—Поттер, задержитесь!

      Наступило утро. Такое прекрасное, морозное утро, которому Гарри бы радовался, как ребёнок. Ведь снег валит крупными хлопьями, все в комнате слегка взволнованы перед посещением Хогсмида. Давненько они туда не ходили без опаски нарваться на Пожирателей или другие страшные вещи. Гарри знал, что они могут мстить. Но они сейчас слишком слабы, чтобы сражаться. Их осталось мало. На улице так хорошо, а гостиная Гриффиндора, которая полюбилась и стала родным местом, радует трещащими в камине брёвнами и счастливыми лицами друзей. Но Гарри не счастлив.       Он бы мечтал без страха, как в первый год здесь, посмотреть в окно, увидеть большие следы полувеликана Хагрида и — чуть поменьше рядом — Клыка, его верного пса. Как бы он хотел взглянуть на Запретный лес и восхититься заснеженными деревьями, увидеть замёрзшее озеро и понимать, что Волдеморт никогда не сможет всё это разрушить. Побежать в Хогсмид и скупить всё Сладкое Королевство с Роном, а потом весь вечер сидеть у камина, поедая конфеты, и слушать, как Гермиона зачитывает свои конспекты. Гарри не мог.       Трепета перед сегодняшним днём не было. Была лишь большая дыра в сердце. Так больно. Зачем он ушёл вчера? Не дал Снейпу сказать. Да и пусть! Пусть поймёт, что такое боль, если он, конечно, умеет её чувствовать! Пусть поймёт, как холодно на душе, когда любимый человек переходит на официальные обращения, от которых уже выворачивает. А любим ли Гарри? Этот вопрос рушит хоть какую-то надежду на радость.       — Гарри!! Я безумно рад, что смогу тебя хоть немного взбодрить! Слышал, что в Сладком Королевстве появилось что-то новенькое... Так и не выяснил — что, но думаю, ты оценишь! Давай скорее на завтрак! — Рон выглядел счастливым. Даже слишком. Он попытался у всех на глазах чмокнуть Гермиону, от чего та вся покраснела и оттолкнула его, опуская глаза. Потом чуть не столкнул Симуса с ног, но тот даже не разозлился из-за предстоящей радости.       — Рон, я... — медленно начал Гарри, судорожно стараясь придумать, как изложить желаемое. — Я, наверное, не пойду в Хогсмид... Загляну-ка к мадам Помфри, она найдёт что-то для моей головы.       Лицо Рона резко изменилось. В глазах читался страх, волнение, раздражение и явное непонимание.       — ГАРРИ! Да что с тобой?! Раньше ты бы в жизни не променял поход в Хогсмид на лежание в Больничном крыле. А ещё ты теперь каждую свободную минуту сидишь с учебником, когда можно полетать!! Я понимаю — Гермиона, но ты....       — Что-то случилось, мальчики? Так, я не поняла, вы ссоритесь?! — Гермиона как всегда удачно вписалась в разговор. Её тон был требовательным, и Рон сразу успокоился.       — Да, Гермиона. Но ты не переживай! Я просто хочу... Остаться в замке. Мигрень мучает меня уже второй день! — выходит убедительно, но Гермиона ещё сильнее сдвигает брови и выдаёт:       — Рон, иди на завтрак, мы тебя догоним. Я дам Гарри хорошее зелье от головы, у меня есть! Давай, давай!— у Гермионы слишком настойчивый взгляд, и Уизли, слегка кивая и бросая на Гарри удивлённый взгляд, выходит.       Гермиона смотрит Гарри прямо в глаза и берёт за руку. Затем она осторожно обнимает. Её кудряшки щекочут щёку, и Гарри слегка улыбается. Гермиона, понимая, что Гарри не будет отталкивать, обнимает ещё крепче.       — Гарри... Я догадываюсь, что это связано с НИМ, — голос звучит слишком неуверенно и тихо, но она, очевидно, не собирается сдаваться.       Он тяжело вздыхает и слегка отстраняет подругу, глядя ей в глаза:       — Да, Гермиона...       — Он разбил тебе сердце, Гарри? Не бойся, можешь всё рассказать. Рон не узнает, — она слегка улыбается, и это даёт Гарри сил. Он не обречён, есть и другая сторона медали.       — Нет... Или да... В любом случае, он сделал мне больно. Но ты не понимаешь, как я люблю его! — Гарри опустил глаза.       — Понимаю... Слушай, постарайся об этом не думать. Понимаю, сложно. Но позволь себе хоть немного радости. Поешь пирога с патокой, выпей любимый тыквенный сок и не смотри на стол преподавателей. Ты увидишь, как всё забудется. А в хорошем настроении ты пойдёшь к нему и поговоришь. Рон сможет тебя развеселить, уж поверь! — она открыто улыбнулась и сжала ладонь Гарри сильнее.       — Гермиона, — на его лице тоже проскочила тень улыбки. — Спасибо! — он крепко обнял её и позволил потащить за руку на завтрак.       «Сегодня мне будет лучше. Гермиона правда помогла. Так тепло стало. Надеюсь, что Северус не будет злиться, если я куплю ему небольшой подарок, и простит меня, хоть я и не знаю, за что. Всё будет хорошо, я твёрдо уверен.»

***

      День с друзьями пошёл Гарри на пользу. Он лишь раз вспомнил про Снейпа на завтраке, когда повернулся к преподавательскому столу. Его нет. Он не пришёл. Но Гарри прервал свои мысли из-за Рона, который предложил к походу в Хогсмид ещё и небольшой матч в квиддич. Гермиона охотно согласилась смотреть на трибунах за их игрой. Гарри даже обрадовался, что Золотое Трио будет вместе, как и всегда, и им будет хорошо.       Они гуляли, веселились, и Рон, как и оправдались все ожидания, купил много сладостей. Гермиона восторженно показывала друзьям комплект из пяти книг с безумно скучным названием: «История Магического Средневековья». Они с Роном замечательно сыграли в квиддич несколько раз. Рон прекрасно отбивал квоффлы, а Гарри пять раз поймал снитч, пока Гермиона восторженно хлопала и кричала что-то с трибун.       Не вспоминать о Снейпе было легко весь день, пока не пришёл момент разговора. Рон, упивающийся компанией Гарри, возбуждённо просил того сыграть с ним и Джинни в Подрывного Дурака, но Гермиона быстро увлекла его своим разговором, чуть заметно подмигивая Гарри.       Он побежал по длинным лестницам в подземелья. Там Гарри-то и пробила дрожь. Он старался вспомнить про друзей, смех и улыбки, но не смог. Всё тело трясло, а руки были ледяными. Он чуть не выронил подарок для Северуса, который всё же купил. Гарри был уверен — Снейп оценит. И он занёс руку, чтобы стучать.       Только вот ничего не выходило, а вместо кулака застучало сердце, вырывающееся из груди.       «Нужно ли тебе это, Гарри? Не боишься? Гермиона могла ошибиться, не зная ситуации. Не стоит, он ненавидит меня. Но что же он пытался сделать вчера? Ладно, надо стучать. Но я не могу! Просто не могу!»       — Поттер? — к сожалению или к счастью, этот голос до боли знаком.