Часть 12
27 января 2019 г., 13:56
Снейп после случившегося совсем потерял силы. Гарри будто подпитывал его своей энергией юности и доброты, которая так и лилась из него.
Он бросился бежать, когда осознал свой поступок, боялся, что Гарри вновь попытается сделать себе плохо. Но к счастью, он его не нашёл. А ведь Северус быстро, начиная с того самого, обошёл ВСЕ туалеты Хогвартса. Все!!! До единого! А это стоило немалых усилий. Проверил чуланы, поднялся на Астрономическую башню, спросил у Филча, не видел ли тот «мистера Поттера, который, видимо, пытался прогулять завтрак и искал приключений на свою... кхм кхм, мистер Филч, так что там с Поттером?»
Его ноги будто сами несли в нужном направлении. Тело пробила дрожь, когда даже сэр Николсон, или «Почти Безголовый Ник», сказал, что давненько не видел Поттера.
Но все же, преодолевая волнение, Северус поднялся по мраморной лестнице, которая постоянно хотела направить его в ненужный коридор, и завёл диалог с Полной Дамой:
— Доброе утро, мадам! Мистер Поттер ещё не приходил утром?
— Ой, Северус Снейп пришёл в Гриффиндорскую башню, как захватывает! Но не переживайте, — она перешла на шёпот, — я Вас не выдам! — и звонко засмеялась.
— Мадам... — он гневно свёл брови, но старался держаться. — Мой вопрос все ещё в силе.
— Да-да! Он приходил уже, минут десять-пятнадцать назад... Такой взъерошенный и обеспокоенный! Я, конечно, спрашивать не стала, но...
— Спасибо, простите, но вынужден Вас покинуть!
С этими словами Снейп побежал по лестнице, нервно выжидая, пока та сменит своё направление, потому что он услышал негромкие голоса, доносящиеся из гостиной. Вот смех! Бывший профессор зельеварения, который за любой вздох снимал с Гриффиндора пятьдесят баллов, грозный директор, декан Слизерина, которым он решил остаться, пришёл в Гриффиндорскую башню и мило беседует с их портретом! Нет, он ещё не так низко... Но больше всего он не хотел увидеть зеленые глаза, полные пренебрежения, обиды и печали, которые бы вопросительно на него взглянули, но опустились бы в пол, и их обладатель ушёл бы радостно говорить с друзьями о квиддиче, шутить и пить тыквенный сок.
У Северуса душу разрывало от своего поступка. Почему он не мог разделять радость с Гарри? Его сердце трепетало при виде мальчишки. Но все выходило неуклюже и с опаской. А иногда он позволял себе и такие оплошности, из-за которых напивался в дрова и пустым взглядом смотрел перед собой.
Он однажды купил Гарри конфеты, это его развеселило, и Снейп был безумно рад. Но больше так не получалось, к сожалению...
***
Уже через неделю Гарри практически забыл про тот случай с Северусом. Он не сталкивался с ним в подземельях, когда выходил с урока Слагхорна, в Большом Зале Снейп появлялся не часто, а когда это случалось, Гарри опускал глаза, извиняясь, бежал прочь. Но Гарри погряз в учёбе и в вечных приставаниях Гермионы. Она, кстати, ни разу не упомянула про Снейпа, и это радовало. Рон продолжал уговаривать на квиддич или просто полёты вокруг замка, но Гарри для себя твёрдо решил, что не собирается заниматься этим. Ветер, раздувающий волосы, восторженные крики с трибун и золотой мячик в руках Золотого мальчика, который пытается вырваться, но тот крепко его сжимает. И Джордан кричит в микрофон: «ГАРРИ ПОТТЕР ПОЙМАЛ СНИТЧ! ПЛЮС 150 ОЧКОВ! ГРИФФИНДОР ПОБЕЖДАЕТ!» Гарри просто устал от этого. Состояние к приходу зимы совершенно ухудшилось. Он проводил всё своё свободное время в библиотеке, зачитывая до дыр дополнительный материал, в гостиной Гермиона спрашивала у него вопросы, которые могут появиться в ТРИТОНах, и, ко всему прочему, вечно интересовалась здоровьем Поттера, что ему совсем не льстило. Снежинки плавно кружились за окном, брёвна в камине потрескивали, а гриффиндорцы болтали каждый о своём, и все были абсолютно счастливы, ведь завтра суббота, да ещё и с выходом в Хогсмид! Это не могло не радовать, но в комнате все ещё сидел Гарри Поттер и старался не обращать внимания на радостные возгласы рядом с собой. — Гарри! Давай с нами в Подрывного Дурака? — сказал Рон, сидящий рядом с Джинни и Симусом. — Нет, спасибо... — сухо ответил он. Во-первых, играть не хотелось, во-вторых, Симус тот ещё мерзавец, а Джинни... Все ещё неудобно за то, как он пристыдил её, когда та рассказала про свою сваренную кое-как амортенцию. Она, когда Рон позвал Гарри, моментально залилась краской. Конечно, Гарри любил её. Но как маленькую сестрёнку, которую должен оберегать и защищать. Как тогда, в Тайной Комнате. Но уж точно ему не приходило на ум целоваться с ней в Выручай-Комнате, когда она подлила ему зелье перед этим, а затем набросилась на него, и он под действием этого «недоразумения», как бы его назвал Снейп, поддался, но ему совершенно не понравилось. Джинни подошла к Гарри и слабо улыбнулась: — Гарри... Ты чем-то обеспокоен? Говорить не хотелось вообще, но ему пришлось ответить под пристальным взглядом Рона: — Ничего не случилось, Джинни, я просто хочу закончить Хогвартс и... А чего он хотел? Изначально он планировал переехать к Снейпу и начать обучение в Колледже для Авроров. У них бы всё было хорошо, как летом. А когда Гарри бы отправился на работу, он возвращался бы домой как раз в тот момент, когда Северус поднимался из подземелий или только вернулся со сбора ингредиентов. Они бы мирно обнимались, а в конце, возможно, продолжали объятия в спальне. И жизнь была бы прекрасной! Но Гарри понимал, что сейчас ничего такого не будет. Вспоминались слова Снейпа в начале года, когда он обнял его и прошептал: «Всё будет хорошо, Гарри! Скоро ты закончишь Хогвартс. Ты станешь автором, как и хотел, всё будет хорошо...» Но этого не должно было случиться. Снейпу плевать. Плевать. К глазам подступают слезы, но Гарри сдерживается и утыкается в книгу, затем отвечает: — Джинни, я устал! Пожалуйста, иди играй с Роном, я не в духе! — он почти выкрикнул это и на глазах удивленных друзей быстро выбежал из гостиной. Хотелось оказаться в подземельях, в тёплых объятиях Северуса и просто уснуть, забыв обо всём. О всех проблемах. Но как, если все эти проблемы связаны напрямую со Снейпом?! Нет, всё же Гарри не решается идти к нему, но бежит в подземелья. Там прохладно и тихо, успокаивает. И голова перестанет наконец болеть. Гарри несётся по подземельям, чуть ли не выдирая волосы на голове, как вдруг неожиданно сталкивается с ним. — Проф-фес-с-сор Снейп! Извините! Приятного вече... — уверенно бросает Гарри, двигаясь вперёд, но сильная рука хватает его запястье. — Не так быстро, Поттер! — от этого голоса он готов растаять. Но нельзя поддаться искушению! «Он ненавидит тебя, Гарри! Забудь!» — кричит внутренний голос, и к глазам в очередной раз подступают слёзы. — Не смею больше отвлекать Вас, сэр! Просто решил побыть в прохладном месте, голова разболелась! Немедленно отправлюсь к мадам Помфри, она поможет мне! — Поттер... — «звучит даже обречённо, так я и поверил!» — Завтра суббота, думаю, что Вы бы хотели провести день без НАДОЕДЛИВЫХ учеников, верно? — но рука продолжает сжимать запястье. — Поттер... Вам нужно зелье от головы? — «слишком мягко!» — Нет, сэр! Со мной все нормально, до свидания! Гарри понимает, что они стоят прямо рядом с его комнатами, но он слишком обижен. За эту неделю кожа побледнела, а под глазами появились тени. Он похудел и приобрел безжизненный взгляд. И вот сейчас сильная рука дергает его к комнатам. — Сэр, у Вас есть ко мне претензии насчёт учебы или поведения? Давайте обсудим их тут и я направлюсь к мадам Помфри! — Гарри почти кричит. — По... Гарри! Нужно поговорить... — Прошу прощения, но говорить с Вами, а я догадываюсь, о чем, я не хочу. Отпустите меня, это уже походит на домогательство! Рука медленно ослабляет свою хватку, и Гарри с тихим звуком выдыхает. — До свидания, сэр! Он уходит, а до Снейпа доносится лишь стук его каблуков. Его бросили. Совсем. Из-за его, Северуса, гнусной оплошности и отвратительного характера. — Гарри... Если бы ты знал, что я готов сидеть рядом с твоей больничной койкой и вливать в твой рот зелье самостоятельно, а потом молить и плакать на твоём плече, чтобы твоя голова не болела... Ты бы так не говорил. Прости меня... — он сказал это тихо, но его уже никто не слышал. Он ушёл. Ушёл.
