Выйти из шкафа

В гостиной было тихо. Джарвис взял небольшой перерыв на новости и теперь сидел в кресле, параллельно присматривая за маленькой девчушкой, играющей с машинками у его ног. Она едва слышно лепетала себе под нос, поэтому, когда она вдруг заговорила, Джарвис едва удержался, чтобы не подпрыгнуть на месте. — Ты знаешь какое-нибудь хорошее имя для мальчика? Джарвис уставился на пятилетнюю девочку, сидящую подле. — Что Вы имеете в виду, мисс Старк? Для какого мальчика? — спросил он, кинув короткий взгляд на игрушки, разбросанные по полу. — Я думал, что Вы назвали все свои игрушки? Антуанетта вздохнула. — Это не для них. Никто не может переименовать Капитана Америку, — ответила она, прижимая к груди свою любимую куклу. — Хорошее имя для меня, глупый. — Но у Вас уже есть имя, мисс Старк. И оно очень красивое. Антуанетта нахмурилась и скрестила руки на груди. — Не говори маме и папе, но мне оно не нравится. — Вам не нравится Ваше имя? — Неа. Я хочу новое. — И Вам хочется мальчишеское? Антуанетта с энтузиазмом закивала в ответ и расплылась в улыбке. — Именно! — она заерзала от нетерпения. — Знаешь какое-нибудь хорошее? — Но почему Вам не нравится Ваше? — Оно мне не подходит, — она закатила глаза, — слишком девчачье. Вдруг Джарвис понял, к чему ведет этот разговор, но все же с трудом удержался, чтобы не сказать: “Но вы же и есть девочка, мисс”. Он заметил, с какой надеждой Антуанетта смотрит на него. — Дайте-ка подумать… — он сложил газету, которую читал до этого и убрал на столик рядом. — Итак, хорошее имя для мальчика… Как насчет Энтони? — Энтони? — Да. В честь Вашего отца. Его второе имя — Энтони. Игрушка оживленно завертелась в детских руках. — А я заслуживаю его? У Джарвиса заныло в груди. Ни один ребенок не должен считать, что не заслуживает имени своего отца. — Конечно, заслуживаете! Вы великолепны и умны, а, когда вырастете, возможно даже станете человеком, намного лучше, чем Ваш отец, — он увидел, как глаза девочки расширились от удивления, — Вы заслуживаете много! Включая это имя. — Мне оно нравится, — призналась она. — Намного лучше, чем то дурацкое, которое у меня сейчас. — Это значит, что я теперь должен звать Вас Энтони, Сэр? Она счастливо взвизгнула, но потом вдруг притихла. — Что такое? — Только не перед родителями… Им нравится мое девчачье имя. — Конечно, Сэр, — он и сам удивился, насколько легко сорвались эти слова с его языка. При этом глаза Энтони счастливо засветились. — Спасибо тебе. Джарвис ответил улыбкой. — А теперь, пока Ваши родители в отъезде… Как насчет того, чтобы переодеться в подобающую для сэра одежду? Несколько мгновений Энтони выглядел сбитым с толку, а затем перевел медленный взгляд с Джарвиса на свое маленькое красное платье и обратно. — Но все, что у меня есть, это платья… — сказал он. — Мама не любит, когда я ношу джинсы. Она говорит “ты слишком красивенькая для этих штанов”, — он поджал губы, — не хочу быть красивеньким. Джарвис засмеялся, покачав головой. — Смею, однако, заверить, что Вы довольно красивый молодой человек, — он поднялся с кресла и вышел из комнаты, чтобы тут же вернуться с пальто для Энтони, — и я считаю, что мы должны подобрать Вам не менее красивую и подходящую одежду. — А что на это скажет отец? — Энтони все еще выглядел неуверенным, но Джарвис продолжал улыбаться. — А кто сказал, Сэр, что он непременно должен об этом узнать? Энтони вскочил с пола и закружился на месте, нисколько не помогая одеть себя в пальто. Джарвис присел на корточки, чтобы ускорить процесс, а когда он застегнул последнюю пуговицу, то заметил, что Энтони все еще теребит Капитана Америку. — Что-то не так, Сэр? — А я… А я могу выбрать, что купить? — Конечно. — А можно… Можно… — он снова начал жевать губы, и Джарвис решил терпеливо подождать, пока он не заговорит снова. Энтони вздохнул. — Можно мне футболку, как у Капитана Америки? У Роуди уже есть такая, а мне мама не разрешила… — Если Вам понравилась футболка Капитана, конечно, мы купим Вам такую же. Мы купим все, что Вам понравится, Сэр. — Правда? — Правда. Вы можете выбрать все, что Вам захочется, Сэр. Джарвис поднялся с колен и посмотрел на улыбающееся лицо Энтони. Внезапно он почувствовал распирающую гордость от того, насколько счастливо выглядело детское личико — впервые за все время Энтони улыбался так искренне. Энтони взял Джарвиса за руку и крепко ее сжал. — Спасибо тебе.