Британнский Император и еврейский меняла

      Что может напугать человека сильнее, чем любые фильмы ужасов? Реальный маньяк, которого ты встречаешь на ночной улице родного Задрищенска? Эсэсовец, который зашёл в твоё местечко*, а на дворе сорок первый? Не знаю, такие вещи я в своей жизни не встречал. Но, встретил куда-более криповую. Я был в полном шоке, когда проснулся поутру, с головой, которая болела так, будто в ней превышено содержание дроби. Только вот проблема была в том, что последнее, что я помнил, как раз и было нажатие курка охотничьего ружья, после которого сразу наступила темнота, хрен знает сколько продолжавшаяся. Не было ни страшного Суда, как это должно быть в религиях, которые пошли от семитов, не было нирваны, не было системы геймера, бога, выглядящего как задрот в очках, какового я видел в одном фике про попаданцев. Вообще нихера не было. А потом резкое пробуждение и головная боль. «Моя башка болит, следовательно, я существую» — пришёл я к неутешительному выводу.       С большим трудом я поднялся с дивана, который напоминал мне пятно чёрного цвета. Далее, я, с трудом ориентировался, всё вокруг казалось размытым. Хорошо, хоть место, где я внезапно очнулся, хоть, и разумеется было мне не известным, но не огромным — это была простая, явно не советского типа однокомнатная квартира. Я быстро нашёл ванну, где долго и упорно поливал голову и умывал лицо холодной водой. Пока наконец-то не стало получше. И вот, момент истины, я смотрю в зеркало. Наблюдая за тем, как и без того длинное лицо вытягивается в удивлении. Только вот, очередная загвоздка: у меня оно тоже было не самое короткое, но, у меня не было длинного, вытянутого, явно еврейского носа, волосы всю жизнь были светлыми, а тут рыжие, глаза, что странно, голубые, близко посаженные. А лицо… Ну скажем так, не совсем типичное для ашкеназа, с явным британским влиянием. Вот как раз после осмотра, я окончательно уверился, что попал. Причём, надеюсь не в Германию 40-х годов. Похоже евреи явно были каким-то мистическим народом, всего лишь дед говорил на идиш и вот, после смерти сам таким стал! Ну, мне теперь выдадут рабов-палестинцев, право убивать гоев и сто шекелей? А, мир не тот. Примечательно ещё и то, что, мои мысли на идиш, были мне так же понятны, как и на русском. Ну и ещё личность прошлого владельца тела была очень гостеприимна, так что, я легко узнал, как собственно меня теперь звать-величать. Нимрод Гольдштейн, еврейский сирота, 24 года, холост, недавно окончил университет по направлению «лингвистика». Барабанная дробь… В, мать его за ногу, Пендрагоне, столице Священной Британнской Империи! Это я теперь, получается, аниме, да ещё в Гиассе? Что вызвало у меня волну радости, всё же этот мир я успел полюбить, хоть и познакомился с ним гораздо позже, чем со своим любимым аниме. В которое лучше было не попадать, ведь это был суровый и безжалостный «Кулак Северной Звезды». Но надо внимательно подумать, что мне теперь делать. Получается, суицид открывает карьерную лестницу? Хм, надо взять на заметку. Мне кстати повезло, в жизни я, конечно, не был совсем уж мирным человеком, но и каким-нибудь русским спецназовцем тоже не был, так что, окажись в Вахе например, быстро отправился бы к местному Аллаха-Адоная-Иисусу в одном лице. Таак, ладно, успокойся, мацы кусок, всё случается в этой жизни, еврею ли не знать? Надо разобраться, что мне теперь делать. Сколько времени прошло с момента событий канона. Может я попал после Реквиема по Зеро, и всё теперь заебись? Или вообще, даже Чарльз ещё не родился? На эти вопросы мне услужливо ответила память. Две тысячи четвёртый год от основания Британнии, что же, дорогому моему сердцу императору Лелушу сейчас четыре года, Наннали только год, а император пока не хочет покуситься на местного Бога. Сейчас в мире должно быть относительно спокойно. До канона ещё времени много, хватит чтобы исполнить все Пять Заповедей Зильбермана, хе-хе. Но, всё же, что мне теперь делать в этом мире? В аниме, разумеется, не раскрыли отношение британнцев к евреям, не до того, знаете. Я не знаю, есть ли смысл становиться местным Теодором Герцелем*? Или всех уже просто напросто ассимилировали? Нет, не должны, имя-то у меня явно не европейское. Вот уже на эти вопросы память мне ответа не давала. Придётся, как завещал Нестерман, полагаться на высокий человеческий капитал. И на Интернет, конечно же «Из двух искусств самыми важными для нас являются наёбывание гоев и чтение Викепидии!»        Итак, что я выяснил за полчаса сидения в местном интернете? Во первых, наверное самое важное. Язык. Здесь не было тщедушно (сугубо на мой личный взгляд) звучащего английского, здесь был брутальный, как десять Моше Даянов, британнский! Серьёзно, здешний вариант языка англичан звучит так, будто у ирландского после жаркой ночи любви с гэльским родился сын металлист. Ну, а теперь надо объяснить нормально. В общем, британнский — концентрированный кельтский, в его словарном запасе почти нету заимствований из германских языков или французского, а какие есть, очень поздние. Зато латинских и греческих, по-моему, даже больше, чем в реальности. Видно, предтеча социализма всё же проникла на острова, ведь римляне их захватить не смогли. Правила здесь даже архаичней, чем в реальном ирландском. На счастье, благодаря слиянию личностей, я прекрасно понимал этот шедевр. Хоть и был один частично приятный, частично нет, факт: в ходе слияния памяти меня и прошлого владельца тела, мне передались его знания языков, что самое главное, всё остальное может и подождать. Но… Если корейский, японский и китайский Гольдштейн знал прекрасно, говоря на каждом почти без акцента, то вот стоило ему открыть рот, чтобы сказать хоть слово на священном британнском, сразу же было понятно, человек какой национальности перед тобой, ещё и была дурная привычка вставлять слова из идиш прямо посреди речи. Ах да, кстати, на счёт императора Чарльза. Здесь он… Шарлез. Ну, а что вы хотели, английского языка-то нету! Стали бы кельты называть детей правителей иностранными вариантами имён? Ну… Нет. А, здесь ещё в отличие от реальной истории, англы, саксы и юты получили в подарок от Британнии один бесплатный провод хреном по губам, а не власть над островом. Так что геном населения, язык, культура, даже религия СБИ отличается чудачеством. Например, здесь по факту разрешено многожёнство, на церковном и государственном уровне. Дело в том, что, когда христианство пришло на острова, даже позже чем в Скандинавию, оно было чертовски слабым, не представляло угрозы власти местных монархов, распространялось вон из рук плохо. Таким образом, глава миссионеров, некто по имени Григорий, аналогу которых не было в реальном мире, пошёл на переговоры с правящим королём Коналлом II, разрешив многожёнство, ссылаясь на патриарха Ламеха, у которого их было две. За что его впрочем, подвергли анафеме, но, он стал первым святым новой церкви. А Британнский вариант христианства ушёл в совершенно новую сторону от всех остальных, позже там даже перешли на старобританнский, как на язык богослужения. В общем, охуительная церковь, поощряющая социал-дарвинизм, любую войну императора и любой каприз, да ещё и смесь мормонов с англиканами. Я, кажется, влюбился. И, на мою радость, евреев здесь хоть и считали не шибко хорошими людьми, но, в общем-то, к тому моменту, как ашкенази пришли на Острова, местная вера слишком сильно ушла в синкретизм, чтобы сохранить традиционную для остальных церквей юдофобию. Отсюда не выгоняли ни разу, а наоборот, зачастую принимали. Хоть и всё равно не любили, так как британнцы в отличие от англичан из благословленных нулевых и десятых годов двадцать первого века, не спешили запрещать критику ислама в интернете и завозить мигрантов миллионами. Скорее наоборот: запрещали колониями критиковать свой вариант христианства и завозили к ним миллионы своих. В принципе неплохо, жить можно, да и в остальной Европе из-за Наполеона всё было неплохо. Здесь, с местным социал-дарвинизмом считали, что евреи должны обязательно служить короне, ведь в некоторых вещах они превосходили самих кельтов. Было бы глупо отдавать такой материал врагу. Так что, именно ашкенази имели больше всего шансов попасть в государство как мигранты. Нимрод не был, так сказать, коренным евреем, а был внуком мигранта из Германии, из Франкфурта-На-Майне. Мда, вот это я понимаю, разница с каноном. Надо будет задуматься, что мне делать? Что я, что мой еврейский коллега, в жизни не были гигантами силы, но вполне гигантами мысли, даже области знаний в какой-то мере схожи — он лингвист-востоковед, я историк. Местная империя — государство жестокого элитаризма в кубической степени, прям мечта Сармата, с лютым национализмом, который впрочем, не исключает возможности не-британнцу подняться на службе государству до достаточно хороших позиций. Вопрос в том, хочу ли я этого? Хочется ли мне сделать свой новый род преданными слугами Шарлеза Британнского? Не особо, мне импонировали многие идеи Империи, левым, уверенным, что все равны и одинаковы, а угнетение человека человеком — это плохо, я никогда не был, скорее наоборот, считал это естественным и единственным верным возможным путём цивилизации, но вот сам нынешний император, судя по всему, был одним из многих правителей-дегенератов, которыми богаты монархии Европы, его точно нужно убрать, даже если забыть про его богоборческие планы. Лучше заменить его на Лелуша, он идеалист, коих я ненавижу всей своей рептилойдной сущностью, но он гений, который легко пойдёт на огромные жертвы ради того, что считает благом. В крайнем случае, можно найти среди местных офицеров толкового человека, передать ему власть. Как показал опыт прошлой реальности, военная диктатура — одна из лучших вещей, что создало человечество, как государственный строй.        Но что-то меня понесло, только попал, а уже строю хитрые планы по будущему мира. Ну, ещё стоит вернуться к нашим скрипачам. Хочу ли я быть местным Герцелем? Было бы неплохо. Я и в прошлой жизни был отбитым юдофилом, а тут сам стал юдэ. А что должен делать любой уважающий себя еврей в похожей ситуации? Подняться на более-менее хорошие позиции, да начать строить новый Сион. Кажется, будто, раз местные не такие буйные, как могли быть, то хрен кто-то из ашкеназов поднимать свою галахическую задницу, чтобы бороться за создание Израиля, да вот только евреи — народ такой, что за свою долгую историю привыкли, что антисемитизм может взыграть у христиан в крови в любой момент, что безопасно только там, где евреев больше, чем всех остальных. А где можно собрать вместе харедима*, реформатора и не ходящего в синагогу вообще? Только на прародине. Решёно, встречай, мир, жидо-рептилойд объявил тебе войну! Но для начала мне надо протрезветь.        Что же, свою борьбу с захватившим весь мир британнским ZOG я начал, когда окончательно протрезвел, прибрался в квартире после попойки прошлого владельца. Я серьёзно подумал насчёт дальнейших действий. Диплом востоковеда — это, конечно, хорошо, но, по факту здесь этим можно только полы мыть, использовать как подставку для мыши или что-то в этом роде. Здесь, то есть на гражданке. А вот фронт — другое дело, как раз во Вьетнаме идёт очередной мелкий конфликт между Китайской Федерацией и Священной Британнской Империей. Именно этот конфликт поможет мне и денег заработать, возможно, и славы напополам с влиянием, если повезёт. Если же нет — на моей могиле некому будет даже кадиш* прочитать. Так что, пойду в местный аналог военкома.        Жил я теперь в шестнадцати этажном жилом здании, которое мало чем отличалось от похожих построек, которыми массово застроили мой родной город в прошлом. Нимрод квартиру снимал, причём начал буквально на днях, собственно пьян в хламину он был как раз из-за того, что страдал, как и я, приступами депрессии. Только вот у него они кончались пьянством в одиночестве, а у меня мозгами, размазанными выстрелом по стенке. Отвлёкшись от мрачных мыслей, я следил за видами города, которые открывались из-за окна автобуса, в котором ехал я. Пендрагон, по крайне мере та часть, которую видел я, была частью типичного мегаполиса западного мира. Наподобие, например Нью-Йорка, всюду были высотные, не меньше десяти этажей, здания, достигавшие при этом иногда двадцати с лишним. Все они были выстроены в похожем стиле, почти все одинаково серого цвета, изредка какой-нибудь комплекс выделялся какой-нибудь яркой раскраской, индивидуальной для него. Изредка попадались и старые малоэтажные здания, но в основном везде был новострой. Ещё было очень много парков, куда больше, чем в любом другом месте, в котором я был до этого. Как нам показал величайший император Лелуш — в таких местах любят гулять гойские аристократы, которых легко можно выиграть в карты. Так, стоп, это сейчас была не моя мысль, в картах я понимал чуть больше, чем в японском. То была мысль моего предшественника. И не совсем было понятно, серьёзная она или нет. Но, надо взять на заметку. Скучающим взором я так же осматривал людей на улице: которые мало чем отличались от своих родичей в моём прошлом мире, разве что, было много рыжих, натуральных, а не крашенных, очень много, не так, как например черноглазых азиатов, но порядочно. Хотя попадались в этой европейской толпе и натуральные негры, южные европейцы. А один раз, на одной из остановок в автобус вошёл настоящий хасид: в чёрной, страшно официозной одежде, чем-то похожий на одежду работника банка, с большим штраймелем на голове, его длинные, спускавшиеся до плеч пейсы были седы, как и борода. Однако, никакой дальнейшей роли в моей судьбы он не сыграл, ибо я вышел раньше.        Выйдя на нужной остановке, я, ведомый силой местных Гугл-Карт, направился напрямую к вербовочному пункту британнской армии. Располагался он недалёко, примерно в трёхстах шагах, так что я быстро подошёл к ничем не примечательному белому двухэтажному зданию. Войдя внутрь, я первым делом натолкнулся на очень колоритную компанию. Первый, ещё один еврей-ортодокс, жутко тощий, низенький и на вид очень молодой, с чуть-более короткими пейсами, чему того старика. Лицом он был достаточно приятен, слегка смугловат, по сравнению со мной, его карие глаза с хитрым огоньком в нутре внимательно смотрели на меня, изучая. Похоже, рядом находится местный Бруклин. Но, помимо этого молодого скрипача, рядом с ним стоял огромного роста мужчина, с длиной вороной бородой и не менее длинными волосами, его кожа была очень смуглой, примерно как у испанцев, нос прямой, а глаза ещё темнее, чем у его попутчика. Кроме них тут никого не было, поэтому, я на идиш обратился к пацану: — Гэй, поц, таки не знаешь, где тут все высокие начальники, которые отвечают за присоединение к нестроенным рядам британнской армии? На что, тот, улыбаясь как меняла, которому принесли фунт стерлинга, ответил мне: — А щоб я знал, мы с эти мрачным сербским горцем пришли к тутошнему начальнику, так он нам сказал подождать, покуда он все бумаги оформит. Представляешь, мы думали, гешефт получим, по чёрным постреляем, а нас во Вьетнам! Да и вообще всех не-британнцев! — После этого он заговорщиски осмотрелся по сторонам и добавил шёпотом: — Зато, если хорошо будешь деревья с гуками рубить, станешь жалованным гоем, тьфу, британнцем!       Как раз, когда закончилась эта тирада, с второго этажа спустился британнец, типичной для них внешности. Посмотрев на нашу троицу, он сказал: — Что же, ещё один. Раз ты тут, то тоже решил записаться в армию. Но, раз ты не-британнец, то много документов заполнять не будем, отправляешься во Вьетнам, понятно? Ошалев от быстрого поворота в своей новой жизни, я лишь ответил: — Доброе утро, Вьетнам…