Автостопом по вселенным. Первая остановка: Атака Титанов

      Полицейский шагал по сырому и холодному коридору, минуя камеры заключенных, большие из которых пустовали. Из-за малого количества факелов, мужчина то и дело спотыкался об какие-то камешки и неровности, не видя толком ничего.       «Двадцать четвертая, двадцать пятая… Шестая… Седьмая…» — про себя считал полицай, ища нужную камеру, под номером «тридцать один», — «О! Она!»       Мужчина остановился, повернулся полностью к решетке, всматриваясь вглубь и в который раз ругаясь на ужасное освещение. Еще немного пощурившись, он перестал насиловать свои глаза и резко ударил металлическими ключами по прутьям. — Хэй! Просыпайтесь! — из темноты послышалось непонятное ерзанье, но заключенных не было видно. Черт, почему именно эта камера находится вне досягаемости света от факела?! — И так два дня дрыхнете.       Ерзанье резко прекратилось, уступая место невнятным мычанием и подобиям слов. Еще через несколько минут послышался звон оков и неуверенные шаги по направлению к полицаю.       Звяк, звяк, звяк. Преступник подходил все ближе к решётке, хотя его движение выдавали лишь цепи, изредка поблескивающие на мелких лучиках пробившегося света факела и звук. Звяк, звяк, звяк… — Вы что-то хотели? — отчужденный хриплый голос заставляет табун мурашек пробежаться по спине. Хоть и не было заметно, но человек стоял в метре от мужчины, правда их отделяла решетка. — …Раз решили посетить наши скудные персоны. — Не язви. Не в том положении! — голос дрогнул. Черт! Хоть преступник и был в камере, под замком, да еще и в кандалах, но храбрости это не прибавляло.       «Слишком много наших пострадало от… Бр-р.» — мужчина поежился, от чего собеседник издал смешок. — Вы так нас боитесь… — естественно, это было адресовано всем единорогам, но сейчас Джон был один. В подвале с темницами. И с преступниками, которые обитали в них. Это пугало до дрожи в костях. — … хотя мы вполне безобидны. — Да плевать на вас хотелось, отребье, — ложь. — Я сюда не болтать пришёл. Закрой свой рот. Вот ваша еда.       Джо поставил поднос с двумя тарелками перловки и двумя стаканами воды на пол, возле камеры, после чего быстро ретировался. — Кому же вы врете, что не боитесь? — заключённый присел на корточки, подвигая поднос ближе, чтобы просунуть по одному предмету к себе, в камеру, наполненную мраком.       Попыхтев пару минут, все было готово и по камере разнесся немного радостный голос: — Арин! Вставай! Хавчик принесли! — Настя потерла ладошки друг о друга, коварно скалясь. — Ага… — откуда-то из угла послышался звон цепей и невнятные маты. — Что произошло? — Хм… Не знаю, точнее, не помню. –жуя помои еду, проговорила Ята. — Так давай вспоминать! — чутка раздраженно проговорила Барашек, садясь рядом с подругой и беря пищу.

      Двумя днями ранее.

— Ну что ж, здравствуйте. — девушки переглянулись. — Д-Драсте… — как-то жалко пролепетала Пикуль, смотря мимо Ирвина. — А вы? — командор посмотрела на Арину, но та лишь недобро сверкнула глазами. — Ясно. Допрос мы все равно не сможем провести без полиции, уводите их.       А ведь день так хорошо начинался…

***

      Три часа тряски в недотелеге и вот подруги сидят в кабинете командора королевской полиции.       В комнате очень хорошо ощущалась аура страха, окутавшая все и вся, и это никак не было связано с вооружёнными разведчиками, оккупировавшими девушек с трех сторон. — Так, так, так… И что же нам с вами делать.? — наконец-то изрек Найл Док, изучая дело воровок. — … Побранить и отпустить… — усмехаясь прошептала Колесникова, рассматривая свои кандалы на руках. — Что? — мужчина поднял голову, впиваясь глазами в Арину, от чего та поежилась. — Ничего. — Ладно. Что ж, я ознакомился с вашим делом и встает такой вопрос…  — морально девушки напряглись. На лбу выступила капля пота. — Откуда вы, черт побери, свалились?       «Вот интересно, это в деле написано, что мы свалились или просто фраза?» — Настя вздохнула, переводя свой взор на стол с бумагами. — Ну, мы из стены Мария, район Шиганшины… — искусство врать — величайшее искусство! — у нас нет семьи. Они погибли под обломками одного из зданий… — Стой, ты же сказала, что вы из округа. — девушка согласно кивнула, продолжая. — Да, но в тот злополучный день наши родители отправились в Шиганшину за… Ох, простите, не уточню.       «Как искусно вешает лапшу на уши! Превосходно!» — на лице Барашки появилась еле заметная ухмылка. Если бы не волосы… — … Так мы добрались до деревни в округе… — и снова Пикуль прерывают. — Это, конечно, хорошо, но как вы попали в столицу? Ведь документов, а уж тем более пропуска у вас не было. — М? — Во-первых, я только хотела об этом рассказать. Во-вторых, хватит меня перебивать… Пожалуйста. — мужчина самодовольно хмыкнул. — Дело вы том, что у нас за стеной Сина, то бишь в столице, были родственники. По поводу пропуска, все было достаточно просто. Мы договорились с торговцами, которые туда направлялись и все. — Угу, ну и где же ваши родственники? Почему воровать стали? — «…И полицейских бить…» — Дом, в котором они жили прогнил, что нас сильно удивило. Поспрашивав соседей, оказалось, что моя тетушка скончалась от болезни. — Хм, интересно… — Найл откинулся на спинку кожаного кресла.       «Да они в конец зажрались!» — про себя гневно добавила Пикуль, обдумывая возможные вопросы и ответы. Мыслительный процесс что у Насти, что у главнокомандующего, проходили интенсивно. В кабинете снова воцарилась тишина.       Та уже собиралась продолжить рассказ, как с правой стороны послышались, сначала тихие, но набирающие обороты с каждым вздохом, истерические смешки, переходящие в настоящую истерику… Или же Арина превращалась в маньяка на том стуле…       В какой-то момент звучный, прерывистый смех прекратился так же резко, как и начался. Снова тишина, но на пару секунд, после которых началась настоящая русская рулетка. Причем заряжены будут все восемь патронов! — Слушайте сюда, чёртовы мусора, а вы ушичку видно давно взахлёб сожрали, не так ли? Хах, видимо, вы настолько умственно неразвитые, что даже поймать нас спустя месяц с нашего появления не можете! — девушка оглядывает присутствующих насмешливым взглядом. — Оох, давно я так не веселилась с кем-то, даже от того мужика не так весело было убегать, как от вас! Чему вас там учат вообще? Вы полицаи или сопляки с какого-то захолустья? Ха-ха-ха! Взрослые люди не могут поймать двух пятнадцатилетних стерв, которые шныряют направо и налево, выискивая, чем бы поживиться! Неудивительно, что вы наняли этих Ебанутых-На-Голову белок-летяг, вы же такие беспомощные, а они такие сильные!!! Вы хоть представляете, как тяжело здесь жить? Мы нихуя не знаем, мы не можем устроиться куда-нибудь без документов, а живём в какой-то развалюхе, рискуя своими задницами, чтобы не сдохнуть от голода и… — и в этот момент помещение огласил вой кита, доносящийся из желудка разъярённой мадам, из-за чего она смутилась, — к-короче, херово тут не только вам, зажравшемуся мусору, который только и умеет разбрасываться словами, а потом нихуя не делать! Попробуйте-ка меня занерфить, а, слабо?! Да мы, блять, по закалённее разведчиков будем! Нам просто хотелось жить хоть как-то здесь, в мире, который ничем не отличается от Рос… — резко Колесникова падает со стула, естественно не без помощи Настасьюшки, которая любезно заткнула свою подругу и спасла их от полного пиздеца…или нет. — Извините ее! Она просто перенервничала, такое бывает! — пылко оправдывалась Пикуль, коса смотря на подругу, красную, то ли от возмущения и злобы, то ли от паники. — Мы не… — Уведите, — безэмоционально бросил Найл, с отвращением оглядывая подруг. Тех взяли под под мышки полицейские и потащили прочь из кабинета, под яростную речь Насти.

***

      Солнце освещало коридор и наших доблестных оккультисток. Арина шла первой, в сопровождении полицейских, держащих ее по обе стороны. Пикуль же шла второй, с такой же компашкой из трех единорогов и дышащими в затылок разведчиками. Н-да, обстановка была такая себе.       В какой-то момент Колесникова дернулась, проверяя реакцию единорогов, которой не было и в помине, и тогда у нее сработал триггер.       Она резко толкнула паренька, шедшего справа, к окну. Тот, не ожидав такой подлянки, со стороны четырехглазой, просто потерял равновесие и ударился головой о стену. Слава ромашке, в окно не улетел, а ведь мог…       Со вторым Барашек разобралась так же, парень даже моргнуть не успел. Только с третьим пришлось повозиться. Он резко схватил сероглазую, намертво сжимая в своих «объятиях», но не даром у девушки такая твердая черепушка и небольшой рост, которые позволили в прыжке долбануть мужчину по подбородку, от чего тот вырубился. Ну, бывает…       В этот момент Пикуль, в неистовом злостном похуизме, потупила секунду и тоже начала атаку. Вот только жаль, что обе девушки забыли о наличии разведчиков, а как мы помним, те были намного ловче и сильней, хотя парочку девушки все-таки отправили в нокаут… Хотя в нокаут отправили потом их, резко приложив о стену.       «Глаза, цвета стали?.. Мне удостоил чести быть вырубленной самим Леви! Надеюсь, я проснусь…» — Ята тут же обмякла, падая на холодную плитку.

Наше время

— Н-да, такие себе воспоминания… — понуро пробормотала Колесникова, потирая ушибленную, видимо о стену, руку, — как говорится: «Веселись как русский!» — И сдохни в пятнадцать? — осуждающе спросила Настя, смотря в стену. — Вот зачем ты это устроила? Мы могли бы спокойно из этого выпутаться, но нет! Ты решила все испортить, при чем два раза! Два, Карл! — Я… Запаниковала, ты же знаешь… — Барашек смутилась и виновато опустила голову. — Мне тогда казалось, что я поступаю правильно… Прости. — Извинения не помогут в данной ситуации, — уже более спокойно прохрипела Пикуль. Видимо голос будет хрипеть еще достаточно долго, — надо как-то добраться до нашего дома, но перед этим выбраться отсюда.       Пикуль поправила очки, съехавшие на кончик носа, после чего подошла к решетке. Немного осмотрев замок и прутья, девушка сделала понятные только ей выводы. — Замок старый, держится на добром слове. — все также стоя спиной к подруге, девушка просчитывала все возможные хода «игры», — также прутья в нескольких местах хрупкие и сломаются от любого чиха. Если на них надавить, ну или приложить достаточно силы, чтобы сломать несколько в углу, с левой стороны, так как справа вход, да и факел висит, увидеть пролом будет легче. Хотя если сломать часть не полностью, а оставить деталь целой, то, в принципе, можно будет закрыть дыру, но ломать все равно надо слева. — А мы пролезем? — Должны. — Пикуль повернулась к подруге и ударила о ладошку кулаком. — Но делать это надо будет через пару минут, не меньше. — А кандалы? — сероглазая демонстративно позвенела цепями. — С ними убежать сложней. -У тебя есть что-то острое или тонкое, шпилька, например? — Арина заерзала и через мгновение достала складной ножик, прикрепленный к внутренней части бедра. Хорошо, что им не стали лезть под юбку, в прямом смысле. — Отлично.       Забрав колющий предмет, Настя быстро показала, как положить руки, чтобы по ним случайно не полоснуть, и резко вставила лезвие в один из замков, который жалобно хрустнул, освобождая левую руку сероглазой. Такая же участь ждала оставшиеся замки не только на кандалах Арины.       Через минуту девушки блаженно потирали запястья рук, на которых уже появились синяки. — Так, теперь самое сложное… — Настя начала подходить к решетке, но резко отскочила, врезаясь в Колесникову. — Кто-то идет! Быстро, нацепи кандалы, будто они не сломаны!       Снова нацепив «браслеты», Барашек вернула нож на бедро, в специальное крепление. Сделав самый что ни на есть побежденный и понурый вид, девушки сели друг напротив друга. Как только те приняли позиции, мимо них прошли полицаи, с новым жильцом сей тюряги.       Единороги быстро отвели беднягу в камеру, находившуюся где-то в Антарктиде, после чего шустро умотали обратно наверх. Слишком нежные, чтобы находится здесь. — Ушли… — прошептала Арина, смотря вслед мужчинам. — Хорошо, — Настя скинула оковы и подошла к прутьям. — Дай нож, пожалуйста.       Нажав на кнопку на ручке, лезвие резко «вылетело», блеснув на блеклом свету. Ухмыльнувшись, Настасья стала проверять, какие прутья друзья, а какие не очень.       Поняв, где нужно приложить больше силы, а где можно просто дунуть, девушка передала орудия спасения Арине, предварительно рассказав про каждый нужный прут и как его ломать. — Да не тупая, разберусь, — был ответ на пояснения.       Бдыщь. Кусок решетки падает, открывая путь.       Аккуратно выбравшись, Арина вставила деталь, а-ля «так и было, никто ниче не трогал!», после чего подруги спрятались в самом неприметном темном углу, быстро исследуя коридор и все возможные пути побега. Ведь выходов должно быть несколько, верно?       Немного пораскинув мозгами, попаданки понеслись в противоположную сторону от того выхода, который они знали, и да, черт возьми, они оказались правы насчет выхода, поэтому приложив еще немного усилий, чтобы открыть запертую дверь, девочки были на свободе.       Что странно, выход вел на задний двор, видимо в целях быстрой эвакуации, если что вдруг. — Ого, сейчас кромешная тьма, ой, то есть ночь, — восторженно проговорила Настя, — ладно, побежали подальше отсюда иначе нас снова схватят. — Встряли по самі помідори! — весело пролепетала Колесникова, несясь за подругой следом, не забывая любоваться видами и ночным небом. — Нам точно треба тікати з села! — Бесспорно. — прибавив газу и заприметив одинокую запряженную лошадь, подруги переглянулись. У них уже созрел новый план действий. — Как же хорошо, что здесь мы воровки! Совесть не ебет мозг! — радостно хлопнула в ладоши Барашек, от чего чуть не свалилась с лошади. — Как будто она вообще у нас осталась. — хмыкнула Настя, ведя лошадь. — Ну что ж, а теперь рысью. Но!       В миг на месте, где стояла лошадь, поднялся клуб пыли. Это еще одна маленькая победа над этим миром. Эти девчонки точно изменят судьбу, правда они сами не знают, как, но ничего! Им не в новинку придумывать план!

Но все ли так просто…

В это же время

      «И почему сегодня я им приношу еду?!» — Джон с виду был спокоен, но белые пальцы, сжимавшие деревянный поднос с едой, выдавали его состояние с потрохами. — «Почему нельзя было поставить к ним Кэтти?! Хоть немного бы подвигалась…»       Подходя к камере, с табличкой, с левой стороны, на которой красовалась, уже еле заметная, цифра «31», Джон приметил для себя подозрительную тишину. В камеру, к этим он не полезет, это он решил еще в кабинете главнокомандующего, когда тот его назначал. Мужчина подошел ближе, пытаясь разглядеть во тьме две женские фигуры, но, как и ожидалось, он нихера не смог увидеть. — Хэй! Ваш ужин! — тишина. Даже намека на присутствие здесь девушек нет. — Вы че, окочурились? Ничего, сейчас возродим.       И снова трюк с ключами, и снова ноль реакции. Начиная закипать, Джон с силой пнул решетку, от чего выломанный кусок решетки выпал, как и поднос из рук мужчины… Как и сам Джон.       Нервно, трясущимися руками Джо убирает замок, отправляя его в свободный полет, в стену, чего тот, увы, не пережил, разлетевшись на детали. Распахнув камеру и схватив ближайший факел, чуть не навернувшись на разлитой похлебке, мужчина вмиг стал походить на мел. На каменном полу валялись кандалы и пара деталей из них.       «Черт! Черт! Черт!» — Джо нервно дышал, несясь к начальству, которое до сих пор принимала у себя в «гостях» разведку, точнее командора, майоров и капрала.       Перепрыгивая через ступеньку, а то и две, мужчина буквально вылетел из подвала и в том же темпе побежал дальше, на третий этаж, в кабинет Найл Дока, по дороге читая молитву и сбивая проходящих полицейских.

***

      Уже как час Ирвин ругался с главнокомандующим королевской полиции насчет разведотряда, точнее его шаткого положения. Это все распаляло обоих, от чего разговор давно уже перешел черту «целомудренного», а горло болело от громкого тона. — …а я сказал, этого не будет! — зло, практически, орал, Ирвин. — А то не… — Командор! — бесцеремонно ворвавшись в кабинет, Джон испуганно смотрел на всех присутствующих, — они сбежали! — Кто? — В-Воровки, с-с очень сомнительным алиби. — миг лица присутствующих отразили палитру разных эмоций. — Немедленно, собрать отряд и поймать, ЖИВО! — Джон отдал честь и пулей вылетел исполнять приказ. — Давай так, Найл, — начал Ирвин, — мы помогаем в их поимке… Снова, а вы в свою очередь пока не трогаете нас и отдаете этих девчонок под опеку нам. — Что б тебя, Ирвин… — сквозь зубы прошипел Найл. — Ладно! — Прекрасно, — блондин улыбнулся, но тут же отдал приказ о немедленном выезде.

…Слишком поспешное решение, Ирвин. Что же ты увидел в этих юных особах такого важного, что без уговоров решил их взять под опеку? Не уж-то ты в них разглядел потенциал? Ну что ж, смотри не ошибись, ведь этот мир ошибок не прощает, тебе ли не знать, Ирвин…