парню, рассказав ему наскоро сочинённую историю о том, что это такой экзамен у Гермионы по колдодиагностике и ей нужно на ком-то тренироваться, и упрашивать ей помочь, потому что если не он и Луна, то кто?       Конечно, с одной стороны, этот обман девушек немного смущал... А с другой — чего не сделаешь ради дорогого тебе человека! Единственное, чем они успокаивали свою совесть, было то, что это ради Гарри и когда всё закончится, они обязательно во всём ему признаются...       — Ему это нужно, Гарри, — заметила Гермиона, пряча довольную улыбку. — Двенадцать лет воздействия дементоров! Это не шутки... — покачала она головой. — А в Британии хороших целителей-менталистов, из-за дурной политики Министерства, которое запрещает всё подряд, не разбираясь, нет...       — Я понимаю, — вздохнул в ответ парень. — Просто... Если он не приедет до начала каникул, то мне придётся возвращаться к Дурслям, — он ещё более печально вздохнул и явно закручинился: — Опять вопли дяди Вернона, опять упрёки тёти Петунии... Честно говоря, мне это всё конкретно надоело. Особенно после прошлого лета... когда благодаря тебе всё было... ну, пусть без большой любви, но нормально. И теперь опять... И всё из-за сучки Амбридж и этих чёртовых дементоров... — воскликнул он.       — Язык, Гарри! — строго перебила его она, а потом уже мягче попросила: — Не ругайся. Тем более, этим уже ничего не изменишь.       — Извините, вырвалось, — смущённо ответил Гарри. — Просто как представлю, что всё будет как раньше... — он передёрнул плечами как от озноба, а потом добавил: — честно говоря, после всего, — парень неопределённо взмахнул рукой, как бы очерчивая то, что произошло в последнее время, — с Дадли драться... совершено неинтересно...       — Драться? — неодобрительно уточнила Гермиона. — Так та драка в парке была... не единичным случаем?       — Ну... — пожал плечами Гарри. — Мы с ним друг друга... в детстве терпеть не могли. Он гонял меня... Вначале, до школы, сам, потом дружков, таких же придурков, нашёл. Я... в основном убегал, а потом как-то извернулся и расквасил Даду нос, — ухмыльнулся парень. — Меня, понятное дело, наказали: заперли в чулане... На неделю... без ужинов...       При словах о наказании, Гермиона непроизвольно кивнула, она терпеть не могла хулиганов, от которых ей в начальной школе тоже доставалось. Правда, уточнение про "неделю в чулане" да ещё и "без ужинов" — мгновенно снизило уровень её одобрения таких воспитательных мер. Это было просто ужасно! А вот дальнейший рассказ парня ещё больше её расстроил.       — Но знаете, я так подумал... ну, пока сидел в чулане, — продолжал рассказывать Гарри, — приходит Дад с разбитым носом — меня наказывают. Прихожу я с синяками от кулаков кузена — меня опять наказывают, потому что я "хулиган и мальчишка с преступными наклонностями"... Тогда смысл ходить с синяками и терпеть издевательства?       — А Дадли? — уточнила она, перебив.       — Что, Дадли? — не понял парень.       — Ну, Дадли, что, не наказывали?       — Дадли? Наказывали?! — Гарри откинулся в кресле и расхохотался. — Чтобы тётя Петуния наказала своего милого Дадлюсика... — он покачал головой. — Я даже представить себе не могу, что он должен натворить, причём у них на глазах... Взорвать церковь? Сжечь детский приют? И то — я уверен, что дядя и тётя сходу придумают ему сотню оправданий. Дадли же, по мнению тёти Петунии, почти святой! Просто ангелочек во плоти, — фыркнул он.       Честно говоря, вспоминая свой опыт общения с тётей Петунией, Гермиона не могла с этим не согласиться, хотя такая деструктивная любовь — ночной кошмар, как для родителей, так и для ребёнка.       А Гарри тем временем вздохнул и пожал плечами:       — В общем, так и жили до Хогвартса. То Дад с дружками меня... То я их отлавливал по одиночке и возвращал должки, — парень смущённо улыбнулся и торопливо пояснил: — Ты не думай, Гермиона, мне это удовольствия совершенно не доставляет. Но знаешь, — он на секунду задумался, — после того как Дад начал от меня огребать, стало как-то легче всё это переносить. Да и он себя стал вести... осторожнее, что ли... вроде опасаясь меня и совсем уж не наглея...       — Мальчишки, — хихикнула Луна. Похоже, её эти откровения совсем не удивили, да и особого протеста у неё не вызвали.       — Ну... да, — ухмыльнулся Гарри и развёл руками. — Как-то так получается.       Вопрос с драками Гермиона решила пока отложить "в дальний ящик", хотя всё равно — потом надо будет с Гарри поговорить на эту тему! Особенно, вспоминая тот летний эпизод с испугавшимся волшебной палочки кузеном. Не просто же так Дадли её боится! Наверняка, Гарри угрожал ему колдовством, а это мало того, что незаконно, а в случае с Гарри — представляло реальную опасность, если он разозлится и не сдержится.       — Знаешь... — начала она нерешительно, — я, конечно, не уверена и пока ничего обещать не буду, но... я могу поговорить с родителями и пригласить тебя к нам... У нас есть гостевая спальня и если ты поживёшь у нас недельку-другую, пока Сириус не вернётся, то думаю, что родители не будут возражать...       Парень на несколько мгновений расцвёл в смущённой улыбке — видимо, ему было одновременно и приятно, что его приглашают и о нём заботятся, и в тоже время было видно, что он испытывает неловкость, но потом его улыбка погасла и он погрустнел.       — Спасибо конечно, Гермиона. Это было бы очень... здорово... Но боюсь, что Дамблдор будет против...       — А причём тут директор?! — поражённо воскликнула совершенно не понявшая в чём проблема Гермиона.       — Да он мне уже мозги проел своими поучениями как важно, чтобы я жил у Дурслей... — Гарри криво ухмыльнулся и со злостью передразнил тон профессора Дамблдора: — "В это тяжёлое время, когда столько опасностей, мальчик мой, ты должен думать о главном". Всё про эту мордредову защиту толкует, — возмущённо ответил парень.       — Но он хотя бы объяснил что это за защита такая? Как она работает? И почему она, к примеру, не защитила тебя от нападения дементоров? И как она может работать сейчас, когда... ну, Сам-Знаешь-Кто возродился с твоей кровью и теперь может к тебе прикоснуться?       — Да щаз, два раза! — воскликнул парень. — "Я не могу тебе сейчас этого сказать, мой мальчик. Но я обещаю, что ты всё узнаешь в своё время. Хочешь лимонную дольку?" — опять передразнил он Дамблдора и вздохнул: — В общем, если с Сириусом ещё были варианты... Ну, там же защитные заклинания всякие мощные и всё такое... Опять же, Сириус есть, другие "орденцы", то с твоим домом... Как бы Дамблдор не заявился к вам и не отправил меня к Дурслям принудительно... А... — Гарри в явно расстроенных чувствах разочарованно отмахнулся и повернувшись к печи, уставился на огонь.       — А когда ты исследовал Тайную Комнату? — с любопытством спросила Луна с видом, будто они только об исследованиях и разговаривали.       — В смысле? — не сразу уловил суть повернувшийся к ней парень.       — Ну, на втором курсе, на это у тебя времени явно не было, — уточнила Луна. — Однако, по твоим рассказам получается, что ты её довольно неплохо изучил. Расскажи, Гарри, — она аж подалась вперёд, — это очень интересно...       — А, это... — он хмыкнул. — Да это ещё на третьем курсе, зимой, на каникулах. Ну, вы же помните эту истерию на счёт Сириуса? — уточнил он и подруги кивнули. — Ну вот, — продолжил Гарри, — все вокруг только и талдычат про страшного Блэка, который сбежал из Азкабана, чтобы меня убить... Кроме вас, — уточнил он, и вздохнув, признался: — Но, честно говоря, я тогда вам... не очень поверил. Люпин, Уизли, министр, Макгонагалл, да даже Хагрид — все в один голос твердили, что Блэк сбежал из Азкабана, чтобы завершить то, что не закончил в восемьдесят первом... — он смущённо развёл руками.       — Мы понимаем, Гарри, — ободрила мягкой улыбкой Луна.       — Да, — поддержала её Гермиона, — приоритет авторитетов. С одной стороны — мнение двух третьекурсниц, с другой — профессора, взрослые. Это понятно, Гарри.       Он благодарно кивнул и продолжил:       — И я так подумал, что учитывая то, что Блэк проникает в Замок... В общем, начал искать место где спрятаться, если что... — парень чуть смутился, потом как-то неуверенно добавил: — Ну вы же читали эти книжки, где его называли "правой рукой Сами-Знаете-Кого"... А я что, всего лишь третьекурсник...       — Тут совсем нечего стыдиться, — мягко произнесла Гермиона. — Это разумная осторожность.       — Ну, да... — с облегчением в голосе продолжил Гарри. — я так прикинул, что в Тайную комнату Блэк точно не доберётся, он же не змееуст. И на каникулах туда несколько раз спускался, хотел найти другой путь в неё... Я просто подумал, что не лазил же туда гордый и самовлюблённый Салазар Слизерин по канализации через девчачий туалет! — фыркнул он. — Но тогда ничего не нашёл. На четвёртом тоже пару раз туда спускался, но было уже труднее, я даже чуть не застрял один раз... Но тогда я нашёл и исследовал тоннель, что из логова василиска ведёт. Выход в него тоже с паролем на парселтанге был.       — На четвёртом курсе? — переспросила Гермиона. — Это когда?       — Ну... когда вы... — он быстро взглянул на Луну, потом на неё, немного покраснел, — ну помнишь, ещё говорили мне, что мне надо с факультетом больше времени проводить...       Гермиона на секунду задумалась, а потом, сообразив о каких моментах говорит парень, тоже непроизвольно покраснела и бросила быстрый взгляд на Луну. Та, в отличии от неё — совершенно не смутилась, а наоборот — демонстрировала крайнюю степень любопытства.       — То есть, ты тогда догадался о нас, — мгновенно сменила тему Луна, задумчиво подняв глаза к потолку. — Где-то в средине мая, так?       — Ну... вроде того... — неопределённо ответил он.       — Гарри, — Гермиона вздохнула и собрала всю свою решимость, — ты вообще-то обещал... что на следующем свидании расскажешь о том как узнал о нас с Луной. Ну вот, это оно, следующее свидание! Рассказывай давай уже... — высказалась она, твёрдо решив закрыть этот вопрос. В конце концов, смысл теперь что-то скрывать или стыдиться? Гарри и так знает, и сказал, что его их отношения с Луной не отталкивают... А вот любопытно было...       — Ну... просто я... ну, обратил внимание, как вы себя ведёте... в смысле, с другими и друг с дружкой и подумал... — начал мямлить явно испытывающий неудобство парень, смущённо отводя взгляд и косясь на печь.       — Не-е-ет, так не пойдёт, ты подробно рассказывай, — иезуитским тоном потянула Луна. — Нам очень-очень интересно... — она вскочила с места и пересела на подлокотник кресла Гермионы, таким образом оказавшись ближе к парню. К тому же, если бы он продолжил коситься на огонь, то теперь в его поле зрения постоянно оказывались её коленки... Что, понятное дело, самообладания ему не добавило.       — Да всё в общем-то так и есть, — он вздохнул и посмотрел на них. — Начал подмечать, как вы себя ведёте, как за руки держитесь, стал думать...       — Просто так? Ни с того, ни с сего? — уточнила Луна. — Тогда, нужно признать, что на тебя напали очень странные мозгошмыги...       — Да, Гарри, — поддержала её Гермиона. — Честно говоря, мне тоже в это не верится. У тебя тогда хватало забот и проблем и без того, чтобы пристально наблюдать за нами.       Гарри вздохнул, потом встряхнул головой и подался чуть вперёд:       — Исабель и Жаклин помните?       — Кого? — удивилась Гермиона.       — Девчонок из Шармбатона, — уточнил он, — ну, которые — пара...       — О, так ты даже их имена знаешь, — не удержалась от ехидства она, — как интересно!       — Пф, — фыркнул в ответ Гарри, — не узнаешь тут, когда после Святочного Бала обсуждение их парочки — было второй горячей темой во всех спальнях парней от четвёртого курса и старше!       — Вторая? Хм... А первая тогда какая? — уточнила Гермиона.       — Крам... ну и мы, втроём, — ответил Гарри, и увидев непонимание, пояснил: — Кое-кто видел, как он к тебе лез... ну... как ты убежала и обсуждали — будем мы с ним дуэлиться из-за тебя или нет...       — Так что там с француженками? — вернула беседу в предыдущее русло Луна.       — Ну их много обсуждали... по вечерам... И смотрели на них... — смущённо начал парень. — Ну, я... — он отвёл глаза.       —... тоже обсуждал и на них смотрел, — закончила за него Луна с улыбкой. — И что?       — Ну, я так заметил... Некоторые взгляды у них, прикосновения... на вас похоже... — пожал плечам он.       — Знаешь, Гарри, — Гермиона посмотрела на него, и покачав головой, добавила: — Я конечно, не хочу сказать, что ты... — она запнулась, — не наблюдательный, но... Слабо мне верится, что ты действительно это решил только на основании наблюдений за нами!       — Ты за нами проследил, да? — высказала предположение Луна. — И, — она облизнула губы, — кое-что увидел... правда, Гарри? — мурлыкнула она.       — Ну... — он вздохнул, опустил голову и сокрушённо признался: — Я пару раз... ну, с помощью мантии... и видел...       — Что? — несколько охрипшим от волнения голосом уточнила Гермиона. Изначально она предположила, что несмотря на заверения Падмы, Гарри рассказали о них с Луной (или намекнули) Парвати или Лаванда. Но если он за ними следил, то...       — Ну, как вы обнимаетесь... и целуетесь... — ещё сильнее отвёл взгляд парень.       Честно говоря, Гермиона едва-едва смогла сдержать радостный вздох облегчения. Да, было такое, что они с Луной обнимались и целовались в коридорах, немного... потеряв осторожность. Она уже себе нафантазировала, что Гарри мог быть свидетелем более... кхм, откровенных сцен! Если бы под мантией пробрался за ними в Выручай-Комнату, то... Так что, поцелуи и объятия — не так уж и страшно...       — Ммм... Тебе это понравилось, Гарри? — с шокирующей непосредственностью поинтересовалась Луна, поблёскивая глазами и аж подавшись вперёд.       Парень в ответ что-то нечленораздельно промычал, окончательно смутившись и уставившись в пол, а Гермиона мысленно чертыхнулась! "Ну вот кто Луну просил провоцировать, а?" — лихорадочно думала она, соображая, как исправить ситуацию. — "Скажет Гарри — "да" — может решить, что мы подумаем, что он вуайерист... А ответить "нет" — он не может... Тупик!"       К счастью, в этот момент на столике начали появляться блюда, и взглянув на часики, Гермиона поняла, что уже начался ужин. Конечно, вряд ли сегодня на ужине в Большом зале подавали стейки и "мясо с картофелем по французски", видимо, это уже Добби опять проявил инициативу, но Мерлин с ним, эта пауза была просто необходима, чтобы сгладить возникшую неловкость. Но с Луной нужно будет потом поговорить и объяснить, что в мире людей — не все вопросы стоит задавать! По крайней мере, прямо!       Пока они ели, Гермиона пыталась немного растормошить Гарри вопросами на нейтральные темы, касающиеся учёбы, то и дело включалась Луна, видимо сообразив, что немного перестаралась со своим любопытством, но парень, вяло ковыряющийся вилкой в тарелке, отвечал односложно, то и дело отводя смущённый взгляд от них двоих...       — Винки и Добби расстроятся, — заметила Луна, указав на до сих пор почти полную тарелку Гарри. — Они ведь старались...       Гарри молча кивнул и принялся активнее расправляться со стейком. Ну, хоть есть стал нормально, и то хорошо! Дождавшись, пока Луна и Гарри отложат столовые приборы и откинутся на спинки кресел, Гермиона поднялась из-за стола, решив продолжить запланированное на вечер. Она запустила музыкальную шкатулку и в комнате зазвучала медленная песня "Ведуний".       — Потанцуем, Гарри? — остановилась она перед ним, протягивая руку.       — Эм... — парень взглянул на неё, потом на Луну, вздохнул и встал с кресла. — Вообще-то, это я должен приглашать на танец, — несколько обиженно проворчал он, беря её руку.       — У нас несколько необычные отношения, — улыбнулась ему Гермиона. — Поэтому многие вещи у нас будут... необычные... К примеру, решать очередность танцев — лучше будем мы с Луной.       — Эээ, — Гарри от удивления распахнул глаза и аж остановился. — Но это парень должен... Так принято...       — Мы заметили, что ты опасаешься пригласив одну из нас, обидеть вторую, — объяснила Гермиона. — Согласись, так будет лучше, если мы сами решим, с кем из нас тебе танцевать. Разумеется, на публике приглашать будешь ты, — торопливо добавила она, — просто ты уже заранее будешь знать очерёдность и будешь уверен, что никого не обидишь, так как это наше общее решение...       — Ну... — Гарри задумался, — если с этой точки зрения... — добавил он, через пару тактов, — наверное да, так будет лучше, — наконец кивнул он и чуть сильнее прижал её к себе.       Гермиона почувствовала облегчение от того, что он всё правильно понял и не обиделся. Теперь можно было спокойно насладиться танцем и объятиями.       — Гарри, я хотела с тобой поговорить на счёт ЗОТИ, — начала она через минуту. — Смотри, многие занимаются сами, к примеру — Невилл с близняшками... Может, мы к ним присоединимся? Я могу попросить профессора Флитвика опять выделить нам тот класс... Будет легче, да и веселее заниматься, сможем дуэли опять тренировать...       — Ага, — Гарри криво ухмыльнулся. — И тут же Рон прибежит: как же так, без него! За ним оба Криви примчатся, следом команда подтянется, потом Энтони с Эрни и своими на прицепе... А потом заявится Дамблдор и радостно возвестит о создании общешкольного "Кружка Защиты" и назначении меня ответственным за весь этот цирк! Нафиг надо! — фыркнул он.       — Я за тебя переживаю, — тихо сказала Гермиона, заглядывая ему в глаза. — Тебе нужна нормальная дуэльная практика... учитывая всё, что происходит... Ладно, — вздохнула она, поняв, что парень упёрся. — Тогда давай будем заниматься втроём, только мы... Ну, как Невилл с Падмой и Парвати, — Гарри кивнул и она продолжила: — Только ты с нами нормально тренируйся! А не в облегчённом режиме...       — Вам с Луной не хватает реакции и скорости, — вздохнул он.       — Вот и тренируй нас... чтобы хватало! — упрямо ответила Гермиона. — Сам подумай, Гарри... "Пожиратели" нас щадить, как ты, не будут... — добавила она.       Как только эта композиция закончилась, Гарри забрала Луна на следующий танец. Только если Гермиона с ним танцевала... вполне прилично, если так можно сказать, то Луна себя ни в чём не ограничивала: мало того, что повисла на шее парня и слишком сильно и откровенно прижималась, так ещё и начала с ним целоваться! Гермиона чувствовала, что краснеет от смущения, отводила взгляд, но это было очень трудно сделать: на что смотреть, если их в комнате только трое! Демонстративно таращиться в потолок, или вытащить книгу и уткнуться в неё... это будет как-то уж совсем... И она то и дело всё равно посматривала на медленно покачивающуюся под музыку пару. Похоже, Гарри вошёл во вкус, или его просто захватил процесс, что он забыл обо всём остальном, но вёл себя достаточно раскованно, целуясь с Луной. Однако этой сумасшедшей было мало! После танца с Гарри, она, невозмутимо сказав: "Ты сама же сказала, что решать кто с кем когда танцует, будем мы", потащила танцевать Гермиону! И не просто танцевать, а... довольно откровенно прижимаясь к ней и можно сказать, что в процессе даже несколько распустила руки! А потом и вовсе — забросила руки ей на шею, чуть вытянулась и их губы соприкоснулись!       — Ты что творишь?! — сквозь зубы прошипела ей Гермиона, будучи в панике! Не отталкивать же Луну! Но и такое... Это... Это просто...       — Хочу проверить и увидеть, как он на нас реагирует, — невозмутимо прошептала та и ещё сильнее прижалась к ней. — Разве тебе не нравится... наблюдать за Гарри?       Бедный парень в это время краснел, таращился на них остекленевшим взглядом, потом смущённо отводил глаза, чтобы через десяток секунд опять начать на них смотреть, то и дело облизывая губы и вытирая ладони об брюки... В общем, во избежании дальнейших проверок, которые могла устроить эта белобрысая экспериментаторша-без-тормозов, Гермиона после танца предложила прогуляться к Северной стене... От греха! А то с Луны станется... ещё чего-нибудь проверить, а она пока не готова!