Детство, как его забудешь

Тем временем Лёша Брюхин находясь в тонированной иномарке наблюдал за входом в ФЭС и вспоминал разговор с отцом накануне отлёта в Москву.

***

— Ты понимаешь, что она не должна была ничего узнать? — злился Олег и, пытаясь успокоится, ходил из угла в угол комнаты. — Откуда мне знать, отец! Ты не посвящаешь меня в свои дела! Ты не рассказываешь о своём прошлом! Ты всегда жил своей жизнью! Мама умерла из-за тебя! Ты мной никогда не занимался! Ты жил для себя! — непонятно откуда у Алексея появилась храбрость и он решил высказать отцу, всё что накопилось у него на душе за это время. — Что я тебе должен рассказывать? Что твоя мать дура и залетела от меня в первый месяц знакомства? Я женился на ней, только потому что она была дочерью высокопоставленной шишки. Ты всю жизнь рос маменькиным сынком. Петька, твой брат, ещё мужиком был, если бы не погиб в поножовщине по своей дурости. Короче, Соколову надо ликвидировать, иначе моя свобода под угрозой. Она укатает меня за решётку с конфискацией имущества и тогда, ты, лишишься всех этих благ, — махнув рукой в воздухе закончил свою тираду Брюхин-старший. — Отец, я так не могу. Я готов за ней проследить, но убивать я не буду, это нарушение закона. «Тюха-матюха, ничего не может» — подумал про себя Олег Ильич, открывая сервант и доставая оттуда бутылку элитного коньяка. Он прекрасно понимал, что если его прошлое в Афгане и заинтересованное покровительство детского дома всплывёт наружу, то срок ему светит немалый. — Ладно езжай в Москву и установи слежку за ней. Остальное я решу сам, —произнёс Олег, выпив бокал коньяка. — Отец, вряд ли она что-то узнала. Я сейчас вспоминаю, что в тот день Катя сказала, что не дала ей материалы дела, — предпринял последнюю попытку Лёша вразумить отца. — Много ты понимаешь со своей курицей Гордеевой. Соколов был упёртый, напористый, борец за справедливость и дочь у него такая же. Закусит удила, не отпустит. Значит так, ты отправляешься в Москву и глаз с неё не спускаешь. Если она вышла на след, то будет разыскивать вот этого человека, — протянул он листок со знакомой фамилией. — Будешь отзваниваться мне каждый день или по ситуации.

***

Увидев открывающуюся дверь здания ФЭС, Алексей стал присматриваться. Так и есть. Это была Соколова. Она вышла из дверей и торопливо прошла к своей машине. Доставая ключи от машины, Юля даже не заметила, как выпал из сумки переданный ей Аллочкой конверт. События последнего часа выбили её из душевного равновесия, поэтому вспомнив, что накануне, она получила информацию от Ивана, где живёт Федотов, она решила направиться прямиком к нему. Соколова приняла для себя решение, что надо как можно быстрее раскрыть дело гибели родителей и подать рапорт об увольнении из ФЭС. А товарищ майор, пусть дальше развлекается со своей Катей. Нажав несколько кнопок на навигаторе, Юля вывернула руль и автомобиль покинул парковку ФЭС. Следуя по назначенному маршруту и находясь на эмоциях, она не заметила, что к ней на хвост пристроился чёрный тонированный автомобиль. Тем временем полковник продолжала изучать материалы дела Саши Соколова. — Иван, зайди ко мне, — сообщила она по внутреннему номеру и поставила трубку на базу. — Что случилось, Галина Николаевна? — торопливо спросил Иван, входя в кабинет начальника. — Присаживайся, — указала она жестом на стул. — Смотри, материалы дела написаны секретным шифром. В мои боевые годы… — Вы воевали, Галина Николаевна? — выпучив глаза, удивлённо произнёс Тихонов, прерывая речь начальницы, не веря тому что услышал. — Да, Иван, было дело, но сейчас не об этом. Так вот, это специальный шифр. Но он немного изменён. Мне необходимо, чтобы ты как можно быстрее его расшифровал. — Я понял, будет сделано. Я так понимаю, это связанно с Соколовой? — Да. Поэтому надо действовать быстро, пока она дров не наломала. Спустя какое-то время Иван снова оказался в кабинете полковника. — Галина Николаевна, вот что мне удалось расшифровать, — Тихонов протянул начальнице белый лист формата А4 с лейблом ФЭС на котором было написано. «Соколов Александр Дмитриевич родился в 1952 году в небольшом городке около Благовещенска в семье офицера. По долгу службы был призван на Афганскую войну. За проявленное мужество в боевых действиях награжден знаком «За отвагу» и присвоено звание капитана. С ним в одной части служил Брюхин Олег Ильич 1952 года рождения. Был неоднократно замечен за употреблением марихуаны и растлением малолетних. Считал, что если они на их территории, то ему все женщины должны. По рассказам местных жителей Брюхин несколько раз в неделю требовал, чтобы ему приводили молодых девочек. Соколов тем временем отражал натиск оккупантов. Застав Брюхина в палатке с девочками Соколов собирался написать рапорт о служебном несоответствии Олега. Брюхин выстрелил ему в плечо, после чего девочки убежали из палатки. Опасаясь, что его посадят, он пригрозил Соколову, что с его маленькой дочкой и женой может произойти несчастный случай. Поэтому Соколов вынужден был промолчать о случившемся. Ранение они выдали как нападение моджахедов». Прочитав полученную информацию, и вспомнив дело Федотова, полковник недолго думая сложила два плюс два. «Вот кто стоит за смертью родителей Соколовой. Скорее всего это бывший свёкор Соколовой. Не исключено, если в этом замешан и сам Алексей и женился он по требованию отца, чтобы держать Юлю возле себя и контролировать каждое её действие» — размышляя об этом, Галя не заметила, как пристально разглядывал её Иван. — Галина Николаевна, всё в порядке? Похоже Вы о чём-то догадались. — Да, Иван. Желательно найти этого Федотова и поговорить с ним, прежде чем до него доберётся Соколова. Иван кинул быстрый взгляд на начальницу и сглотнув слюну резко заколотил по клавишам клавиатуры. — Галина Николаевна, Соколова направляется в Подольск. Я думаю, она решила сама переговорить с Федотовым. — Иван срочно звони Лисицыну и Данилову, пусть они выдвигаются туда. Это может быть не безопасно. Кто вообще ей дал информацию на него? — Я, — тихо прошептал Иван. — Так Вы же сами вроде разрешили. — Разрешить разрешила, но я же не думала, что мы такое узнаем на этого Брюхина. Боюсь Иван он сделает всё, чтобы Юля не узнала правды. Дверь кабинета полковника открылась и раздался мужской голос: — Иван, что ты названиваешь, мы все ещё в конторе, — произнёс Лисицын, входя в кабинет начальницы. — У тебя что-то срочное? Пожар? Наводнение? — Лисицын, как и Юля, устал от пережитых эмоций и очень хотел по скорее уехать домой спать, но перед этим он для себя решил, что заедет к Соколовой, чтобы объяснить ей что произошло на ресепшене. От его профессионального взгляда не утаилось её настроение и ему это не нравилось. — Галина Николаевна, извините, что без стука — произнесла Алла, входя в кабинет в след за Лисицыным, который даже не успел закрыть дверь. — Вот, — протянув белый свёрток Алла продолжила, — охранник принёс с парковки. Это конверт, который предназначался Соколовой, но видимо она его обронила. — Что в конверте? — быстро спросила Рогозина. — Я не знаю. Он запечатан, я не имею права открывать личную почту, — лепетала Аллочка, словно пытаясь оправдаться. — Ладно. Иван, возьми конверт на экспертизу, все остальные сбор в переговорной через пятнадцать минут. Иван, тебе хватит времени чтобы проверить отпечатки на конверте? — отчеканила полковник. — Да, вполне. Вы идите, я как только всё выясню, сразу подойду с результатами. После этих слов Тихонов быстро удалился к себе в лабораторию. Всё-таки там было тихо и спокойно и гнев начальства практически не долетал.

***

— Галина Николаевна, отпечатки принадлежат Брюхину Алексею Олеговичу. Да, бывший муж нашей Соколовой. Да уже подхожу, — отключив телефон, и пройдя несколько метров Тихонов вошёл в переговорную. — Иван, что в письме? — кивнув головой полковник поторопила программиста. — Вот, — нажав несколько кнопок на рядом стоящей клавиатуре, Иван вывел текст на экран большого монитора. — Я думаю, что это уже не должно быть секретом ни для кого. «Перестань искать Федотова и останешься жива. Не лезь не в своё дело» — красовалась надпись на весь экран. — М-да, дело осложняется, — задумчиво произнесла Галя. — Что это и о чем речь, — недоуменно стали расспрашивать подоспевшие в переговорную Данилов и Шустов. Один Лисицын сидел молча и сверлил монитор взглядом. Несколько дней назад Тихонов ему рассказал, зачем тут Соколова и сейчас он не мог поверить, что упустил этот момент из-за появившейся Гордеевой в ФЭС. А может не зря она висла на нём и отвлекала внимание? Мысли в голове крутились одна за одной. — Иван ещё раз пробей местонахождение Соколовой, — обратилась полковник к программисту. — Галина Николаевна, она находиться в Подольске. Судя по информации она уже около получаса там. Стоп. Нет. Этого не может быть! — Иван нервно обхватил голову руками, понимая, что только что потерял последнюю связь с капитаном. — Что случилось, Иван? Не томи! — на перебой стали орать сотрудники. — Телефон выключился, и мне кажется, что это не случайно, — растерянно произнёс Тихонов, вспоминая содержимое конверта. — Иван не кори себя, — попыталась успокоить Тихонова Рогозина. — Ты сделал всё что от тебя зависело. Может он просто разрядился. — Не просто, — прервала рассуждение начальницы Аллочка, входя в переговорную. — Охранник по просьбе, — Алла скосила взгляд на Костю, — одного из сотрудников ФЭС проверил камеры видеонаблюдения. Так вот, за машиной Соколовой была установлена слежка. Вот номера машины, — после этих слов она протянула начальнице листок с буквами и цифрами. — Иван, срочно пробей этот номер. — Секунду, — Тихонов быстро стал барабанить по клавишам и через несколько минут на экран большого монитора вывелась надпись: «ЧП Корнеев А.И. Частный арендатор машин на прокат» — Свяжись с этим арендатором и узнай кто у него брал в прокат машину в последние несколько дней. Не удивлюсь, если это один из наших фигурантов дела. В переговорной повисла гробовая тишина. У каждого были свои мысли в голове. Не смотря на мелкие ссоры и разногласия, их коллектив был дружным и в эту минуту все они переживали за Соколову. — Машину взял напрокат Брюхин Алексей, два дня назад, — нарушил тишину Тихонов. — Чёрт, так я и думал — подал голос Лисицын. — Галина Николаевна, я еду в Подольск к этому Федотову, мы должны знать что он рассказал Соколовой. Я думаю что это похищение. — С чего ты взял, что её похитили? — поинтересовался Данилов. — Да, потому что по-другому у нас не бывает, Стёп. У нас сотрудников или похищают или убивают, — последние слова Костя практически выкрикнул, махнув рукой. Он злился на себя, за то что допустил затянуться ситуации с Гордеевой в коридоре. Он злился на Соколову, которая пулей вылетела из ФЭС, не разобравшись в ситуации. Он злился на Гордееву, которая по его мнению так не вовремя появилась в конторе. Лисицын ещё не знал, какие документы она привезла его руководству. — Типун тебе на язык, — осадил Лисицына Шустов. — Если это похищение, то я знаю куда он мог её отвезти, и возможно могу показать — раздался женский голос в помещении. — Ты? Ты что тут делаешь? — играя желваками поинтересовался Костя. — Тебя же ребёнок ждёт. За обсуждениями пропажи Юли, никто не заметил, как Гордеева зашла в переговорную. Услышав обрывок фразы Ивана по телефону, ей стало интересно зачем её Лёша написал письмо Соколовой. — Какой ребёнок? — недоуменно посмотрела Катя в глаза Лисицына. — Ну ты сама в коридоре мне сказала: «А как же наш ребёнок?» — А, это, — засмеялась Гордеева, — так я имела в виду нашего будущего ребёнка, который ещё не родился. Я же пошутила. — Знаешь что, Катя, твои шуточки несмешные. После этих слов Костя удалился из переговорной, не желая продолжать разговор. Все его мысли в этот момент были о Соколовой, о том чтобы найти её целой и невредимой. — Дура, ты Дятлова, — равнодушно произнёс Шустов, посмотрев на Катю. — Я не Дятлова, а Гордеева, — поправила его девушка, гордо вскинув подбородок. — От этого умнее не стала, — усмехнулся Игорь и тоже покинул кабинет. — Что? Что я такого сказала? Ну пошутила, — Катя посмотрела на полковника, не понимая, почему на неё все обозлились. — Екатерина Максимовна, мне кажется Вам стоит вернуться в Благовещенск. Ваша командировка закончена, — отчеканила Рогозина. — Но я знаю где он может прятать её, я слышала разговор Лёши по телефону и тогда не предала этому значение. Он говорил что-то про бетонный завод. Я хочу помочь в поисках вашей сотрудницы. — Во-первых, мы не знаем, похищение ли это, — взглянув на девушку, жёстко произнесла Рогозина. Она не хотела допускать мысли, что Юлю могли похитить. — Во-вторых, Ваша помощь, как гражданского человека, нам требуется меньше всего. А в-третьих, я прошу покинуть здание и не мешать расследованию, пропуск я Вам давно подписала.