Eastside | Мой брат — русал

— То есть, вы поссорились? — вопросительно подняв бровь, переспросил Ким, когда мы с ним вместе сидели на мостике у причала. Я только обреченно покивал. — Да ладно тебе, Картер! — он по-дружески толкнул меня плечом. — Между братьями это случается! Причем очень часто, мне Джаред рассказывал… — Не в этом дело! — я нахмурился, беря в руки круглый камешек. — У нас же с Райаном тоже иногда бывали ссоры, но в этот раз… по другому как-то. Тогда я хоть понимал, почему он злился, и что я сделал не так. А здесь я совершенно не понимаю, в чем причина! Я со злостью кинул камень в воду. Он проделал на воде несколько «блинчиков», а потом ушел под воду. Я грустно выдохнул. — Кажется, он все-таки слишком сильно изменился за шесть лет. Ким какое-то время молчал. Видимо, никак не мог вклиниться в ситуацию и понять что к чему. Я бы тоже не понял, если бы ко мне на хату в семь утра приперся друг и заявил, что ему нужна помощь. Причем лицо у этого друга — то есть у меня — было очень грустное. Конечно, Пятерка (потом расскажу откуда прозвище) заявил, чтобы я шел нафиг в такую рань, и не пустил даже в дом. А потом выглянул через минуту — до этого я готов поклясться, что слышал его гневный монолог по ту сторону, несколько отборных ругательств и, в конце концов, снова шаги к входной двери, за которой стоял я — и сказал, чтобы я подождал его в гараже. В этом весь Ким Хёк Косе — он будет все время ворчать, однако никогда не оставит друга в беде. — А что все-таки случилось? — парень, наконец, подал голос. — Ну, то есть конкретно, расскажи в какой ситуации вы поругались. — Ну… Я позвал его на пляж утром…

***

Мы так раньше с ним часто начинали выходной день — вставали часов в пять-шесть, как только встанет солнце, и бежали купаться. Правда, тогда меня он будил, я ж засоня. А в этот раз я сам проснулся, вы бы знали, сколько для этого нужно было усилий! Помню, даже намеренно перед сном засунул в ухо блютуз-наушник, подсоединил к телефону и поставил там будильник на всю мощность. Ох, это было большой ошибкой. Утром на мой крик примчался Райан, весь заспанный, в свисающей с одного плеча серой майке и трусах, которые он упорно именовал шортами. И с подушкой в руках, которой он приготовился бить врага, решившего посягнуть на спящего меня. Пришлось его успокоить и признать, что ставить на будильник «I’m So Sorry» в исполнении Драконов* было не лучшей затеей. Он рассмеялся. Забрал у меня беспроводные наушники от греха подальше и оставил на замену свои — маленькие капельки на проводках. Я потом еще какое-то время бил ладошкой по уху и переспрашивал каждую третью фразу. Никогда не засыпайте в наушниках. Никогда. Конечно, я позже рассказал брату, почему ни с того, ни с сего решился на такое хардкорное пробуждение. Видел, как у Райана загорелись глаза, когда я упомянул пляж и старые времена. Готов был поклясться, идея ему понравилась! Только он отказался. Вернее, не то чтобы отказался. Он сказал, что заболел немного, что у него першит в горле, и купаться он не сможет. А потом добавил, что пойти на самом деле очень хотел бы. Я закатил глаза и сказал, что это самая нелепая отмазка из всех, которые я когда-либо слышал. Потому что, блин, ну Райан же спортсмен! Он и в детстве-то болел не часто, организм у нас у обоих достаточно крепкий, нам ни дождь, ни ледяная вода вообще не по чем. А он только сделал виноватое лицо и пожал плечами. — Ну все, значит зря страдали мои уши, — я плюхнулся обратно на кровать и закрыл голову подушкой. — Сэмми, ты обиделся? — Райан переспросил очевидное. — Не дуйся, — брат немного помолчал, а потом добавил. — Я же не сказал, что не смогу в общем пойти с тобой на пляж. — То есть, ты все-таки пойдешь? — я приподнял края подушки и выглянул из своего убежища, однако в меня тут же прилетела вторая. — Райан! — Кто последний, тот сегодня моет посуду! — крикнул брат мне в ответ уже из коридора. Вот хитрец. Я улыбнулся, на ходу уже влезая в заранее приготовленные джинсы. Ох, да я даже в школу так ответственно никогда не собирался! И сумку заранее приготовил и бутеры с вечера сделал, и футболку погла… что? Я посмотрел на стул, где должна была быть моя футболка. Футболка там была, вот только с одного краю я прожег ткань. И вчера, видимо, при плохом свете не заметил этого. Вот супер. — Ра-а-ай, одолжишь футболку? — крикнул я ему в другую комнату, беря толстовку в руки и застегивая рюкзак. Ответа не было. — Ра-а-айа-а-ан, — снова кричал ему я, спускаясь к кухне и забирая из холодильника заранее приготовленные бутерброды, кое-как помещая контейнеры в руки и локтем закрывая дверцу — Можешь дать футбо… ыаа! Я подпрыгнул на месте от испуга, потому что за дверью холодильника уже стоял брат. Контейнеры с бутерами, естественно, все на пол. А он стоял и улыбался, будто видеть мое растерянное лицо ему приносило удовольствие. Хотя, наверное, так и было. — Ты, кажется, просил футболку? — как ни в чем не бывало спросил Райан и протянул мне свою желтую. Извиняться, по видимому, он не собирался. Черт, да когда он так смотрел на меня и моргал озорными карими глазами, я ему что угодно готов был простить! Меж тем, гляделки затянулись. Я не мог ничему ему ответить, а он разглядывал меня, чуть приоткрыв рот — еще одна его совершенно дурацкая привычка, делать так когда он задумывается. Может считает, что умные мысли могут вот так влететь в голову через приоткрытые губы? Я старался не обращать внимания на прожигающий взгляд. Нагнулся, стал собирать контейнеры. И только тогда, наконец, услышал от него немного хриплое: — Ты и правда сильно подрос. — Ты тоже, — немного растерянно ответил я, прижимая к себе контейнеры. — Но посуду моешь ты, — поставил меня перед фактом Райан, ловко продел мою голову через горловину футболки, а сам поспешил смотаться на улицу. Я даже не успел возразить. Быстро пришел в себя, скинул еду в рюкзак, на ходу влез в желтые рукава и побежал за Райаном. В последний момент опомнился, схватил ключи с тумбочки в прихожей и закрыл за собой дверь. Райана догнал уже на полпути. Я бежал до него, хотя казалось, ну не мог он далеко уйти, пока я ковырялся в замке, а он все равно шел впереди: на голове капюшон, руки в карманах и шаг такой уверенный, не быстрый, но и не медленный. Я чуть поднажал, а потом с разбега запрыгнул ему на спину. Его чуть шатнуло вперед, он по привычке подхватил меня под ноги и поднял голову вверх, встречаясь со мной глазами. — Догнал таки, — улыбнулся он, на что я ловко сдвинул с его лба капюшон и пальцами растрепал черную челку. Мне очень нравилось зарываться пальцами в его волосы, ощущать на собственных ногах его теплые ладони, которые придерживают, чтобы я не свалился. Совсем как в детстве — и в то же время все не так. С Райаном мне совершенно не хотелось притворяться замкнутым и закрытым парнем, каким я был для большинства людей. С братом мне всегда хотелось быть смелее, быть таким же легким на подъем, безбашным. Одним словом, таким, каким был Рай. И самое странное, что мне легко удавалось делать это в его присутствии, потому что… с ним просто хотелось быть. Вот и тогда, стоило нам с ним спуститься к воде, я тут же спрыгнул с его закорок и, сбрасывая на ходу всю одежду (кроме плавок, разумеется), побежал к берегу. С разбега занырнул под воду, выдыхая часть воздуха из легких. Вода в наших краях всегда была чистой, поэтому я привычно открыл глаза, наблюдая за пузырьками, а потом вынырнул вслед за ними. — Рай! — я махнул рукой брату. — Иди сюда! Тут так хорошо, просто ка-а-айф! — протянул я, опрокидываясь на спину и закрывая глаза. Вода выталкивала наружу, наверх, поэтому я просто расслабился и лежал, пялясь в нежно-голубое утреннее небо, прислушивался к приглушенным звуком под водой, пытаясь угадать, о чем разговаривают мальки, и ждал, когда рядом, наконец, услышу мощные гребки, а потом всплеск, брызги… Но Райан так и не залез в воду. После трех минут ожиданий, я все-таки принял вертикальное положение и нашел глазами брата. На берегу. Одетого все так же, только он сидел на песке, с книжкой в руках. Признаться, я думал, что он не устоит перед такой замечательной возможностью искупаться, в конце концов, плюнет на свою «болезнь» и первым ринется в воду, но нет, он старательно делал вид, что ему все равно. — Я тебя не узнаю, — крикнул я ему, начиная грести к берегу. — Ты… Да на берегу… Еще и при такой погоде… — я не замолкал ни на секунду, пока плыл. — Может объяснишь? Тебя что, покусало какое-то сухопутное и водопугливое существо? Рай не выдержал и прыснул, а потом рассмеялся. — Это самое нелепое предположение, Сэмми, — отсмеявшись, ответил он, а потом перелистнул страницу своей книжки. — Не уходи от темы. Я окончательно вылез на берег, потопал к нему, потянулся за полотенцем, но стоило мне приблизиться, как Рай, словно ошпаренный, подскочил с места и так же не отрываясь от книги, отошел в сторону. Я опешил. — Это что сейчас было? — Книгу забрызгаешь. Ты мокрый, — Райан повернулся ко мне спиной и буквально уткнулся лицом в разворот. Вот так упреки. Это что-то новенькое, раньше я за ним такого бережного отношения к литературе не замечал. А вы думайте, кто меня в детстве учил делать кораблики из страничек учебников по математике? Райан очень уж не любил учиться, когда пошел в школу, а сутками возиться с водой — наоборот. — Может, ты тогда ее просто отложишь? — чуть помолчав, предложил я, вытирая щеки полотенцем. — Нет, мне интересно знать, чем закончится. Райан даже не обернулся, однако я успел заметить из-за его плеча, что он как-то чересчур быстро перевернул страницу, а потом буквально сразу вторую. — Какая-то книга тебе интереснее меня? — я начинал заводиться. Райан не нашелся что ответить, снова перелистнул страницу. Такое ощущение, что он даже не читал, а усердно делал вид. Я нахмурился, скинул полотенце обратно на рюкзаки и двинулся на него. Что, посмотрим, что он там «читает» такого интересного! — Нет, не интереснее, — все же через паузу ответил брат. — Просто у меня кашель… ыаа! — Райан, наконец, соизволил повернуть голову, и почти сразу отшатнулся от моей, потянувшейся за книжкой, руки. — Ты что, страницы же намочишь! — Прекрати, Рай, я же вижу, что ты не читаешь даже! Да и вытер я руки, успо… — С волос капает, — отрезал Райан, закрывая книгу, а потом кинул ее на песок. — Достал уже. Что ты ко мне прицепился? Хотел купаться? Вот и купайся, а меня не трогай. Я растерялся. Тупо стоял, приоткрыв рот и пропускал каждое его слово через сердце. Рай никогда мне так грубо не отвечал. Я что-то не так сделал? Это все из-за книжки? Вопрос я задать не успел. Райан одернул рукава толстовки, сунул руки в карманы и зашагал прочь.

***

— И это все? Пффф, Картер, не бери в голову. — Ты не понимаешь просто… — Та фсё я панимаааю, — поддельно-детским голоском протянул Ким, убирая руки за голову. — Просто кое-кто ведет себя как влюбленная девчонка, вот и… — Что?! Ты совсем чт-то ли? На солнце перегрелся? Я опешил. Даже запнулся, оттого неожиданно прозвучало его утверждение. Влюбиться в родного брата, это вообще из какой вселенной фраза? Нет, одно дело, когда это братская любовь, ну там… как к кошке или к собаке, но... вообще, что это значит, "как влюбленная девчонка"? На что он намекает? — Да ладно, тебе, малыш-Сэмми. Инцест — дело семейное, — друг продолжал издеваться, сделал из пальцев сердечко и навел на меня. Я нахмурился и пихнул его в бок так, что Ким не удержался и свалился с причала в воду. Через секунду, вынырнул, конечно, зачесал пальцами мокрые волосы назад, фыркнул по-собачьи и засмеялся. — Так тебе и надо, — буркнул я напоследок, а потом поднялся на ноги, пока Ким не утянул меня за собой. — Хех, девочка приревновала своего бойфренда к книжке? Обидно стало, что он не на твои мышцы любуется, а на переработанный кусок дерева с черными закорючками? — Иди к черту. Тот даже не обиделся. Ну конечно, он посчитал все мои проблемы просто детскими заморочками, да и этот поступок просто счел шуткой. Как-то обидно даже стало. Хотя, может, он просто мстит за то, что не дал ему выспаться из-за пустяковой ссоры? Боже мой, это же Ким! С ним почти никогда невозможно серьезно. Этим он напоминает Рая. Нет, бред. Не мог я, как какая-нибудь малолетняя девчонка, влюбиться в Райана, нет. И вовсе все не потому, что тут какая-то глупая любовь, просто мне не хватало брата, вот и все. Просто потому что мы были не разлей вода в детстве, потому что кроме брата за мной было некому следить, а потом он уехал, а я скучал… да и вообще, с ним просто интересно. Как с человеком. И никакая это не влюбленность. Наверное.