Кто Сверху ?!

The Score — Higher       Ёнджун идет с папой за руку, и настроение у него, мягко говоря, не очень. Да, у него сегодня день рождения. И что? Зная своего отца, это будет еще то событие. Обычно его любимый дядя останавливает его отца. Но на этот раз ничего такого не предусматривается. Так как у Чимин-хёна много работы, он не сможет прийти, накануне звонил, извинялся за отца и сказал, чтобы Ёнджун держался. Зная, что дяди не будет, Ёнджун плетется и думает, что Чимин его понимает гораздо лучше родных родителей.       Пока другие дети играли в детские игры и плакали над сломанными лопаточками, Ёнджун сидел сбоку, сложив руки на груди и смерял их не очень хорошим взглядом. Родители тогда очень волновались за омегу и даже хотели отвести к врачу. Но Чимин не дал. Забрал малого с собой, отвез в магазин с разнообразными книгами, манги. Ёнджун тогда вернулся домой веселым и светился, как кристаллики снега на солнце.       Теперь он все время занимался книгами и всегда имел при себе одну. Родители, конечно, радовались, что сын нашел занятие и он рад, но как же общение? Как же движение? Омега всегда сидел над учебниками и над всем, где были буквы. И здесь снова помог дядя. Чимин тогда отвел его на площадку и попросил пару раз подтянуться. Конечно, парень не смог, маленькое, хилое тельце не смогло и одного раза поднять собственный вес. Блондин тогда помотал головой недовольно, прыгнул на турникет и начал подтягиваться… Много. Много раз. Как полагал 5-летний Ёнджун. Омега тогда долго стоял с открытым ртом. Хённим закончив, спрыгнул с турникета, подошел и тепло улыбаясь, сказал: — Ёнджун~и, ты должен быть сильным и духовно, и физически. Чтоб о себе позаботиться.       И Омега помнит эти слова, потому записался на кружок по единоборствам, до сих пор его посещая. И обучение, само собой. Потому что его хенним всегда прав. Так же он разумно решил проблему с общением. Чимин взял малыша на целый день на работу. А там без общения никуда. Дядя тогда опустился перед ним на колено и серьезно сказал: — Ты можешь не любить всех. Но общение с другими людьми и те же люди очень важны для жизни. Как бы это не было печально, но людям нужны другие люди.       Казалось бы слишком умные слова для малого омеги, но этим дядя ему и нравился. Он никогда не относился к нему как к маленькому ребенку. Возможно, он не все понял, но слова запомнил. Следя за поведением своего хённима, за его разговорами, Джун, как губка впитывал все, каждое его движение и слово. Конечно, он очень любил своих любящих родителей. Очень. Но еще он очень любил своего понимающего дядю. А сегодня у него день рождения и это будет «трешняк», — подумал парень и опустив голову, помотал ею.       Вот они почти дома, все утро папа водил его по любимым местах, приговаривая при этом, что в этом году у них не получится отпраздновать его День Рождения. «Ага. Эх, ежегодно одно и тоже. А потом мы заходим домой, а там кучу каких-то детей, непонятных людей, клоуны, которых я ненавижу и везде эти цветные шарики. А потом дикие танцы под детские песенки. Эх, и за что мне эта жизнь?» — трудно вздыхает омега и плетется к входной двери. Музыки еще не слышно и уже хорошо. Ёнджун набирает побольше воздуха и сил для фальшивой улыбки и ждет пока папа откроет дверь.       Сион видит страдания своего ребенка, но ничего сделать не может. Ему и грустно, и весело одновременно. Он хорошо знает неординарный вкус своего мужа. Ооочень хорошо и до сих пор привыкает к нему. Хотя они уже столько лет живут вместе. Омега подходит к сыну, слегка взъерошивает волосы и ободряюще смеется. Ёнджун набирает последний раз побольше воздуха, Сион открывает двери и пропускает сына. Парень медленно делает шаг внутрь и поднимает голову… «Что?» — Ёнджун оглядывается и вопросительно смотрит на Папу. — Что, Ёнджун? — спокойно спрашивает Сион. «То есть в этот раз действительно ничего не будет? Правда? Хм, почему так грустно стало?» — парень не веря в это, начинает оббегать весь дом, но ничего. Нет незнакомых детей, ни людей, ни музыки. Даже шарика ни одного нет.       Омега опустил свой носик и если честно, готов был расплакаться, если бы не слова Чимина, прозвучавшие в голове о том, что омега должен быть сильным как физически, так и умственно, чтобы защитить себя. Джун вдыхает побольше воздуха и успокаивается. «Ладно, возможно, это лучше, чем вот это всё», — размышляет омежка, сидя в своей комнате на кровати. С подальших размышлений его вырывает оповещения на телефоне.       Омега проверяет и едва не рычит, один его друг просит приехать, потому что скучно самому. Да и в Ёнджуна днюха, могут немного позависать. Но предупредил, что он сейчас в загородном домике. Пак сначала хотел отказаться, а потом подумал, что торчать дома в свой День Рождение не слишком круто. Омега спросил разрешения у папы и пошел собираться сразу же, как услышал «да». Отец сегодня на работе по делам, поэтому все хорошо. Иначе могли и не пустить.       Дорога не длинная, но парню хватает на размышления и легкую обиду. На папу, отца… и почему-то больше на дядю, который выбрал работу. Ёнджун понимает все, ведь он хоть и маленький, но умный какой. Но сегодня он хочет побыть маленьким и обидчивым. Доезжая до домика, омега ахнул от окружающей красоты. Двухэтажный, деревянный дом, вокруг леса и...... о чудо, озеро видно. Парню так захотелось разглядеть, что сразу выпрыгнул из машины. Сион окликнул его и нехорошо посмотрел. — Сначала поздоровайся с хозяевами, а потом уже с их разрешения осматривай все, — постановил омега. Джун кивнул и усмирил свой детский пыл. «Эх, что-то я сегодня слишком необдуманно веду себя», — покачал головой омега.       Парень подождал папу и они оба направились к двери. Сион постучал в тяжелые деревянные двери и они с сыном стали ждать ответа. Через несколько минут дверь открыл друг Ёнджуна — Бомгю. Милый парень с большими карими глазами и пытливым умом. Именно поэтому они и дружили. Только этот чудак и понимал его. Но называть его лучшим другом омега себе не позволял. «Нужно внимательно выбирать кому доверять», — как-то сказал Чимин-хён. — Привет, Джун, — улыбнулся парень, — с Днем старения тебя, бро, — залился парень смехом. Ёнджун закатил глаза и отодвинув его, зашел внутрь, а там…       А там повсюду черно-белые воздушные шарики, небольшое количество людей, которых он знал, еда на столах его любимая и отец с… — Чимин-хён, — чуть ли не пропищал парень и бросился на омегу. Который был совсем не против.       Чимин очень любил этого мальчика. У которого сейчас очень быстро билось сердце от радости. Омега крепко обнял племянника и нежно прошептал в ушко: — С Днем Рождения, Ёнджун~и, — только он мог называть парня так. Всем остальным омега запрещал. И только дядя имел на это разрешение. Сердечко детское забилось еще быстрее. — Спасибо, хён, — прошептал Джун.       И он имел в виду не это приветствие, не только то, что тот таки пришел, не то, что он это все устроил… Нет, он благодарил просто за то, что он есть в его жизни. Все знают, как трудно добиться у Чимина доверия и знают, как трудно у Ёнджуна. Но они открылись друг другу. И стали не просто дядей и племянником, они стали поддержкой друг для друга. — Эй, а отца обнять? Я, вообще-то, тоже здесь, — надувшись, сказал Хосок. — Ну я же тебя с утра видел, — счастливо улыбнулся парень. — Это не считается, — надул губки альфа. — Ну хорошо, — закатил глаза малыш и улыбаясь, набросился на отца. А дальше были крепкие объятия.       У Чимина в такие моменты было очень тепло на сердце. Именно для этих людей он готов на все. И как оказалось недавно в этот список рвется попасть Чонгук. Пак мотает головой, отгоняя дурные мысли. И переводит взгляд на дорогие ботинки. Адвокат подводит взгляд и… перед ним стоит тот же человек, которого он встретил в своем офисе.       Высокий, лет 45, статный мужчина в дорогом костюме, черные зализанные назад волосы.... Альфа. Все как тогда, кажется, даже костюм тот же. «Кто ты?» — адвокат напрягается и становится впереди своего племянника. Хосок недалеко стоит с Сионом и еще с каким-то омегой и о чем-то разговаривают, не обращая внимания на эту маленькую сцену. — Прошу Вас покинуть дом, это частная собственность, — холодно заявляет Чимин. Так как он не на работе, то выглядит по-домашнему. Белые, протертые на коленях джинсы, белая футболка и пиджак сверху. Волосы взъерошенные, и вообще он сейчас мало похож на акулу адвокатского дела. А все потому, что сейчас он не адвокат, а в первую очередь дядя. — Ну что Вы так сразу. А где же вопрос «Вы кто?!» или «Что Вам нужно»? — ухмыляясь, спрашивает альфа. — Оставьте частную территорию немедленно. Если не хотите проблем, — так же холодно повторяет Чимин, не отводя взгляда от человека, а правой рукой держа Ёнджуна за собой. — Не выясняешь отношения. Не грозишь, а значит не хочешь выглядеть крутым перед Ёнджуном. Похвально. Настоящий мужик, который заботиться о своем племяннике. Хм, но обычные ли у Вас отношения? Что Вы готовы сделать друг для друга, если на кону будет жизнь другого? Особенно, если учитывать, что Вы оба такие необычные, — незнакомец ухмыльнулся и наклонил голову, рассматривая непоколебимое и хладнокровное лицо. «А он умеет контролировать свои эмоции. Ни одна мышца на лице не дернулась. А я знаю насколько поразили его эти слова. Молодец», — альфа улыбнулся и глядя в глаза блондину, начал медленно опускаться на колени.       Джун изначально слышал каждое слово и будучи в другой ситуации, будучи НЕ с Чимином, он бы вырвался и сложив руки на груди, сам начал бы себя защищать, потому что он в состоянии это сделать. Но рядом был Чимин-хён, а он знает, когда нужно дать дорогу омеге, а когда нужно защищать. А еще с этим человеком было что-то не то. Его вид, его взгляд, его запах… запах смолы и сила, которая так и выпирала из него. Этот человек пугал Ёнджуна и заставлял плотнее прижиматься к дяде. — Привет, Ёнджуни~и, — сказал альфа, а дальше все пошло не совсем так, как должно было. Чимин замахивается и с правой заезжает незнакомцу в челюсть, удар был настолько мощный, что альфа упал назад. Но на этом Пак не закончил, он взял альфу за шиворот и начал тянуть к двери. Все расступались и никто ничего не говорил, кажется, даже не дышали.       Если бы это сделал кто-то другой, может, крика было бы до Марса, но все знают, что Пак Чимин омега, который сначала словесно ставит на колени, но если не получается так, или же этого мало… он поставит физически. Поэтому все только с интересом и с открытыми ртами наблюдали за этим. Пак подтянул мужика к двери и открыв её, выбросил его на улицу. В этот момент подбежал Хосок, который, наконец, пришел в себя от шока. Подбежал и Ёнджун. Альфа медленно встал, встряхнулся, выпрямился и смерил каждого взглядом. Ёнджуна заинтересованным, Чимина — гордым, а Хосока… мужчина поморщился и покачал головой. — Ну, давай, Пак Чимин, скажи что-то очень крутое, наконец, — ухмыльнулся альфа. — Мне это ни к чему. Просто скажу: До встречи. А как я понял, Вы только начали. Я тоже, — сверкнув глазами полными злобы и предупреждения, сказал Чимин и захлопнул дверь. «Ты прав мой мальчик… я только начал», — холодная ухмылка на лице и черный автомобиль, который сразу же подъехал и забрал своего хозяина. — Чимин, это кто? И вообще, что это было? О чем вы говорили? — начал осыпать вопросами альфа, несмотря на своего заинтересованного сына, который стоял рядом. — Чимин-хён, я хочу есть, не составишь компанию? — мило спросил омега. Он также многое хотел спросить, но он видел, что Чимину сейчас не до вопросов. И отец сейчас сделает только хуже. — С радостью, я еще сегодня ничего не ел, — устало улыбнулся адвокат, вновь не спал всю ночь и эту, кажется, тоже не поспит, и взяв Ёнджуна за руку, ушел от вопросов подальше. А Хосок так и остался стоять с множеством вопросов в голове и непонятным чувством на сердце.