Жизнь в тени

Лечение Оками проходило относительно быстро, ведь уже пару дней он чувствовал себя превосходно и почти совсем позабыл про рану, а всё благодаря лечебному зелью, без которого восстановление потребовало бы в несколько раз больше времени. Впрочем, для парня это время казалось самой настоящей вечностью, ведь Лили строго настаивала на том, чтоб он не напрягал себя лишний раз даже обычной прогулкой по городу, отдыхая на своём диване и набираясь силёнок. И, хоть юноша и сидел дома, ему уже ужасно хотелось заняться чем-нибудь, а особенно вновь начать ходить в подземелье. Дело тут не в желании вновь получить от какого-нибудь сильного монстра, а потом чёрт знает сколько отходить от ранений, а скорее в желании проверить, насколько сильнее Оками стал, ибо когда он впервые отправился в поход после официального становления авантюристом, из-за разницы в силе ощущения были просто незабываемы. Кроме того, ему ужасно хотелось проверить подаренные Габриэлем доспехи, которые он хоть и примерил один раз, но, всё же, интересно узнать, удобно ли и легко в них двигаться во время боя. Но, увы и ах, юноше, как говорит Лили: «Нельзя напрягаться», поэтому остаётся только сидеть в башне и больше тратить время на поиски вещей, которыми можно себя развлечь. К слову, говоря о Габриэле, недавно он заказал для Оками новую пару очков, ибо при встрече разбитые линзы были как-то обделены его вниманием, и лишь спустя время мысль о них наконец пришла в голову. Решив не придумывать колесо, Габриэль заказал точь-в-точь такие же очки, что и до этого, ибо предыдущие точно также купил он. Но, всё же, он немного поторопился с желанием сделать ещё один приятный сюрприз своему другу, ибо за столь долгое время, что они не виделись, размеры Оками может и не изменились, но вот зрение вполне могло уйти в худшую сторону. К счастью, оно не сильно изменилось за это время, поэтому новая пара очков сделала хорошую замену предыдущей. А что же Белл? Учитывая его добрый и отзывчивый характер, вряд ли он ни разу бы не навестил своего больного товарища. Однако за все эти пару дней Кранел сделал лишь один визит в башню, буквально вчера. Стоит ли говорить, что он извинялся перед Оками за то, что ни разу не посетил его до этого. Впрочем, очевидно, что у него обиды на своего друга не было от слова совсем, ибо, скорее всего, он был занят. И это действительно было так, ведь во время поиска новых доспехов Кранел встретился с создателем и старых, и новых, — Вельфом Кроззо, который заключил с Беллом контракт: он будет ковать для семьи любое снаряжение, но, при этом, будет участвовать в походах в подземелье, которые должны улучшить его кузнецкие навыки. На первый взгляд, логики в этом не особо много, ведь, если так подумать, улучшить умение ковать доспехи и оружие можно лишь у наковальни, однако это действительно так. Хоть Лили и не была в восторге от такого решения, ведь Белл об этом ей ни слова не сказал, и она ничего не знала до тех пор, пока они втроём не сходили в подземелье, да и отношение к этому Вельфу у неё весьма подозрительное, ведь, возможно, этот контракт будет выгоден лишь для него, но это неточно, поэтому всё впереди. Также Оками планировал отдельно поблагодарить Дарна, ведь готовка его брата всегда придавала сил своим прекрасным вкусом и сытностью, и, когда одним вечером Лили оставила его одного, он быстренько оделся, взял с собой мешочек денег и со всей скоростью, которую ему позволяла рана, направился в «Тихую рощу». В харчевне, как и обычно, было не особо много народу, а если точнее — вообще никого, будто место заброшено. Однако даже невооружённым глазом можно было заметить, что помещение очень хорошо убрано: столы протёрто дочиста, ни в одном углу не было и намёка на пыль, а по полу очень хорошо прошлись веником, что пыли было очень мало. За стойкой, как и обычно, стоял Дарн, задумчивый, что-то пишущий и проводящий какие-то подсчёты в блокноте. — Приветствую в «Тихой роще», чего желаете? — спросил тот спокойным и хладнокровным голосом, стоило только юноше присесть на стул. Поначалу это очень озадачило Оками, ведь до этого Дарн всегда очень душевно с ним общался, будто со старым другом. Но мало ли что. Вдруг у него просто выдался тяжёлый день? Или какие-то личные проблемы? Решив не особо обращать на это внимание, парень решил сделать небольшой заказ, чтоб в случае, если Лили к возвращению принесёт чего-нибудь поесть, не заподозрила, что Оками уже где-то сытно поел; и уже с ним отдать все те деньги, которые он хотел отдать за всю отправленную ему еду. Выслушав Оками, мужчина одобрительно кивнул, отложил в сторону блокнот с ручкой и, развернувшись, пропал в дверном проёме. Вскоре откуда-то с кухни послышалось громкое шипение от жарки, удар стали об дерево и хруст нарезаемых овощей, а спустя несколько минут вернулся и Дарн, держащий в руках деревянный поднос с заказом, который он поставил напротив парня, всё также оставаясь абсолютно холодным, как лёд. Юноша, опять же, решил не придавать этому значения и принялся за еду, которая была точно также вкусна, как и обычно, из-за чего тарелка опустела за считанные минуты. — Постойте, здесь слишком много. — окликнул уходящего Оками мужчина, кинув лишь один взгляд на оставленный на стойке мешочек с деньгами. — Ох. Это за всю еду, что вы мне присылали. Я не знал, сколько именно она стоила, поэтому решил отдать побольше, в качестве благодарности. — вежливо ответил тот, развернувшись и благодарно поклонившись. — Что вы имеете в виду? Мы никогда не делали еду навынос. — Это было не навынос, это было… Подожди, Дарн, разве ты не помнишь? Это ведь я — Оками! — Оками… Подожди-ка. Так ты тот парнишка, которому Дарн просил еду готовить? — Ам… Ну да… Но если вы не Дарн, то… — Дорн. Меня зовут Дорн. Я брат Дарна. — А где он сам? — Он с Иви уехал за город, к нашим родителям. А я не поехал, потому что кому-то нужно следить за харчевней. Да и готовиться мне нужно… — Готовиться? Но к чему? — К фестивалю еды. В следующем месяце каждая харчевня, паб, бар или таверна по всему городу должны предоставить по одному своему лучшему блюду на оценку критикам. А победителю достанется шикарный кубок в виде города, престиж, и, конечно же, звание лучшего повара в Орарио. — мечтательно перечислял Дорн, подняв взор в потолок. — Я уже два раза принимал в этом участие, но, увы, пока безуспешно. — Понятно... В таком случае, удачи вам. — А тебе удачи в подземелье. Ты же авантюрист, верно? — Ну да. А как вы догадались? — Дарн мне рассказывал про тебя, когда уговаривал делать для тебя еду навынос. И, если верить его словам, ты славный малый. Кстати, а что с тобой произошло? — Да так… Попался на рог минотавра, вот и отлёживался после этого. — Ого, серьёзный шрам, наверное, остался, да? — Ага. — Ну, тогда желаю тебе скорейшего выздоровления. Но это последний раз, когда я делаю для тебя еду навынос. В следующий раз, если захочешь поесть моей готовки, то, будь добр, — приходи сам. У нас не принято забирать еду с собой, и уж тем более готовить её на дом. — Да, конечно, хорошо. А ещё, не могли бы вы… — Передать Иви и Дарну, что с тобой всё нормально? Не волнуйся, как только вернуться, я им дам знать. — Ох, спасибо большое! До скорого! — попрощался Оками, помахав вслед. — Всего хорошего. Возвращайся ещё. — вслед таким же спокойным голосом сказал Дорн, после вновь взял в руки блокнот и ручку. К счастью, к моменту прихода парня домой, Лили всё ещё не вернулась, а может и вернулась, но ушла на поиски больного. И если это так, то когда она вернётся в башню, проблем у Оками будет выше крыше. Чтобы немного отвлечься от подобной мысли и не забивать свою голову, им было принято решение повторно примерить свои новые доспехи и ещё раз посмотреть, как они будут смотреться на фоне кожаной брони и со старым оружием. Открыв шкаф и достав всё своё снаряжение из него, Оками принялся медленно и неспешно переодеваться. Несмотря на то, что рана уже почти зажила, лёгкая боль всё равно периодически и резко колола в районе живота, из-за чего юноша даже упал один раз, но, благо, оперевшись на подлокотник дивана, сумел встать обратно на ноги. Парню было приятно вновь надевать своё частично потрёпанное, но всё же привычное для него снаряжение, с каждой застёгнутой молнией, с каждой надетой бронепластиной он всё больше ощущал веру внутри в себя, веру в то, что он чуть ли не рыцарь в сияющих доспехах, который вот-вот спрыгнет на своего храброго коня и отправится бороться со злом. Хоть на деле всё и было гораздо скромнее, и Оками был больше похож на какого-нибудь оруженосца, но, как говорится, мечтать не вредно. Вскоре, наконец, на пояс были одеты ножны для кинжала, а за спиной висел надёжный и дешёвый клинок. Кожаная броня слегка натирала руки ниже локтя, ибо с курткой без, хотя бы, пуговиц двигаться было не очень комфортно, но, тем не менее, к этому легко можно привыкнуть. Бронепластины, сидящее как влитые на надёжно скрепленных ремешках, слабо сверкали от лунного света, исходящего от полной луны и проходящего через окно, из-за чего казалось, будто они не чёрные, а слегка сероватые. К слову, Габриэль не соврал. Несмотря на наличие дополнительных пластин для защиты, доспехи ощущается даже немного легче, чем старая версия. В такой броне Оками чувствовал себя почти в полной безопасности, но не стоит забывать, что они, всё же, защищают немного слабее старых, хоть и покрывают больше мест. Осматривая свои частично новые и по большей степени старые доспехи, юноша пожалел лишь об одном: что не купил себе хоть небольшого зеркала, чтоб можно было полностью осмотреть себя со стороны. — Зеркальца не подать? — послышался ехидный голос Лили из-за спины парня. — А? Л-лили? Как долго ты тут? — Вот только что зашла. А ты, как я погляжу, решил примериться. — усмехнулась та, оттолкнувшись плечом от дверной арки и положив на стол небольшой пакет с едой. — Ну да, а что такого? Я уже давно не носил своё снаряжение. Вдруг за пару дней пузо отрастил? — подшутил Оками, выпрямив плечи. — Пхах. Ну, если даже я вижу, что всё сидит на тебя точно также, как и прежде, веса ты ни капли не набрал. Кстати, как бронепластины? — Прекрасно! Они гораздо легче моих старых, да и ремешки держат их покрепче… Так что они уж точно не слетят. — Рада слышать. Самочувствие? — неожиданно строгим голосом спросила девушка, усевшись на диван и закинув ногу на ногу. — Гораздо лучше. Боль в животе ещё иногда покалывает, когда делаю какие-нибудь резкие движения… Но в остальном я почти как новенький. — Как новенький, говоришь... Тогда, наверное, завтра уже должно всё пройти. Думаю, можно будет тебе и в подземелье с нами сходить. — Наконец-то! Не думаю, что я протянул бы ещё один скучный день в башне… Эти два дня для меня были самыми длинными в моей жизни. — Зато за эти два дня твоя рана почти полностью зажила. А если бы напрягал себя много, понадобилось бы четыре. — Может ты и права, но зато эти четыре дня не были бы такими скучными. — И более болезненными. Ладно, я немного еды принесла на ужин. Ты, наверное, проголодался, да? — Есть такое дело… — с улыбкой произнёс Оками, поглаживая себя по животу, якобы он был голоден. На следующее утро юноша проснулся уже без даже малейшего намёка на какое-либо покалывание, что его бессомненно радовало. Лили покинула башню ещё вчерашним вечером, и, учитывая время, скорее всего уже ждёт Оками вместе с остальными. Быстро позавтракав остывшими остатками вчерашнего завтрака и за считанные минуты накинув на себя всё снаряжение, юноша бегом побежал в центр города — ко входу подземелья. Кровь внутри бурлила от нетерпения, оружие слегка звенело на бегу, но ремешки были закреплены слишком крепко, чтобы позволить им упасть. Ох и долго пришлось дожидаться этого момента, но, впрочем, могло быть хуже. Например в башне пришлось бы сидеть не пару дней, а чуть ли не целую неделю. Неизвестно, удалось бы пережить этот ужасно скучный и долгий промежуток, или же всё-таки нет. Тем не менее, сейчас всё позади. Вскоре на горизонте появилось основание башни, а затем Оками выбежал на главную площадь, которая была людна, как и обычно. — Оками! — послышался звонкий голос Белла из всей этой толпы со стороны. Показался и сам он, машущий своему друг и идущий ему навстречу с развивающемся большим красным полотном. За его спиной была видна Лили с огромным рюкзаком и незнакомец. — Привет, Белл! — радостно поздоровался тот, подпрыгнув и дав Кранелу пять. — Что за плащ? — А, это? Шерсть саламандры. Особое полотно, имеющее хорошую защиту против огненных атак. Взял специально для сегодняшнего похода на средние этажи. Как себя чувствуешь? Ничего не болит? — Не-а! Чувствую себя как новенький, и готов показать монстрам! — Рад слышать. Знакомься — это Вельф Кроззо, член семьи Гефест и создатель моих доспехов. Он пойдёт с нами. — Белл указал рукой на молодого парня, на полголовы выше него, который явно был ещё и ненамного старше, возможно, даже младше Габриэля. Волосы были красного цвета, имели очень короткую длину и острые концы, из-за чего тот был немного похож на какого-нибудь ёжика; глаза голубые. На нём было надето чёрное кимоно, под которым виднелась тёмно-синяя футболка, на поясе был крепко затянут кожаный ремень, а на шее развивался синий шарф. Из прочего можно было упомянуть коричневые штаны и длинные сапоги того же цвета. — Приятно познакомиться, Оками, если я верно услышал твоё имя. — вежливо поздоровался Вельф, протянув парню руку. — Взаимно, господин Вельф. — ещё более вежливо ответил юноша, пожав руку. — Не стоит формальностей, просто Вельф. Так ты тот самый друг, про которого говорил Белл и которого на своём роге покатал минотавр? — Именно. Не самый приятный опыт, но, по крайней мере, сейчас ничего не болит. — Это хорошо. В подземелье с ранами ходить не стоит, а то посреди боя кольнёт где-нибудь, отвлечёшься, и всё — поминай как звали. — Точно. Белл, а когда мы пойдём? — Уже сейчас. Мы ждали, когда ты появишься. — Ну раз уж я пришёл, то вперёд! Пойдёмте! — махнув рукой, Оками, наполненный энергией и желанием порубить монстров в капусту, направился ко входу в подземелье, поведя за собой своих друзей. Ещё с самых первых этажей юноша выделялся своим боевым настроем, всегда выбегая вперёд группы и самым первым вступая в бой, будто он самый сильный среди всех, хотя, если так посмотреть, по характеристикам ему уступает лишь Лили. Однако это не отменяет его полезности. Он двигался гораздо быстрее, чем до этого, удары были в какой-то степени грациознее, а меч в его руке рубил монстров, конечно, не как нож масло, но, по крайней мере, примерно как острый топор дерево, чего было достаточно. Однако такой напор был у Оками лишь на самых верхних этажах, когда монстры были ещё не особо сильные. Стоило только группе спуститься поглубже, как ему сразу же пришлось сменить свою агрессивную тактику на привычную роль флангового защитника, что было для него не особо радостно, ведь из-за новопоявившегося члена группы в виде Вельфа, парню доставалось ещё меньше возможностей сражаться с монстрами. Так ещё и Белл со своим новым магическим кинжалом, сделанным Кроззо из выпавшего с минотавра рога, и новым уровнем стал и вовсе большой угрозой для различных чудовищ. В общем, для Оками этот поход был интересным только на первых этажах. Но ведь группа собиралась сегодня идти аж до средних этажей, поэтому основное веселье всё ещё остаётся впереди. К слову, говоря о Вельфе, как оказалось, он, несмотря на своё кузнечное ремесло, достаточно хороший авантюрист, к тому же, его длинный меч вдобавок с большим ростом не позволял монстрам и близко подойти, конечно, если не сравнивать его с Беллом. Но на общем фоне остальных низкоклассных авантюристов он сражался очень достойно, особенно на фоне Оками. Что же касается личности Вельфа, то, несмотря на весьма хорошую известность, особенно в рядах начинающих авантюристов, вроде Кранела, в его речи никогда не проявлялось какого-либо высокомерия или же требования уважение к самому себе, вместо этого он всегда общался в повседневной манере, при этом очень вежливо. По крайней мере, если не считать Лили, которая всё ещё не особо доверяла новому члену их группы, из-за чего тот периодически её подкалывал, называя либо мелкой, либо Лилькой. Вскоре число пройденных этажей поднялось до двенадцати, и уже шло на тринадцать. Семья Гестии всё ещё была достаточно бодра и в хорошем здравии, ибо вчетвером они с гораздо меньшими трудностями разбирались с монстрами, но именно здесь начинается самое что ни на есть испытание. Альмираж — один из нескольких видов монстров, встречающихся на этом этаже, выглядит как достаточно большой кролик, примерно тридцать-сорок сантиметров в высоту, имеет на лбу один небольшой рог, сильные лапы достаточно плотной мех. На первый взгляд может показаться, что эти монстры являются достаточно безобидными, и им место на верхних этажах, но никак не на средних. Но на деле всё абсолютно противоположно. Альмиражи очень агрессивны и прямо-таки обожают битвы, что несвойственно их крохотным размером, кроме того, они всегда нападают группами по почти десяток особей, а иногда их количество может доходить до целой сотни, что может создать серьёзную проблему даже для большой группы авантюристов. К сожалению, именно на такую стаю семье Гестии не повезло наткнуться. Целая армия белых кроликов повылезала из всех щелей, потолков и стен, в мгновение ока окружив группу. Белл, Вельф и Оками сразу же встали спиной к спине, взяв на себя по одной стороне, а Лили, встав между ними, сразу же начала поливать наступающих монстром градом из стрел на том направлении, где было особенно тяжело. Но насколько слаженной командная работа не была, сколько бы не старались парни сдерживать ожесточённый натиск смертоносных зайцев-переростков, бесконечно идущих в бой и сразу заменяющих своих павших собратьев, из-за чего казалось, будто стая вообще не становится меньше. Кольцо окружения постепенно сужалось. Если Беллу удавалось вырезать кроликов за счёт высокой скорости, Вельфу за счёт превосходства в габаритах и силе, то вот у Оками с этими монстрами были очень большие проблемы, ведь кролики мало того, что были достаточно большие для него, так ещё и в скорости он еле-еле их догонял. Благо, Лили активно помогала своему другу, особенно концентрируя своё внимание на том участке, где он держал оборону. Но в какой-то момент кролики сбили парня с ног и направились прямо к девушка, но Вельф вовремя отреагировал и несколькими ударами прикончил самых первых, а подскочивший с земли Оками выхватил из ножен кинжал и добил тех, кто пытался убежать к своим. Но это ни капли не улучшило ситуацию, которая ухудшалась с каждым убитым кроликом, и если что-то не придумать сейчас, то потом уже ничего не получиться сделать. Неожиданно из одного из коридоров послышался волчий вой, в непроглядной темноте засветились красные глаза, а затем из неё выбежала целая стая церберов, не менее опасных монстров, чем альмиражей, которые ещё и способны изрыгать пламя из своей пасти. Но вместо того, чтобы накинуться на зажатых в углу авантюристов, церберы бежали мимо них, в ужасе скуля и периодически оглядываясь назад. Один из кроликов, посмотрев в коридор, из которого выбежали псы, неожиданно побежал вслед за убегающими монстрами. А за ним рванул и второй, и третий, и так вскоре вся огромная стая оставила авантюристов в огромной комнате наедине с чем-то неизвестным. — Что-то я не припоминаю, чтобы монстры убегали от кого-либо… — подметил Оками, тяжело дыша и подняв с земли свой меч. — Монстры никогда не убегают. Они всегда дерутся до последнего вздоха, даже если перед ними будет самый сильный авантюрист. — добавила Лили, перезаряжая мини-баллисту. — Не нравится мне это… Что думаешь, Белл? — спросил Вельф, вытирая пот со лба. — Не знаю… Но что бы это ни было… Мы выживем. Мы точно выживем. — уверял сам себя Белл, встав в боевую стойку и приготовившись к наихудшему. Напряжённая тишина, поначалу периодически перебиваемая тяжёлым дыханием уставших и капанием воды с потолка, заполонила комнату. Глаза каждого из группы были сосредоточены на том проходе, откуда выбежали церберы, но в темноте, царящей в нём, и слона увидеть не получиться. Время будто застыло в ожидании неизвестной угрозы. Что же скрывается там, во тьме? От чего могут бежать даже монстры, которые по природе сделаны храбрее любых воинов, которых только можно повстречать на этом свете? Может быть, очередной минотавр? Но каким бы закалённым он не был, ни один монстр не будет от него убегать в страхе за свою шкуру. Но что? Что могло заставить уносить свои ноги сломя голову, даже не обращая внимания на обречённую группу авантюристов, которую они могли спокойно добить? Напряжение уверенно нарастало, но никто не дрогнул. Рукояти клинков сжимались сильнее, ноги сгибались и приготавливались в любой момент увернуться прыжком в сторону, а глаза всё сильнее всматривались. Неожиданно по всей комнате эхом пронёсся страшный рёв, похожий на тот, что издавал тот минотавр, но этот был гораздо грознее, ниже и пугающе. — К-какого чёрта это было?! — в ужасе воскликнул Вельф, озираясь по сторонам в поисках источника звука. — П-похоже на минотавра… — заикаясь прошептала Лили, немного дрожа от страха. — Д-да нет, невозможно! Минотавры ведь только на пятнадцатом водятся! — проход, из которого выбежали церберы, неожиданно осенил ярко-синий цвет. Затем рёв повторился, и из проёма выбежал огромный двухметровый бык. Расширив под свои размеры проём, он на большой скорости направился в сторону группы. Его рога были воистину громадные, возможно, самые большие из тех, что можно было увидеть в подземелье; каменный пол ломался в клочья под его копытам, раскидывая по округе множество осколков различных размеров; кожа, покрытая многочисленными шрамами, имела чёрный цвет с сероватым оттенком; глаза, горящие синим пламенем, были наполнены яростью, ненавистью и желанием убивать. Белл отреагировал молниеносно, сразу же отскочив в сторону и чудом не попав под летящие камни, Лили было достаточно лишь немного отойти в сторону, а Оками увернулся практически в последний момент. Но вот Вельфу повезло меньше, хоть ему и удалось отпрыгнуть в сторону, один из крупных булыжников на большой скорости полетел в него. По всей комнате эхом прошёл его крик. А когда все пришли в себя, быка уже не было, лишь раздробленный пол и небольшая лужа крови говорила о том, что он когда-то здесь был. — Вельф! — воскликнул Белл, подбежав к раненому. — Плохо дело… Твоя нога… — уже с менее уверенным настроем произнёс Белл, осмотрев ногу Кроззо. Камень рассёк кожу вдоль практически всей её длины, кроме того, при таком ударе кость вряд ли осталась цела, перелом вряд ли возможен, но лишняя трещина в ней точно появилась. — Ничего, жить буду. Надо только… — Вельф попытался осторожно встать, но затем со вскриком полетел вниз, благо, Белл вовремя среагировал и подхватил падающего друга за плечо. — Нам нужно уходить отсюда. И как можно скорее! — воскликнула Лили, крепче взявшись за лямки рюкзака, как вдруг вновь послышался рёв разъярённого быка, сопровождаемый ударами чего-то твёрдого об камень. — Кажется он бьётся об стены… Но зачем? — Он хочет отрезать нам пути отступления! Быстро, наверх! — крикнул Белл, побежав к подъёму, но монстр резко выскочил из проёма и направился на перерез, но Кранел вовремя остановился, и в итоге бык врезался в стену около единственной тропы наверх, которая, правда, затем была засыпана кучей камней, но зато у ребят появилось немного времени, ибо чудовищу нужно прийти в себя после такого удара. — Скорее, сюда! — позвал Оками, махнув рукой. Он стоял около того самого прохода, из которого выбежало это создание, последнего не заваленного. Недолго думая, вся группа побежала в единственный возможный путь побега, пока бык не пришёл в себя. Проход привёл к небольшой, но очень глубокой пропасти, единственным путём через которую был мост, сужающийся к середине и расширяющийся у начал, на котором виднелись следы копыт, чей владелец, к слову, уже шёл по следу своей добычи. — Как же нам справиться с этой громадиной?! — в панике спрашивала Лили. — У меня есть идея! Бегите без меня! Я всё сделаю! — Оками неожиданно развернулся, когда группа достигла другой стороны. — Что?! Ты из ума вышел?! — Доверьтесь мне! У меня есть план, и он должен сработать! Просто уходите, я вас догоню! — юноша крепче схватился за рукоять своего меча и принял боевую стойку. Вибрации в земле становились всё сильнее и сильнее с каждой секундой, отчего галька на ней начала подскакивать на месте. Из прохода, на другом конце моста, резко вылетел бык на огромной скорости, движимый ещё большей яростью, чем до этого. При виде Оками он громко заревел во всё горло и направился прямиком на него. Очевидно, что юноше не выжить в прямой схватке с таким пугающим и ужасным монстром, который в разы превосходит его в габаритах и способен превратить в кровавое месиво лишь одним ударом копыта. Но при всём этом он не дрогнул ни на мгновение, это не означало, что ему не было страшно, просто ему было за что бороться. Отпустив рукоять одной рукой, Оками бросился прямо навстречу монстру, навстречу самой, как ему казалось, смерти. Когда расстояние сократилось до нескольких десятков сантиметров, юноша резко вытягивает одну ногу вперёд, плавно падает на землю и по инерции прокатывается прямо под быком. Каменные осколки пролетали в считанных сантиметрах от его лица — самого уязвимого места для мелких острых предметов; не намного дальше оглушали своим топотом огромные мощные копыта, попадание под которой означало бы если не мгновенную смерть, то очень серьёзные травмы. Воспользовавшись ситуацией, он размахнул клинком настолько, насколько мог, и прошёлся лезвием по брюху быка, пустив тому кровь. Но эта рана, кажется, ни капли не нанесла вреда животному, лишь больше его разозлила. Но это только на руку, ведь это значит, что всё внимание будет сейчас сконцентрировано на парне, что даст больше времени его друзьям. Прокатившись ещё пару метров, Оками совершил кувырок и сразу же убрал клинок за спину, ведь несмотря на то, что это был короткий меч, в нынешних условиях он был самой настоящей громадиной; вместо неё он сорвал с пояса кинжал. Встав на той части моста, где ещё не было видно следов быка, парень приготовился к повторной атаке. К этому моменту чудовище уже развернулось, из носа выходили струи горячего пара, а глаза так и показывали желание не оставить на мелком выскочке и живого места. Дважды топнув копытом, бык снова рванул в сторону Оками, но в этот раз с ещё большей скоростью, а тот, в своё очередь, побежал навстречу и на середине моста вновь проскочил под его брюхом, но в этот раз вонзив кинжал и проведя его, тем самым нанеся более серьёзную рану, чем в прошлый раз. На землю полилась горячая кровь, но быку было абсолютно на это плевать, будто он и не почувствовал боли. Оками повторил свой трюк и в третий раз, вновь сменив маршрут на другую сторону. Но когда он попытался проделать то же самое в четвёртый раз, бык резко поднял правую заднюю ногу, когда голова парня оказалась около неё. Лишь чудом и реакцией Оками удалось избежать превращения своего лица в кровавую лепёшку, но полностью избежать удара не удалось. Сила удара была настолько велика, что от ударной волны лёгкое тельце юноши откинуло в сторону пропасти, и если ему самому удалось ухватиться за край, то вот его кинжалу повезло меньше, и он исчез в пучине темноты; кроме того, несколько осколков задели лицо, нанеся несколько царапин на щеках и лбу, но это было несравнимо с потерей единственного эффективного оружия. Быстро вскарабкавшись обратно на мост, Оками отошёл к противоположной от быка стороне моста. Игнорирование ран чудовищем сыграло свою роль: он стал двигаться медленнее, а на разворот стал тратить гораздо больше времени. Это время парень пытался использовать по максимуму, стараясь придумать новый способ для осуществления своего плана. Быстро окинув мост взглядом, он сразу же придумал, что можно делать дальше, чтобы заставитьбыка бегать по мосту, и при этом не погибнуть. Достав из ножен меч, Оками сделал несколько шагов назад, ближе к основанию моста. Бык как раз завершил разворот и вновь побежал на смертельный танец. В последний момент юноша отскочил в сторону, используя большее пространство, и рубанул по боку монстра и побежал на другой конец моста. Но чудовище в этот раз развернулось гораздо быстрее, чем до этого и начало движение уже тогда, когда Оками добежал только до середины моста, где места для уворота не было от слова совсем. Но стоило только быку сделать несколько шагов, как пещеру начали заполнять звук ломания камней. План сработал! Мост начал обрушаться! Быку уже никак не сбежать, и его туша полетит вниз! Осталось только самому выбраться! Перекинув меч на другую сторону, Оками запрыгал по подлетающим от разрушения моста камням, дабы не терять сильно высоты в приближающимся полёте. Последний прыжок, и… Есть контакт! Ухватился за уступ! А бык с громким и пронзительным рёвом полетел вниз, на самое дно пропасти, а парень с довольной улыбкой наблюдал тому вслед. Теперь нужно всего лишь подняться и догнать группу, но стоило ему только попробовать подтянуться, как его резко пронзила колющая боль. Вскрикнув и выпрямив руки, Оками бегло осмотрел свою правую руку, и вид его совсем не порадовал. В районе локтя, был вонзён тонкий, но очень длинный острый булыжник. Немного переведя дух, парень попытался вытащить остриё, чтоб хоть попытаться забраться, но из-за резкой боли его пальцы чуть сами по себе не отпустили уступ, почти отправив того вслед за чудовищем. Отпустив булыжник и вновь ухватившись второй рукой, Оками тяжело вздохнул. Шансов выбраться из этой ситуации у него не особо много, по крайней мере в самостоятельно. Рано или поздно руки не выдержат нагрузки, и ему придётся полететь вслед за быком, чего ему ужасно не хотелось. Но ведь должен быть хоть какой-то выход из этой ситуации, верно? Может, можно через боль подняться наверх, или попытаться закинуть ногу? Но все приходящие в голову идеи заканчивались лишь одним — ужасной болью, что бы Оками не делал, все его попытки заканчивались почти успехом, но, как мы знаем, «почти» не считается. Так и провисел юноша несколько минут, в ожидании какого-либо чуда, или же хорошей мысли, но ничего и никто не пришёл. Руки уже практически исчерпали лимит своих возможностей, и пальцы начали медленно соскальзывать вниз, приближая своего хозяина к смерти. Похоже, выхода из этой ситуации действительно нет, и остаётся лишь принять тот факт, что подняться наверх у него уже шансов нет. Вздохнув так тяжело, как никогда прежде, Оками в последний раз вспомнил лица своих друзей, которые, хоть и ненадолго, но сделали его жизнь красочнее, и, опустив взгляд вниз, отпустил уступ, отправив самого себя в свободное падение. — Поймал! — словно молниеносный удар пробил тишину голос Белла, стоило только пальцам оторваться от земли. Схватившись ладонь Оками сначала одной, а затем обеими руками, он из-за всех сил потянул на себя и поднял его наверх. — Вот ты где! Мы за тебя ужасно волновались! — А… Мы..? — недоумевал спасённый, уже смирившийся со своей судьбой. — Белл..? Лили..? Вельф..? Зачем вы вернулись..? — не верил своим глазам тот, осматривая лица друзей. — Ты и вправду думал, что мы оставим тебя одного? Да никогда в жизни! — возмущалась Лили, сняв с себя рюкзак и с объятиями накинувшись на парня. — А почему мост разрушен? Неужели ты уничтожил его? — спросил Вельф, когда Белл усадил его на землю. — Ну... Скажем так, я заставил быка сломать последнюю опору под собой. — усмехнулся Оками, оперевшись на левую руку. — Сломать последнюю опору… — Когда я увидел следы от копыт быка на мосту, мне в голову пришла идея использовать его огромную разрушительную силу против него самого. Я заставил бегать его туда-сюда по разным частям моста, из-за чего он неосознанно ломал его. — И ты заставлял его бегать до тех пор, пока мост не обрушился! Ну парень, ну голова! — восхищённо хвалил Вельф, трепая Оками по волосам. — И всё же… Почему ты не рассказал нам про свой план? Зачем ты пошёл в одиночку? Думаю, вчетвером мы бы справились нехуже… — спросил Белл, усевшись на колени. — Как раз-таки всей группой мы не справились бы. Быку нужно было сконцентрироваться на одной цели, чтобы ничего не отвлекало его и не заставило передумать. — Тогда… Почему мне не сказал? Я ведь быстрее, и наверняка бы справился точно также… — Не было времени. Я не знал, насколько этот план удачный. Даже если бы мне не удалось обрушить мост под быком, я бы всё равно выиграл для вас достаточно времени, чтобы сбежать, при этом не потеряв многого. Но если бы в бой вступил ты и проиграл, мы бы точно были обречены, ведь без тебя нам не выжить на средних этажах. Уж лучше бы погиб только я, чем все вы. — Да ты прямо герой… — похвалил Вельф, оперевшись рукой на землю. — Наверное… Но зато теперь мы можем спокойно возвращаться домой! А всего-то надо было пожертвовать рукой и кинжалом. — уже более радостно воскликнул Оками, подняв правую руку вверх, но затем, прошипев, сразу же её опустил. — Не выйдет. — вздохнул Белл, повернувшись в сторону пропасти. — Этот мост был единственным способом добраться до подъёма. Да даже если бы он остался, проход завален камнями. В одиночку мы бы слишком долго разгребали завал. — Тогда… Что же нам делать..? — Мы можем пойти до восемнадцатого этажа! — предложила Лили, вскочив с земли. — Восемнадцатого этажа? Зачем? Чтобы нас ещё быстрее на клочки разорвали? — усомнился Вельф, откинув спину. — Если ты не знаешь, на восемнадцатом этаже находится безопасная зона — Ривира, её ещё называют подземным курортом. Там не появляются монстры, и есть всё для авантюристов, даже город! — И как мы, по-твоему, до него попадём? Нас на этом чуть не убили, а что на следующих будет? — На средних этажах есть много дыр, вроде этой пропасти. В моём рюкзаке должны быть верёвки, мы можем по ним спускаться вниз! Тогда получиться гораздо быстрее. — Тогда нам нужно выдвигаться, и как можно скорее. Кстати, Оками. Ты же говорил, что пожертвовал кинжал, верно? — обратился Белл, развернувшись. — Да, он упал в пропасть. Не думаю, что ещё его увижу… — Вот. Возьми пока что мой. — Кранел вытащил из ножен кинжал, созданный Вельфом: Ушивакамару, чьё название он сам не запомнил, и протянул его. — Не стоит, правда. Мой меч всё еще при мне. А в твоих руках он принесёт больше пользы. — Ладно, тогда… — Кранел вздохнул и уже было хотел убрать оружие обратно в ножны, но в этот момент в его голову пришла какая-то идея, и он остановился. — Давай так: кинжал побудет у тебя и ты будешь им пользоваться, а если он мне понадобится, то ты мне его отдашь, хорошо? — с искренней добротой и детской наивностью предложил Белл, вновь протянув кинжал своему другу. Со стороны послышалось тихое хихиканье Лили, вновь умиляющуюся ребяческим характером Кранела, а Вельф усмехнулся, отвернулся в сторону и слегка погладил свою забинтованную рану на ноге. — Ладно-ладно, уговорил. — с улыбкой вздохнул Оками, взяв кинжал левой рукой и убрав его в свои ножны, которые хоть и не идеально, но подошли.