Тварь из подземелья

Ши голодал, сколько себя помнил. Его живот прилипал к позвоночнику, а кожа была натянута так, что, казалось, вот-вот лопнет. Ши рос вместе со стаей. Они жили глубоко-глубоко под землей, куда не попадало ни единого луча света. Ши не жаловался - он отлично видел в темноте. Их стая делилась на три группы: самцы, самки и детеныши. Первые добывали еду, вторые вынашивали потомство, а третьих воспитывали коллективно. Детеныши были общими и принадлежали всей стае. Ши общим не был. Самка, которая его родила, не отпускала свое дитя ни на шаг. Она берегла Ши, как зеницу ока. Ее звали Ма. Ма подарила ему жизнь и имя. В стае мясо получал только тот, кто приносил пользу. Ши и Ма были обузой. Ши считался слабым детенышем. Более уязвимым, чем другие. Стая не хотела переводить еду на того, кто, скорее всего, умрет. А Ма больше не могла иметь потомство. И охотиться у нее не получалось. У Ма была отгрызена половина левой руки, а на животе отсутствовали куски плоти. Они ничего не могли дать стае. Еды им не полагалось. Ма это не расстраивало. Когда самцы возвращались с добычей, она за руку уводила Ши из огромного зала, где стая спала и кормилась. - Это плохое мясо, - поучительно шипела Ма, и он отчаянно кивал головой, хотя на самом деле ничего не понимал. Почему плохое? Испорченное? Гнилое? Тогда почему стая до сих пор не отравилась? Но в эти моменты от Ма шли такие волны злости, что Ши не решался спрашивать. Она сжимала его руку почти до синяков, уводя прочь. В коридорах подземного лабиринта Ма учила его охоте. Крысы были вкусными. Правда, очень верткими и быстрыми. Но Ши был проворнее. Жалко, что у крыс было мало мяса - голова - костлявая, а хвост - противный на вкус. А вот тушка вполне годилась для обеда. Сочная. Еще бы шерсть в зубах не застревала. Только крыс было немного. Они обходили их жилище стороной, а отдаляться от стаи было нельзя. Опасно. Так говорила Ма, и Ши ей верил. Когда крысы не попадались на их пути, Ма учила его собирать со стен плесень и есть ее. Ши давился от мерзкого вкуса, но упорно жевал. Это приводило Ма в восторг. Она не могла есть плесень - ее тошнило. Когда в животе становилось совсем больно, Ма старалась отдавать всех крыс ему. Сама обгрызала только косточки да питалась хвостиками. Ма любила его. Сильно. Когда все спали, она грела его своим телом, обнимая. Убаюкивая Ши, Ма говорила, что он красивый и похож на Него. Ши догадывался, что Он - это тот самец, который произвел его на свет. Ши никогда с ним не встречался. Ма говорила, что он сейчас в лучшем мире. Ши красивым не был. Нет, он не мог сказать этого наверняка - всего лишь раз ему удалось разглядеть свое отражение в мутной воде. Но он не нравился никому из стаи. Ши думал, что это из-за шерсти на его голове. Черепа членов стаи были покрыты гладкой кожей, а у него росла узкая полоска меха от лба до затылка. Ма любила перебирать шерсть Ши пальцами. Сама она была лысой, как и все. А еще Ма любила класть его руку на свой живот и рассказывать про детеныша, который погиб. Ма называла его сестрой. Иногда Ма говорила, что все сложилось удачно - она не смогла бы прокормить двоих. Но Ши чуял ее страдания и боль - Ма врала. Она любила сестру. Ма многое любила. Любила разговоры, в отличие от остальных членов стаи, которые только рычали, любила свое кольцо на пальце, которое досталось ей от Него... Но на первом месте у нее все равно стоял Ши. Он был ее сокровищем. А потом Ма не стало. Это было тяжелое время. Самцы уходили на охоту, но возвращались без мяса. Голодали все, и тогда стая вспомнила про Ши. Он был слабым и не приносил пользы. Самцы решили, что Ши съедобный. Он сопротивлялся, но вырваться не мог. Спасла его Ма. Она бросилась на самцов, словно от этого зависела ее жизнь. Ма была самим страхом с безумным оскалом острых зубов, провалами вместо глаз и когтями-кинжалами единственной руки. Она крикнула: - Беги и не возвращайся, как можно дольше! Больше Ши ее не видел. Когда он вернулся к стае, кровью Ма уже почти не пахло, а его собратья были сыты - охотники снова приходили с добычей. По подземелью были разбросаны лоскуты одежды Ма, а в углу одного из коридоров Ши нашел ее кольцо. Это все, что осталось от Ма. Со стороны казалось, что Ши спокоен, но внутри у него бушевало пламя - органы жгло, будто их резали. Дышать было невыносимо. Из одежды Ма он построил себе гнездо и засыпал, дрожа и чувствуя ее запах. Но постепенно аромат выветрился, а ткань истончилась и порвалась. Ши понял, что Ма не вернуть. И только кольцо напоминало ему, что она была. Ши не выдумал ее. Когда-то у него было родное тепло под боком. Шло время, и Ши перестал быть детенышем. Он превратился в самца. К сожалению, это поняла и его стая. Взрослый - помогай другим. Ши отправили на охоту. К нему просто подобралось двое самцов. Один из них прорычал: - Добыча. Нет - прочь. Ши их ненавидел. Они лишили его Ма. Но вдали от стаи было опасно, и Ши согласился. Неужели он не поймает крысу? *** С самого начала эта охота выглядела подозрительно. Ну зачем идти за крысами в такую даль? От их стаи не осталось и запаха, а Ши в сопровождении двух самцов шел по подземному тоннелю, разыскивая неизвестно что. Конца и края не было у их пути, но внезапно Ши, сам не понимая как, остался один. Самцы обогнали его, чуя добычу. Ши подобрался. Он тоже ощущал запах крови. Мясо было близко. Обоняние быстро привело его к добыче. Крыса была странной. Она поражала огромными размерами, отсутствием шерсти и тем, что не убегала. Крыса лежала на каменном полу, странно дергаясь, и от нее за версту несло не страхом, как бывало обычно, а ненавистью. Ши неуверенно подошел к ней поближе. Крыса больше напоминала Ма, чем саму крысу. Только эта крыса была более крупной, чем Ма, более злобной и более... Светлой? Так вот значит, какое мясо, искала его стая. Ши присел на корточки рядом с добычей. Почему мясо не убегало, а полыхало злостью? Крысы с громким писком уносились прочь, а это, чем бы оно ни было, даже почти не двигалось. И взгляд у мяса был не такой, как у крыс. Очень осмысленный и переменчивый. Только зацепишься за эмоцию, а ее уже нет. Исчезла. И глаза у добычи были светлыми. Странными. Такого цвета Ши ни разу в подземелье не видел. А еще от мяса несло болью и страданием. Крысы тоже испытывали их, и Ши не любил, как горчили эти чувства во рту. Должен ли был Ши освободить добычу от страданий? Его рука зависла над грудью мяса. Взгляд добычи полыхнул непередаваемой злостью, будто ставя преграду между ними. Мясо не хотело избавляться от страданий. Но оно и не убегало. Что это за охота такая, если добыча не борется? Сбитый с толку Ши отошел вглубь коридора, спрятавшись в тенях и наблюдая за мясом. Может, нужно проследить за добычей, и тогда он все поймет? Спустя какое-то время мясо, пошатываясь, встало и побрело в неизвестном направлении. На добычу смотреть было больно, а о том, чтобы нападать, и речи не шло. Ши тенью следовал за мясом. По пути им попадались трупы самцов из их стаи и тела больших крыс. Воняло кровью и мертвечиной. Ши и его добыча напрочь игнорировали падаль. Держась одной рукой за стену, а другой - за бок, мясо прошло несколько поворотов, а потом еле взобралось по лестнице, исчезая в дыре на потолке. Наверху было шумно. И опасно. Ма говорила, что над землей никто не выживал. Ши замер, не зная, что предпринять. Но разве ему не следовало догонять добычу? Отвлек Ши сильный запах крови и смерти. В углу, недалеко от лестницы, лежал еще один труп большой крысы. Только у этой был темный окрас. Очевидно, большие крысы обитали снаружи в огромных количествах. Ши озарило. Нужно было замаскироваться. Ему никогда не составляло труда сливаться со стенами. Ши сжал конечность трупа большой крысы, и у него получилось. Тело Ши стало увеличиваться в размерах, его одежда лопнула, а кольцо Ма сдавило палец. Крыса оказалась очень большой. Пришлось одолжить у нее одежду. Крысы носят одежду? Но в любом случае возразить крыса не могла - она была мертва. Оставив крысу на полу, Ши принялся взбираться по лестнице. Его любопытная голова высунулась из люка. Дивный новый мир ударил Ши по глазам, и тварь выбралась из подземелья.