Решение

До схрона Беллы добрались в сумерках, но, по ее словам, так было даже лучше. Расположен он был у тайного входа в магическую часть Лондона — того, что через Лютный. Сириуса оставили следить за обстановкой — а Белла с Аллой отправились забирать свои вещи. В начале Лютного жили люди, хоть как-то с законами и властями еще ладившие. Они-то легко могли донести на беглянку из Азкабана. Те, кто был совсем далек от правосудия, жили намного глубже. Напугав неудачливого мальчишку, засевшего у входа во втиснутый меж двумя другими такими же обшарпанный домик, Белла, ни у кого ничего не спрашивая и не отвечая на вопросы дедка за кассой, поднялась наверх. И стоило ей только завернуть за угол, выходя в коридор, как прямо перед ее лицом возникла морда, по-другому и не скажешь. Есть такое заболевание — гипертрихоз. Характеризуется тем, что на лице при нем вырастают волосы, похожие на шерсть у животных. Если бы что-то похожее было у магов, Алла с уверенностью бы сказала, что этот человек гипертрихозом болен. Но, нет. Белла лишь посмеялась, сообщая, что он просто оборотень. — Фенрир, — ведьма посмотрела оборотню прямо в глаза, — я, конечно, рада, что ты меня так встречаешь, но была бы более благодарна, если бы пригласил к себе. Чтобы не было лишних ушей, — и краткий взгляд вниз, где остались не понимающие, что происходит, мальчик и старик. — Как ведьма хочет, — с улыбкой произнес Сивый, отступая и давая Белле пройти внутрь комнаты. Жил оборотень далеко не шикарно. Обшарпанная, как, казалось, все в этом месте, мебель, грязные окна, видавший виды стол. Но Белла побывала в местах гораздо хуже. И нос не морщила, что от оборотня не укрылось. — Тяжело живется в Азкабане? — со смешком спросил оборотень, усаживаясь за стол. Лестрейндж присела на кресло. Никто не предлагал, конечно. Но и не решится он ей запретить. — Я не для разговоров пришла, Сивый, — пребывание в мире магическом сразу изменило манеру поведения Беллы — уверенная и даже наглая, не чета робости перед поездом или гигантским мостом через Темзу. — Мне нужны мои вещи. Они у тебя, я знаю. Малфой бы побоялся. Сивый вновь усмехнулся и встал, огибая стол и подходя к ней поближе. Все же, каким бы важным вожаком стаи он не пытался казаться, образования у Сивого не было, как и воспитания. В сущности своей, он оставался волчонком всегда, вне зависимости от луны. «Понятно, почему этот оборотень, друг Сириуса, о котором он рассказывал, помнишь? Почему он не хочет работать с Сивым. А я уже успела забыть, какая тот невоспитанная шваль», — проговорила она про себя с отвращением. — Вещи-то у меня есть, тут ты права. Но смотри, какая штука, — Фенрир не то улыбнулся, не то попытался напугать ее клыками, — тебе нужны вещи. Мне — галеоны. Смекаешь? Услышав это, встала уже Белла. Невысокая и все еще очень худая, в потрепанной магловской одежде — она все равно была выше оборотня. Не физически, но морально и магически. И этого хватало. — Ты, кажется, забыл, Сивый, кто я, — Белла была хороша, теперь Алла это действительно понимала. Жестокая и дьявольски опасная, даже сорванный постоянными криками голос она сумела подчинить, делая вкрадчивым, — и что с тобой будет, если Повелитель узнает, что ты чинил мне преграды к его восхождению. — Темный лорд мертв, — спокойно произнес оборотень. Но уже не усмехался. — Темный лорд развоплотился, — поправила его Беллатриса, закатывая рукав и проводя длинным желтым ногтем по выползающей из черепа змее. — Но он жив и вернется, татуировка ведь не исчезла. И как ты думаешь, насколько он будет рад узнать, что в рядах его соратников нашелся предатель, препятствовавший возрождению? — Белла опустила руку, рукав вернулся на место. Что произошло дальше, Алла сначала не поняла. Сила сгустилась вокруг женщины, концентрируясь на руках. Один точный бросок — и оборотень не успел, когда он схватил ее за локоть, желтые ногти уже сжали шею. — Хотя, конечно, он похвалит меня за убийство предателя. Прошло не больше мгновения, но казалось, что вечность. Фенрир выдохнул и уже спокойнее, без усмешек и горделивости, проговорил: — Сейчас принесу. В кожаной сумке с внутренним расширением вещей оказалось неожиданно много. Но Белле пока было достаточно одной — первым делом она взяла в руку палочку. После чего, еще раз внимательно посмотрев на Фенрира, покинула негостеприимный домик. «Хорошо вы подготовились. Я же так поняла, что вы не планировали побег. И тем не менее, все равно спрятали вещи?» — проговорила Алла, стоило им выйти обратно в магловский мир. «Мы были, да и есть, политическими террористами. Случиться могло всякое, глупо было бы не подготовиться. Но ты права, побега никто не готовил, этот мой схрон — еще времен активных действий», — быстро объяснила Беллатриса, уже без особых проблем переходя дорогу. «Куда теперь? Ты говорила, хочешь стрясти долги с нескольких друзей. К кому еще пойдем?» «К одному моему бывшему подчиненному. И не беспокойся, он, в отличие от этого мусора, будет рад нас видеть», — закончила Белла, уже когда мы подходили к месту, где оставили Сириуса. Но магловский дворик был пуст — ни большой собаки, ни черноволосого мужчины в ворованной одежде там не наблюдалось. Быстро оглядевшись, Белла незримо зашипела. Блэк буквально растворился в воздухе, исчезнув в неизвестном направлении. «Я тебя убью. Мордред, как только я доберусь до ритуального зала, первым делом я тебя убью!» — орала Белла в подсознании, продолжая оглядывать место, где их должен был ждать компаньон. «Успокойся, он наверняка сейчас вернется», — пыталась вернуть Лестрейндж к конструктивным мыслям Алла. «Нам сейчас лучше подумать не о нем, а о том, где переночевать». «Нам сейчас лучше подумать о том, как мы будем сражаться с дюжиной нагрянувших авроров!» — кипела Белла, в очередной раз оглядывая подходы к дворику. «Ему не выгодно нас сдавать, как и Фенриру. Он же сам попадется». Ответить Белла не успела, раздался хлопок аппарации.