Выйти из шкафа

Тони был готов поклясться, что когда впервые увидел Стива, едва ли не упал в обморок. Этот парень был, если не самим Богом, то сделан богами. Они встретились совершенно случайно Тони ждал своих друзей в кафе, а Стив ждал своих, но вместо этого они встретили друг друга. Поначалу было неловко — они оба ждали свою компанию, оба искали свободное место, за которым могли уместиться все и, наконец, оба заняли один и тот же столик. — Боже, извините, я пересяду, — сказал Тони, вставая, но парень напротив схватил его за запястье. — В этом нет необходимости, все хорошо. И тогда Тони решил посмотреть на этого парня внимательнее, и застыл, как громом пораженный. Он был восхитителен. Тони упал обратно на стул, но не потому что хотел (а он хотел, и еще как), но потому что вдруг коленки перестали его держать. — Э… Хорошо. — Ой, извини, — он отпустил запястье Тони, и тот едва ли удержал себя, чтобы не застонать. — Не знаю, что со мной такое сегодня. Меня Стив зовут, — он протянул руку Тони для рукопожатия. Ладонь Стива была намного больше, чем его, и, когда они снова соприкоснулись, Тони понял, что не хочет больше разжимать ладонь никогда в жизни. — Я Тон… Антуанетта, — Тони старался не сморщиться, произнося это имя, но Стива он еще не знал. И он не мог каждому встречному рассказывать о том, что был Тони. — Приятно познакомиться, Антуанетта. Могу я угостить тебя кофе или чем-нибудь еще?.. Я имею в виду… Мы договорились с друзьями встретиться здесь позже, а сейчас… если ты хочешь, конечно? — Конечно! Кофе звучит прекрасно, — Тони надеялся, что его голос не звучал настолько влюбленно, насколько он чувствовал себя, но разве он мог отказать себе в возможности выпить кофе в компании человека, который, вполне вероятно, был живым воплощением щенка золотистого ретривера? Ответ был прост. Конечно, он не мог. — Отлично, — Стив улыбнулся. — Какой кофе предпочитаешь? — Э… Просто черный сойдет. Спасибо, — Стив кивнул и поднялся из-за стола. Тони не мог оторвать свой взгляд от его задницы, когда Стив направился к кассе. Спустя несколько мгновений, вошли Пеппер и Роуди, и Тони почувствовал, как внутри все рухнуло. Он не мог позволить им все испортить, только не сейчас. Когда они заметили его, Тони оживленно замахал руками, показывая, чтобы они не подсаживались. Они непонимающе уставились на него, но послушно заняли столик напротив, все еще продолжая буравить его взглядами. Впрочем, недоумение быстро сменилось самодовольными ухмылками, когда Стив вернулся вместе с кофе и сел напротив него. — Спасибо, — сказал Тони, изо всех сил игнорируя своих друзей. — По правде сказать, то, что ты спросил мое имя, удивило меня. — Хах. Почему? — Ты правда меня не знаешь? — Но мы же только встретились? Я уверен, я бы запомнил тебя, если бы мы встречались раньше. Тони снова улыбнулся. — Я бы тоже. Просто моя фамилия Старк. Потребовалось пару секунд, чтобы Стив понимающе вздохнул. — Антуанетта Старк? “Старк” из Старк Индастриз? Тони засмеялся. — Ага, именно. Это же не будет проблемой? У меня были сомнения, говорить ли тебе, но так или иначе ты бы сам узнал. — Почему ты сомневалась? — Понятия не имею… Может мне просто не хочется сталкиваться с вещами вроде “давай будем друзьями, потому что у тебя много денег”. — Я очень зол сейчас на всех тех, кто пытался провернуть это с тобой. Но, спешу заверить, я бы никогда так не поступил, — Стив снова улыбнулся, и Тони никак не мог перестать улыбаться в свою кружку. — Как ты смотришь на то, чтобы узнать друг друга поближе? 
Тони почувствовал бабочек в своем животе. — Я не против. Они просидели около трех часов в том кафе вдвоем. Тони не переставал улыбаться, после того, как заметил, что Стив проделал то же самое со своими друзьями, что Тони сделал с Роуди и Пеппер. Когда они решили разойтись, то обменялись номерами и обещаниями встретиться вновь, а после Стив поцеловал его в щеку. Тони был на седьмом небе от счастья и зашел обратно в кафе, чтобы теперь встретиться с Пеппер и Роуди. — Кое-кто выглядит счастливым, — заметила Пеппер. — Мне только что дал свой номер парень, который составляет конкуренцию Капитану Америка во внешности, теле и всем остальном. Так от чего же мне грустить? — Справедливо. Так кто он? — Стив Роджерс. Художник с нашего курса, — ответил Тони, уставившись на бумажку, на которой Стив оставил своей номер. Ну кто так делает, на самом деле? Разве нормальные люди не забивают номера сразу в контакты? Но это было так мило и старомодно, и Тони не мог не оценить. — То есть ему девятнадцать? — Ага. — И он знает, что тебе семнадцать, так ведь? — спросил Роуди. — Ну что за вопрос, конечно, знает. Он был впечатлен, что встретил такого умного человека, — сказал Тони с гордой улыбкой. — А он встретил Антуанетту или Энтони? Улыбка Тони потускнела, и он растекся по креслу. — Я же только познакомился с ним… Не мог же я ему в лоб сказать: “О, а я вообще-то парень, просто не выгляжу, как парень, но зови меня Тони”. — Почему нет? — Ха, вы же оба помните, как тяжело было признаться даже вам двоим, а вы меня всю жизнь знаете. А моих родителей вы вообще видели? Не хочу загружать его этим дерьмом. По крайней мере до второго свидания. А если он воспримет это плохо… Я все еще хожу на терапию, не хочу, чтобы это как-то сказалось. — Ты же знаешь, что, если у вас все получится, тебе придется ему рассказать? — Пеппер пыталась звучать успокаивающе, — я знаю, как это тяжело, но будет не честно по отношению к нему скрывать. А если он не воспримет тебя таким, какой ты есть, то мы будем рядом, чтобы поддержать тебя. Не бойся, мы всегда на твоей стороне. 
Тони задумчиво кивнул, благодарный своим друзьям за поддержку. — Я знаю-знаю. Скажу ему на третьем свидании. Пеппер улыбнулась. — Хорошо. Если что, мы всегда рядом. — Это точно, — Роуди отразил ее улыбку. — Спасибо. Я имею в виду, вам обоим, правда. Спасибо большое. — Обращайся.  

————————

Тони не сказал ни на третьем свидании, ни на четвертом, ни на пятом. Ни даже после шести месяцев стабильных отношений. — Так больше продолжаться не может, ты обязан ему сказать, — Пеппер присела на его кровать, наблюдая за тем, как он мучается с крючками на стягивателе, пытаясь в спешке избавиться от него. — Я знаю, Пепс, правда. Но я так же могу просто ничего не говорить. Та-да! — вскрикнул он, когда последняя застежка поддалась. Тогда он кинул стягиватель на кровать, как раз туда, где сидела Пеппер и потянулся к лифчику. — Так будет легче для нас обоих. — Это каким образом? — Если я притворюсь, что у него есть девушка, то у меня останется мой парень. В итоге, все в выигрыше. — Это самая идиотская идея, которую я когда-либо слышала от тебя! Ты уверен в том, что ты гений? — Эй! Это вообще-то обидно! — Тони, послушай, я разговаривала с Наташей… — Обо мне? — Тони развернулся на пятках, чтобы взглянуть ей в лицо. — Ты что, снова забыл, что открылся перед ней? — Это было случайно. И это не означает, что вы можете продолжать сплетничать обо мне за моей спиной, — Тони бы соврал, если бы сказал, что не почувствовал себя преданным; — Никаких сплетен. Мы просто говорили, и сошлись на мнении, что с твоей стороны нечестно продолжать жить таким образом. И мы знаем, что ты счастлив со Стивом… — Счастливее, чем я был когда-либо. — Да, я знаю. Но это не отменяет того факта, что ты все еще в депрессии. Это не меняет того факта, что ты все еще звонишь мне в три часа ночи, когда дисфория становится невыносимой, а ты не знаешь, что с этим делать. И это не меняет того факта, что ты заставляешь себя одеваться в платья, хотя тебе комфортно в джинсах и стягивателе. Тони, никакое счастье со Стивом не стоит того, чтобы делать несчастливым себя самого. Тони потерянно уставился на стягиватель, оставшийся на кровати, и на колготки с туфлями, которые все еще ждали своей очереди. — Я не могу это носить, — прошептал он. Предвкушение от встречи со Стивом исчезло, как будто и не бывало, и сменилось отвращением. — Я не могу… — Тони, все хорошо, — Пеппер подскочила с кровати к нему и обняла, крепче прижимая к себе. — Все хорошо, тебе не обязательно это все надевать, ты же не на прием идешь, а на свидание. Почему бы тебе просто не рассказать своему парню правду? — Нет, — Тони покачал головой. — Почему? — Потому что, Пепс… Господи, если я его потеряю… — У тебя есть Роуди. А еще я. Наташа тоже будет рядом, а еще, я сто процентно уверенна, что ты свел с ума Сэма и Баки… — Я люблю его, — Тони замолчал, привыкая к этой мысли, — я так его люблю, что я готов провести всю жизнь, как депрессивная Антуанетта. Если это означает, что он останется рядом. — Это… Это довольно сильно, Тони. — Я знаю. И меня это пугает. — Ты должен рассказать ему, Тони, пожалуйста. Нельзя оставлять все так, как есть, — Пеппер сжала его крепче в объятиях. — Ты не можешь жить, делая счастливым только его. Позаботься о себе тоже. Я уверенна, что все будет хорошо. — Ага, можно подумать, к тебе каждый день подходит твоя девушка и заявляет, что она, вообще-то, твой парень. Отец был прав. Я просто фрик. Я не заслуживаю Стива. Пеппер прикусила губу, сдерживая себя от слез. — Никакой ты не фрик, твой отец был не прав, и однажды ты будешь в гармонии со своим телом, и однажды весь мир узнает, какой ты прекрасный на самом деле, и я верю, что в этот день Стив будет стоять рядом с тобой, — Пеппер поцеловала его в висок. — Все будет хорошо, Тони, не переживай. — Я просто… Пепс… — Я понимаю, — она запустила руку в его волосы. — Однажды ты сможешь вести себя так, как себя чувствуешь, несмотря на то, что говорят тебе родители… И, ты же знаешь, я всегда готова тебя поддержать. И Роуди тоже. И Стив, когда ты ему скажешь, тоже. 
 Тони шмыгнул. — Спасибо. — Тебе не за что говорить спасибо, — они продолжили стоять, обнявшись, пока Тони не почувствовал, что может взять свои слезы под контроль. — Так ты собираешься сказать Стиву? Прежде чем Тони ответил, раздался тихий стук в дверь, и следом та отворилась. — Сказать Стиву что? Тони поперхнулся воздухом, видя, как его парень застыл в дверях с выражением любопытства на лице. — Дорогая, ты в порядке? Извини, что я так вломился, Джарвис меня впустил и сказал, что ты в своей комнате, но, если я не вовремя, я могу вернуться позже. Пеппер и Тони отступили друг от друга. — Нет-нет, все в порядке. Я уже ухожу, — она поцеловала Тони в лоб. — Скоро увидимся, правда? И ты можешь звонить мне в любое время, хорошо? Тони кивнул, и Пеппер, поприветствовав Стива и попрощавшись с ним одновременно, вышла из комнаты. Стив переступил порог комнаты и прикрыл за собой дверь. Тони поднял с пола футболку, в которой был до этого. Было немного неловко носить лого AC/DC на груди, к тому же, когда футболка была протертой до дыр и доходила ему чуть ли не до колен. Его волосы были стянуты сзади в пучок. Красавица и чудовище в одном лице. — Дорогая, ты в порядке? — Есть кое-что, что мне нужно было сказать тебе с самого начала, — Тони почувствовал, как сжалось его горло. — Я… Я думаю, тебе лучше присесть. — Может, тогда на кровати? Я имею в виду, посидим на кровати? Тони улыбнулся тому, насколько вежливым был его бойфренд. — Конечно, дай только… Уберу эти все вещи, — Тони повернулся к кровати и, не глядя, сбросил все то, что собирался надеть, на пол. Он придержал стягиватель, прежде чем спрятать под кроватью и его. Тони знал, что Стив будет ругаться: “детка, ты же так все помнешь!”, но сейчас ему было все равно. Может, к концу разговора у Стива просто не будет времени, чтобы возмущаться. 
Стив присел на кровать лицом к Тони, оставив рядом с собой немного места. Тони его тут же занял. — Милая, что-то не так? — спросил Стив мягко. — Есть кое-что, о чем ты должен был знать с самого начала, но на меня напала паника, и еще страх, что я тебя потеряю… Я понимаю сейчас, что стоило сказать тебе раньше, чтобы потом было не так больно, когда ты уйдешь. — Нетт, выдохни. Тони улыбнулся, ему нравилось, что Стив не звал его более девчачьим “Энни”, почти сразу придумав нейтральное “Нетт”. — Что ты имеешь в виду? — Я… Э… — Тони беспомощно посмотрел на Стива, но слова все никак не складывались в нужное предложение. — Я гей. Стив замер, а Тони почувствовал непреодолимое желание ударить себя. “Я гей”? Несмотря на то, что это было правдой, это совсем не то, что он собирался сказать. — Тебе… Нравятся девушки? — Стив нахмурил брови, не понимая, в чем дело. — Нет, мне не нравятся девушки. — Но ты говоришь, что ты гей? — Я не девушка, — отрезал Тони, и, когда осознал, что сказал это вслух, понял, что, наверное, не стоило звучать так безразлично. — Детка, с тобой все в порядке? — Нет, не все в порядке. Я же только что признался тебе, что я не девушка. Господи, все пошло не так, как я планировал. — Я… Немного не понимаю? — Я трансгендер, Стив. Я родился девочкой, но никогда не был девочкой. Меня зовут Энтони, поэтому Пепс зовет меня Тони. Прости пожалуйста, я ужасен, я знаю, я просто… — Я знал. — Ты… Ты что? — Тони ошеломленно уставился на Стива, не веря его теплому взгляду и смущенной улыбке. — Я знал, солнце. Хотя, по правде, я знал не на сто процентов, но я не собирался обсуждать это, пока ты не чувствовал себя в безопасности рядом со мной. — Как?… — Да, просто, — Стив пожал плечами, — то, как ты ведешь себя и говоришь. Не знаю, замечал ты или нет, когда ты полностью расслаблен, то говоришь о себе в мужском роде. Я видел, как тебе неудобно в платьях, особенно тех, которые тебе нужно надевать на приемах. А еще, мне позволено трогать тебя только за… Ты сразу напрягаешься, если я касаюсь тебя где-то на уровне, эм, груди. Поэтому я и не касаюсь. Я знал, что есть какая-то причина, по которой ты этого не хочешь, — пояснил Стив. Тони не мог поверить своим ушам. — То есть ты все знал, и все равно остался? — спросил Тони. — Но почему? Однажды я не буду выглядеть вот так. Я ведь парень, Стив. — А я бисексуал. — Подожди, что? — Ага, парни мне тоже нравятся. Точнее мне нравится только один парень, и это ты, — Стив покраснел, говоря это. — Я люблю тебя, Тони. Тони открыл рот и тут же закрыл, будто золотая рыбка. Он был в глубоком шоке. Стиву было все равно? Стив хорошо его воспринял? Стив его любит?! — Я же просто сплю, не так ли? Ты правда серьезно? То, что ты сказал про бисексуальность? И что я все еще тебе нравлюсь? — Я, вообще-то, вполне уверен, что сказал, что люблю тебя, — Стив все еще улыбался, даже не смотря на смущение. Тони почувствовал, как в уголках глаз защипало, и все начало расплываться, и он не смог сдержать счастливый всхлип, прорвавшийся сквозь улыбку. — Я тоже тебя люблю, — прошептал он. — Я планировал никогда не говорить этого, но я собирался всю жизнь прожить Антуанеттой, лишь бы сделать тебя счастливым. — Тони, — Стив взял его за руку. — Ты прекрасен, поверь мне, и я рад, что ты мне признался, потому что я бы с ума сошел, если бы ты был несчастлив ради меня. Я люблю тебя любым. Девочкой, мальчиком или упрямым засранцем, который планировал молчать до конца своих дней. Я люблю твою личность, то, что внутри. Боже, я так сильно люблю тебя и не хочу, чтобы ты менялся. Хотя… Разве что, может, ты прекратишь пытаться чувствовать себя нормально в платьях? Со мной ты можешь расслабиться и быть собой. Я поддержу тебя в любом случае. — О мой Бог. Что же я такого сделал, что заслужил тебя? Стив склонился и поцеловал его. — Ты заслужил самое лучшее будущее. Я лишь надеюсь, что смогу тебе его обеспечить. — Ты точно сможешь, — зашептал Тони, а потом вдруг заулыбался еще больше. — Быть не может. У меня все еще есть парень. — И у меня тоже. И я его люблю. Было просто потрясающе слышать эти слова от Стива, и в этот раз Тони не смог сдержать слез. — Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю, — Стив крепче прижал его к себе, поглаживая по спине. — Но ты все равно должен поднять те вещи с пола. Они же помнутся.