Heartbeats in Measures to a Familiar Tune

Она очнулась в больничной палате. Аппарат, фиксирующий мозговую деятельность, тихо зажужжал, и через минуту появилась медсестра. - Здравствуйте, профессор Сонг, - сказала она, - как вы себя чувствуете? - Как в тумане, - ответила Ривер, ощущая тяжесть во всем теле и шум в голове. - Вам ввели довольно сильное успокоительное, когда вы прибыли на корабле мистера Лакса, - сказала сестра, проверяя монитор над ее головой. - Доктор был обеспокоен физиологическим стрессом у ребенка. Когда слова проникли сквозь затуманенное сознание, ее сердца сжались, а руки непроизвольно опустились на живот. - Ребенок.. он в порядке? Медсестра опустила руку ей на плечо, и Ривер отметила, что у девушки были очень добрые глаза. "Я думаю, я хотел быть стать медбратом", - сказал им однажды шестнадцатилетний Рори Уильямс, когда они ели мороженое." - Я позову врача, и он вам всё объяснит, - сказала медсестра, разворачиваясь, чтобы уйти, но Ривер схватила её за запястье. - Просто... просто скажите, он жив? - спросила она. Ривер могла самостоятельно проверить это, но решила, что лучше услышать это от девушки с добрыми глазами, чем потянуться мыслями и обнаружить пустоту там, где раньше трепетало маленькое сознание. - Да, он жив, профессор, - ответила медсестра, мягко сжимая её руку. Ривер кивнула и благодарно улыбнулась ей. Как только девушка скрылась за дверью, она снова начала плакать, но на этот раз это были слезы радости и облегчения. "- Слезы радости - это исключительно человеческое проявление, - сказал он ей после их пятой свадьбы. - Тогда какое оправдание у тебя? - сказала она и снова поцеловала его." Она запустила руки под одеяло и тонкую сорочку, и опустила ладони на живот. Кожа казалась неестественно тёплой, она чувствовала запах крема от ожогов. Видимо, они нанесли его до того, как регенерационная энергия залечила повреждения, потому что когда она задрала сорочку, на коже не было никаких следов. Его губы на ее сломанном запястье и его жизнь, струящаяся в трещины костей, золотая и сияющая. Она вскочила, бросаясь словами словно стрелами, и выбежала прочь. "Ривер!" Биение двух крошечных сердец эхом отдавалось от её спины. Они всё ещё бились слишком быстро, их ритм не совпадал с ее собственными, но трепещущая точка на краю ее сознания больше не кричала в ужасе и боли, она была тихой и как будто спящей. Ривер рисовала галлифрейские символы на коже, выводя "любовь" и "безопасность" в прошлом, настоящем и будущем времени. Он столько раз рисовал пальцами на ее коже слова древнего языка, но никогда не писал "безопасность". Она поняла, почему, когда узнала, что он был свидетелем ее смерти. Несмотря на эффект от успокоительного, она почувствовала человека в коридоре, и опустила сорочку за секунду до того, как доктор открыл дверь: - Профессор Сонг, как вы себя чувствуете? - Как в тумане, - снова повторила она. - Надеюсь вы здесь, чтобы исправить это. Доктор улыбнулся ей и представился как доктор Торин Рид. Пока он мыл руки, он подробно, но без особого интереса описал своё образование, специализацию и заслуги, как будто читал чужое резюме. Он также признался, что мистер Лакс лично выбрал его для лечения Ривер. - Конечно, я не мог упустить такую возможность. Вы своего рода легенда, профессор Сонг, вы знаете об этом? Она с усмешкой покачала головой: - Боюсь, я кое-что упустила за время, проведенное в библиотеке. Просветите меня, доктор. Он сел на стул напротив ее кровати и заговорил, просматривая отчёты с мониторов вокруг неё: - 4022 человека, пропавшие столетия назад, вернулись домой. Это было невероятно. Пресса об этом только и говорила неделями, мистер Лакс давал большое количество интервью. А ещё он написал книгу, и она была бестселлером. Ривер подумала, что она должна быть благодарна, но чувствовала только раздражение, потому что мистер Лакс не знал и половины из произошедшего в библиотеке. - О, в самом деле? - спросила она. - Да, он назвал её, - доктор Рид сделал паузу, прочистил горло и с мягкой усмешкой продолжил, - "Последняя песня в библиотеке". Ривер фыркнула: - Серьезно? Он так назвал книгу? - Да, я тоже смеялся, - сказал он, откинувшись назад и улыбаясь ей, - я думаю, вы мне понравитесь, профессор Сонг. - Да, с людьми иногда такое бывает, - отозвалась она. - Хотя надо сказать, в книге вы немного мелодраматичны. Я не очень хорошо схожусь с такими людьми, - сказал он с наигранно скептическим выражением на лице. - Вы бы ушли, будь это правдой? - спросила она. - Ха! - сказал он, - Вы шутите? Я же сказал, мистер Лакс лично выбрал меня. Вы представляете, сколько он мне платит за это? - Приятно осознавать, что у моего врача такие чистые мотивы, - сказала она с усмешкой, откидываясь обратно на подушки. Флиртовать было приятно, как будто всё возвращалось на круги своя. - Чисто денежные, - засмеялся он, надевая перчатки. - Кстати о деньгах, хочу вам сказать, что несмотря на все деньги и время, вложенные в мой пост-доктарат и специализированную сертификацию по полу-людям и инопланетной физиологии, у меня нет никаких идей насчёт того, кто вы и ребенок, - закончил он, глядя на неё с искорками юмора в глазах, - знаете, это очень расстраивает. - О, мне безумно жаль, доктор, - сказала она с улыбкой. - Не сомневаюсь. Она объяснила ему базовые факты о регенерации и о том, что Шарлотта сохранила ее тело, также как 4022 человека столетия до этого. Затем она рассказала, что ее сознание было сохранено в другой форме и загружено напрямую в ядро библиотеки. Она не сказала, кем и почему. Оставайся со мной, еще одна последняя пробежка, Ривер, ты и я... - Во время всех этих загрузок и сохранений никто не знал, что нужно спасать ещё и ребёнка, поэтому он был всё равно, что мертв. - Поэтому вы решили найти способ, чтобы покинуть библиотеку. Она кивнула: - Мы провели некоторые исследования, это ведь самая большая библиотека, вы сами понимаете. Ривер объяснила ему основные тезисы и выводы, к которым они пришли. Он внимательно слушал и аккуратно записывал названия книг, которые она упоминала. - То есть ребенок - Повелитель времени? - она кивнула ему в ответ. - Хорошо...и дети Повелителей времени производят всю эту энергию в процессе развития, и затем она позволяет им избегать смерти и старения. Он сделал паузу, Ривер снова кивнула в подтверждение его слов. - У вас не осталось её, поэтому когда вы умирали, младенец перенаправил в вас часть этой энергии, благодаря чему вы смогли регенерировать и выжить. - Да, если коротко, - сказала она. - Хорошо, - он сделал паузу и поднял взгляд от компьютера на нее. - Есть идеи, почему ребенок продолжает регенерировать? Руки Ривер замерли на животе. - Сколько раз это произошло? - спросила она. - Дважды, с тех пор как вас доставили сюда. Ривер почувствовала тошноту, вспомнив как это происходило первый и второй раз, и то чувство, как он умирал внутри неё. Это произошло снова, дважды, пока она спала. - Так не должно происходить, - сказала она. - Да, этого я и боялся. Мы пока не знаем, что провоцирует этот процесс, но каждый раз когда сердечный ритм младенца превышает допустимые показатели, его сердца останавливаются, и он регенирирует. - Ему страшно, - тихо сказала она, нежно скользя пальцами по коже. - Мы не знаем этого, - сказала он мягко, - мы даже не знаем, насколько он развит на данном этапе. Ривер замотала головой: - Нет, ему страшно, я знаю, я чувствую это. - Эм, - доктор Рид сделал паузу и прочистил горло, - у вас есть телепатические способности? - Да, немного. - Очень мило, - сказал он, смущённо потирая шею. Ривер наблюдала за ним, удивлённо приподняв брови. Да ладно... - Возможно стоит упомянуть, что это работает только через физический контакт... - О, хорошо...хорошо, вы знаете, очень...впечатляет, да. - В чем дело, доктор? В вашей голове есть что-то, что вы не хотите, чтобы я видела? Пунцовый румянец поднялся от его воротника и залил щеки. Серьезно? Ривер с усмешкой приподняла брови: - Я старая беременная инопланетная женщина. И я была мертва на прошлой неделе... - Хорошо, хорошо, - сказал он быстро, перебив ее, - в любом случае хорошая новость в том, что я нашел успокоительное, которое действует на вас обоих. До тех пор пока мы можем сохранять его в спокойном состоянии, у нас не должно возникнуть проблем. - Видимо, это значит, что я на неопределенное время прикована к постели? - Скорее всего. Ривер застонала: - Предупреждаю, у меня очень плохо получается оставаться на месте. - Мы сделаем всё возможное, профессор, чтобы занять вас чем-нибудь. Могу я что-нибудь предложить вам прямо сейчас? - Зеркало, пожалуйста. - Зеркало? - переспросил он с удивлением, - я скорее имел в виду еду или, может быть, книги? - По правде говоря, я всё ещё не видела своё новое лицо. И я вдруг подумала, что оно должно быть довольно привлекательным, - сказала она, выразительно глядя на него, пока его щеки снова заливал румянец. Доктор Рид поспешил встать, избегая ее взгляда: - Я попрошу медсестру, принести вам. - Спасибо, доктор. Зеркало ей принесли вместе с обедом, который стал одним большим разочарованием. Для ее нового рта сэндвич на вкус был как земля, а майонез мерзко прилипал ко рту и горлу. Интересно, раньше она всегда любила майонез. "- Угх, - простонала маленькая Амелия, - мама никогда не слушает, посмотри, сколько майонеза в сэндвиче! - Как по мне, выглядит нормально, - отозвалась Меллс, садясь рядом и держа гамбургер из школьного кафе. Она заметила на столе скомканную салфетку, в которую был завернут сэндвич. Её мама написала на ней: "Люблю тебя, милая" фиолетовыми чернилами. - Меняемся, - предложила Меллс, и Амелия радостно согласилась". Когда унесли ее несъеденный обед, она осталась наедине с маленьким карманным зеркалом. Поиск чего-то приятного ее новым вкусовым рецепторам обещал занять следующие полдня. Когда дежурная сестра принесла ей другой ланч (черничный маффин и сливочный сыр), Ривер засмеялась. - У меня нос как у моего отца, - сказала она ей, смеясь (ей нужно было хоть с кем-то поделиться!), и потянулась за маффином. Через минут маффин был также отвергнут, а сестра отправилась за следующим блюдом (почему-то мысль про сельдерей казалась привлекательной). У нее были глаза как у мамы Рори и волосы как у Эми, только кудрявые. Очень кудрявые. Она была уверена, что этого не должно было случиться снова. Три лица с копной кудрей. Интересно. - А ещё у меня есть веснушки, - сказала она сестре, когда та вернулась с сельдереем, - это что-то новое. Та устало посмотрела на неё, молча наблюдая, как минуту спустя Ривер с отвращением вернула ей надкусанный сельдерей.