Детство, как его забудешь

И вот сейчас, глядя на Гордееву, он пытался понять, как она тут оказалась, но вместо этого все мысли его были о капитане Соколовой. После проведённой ночи с Юлей, в приволжском городке, все его мысли были только о ней. Рана от потери семьи затянулась и какое-то странное чувство щекотало его сердце. Приходя на работу, он невольно заглядывался на Соколову и каждый раз, когда Рогозина направляла её на очередное дело с Даниловым или ещё с кем — либо, его сердце невольно сжималось. Чем именно запала ему девушка в душу он и сам ответить не мог. Но самое странное было, что после той самой командировки Юля старательно избегала его. Казалось бы, любая женщина потребовала бы продолжения отношений, вплоть до свадьбы, но Соколова была не из тех. Ох уж эти «бы». Если бы, да кабы. Поэтому Лисицыну оставалось только ломать голову что же это было такое в ту ночь между ними и почему Соколова избегает его. — Может встретимся вечером, кофе выпьем? Я так по тебе скучала, — ласково, как кошка, мурлыкала Катя, резко осознав в какой организации работает Лисицын и что её Лёша Лисицыну в подмётки не годится. — Я не знаю, наверное, я не смогу, — растерянно бормотал Костя, находясь, как в тумане. — Мой тебе совет — соглашайся, — шепнул на ухо проходящий мимо Майский, успевший оценить все прелести девушки и желающий при удобном случае провести с ней ночь. — Костя, ну ты что мне не рад? — обиженно произнесла Катя, — я, так рада тебя видеть. Я просто не ожидала тебя здесь увидеть. Как ты тут оказался? Может встретимся вечером? Посидим в кафе? — после этих слов Гордеева не удержалась и прильнула к губам Кости, обняв его за шею и вспоминая, как ей хорошо было с ним в студенческие годы. Поцелуй был настолько неожиданным, что Костя не успел даже понять что происходит, как услышал голос Юли.

***

— Ты представляешь, оказывается она его травила каждый день по чуть-чуть, и его организм всё это накапливал, — негодовал Степан, направляясь к лифту и обращаясь к Соколовой. — Никогда не подумал бы, что мы с тобой здесь встретимся и будем работать в одной конторе — после этих слов Степан приобнял напарницу за плечо и слегка прижал к себе. — Да, я и сама не думала, Стёп. Кто же знал, что окажемся в одном месте в один час, — улыбнулась в ответ Соколова, устало кладя голову на плечо Степану. В последнее время она заметила, что сильно изматывается и даже ночи не хватает, чтобы выспаться. Даже сейчас, возвращаясь с квартиры подозреваемой, она умудрилась заснуть в машине, а когда проснулась, то заметила что служебный автомобиль стоит на парковке ФЭС и она накрыта курткой коллеги. — Я заснула? — слегка сморщив лоб поинтересовалась Соколова и улыбнулась. — Да, ничего страшного, я же справился и довёз нас до конторы. Пошли, нам надо передать собранные улики нашим экспертам в лабораторию, а тебе не мешает выпить крепкого кофе с булочкой. При мысли о кофе, у Соколовой подкатил ком к горлу и пропал аппетит. — Нет, Стёп, кофе не хочу, а вот чего-нибудь сладенького съела бы. — Ну тогда не будем медлить и пошли в буфет, там и булочку съешь. Надеюсь Тихонов с Холодовым не приговорили всё сладкое. С тех пор как Юля провела ночь с Костей прошло не более двух месяцев. Она сама не могла ответить себе на вопрос: «Зачем она это сделала». Но в тот момент ей хотелось быть с ним вместе. Что это было? Любовь? Желание? Она не знала. Она была благодарна Косте, что он не стал афишировать перед коллегами то что между ними произошло, но её терзали смутные сомнения, что в конторе есть человек, который обо всём догадывается. Уж слишком часто они шушукались вместе. Но поскольку ей никто не задавал вопросов, она решила не зацикливаться над этим.

***

— О-па, — первым произнёс Данилов, выходя из лифта и увидев происходящее на ресепшене, — у нашего майора появилась девушка? Юль, ты что-то знаешь об этом? — удивленно посмотрел он на напарницу. Сон у Соколовой, как рукой сняло. Девушка, повисшая на шеи Лисицына ей была до боли знакома. Любовницу своего мужа, с которой он так старательно занимался сексом в архиве она никогда не забудет. И вот она теперь виснет на Косте. — Нет, Стёпа, товарищ майор, мне не докладывает о своей личной жизни, поэтому мне незнакома эта барышня. После этих слов Соколова быстро удалилась по коридору, стараясь не смотреть на целующихся. Она даже не заметила, что Костя стоял, как истукан и не отвечал на поцелуй. Непонятно откуда взявшаяся ревность затмила разум и глаза. Ворвавшись в раздевалку Юля рухнула на скамейку и, обхватив голову руками, заплакала. Мысли одна за другой крутились в её голове и не давали покоя. «Что любовница её бывшего мужа делает в конторе ФЭС? Теперь она целует Костю. Костю? Нет её начальника. Костя просто начальник, а она просто в тот вечер дала слабину». Она обещала Тихонову, что не будет одна расследовать дело, в котором есть личная заинтересованность. И догадывалась благодаря кому они с майором оказались в ту ночь в одном номере. Спустя какое-то время Юля покинула раздевалку и заглянула в кабинет Рогозиной. Галя сидела за столом, задумчиво изучая материалы дела. Папка доставленная архивариусом Гордеевой была на вес золота. С каждой прочитанной строчкой Галя понимала, что над сотрудниками её конторы нависла угроза. Точнее над одним из сотрудников. — Галина Николаевна, можно обратиться? — спросила Юля, заглядывая в кабинет начальницы. — Да, Юля, проходи, — отрываясь от прочтения дела и незаметно закрывая его, ответила Рогозина. — Присаживайся, — указала она на свободное кресло. — Да нет, присаживаться не буду. Можно мне уйти сегодня пораньше? Голова что-то сильно разболелась. — Да, конечно. Ты к Вале обращалась? Может таблетку дать? — Валя ушла тоже пораньше, у неё семейные обстоятельства, поэтому не думаю что её стоит беспокоить из-за пустяков, — после этих слов Соколова прикрыла глаза и картинка с ресепшена невольно накрыла её. — Хорошо, иди, — вырвал голос полковника её из неприятных воспоминаний. — Спасибо, Галина Николаевна, — натянув улыбку, произнесла Соколова и поспешно удалилась из кабинета. Недолго думая, Юля направилась к выходу. Подходя к ресепшену, она заметила, что там продолжала находиться Гордеева, обнимая и покрывая поцелуями Лисицына, Стёпа и Аллочка. — Юлия Александровна, вам письмо, — окликнула её референт. — Да? Что за письмо? — нервно поинтересовалась капитан, стараясь не обращать внимания на стоящую рядом парочку и не выдавать своего напряжения. — Вот, возьмите, похоже автор послания пожелал остаться неизвестным, — мило ворковала Алла, видя как накалилась обстановка в ФЭС за последние тридцать минут. Поднеси спичку и ФЭС вспыхнет. — Спасибо, Алла, — поблагодарила Соколова референта, убирая конверт в сумочку. — Я у Рогозиной отпросилась, так что меня сегодня не будет, — с этими словами Юля направилась к лифту. Находясь в нервном напряжении от увиденной картины, она стала судорожно жать кнопку лифта, который не желал приезжать. И уже решив спуститься по лестнице, она почувствовала, как её взяли за локоток. — Юль, с тобой всё хорошо? — поинтересовался Данилов, видя как его напарница нервно давит кнопку вызова лифта. — Всё нормально Стёпа, — на автомате произнесла капитан, продолжая жать кнопку вызова. Буря эмоций и негодований накрыла её, но она старалась держаться изо всех сил и не показывать этого окружающим. Соколова не хотела, чтобы её состояние заметил бравый майор. «Слишком много чести ему, чтобы ревновать, к какой-то Кате» — с этой мыслью, капитан вошла в приехавший лифт. — Костя, — тем временем продолжала Гордеева прижимаясь к Лисицыну, и покрывать его лицо поцелуями — неужели, ты не рад нашей встрече? — Катя, между нами всё кончено и причем очень давно! — резко произнёс он, стараясь отцепить её руки от себя. — А как же наш ребёнок? — произнесла девушка, глядя невинным взглядом на майора. — Какой ребёнок? Что ты несёшь? — Лисицын начал заводиться, чувствуя, как начинает ненавидеть эту женщину в то время как по-настоящему любимая покидала стены ФЭС. Стоило ему познать прекрасную ночь с любимой женщиной, как тут же стоило появиться Гордеевой. Словно злой рок преследовал его. Лисицын сам ненавидел сложившуюся ситуацию и не знал как на неё повлиять. — Да отцепись ты от меня, — зло произнёс Лисицын скидывая руки Гордеевой с себя и удаляясь в буфет.

***

— Чего такой злой? — весело спросил Тихонов глядя на хмурого майора, заходя в буфет, чтобы выпить очередную кружку кофе. Оксана была дома, о чем подтверждал её мобильник, который отслеживал Иван и настроение у него было просто замечательное. — Тебе какое дело, — огрызнулся оперативник, вспоминая новость от Кати. — О привет, трудоголики, — радостно поприветствовал коллег Игорь. — Лисицын, что случилось? На тебе лица нет, — усмехнулся Игорёк. Дождавшись, пока программист удалится из буфета, Костя тихонько произнёс. — Помнишь, Дятлову, с которой я встречался в институте? — Конечно, ты же был без ума влюблён в неё. — Так вот, Игорёк, она — напрягся майор, немного помешкав, — говорит что у неё сын от меня. — Да ладно? — удивился Шустов. — Вот тебе и «да ладно», — тяжело вздохнул Лисицын и потёр нос. — Юлька знает? — Похоже, да. В этот момент она заходила в лифт и могла услышать эту новость.