Sugar doll.

На большой двуспальной кожаной кровати, забитой подушками разных размеров, спокойно спит Чонгук. Комната в таких же тонах, что и кабинет в агентстве. Ему не хочется вставать, ехать куда-либо, работать тем более, однако приходится встать и идти умываться. Если бы кто-то увидел домашнего Чонгука, то вряд ли бы его признали директором крупного агентства. На парне оверсайз белая футболка, серые штаны, а на ногах тапочки с мордой кролика. Чёлка закрывает сонные глаза, от чего юноша выглядел, будто беззащитным ребенком. Рука тянется к черного цвета зубной щетке и рядом стоящей пасте со вкусом мяты. На завтрак у Чонгука как всегда тосты с каким либо вареньем, а у него их много, и кофе с молоком. Возиться на кухне парень не любил, с самого детства ему готовили няньки, повара и другой персонал, работающий в отцовском доме. В подростковом возрасте Чон младший решил жить отдельно от родителей и это пошло ему на пользу. Он научился готовить простые блюда, такие как яичница, омлет, какой либо десерт или сварить лапшу. Было бы больше времени, Чонгук изучал бы другие блюда. Так же юноша умел рисовать. Картины висели в коридоре его огромной квартиры и пару картин в спальной комнате, которые не могли не радовать глаз гостей и самого автора. Зайдя в комнату, Гук достает свой костюм, оставляя галстук висеть на вешалке, одевается и подходит к зеркалу. Кончиком пальца проводит по своей щеке, задевая чуть заметный шрам и резко отводит взгляд, хватая расчёску. Из милого, домашнего парня, Чон превращается в строгого мужчину. Берет телефон, ключи от машины и оставляет свои хоромы, выезжая на работу, в ожидании чего-то интересного за сегодня. – Доброе утро, директор, – секретарь выскакивает сразу же, как только Чонгук ступает на территорию агентства и направляется в свой кабинет. – Сегодня должна прийти новая модель. Увидите потрепанного парня – сразу отправляйте к стилистам. Проследите, чтобы он дошел туда и… – Чонгук остановился возле лифта и посмотрел на секретаря с ехидной ухмылкой, – Подберите наряд посущественнее. Тряпок не нужно. Скрывшись за дверьми лифта, секретарь побежал к стилистам смотреть наряды. Много костюмов, которые подошли бы на худощавое бледное тело, однако не было того самого, которое захватило бы дух. В кабинете светло, просторно, убрано все на свои места. Фотография Юнги, сделанная помощником в кафе, всё еще лежала на столе. Чонгук взял в руки бумажку и начал рассматривать юношу на снимке, представляя его на экране. Интересная личность. Привлекает.

***

– Как там дела на работе? В столовой шумно, душно. Хосок поедает свой сэндвич и смотрит на Юнги в ожидании ответа. Парень молчит, что заставляет Хосока наклониться и взглянуть в глаза другу. – Эй? Только не говори, что тебя сразу уволили. – Да нет… Дела на работе нормально. Вроде. Голос Юнги охрип, немного сел. В руках теплый чай и бутерброд с колбасой, видно, сделанный на скорую руку. Юнги опять проспал и спешил на пару. – Платят хорошо? Знаешь, у моей тёти отличное заведение недавно открылось. Ей нужны работники и.. – Платят нормально. Хватает, чтобы прокормить себя, – хрипит Мин, съедая свой бутерброд, – Слушай… Если бы тебе предложили работать с камерой… Ты бы согласился? – С камерой? Если бы со мной стояли девушки в бикини, а у меня был бы какой-то коктейль, то думаю да – я бы согласился. Юнги усмехнулся, допивая чай. Действительно, если бы было так всё легко и просто, то Юнги бы тоже согласился, но там, где ждут его сегодня, не будет ни девушек в бикини, ни коктейля. Парень вспомнил те черные глубокие глаза директора, не просящего прийти, а указывающего явиться в том, что есть. – Тебе предложили сниматься? – Н-нет.. Просто стало интересно. Ладно, я пойду. Пара начинается. Юнги встал и пошел к выходу, чувствуя на себе взгляд Хосока. Непонимание. Интерес. Парень заходит в кабинет, кладет на парту пару вещей и лезет в телефон. Новинки в мире музыке не впечатляют парня. Его любимые исполнители не выпускают альбомов, что расстраивает Юнги и он уже готов убрать телефон в карман, как вдруг приходит смс. – «Напоминаем, что сегодня в 4 часа Вас ожидают в агентстве Jeon group для профессиональной фотосессии. Добро пожаловать в компанию, господин Мин.» Юнги в недоумении. Мозг ему твердил не идти никуда, продолжать работать в твой кафешке и спокойно жить в своей маленькой квартире, но что-то непонятное, физически заставило парня прийти в агентство. Надо. Может быть, это было просто желание заработать деньги. Директор обещал миллионы вон, тогда почему бы один раз не испробовать это, получить зарплату и скрыться от этих вспышек и людей. Зайдя внутрь, парня сразу же встречает секретарь и, ничего не объясняя, ведет в гримерную. – Знакомьтесь, это Мин Юнги, новая модель агентства. Надеюсь, костюм подобран. Девочки, макияж на вас и сделайте всё по высшему. Директор будет присутствовать на съёмке. Мужчина вышел, оставляя Юнги на растерзание работникам. Ничего не понимает. Мина отвели в комнату, где переодели, после посадили в кресло, наносят что-то неприятное на лицо, лезут в глаза, тянут волосы. Юнги чувствует себя в аду. Он ничего не понимает, сидит как кукла. – Закончили,– сказала девушка, что красила юношу и отошла, давая возможность встать с кресла. Открыл глаза. Удивлен и шокирован. Кожа Юнги стала еще белее, даже где-то блёстки переливаются, губы персикового цвета, глаза ярко выражены подводкой. Волосы все в лаке, чёлка наполовину убрана, наполовину лезет в глаза. Надет пиджак тёмно-синего цвета, под пиджаком рубашка, хотя её даже так не назвать. Она прозрачна. Такие же тёмно-синие брюки, слегка коротки, открывают щиколотки парня. – Директор уже там, – шепчет девчонка коллегам. Юнги мысленно проматерился и пошел в зал. Там стоял он. Его пиджак висел где-то на стуле, рубашка немного расстёгнута, взгляд всё такой же глубокий. Юнги поставили в какие-то шторы, фотограф принял рабочую позу, а работники встали сзади, наблюдая за творением. Только вот в чём тут творение? Юнги стоит прямо, смотрит потерянно, не понимает, что ему делать. Чувствует тяжёлый взгляд на себе. – Встань в позу и смотри в камеру, – прорычал недовольный старик, держащий камеру в руках. Юнги встал, сунув руки в карманы своих брюк, сделал суровый взгляд и посмотрел в камеру. Он вспомнил вчерашний день. Так стоял перед ним директор. Юнги чувствует себя неловко, странно. На него все смотрят, это замечает Чон. – Выйдите все, кроме фотографа,– скомандовал директор и подошел ближе. Он всё ближе и ближе, не отводит взгляда от Юнги. Чонгук подошел к шатену, смотря на него. Рука легла на плечо и стряхнула якобы пыль,– Не будь робким, Юнги. Раскрепостись. Мурашки табуном побежали по телу парня от этого тихого, но такого строгого голоса. На плече тепло. Хотя рука уже убрана. – Я не нанимался в модели,– шипит Юнги, сделав шаг назад. – Ты уже здесь. Если бы не хотел – не пришел, согласись? Смотри, какой ты красивый. Юнги вновь почувствовал руку Чона, только уже на своей щеке. Парень одернул руку и нахмурился, взглянув в глаза директора. Опасно. – Пф, я не собираюсь тут находится. Вся эта постановка не для меня. Я увлекаюсь отнюдь не этим. Чонгук дернул бровью, услышав фырканье парня. Юнги вмиг оказался прижат к телу Чона, он испугался, напрягся. – Не правильно, Юнги, мыслишь. А теперь соберись и позируй для меня,– Чонгук прошептал на ухо Мину и отпустил его, отходя назад,– Работаем. Фотограф приготовился, бормоча себе под нос. Встав в позу, Юнги посмотрел в объектив и наклонил голову. Всё время он чувствовал взгляд на себе, что, естественно, напрягало парня сильнее, но фото получались прекрасными. – Великолепно,– выдал Чон. Подошел к Юнги и расстегнул пиджак,– Сними его и повесь себе на плечо. Исполнив "желание" директора, Юнги снял пиджак, повесил на плечо. Чувство обнаженности, не смотря на то, что на парне рубашка. Фотограф делает свою работу, бегает, приближается. Красиво. Работа окончена. Множество прекрасных фотографий Юнги. Чонгук доволен. Юнги ушел в гримерную переодеваться и смывать с себя всю косметику. В помещение зашла девушка, когда Юнги надевал свои штаны. – Директор просил передать, чтобы Вы зашли к нему в кабинет. – Ты не видишь, что я переодеваюсь?! Девушка вышла сразу, как только Юнги опомнился. Переодевшись, Мин направился в кабинет Чонгука. Лифт был весь в зеркалах. Юнги повернулся, посмотрел, провел рукой по губе, стирая помаду. – Блядство,– шипит юноша. В кабинете свежо. Чонгук сидит в своем кресле, ждет шатена, перебирает в руках белый конверт и смотрит в дверь. Она открылась. Зашел Юнги. – Проходи. Вот деньги за твою работу,– конверт положен на стол. Мин подходит, тянет руку к конверту, открывает. – Почему так много? – Я же говорил, что денег будет больше, чем в твоей кафешке. Ты хорошо поработал, Юнги. Чонгук встал с кресла,улыбается, подошел к Юнги почти вплотную. –Не хочешь выпить? У меня есть хороший коньяк. Шатен был не против, однако такая затея ему не нравилась. Нужно уходить. Ехать домой. Плохое предчувствие. – Спасибо, нет. Я поеду домой. Спасибо за гонорар. – Да ладно тебе. Пару стаканов. В честь твоей первой работы, хорошо? На стеллаже стояла бутылка коньяка A de Fussigny Fine Champagne Creation ХO и несколько стаканов. Чон налил коньяк и протянул один стакан Юнги, который пару минут назад отказывался от выпивки. – За твою первую работу, – стакан поднимается ввысь, а после быстро опустошается. Чонгук смотрит всё это время на Мина, ожидая ответного действия. Юнги молчит, повторяет, выпивает. Слегка морщится, смотрит на стол и не видит ничего, чем можно было бы закусить. Директор снова наливает, смотрит и чокается своим стаканом об стакан Юнги. – Надеюсь, мы сработаемся в будущем, Юнги. Юнги выпивает одновременно с Чонгуком. Голова немного кружится. Стакан за стаканом. Директор всё ещё стоит на ногах, он будто трезв, он спокоен. Юнги продолжает пить, чувствует тепло, чувствует руки. Жарко. Звук будильника. 7 часов утра. У Юнги болит голова, он забивает на сегодняшний день. Приподнявшись на локтях, Юнги осматривается вокруг, понимает, что он дома. Ничего не помнит. Убрав с себя одеяло, он замечает, что лежит в одних боксах, вещи разбросаны по квартире. Встал, пошел в ванную. Чувствует, что у него болит тело. – Что вчера произошло…– шепчет хрипло, руку положил себе на голову, смотрит в зеркало. На теле нет каких-либо засосов, что уже радует парня,– Я помню.. Коньяк… Чон Чонгук…