Ненавистный учитель

Мягкие лучики солнца несмело прокрадывались между жалюзи в маленькую, светлую комнатку, добираясь до пухлого личика мальчишки, который совсем не желал сегодня вставать раньше обеда. Подросток сам невольно стал глубже укутываться в одеяло, которое было мягкое, словно облачко, от чего ещё больше не хотелось подниматься и расставаться с ним. Но вот звенит злосчастный будильник, давая знать парнишке, что уже пришло время вставать и собираться в самое ненавистное место всех детей, в школу. Да, наш герой, о котором сегодня пойдёт речь, ещё не закончил данное заведение. Мальчишка начал жмуриться от приставучих лучей, что так и слепили серебристые глазёнки. Рогатик неохотно поднялся, принимая сидячее положение, кулачками стал потирать заспанные глаза, разминая личико. Мальчонка потянулся, похрустывая затёкшими костями, и широко зевнул, окончательно пробуждаясь, вернулся из мира сновидений. Вы уже наверняка узнали нашего героя, да? Торд Ларссон, именно. Мальчишка лет пятнадцати, волосы цвета карамель, серые глаза, ученик средней районой школы. Парнишка не является скромнягой, но и альфой школы его не назовёшь, он ни много ни мало с кем общается, но есть лишь пара людей, которых он может считать за друзей, для него вполне достаточно. Да ещё и учитывая, что учиться в данной школе он начал только с этого года. Ну о них да и о биографии разберём ещё по ходу событий. Норвежец свесил тощие ноги с постели, спуская ступни на леденящий пол. Холод с болью пробрался с самых пят к макушке, морозя всё тело, от чего неприятной дрожи пришлось просковозить всё тело. Но рассиживаться времени много не было, потому паренёк спрыгнул с кровати и быстро направился к окну, собираясь его закрыть. Но в глазах тут же потемнело. Парень был не очень-то спортивный, так ещё и частые голодовки давали о себе знать. Постояв, пошатавшись, он дождался, пока вновь «отрезвеет» и лишь тогда принялся за последующие действия. Мальчишка закрыл окно ещё когда вокруг всё было чёрным-черно, потому уже вяло плёлся к ванной, которая, к счастью, на сегодняшнее утро была свободна. Он мигом заскочил в небольшую комнатку и, подойдя к раковине, взялся за щётку. Освежившись, рогатик покинул комнату и приметил, что на дела дома у него осталось всего каких-то десять минут. Что ж, и сегодня позавтракать не выйдет. Хотя обычно рогатый не особо волновался об этом. Но вот в четверг, когда первым уроком был предмет истории, опаздывать уж не хотелось никому. Торд был не исключением, потому парнишка просто направился обратно в комнату да побыстрее. Сероглазый, оказавшись на месте, тут же стал собирать разбросанные по всему помещению вещи, пытаясь откапать что-то чистое и скомпоновать это с другими вещами. Минут пять-семь и он готов. Шатен в очередной раз оглядывает комнату, где отыскал подле шаткого столика заранее собранный портфель, кажется впервые за этот год, и направился к выходу, стараясь по-минимуму издавать звуков, разбудить кого ненароком уж не хотелось. Но, осознав, что, кажется, дома никого, он ускоряется, действуя уверенней. Подросток накинул поверх чёрной толстовки такое же чёрное пальто с большим воротником и покинул квартиру. Мальчишка с рожками шёл быстро, как мог, на некоторых поворотах даже ускорялся на бег, но на автобус всё равно не успел. Пришлось шуоровать ещё быстрее, чтобы не опоздать, ведь на историю либо приходить вовремя — либо не приходить вообще. Девиз класса, не считая Харгривза, как раз так и одного из друзей нашего опаздуна. Этот рыжий нарцисс просто фанат истории, чего не скажешь о других. Вот впереди уже виднеется школа и, о чудо, времени ещё достаточно, значит парень не попадёт под расстрел. Если поторопится, конечно. Паренёк сероглазый на крыльце уже сбавляет темпы скорости и более спокойно проходит в четырёхэтажное здание. Времени у гардероба он не тратит, минута и рогатый уже снял свой потрёпанный временем плащ и собирался идти в класс, как его остановили. Кто же? Проверяющие школы, дежурные... называйте, как хотите. — И опять без сменной обуви? — сказал паренёк явно старше классом. — Ой, да бросьте вам, и что тут такого. — Ага, ничего, только нам потом за такими, как ты полы мыть, если натопчите. Если не ошибаюсь, то ты уже не первый раз так проходишь, чёрт. — Я до дома уже не добегу! Успокойся и пропусти! — прикрикнул Ларссон, собираясь оттолкнуть недоброжелателя. — Э-ей, а ну постой, — схватил его за руку. Вы, наверное, не поверите, но Торд разулся. Глупо, неуместно, но времени на разборки он искать не хотел. Потом заберёт. Выпрыгнув из своих ботинок, парнишка остался в голубых носках и уже через пару минут оказался на лестнице, оставив двух дежурных хохотать у поста. Только что отправили парня босиком, чего бы не посмеяться. Несколько десятков ступеней и мальчонка на четвёртом, да, первый урок проходил там. Быстро завернув за угол, мальчишка влетает в сорок третий кабинет вместе со звонком. Рогатый паренёк быстро пробивается сквозь малочисленное количество учеников к своему незаконному месту где-то в конце класса. Торд завалился ближе к окну и устало оглядел класс. Учителя не видать. Неужели опаздывает...? — Не пришёл ещё... — выдохнул наскоро норвежец. С чувством облегчения пришло и разочарование, когда в дверях показался пухлый и низкий мужичок, он весь был запыхавшийся, явно вспотел, пока добирался до класса. Все немного удивились, ведь за этот год мистер Пакертон опаздывал на свой же урок первый раз. Кто-то даже рюкзак собрал, собираясь уйти, но не судьба. — Так, отсутствующие? — протараторил шатен в очках, который и являлся историком. — Все, — хором ответили некоторые ребята из класса. — Все отсутствуют? — усмехнулся сам себе под нос учитель. — Садитесь. К счастью первый урок ничего из себя не представлял, просто выслушивание скучного материала. «Один из семи прожит» — в мыслях отметил для себя Торд. Что ж, да и остальные предметы из себя ничего опасного не представляли на сегодня, потому Торд более-менее расслабился. Кто-то вдруг подбежал сзади и хлопнул по плечу, оставив руку там же. Ларссон чуть напрягся от хлопка, но тут же догадался кто это. — Ух ты, не прогулял, даже не проспал с опозданием сегодня, — проговорил знакомый голос паренька рядом, — Сегодня солнечное затмение? — Угу, точно, — буркнул обладатель медных рожек и повернулся к другу, что, как обычно, был в своей излюбленной зелёной толстовке, — А где Мэтт? Не уж-то пропустил свой любимый урок? — Пф, нет конечно. С мистером Пакертоном обсуждает чего-то. Проект, наверное, — пожал плечами кареглазый шатен. — Ну понятно, — буркнул молодой коммунист. Рогатый парнишка отвёл взгляд куда-то в сторону, вспоминая расписание на сегодняшний день. Перемена была небольшая. — Физика, математика... — тихо бубнил себе под нос сероглазый, — Математика... — повторил чуть громче. — М? — уже отстранился от друга зелёнка. — Да математика... — О, нет, Торд. — Э-эдд, — протяжно проговорил норвежец. — Нет-нет-нет и нет! — Ну дай списать. — Нет, Торд, — парень отвернулся в другую сторону, сложив руки на груди. — Ну Э-э-э-эдд. — Ты когда сам начнёшь домашнюю делать? — резко обернулся Гулд. — Ну... она просто такая скучная... — Всё, сам выкручивайся, даже слышать не хочу! — Эдд поправил рюкзак на плечах и ускорил шаг, обгоняя Торда. Вот зелёнка уже скрылся в толпе, Ларс только окликнуть его и успел. — Друг называется... — недовольно пробурчал рогатый. — Что, списать не дал? Торд тут же повернулся в сторону высокого парня, опасаясь встретиться с учителем. Слава богу это оказался лишь тот самый нарцистичный любитель истории. — Тьфу-ты, не пугай так! — закапризничал обладатель лунных глазок. — Да ладно тебе, — улыбнулся рыжик, — мы ж не в тюрьме. — Кому как... — буркнул карамельноволосый, как вдруг в голову будто ударили, — О, хей, Мэтт, а может- — Нет, приятель, извиняй, — отошёл и этот любитель себя. — Ой, да брось, ты-то не будь кидаловом! — Эдд прав, тебе пора браться за голову! — Да вы просто сволочи! Сво-ло-чи! Но ничего, математика всегда где-то последняя или ближе к концу стоит по расписанию, будет время ещё позакалёбывать друзей. *** Дело близилось к концу учебного дня, последний урок, математика. Нашёл ли Торди, где списать? Конечно нет. Эдд, как самый лучший друг, не дал рогатику ответы. «Получит два — будет делать домашнюю» — считал он. Но вот сам Ларссон так не думал. У него не было особых проблем с этим уроком, как и у любого другого в этой школе. Минимум, что у вас будет, так это хорошо с минусом от одного полюса земли до другого, а плохие отметки мисс Филипс почти никогда не ставила, с условием, что завтра ты придёшь и сможешь ответить на любой вопрос по теме, что она задаст. Потому Торд просто решил отмахнутся, что сегодня забыл тетрадь. Парень как всегда устроился на своё любимое место и не заметил сам, как ушёл куда-то в мысли, мечтательно глядя в окно. — Ну как, уже сделал домашнюю? Торд не сразу вернулся в мир, но через секунд семь эта фраза отдалась эхом о стенки разума и он повернулся к подошедшему к парте Гулду. Тот беспечно оглядывал ушедшего в астрал рогатика, попивая сладостный напиток из алюминиевой банки. Его часто можно было увидеть с красно-белой баночкой в руках, в которой ещё осталось колы — его любимого напитка. — А? Не... нет, я и так везучий, пронесёт. Да и тем более смогу поднести завтра, если что. Диалог парней прервала противнейшая трель уже наверняка заржавевшего звонка. — Ох, ам, ну удачи, везунчик, — выдал Эдд, отправляясь к своему месту. Ларссон настороженно оглядел класс в поисках женщины в годах, которая обычно не часто вставала из-за своего стола из-за проблем с ногами. Но сегодня её было там не видать. — Что за день опаздывающего учителя... — тихо прошелестел рогатый. Но он вовсе не возмущался, нет, не подумайте. Кто такому только рад не будет? И тут уже зажужжал весь класс, спокойно болтая, перекрикивали друг друга. Ну, а Торд... а что Торд? Он достал свой старенький телефончик, который смело можно было назвать лопатой. Не самые приличные картинки на обоях сразу бросаются в глаза, но парниша уже давно к ним привык. Но разглашать о своих интересах не очень хотелось, потому свои вещи он всегда держал при себе, в особенности телефон. Машинально введя длинный пароль, мальчонка тут же полез по социальным сетям и закоулочкам браузера. Галдёж, дикий смех, летающие тетради и ручки, хлопающая дверь, беготня — так и проходит первая половина урока, никто уже никого из учителей не ждал, да и не удивительно. Но внезапно в кабинет, практически незаметно за таким шумом, проходит... учитель...? Ну, явно не учащийся здесь. За этим же следует хлопок двери, что привлёк внимание некоторых, и они сразу смолкли, заметив постороннего. Когда в классе стало совсем тихо, только тогда и Торд обратил внимание куда-то в начало класса. Мужчина, разодетый в светло-небесную рубашку, поверх которой был тёмно-серый пиджак, который вскоре оказался на спинке стула учительского стола. Чёрно-белый галстук узором в клетку, чёрные часы, того же цвета брюки и... кроссовки. Да, на этом парне были кроссовки, но не это так заставило всех смолкнуть. Полностью непроглядно-чёрные глаза. В них даже свет не отражался, как было бы с линзами, казалось, что глазные яблоки попросту отсутствуют, но что находилось там разглядеть было невозможно, чернота. Эти чёрные омуты приковали к себе всё внимание норвежца. Кажется, он попросту не мог отвести взгляд... но вот чёрноглазый заговорил: — Тэк-с, у вас, значит, алгебра? Десятый? — укладывая на стол принесённые с собой бумаги, уточнил для себя новенький здесь. Класс вяло, хором ответил положительно, так и не сводя глаз с пришедшего. — Наконец... — испустил облегчённый вздох и оторвался от раскладывания бумаг, — И так, — обратился к классу, оглядев всех, — Я — Томас Риджуэлл, для вас мистер Риджуэлл, и мне... в общем, постарайтесь запомнить с первого раза, — поставил точку над этой темой, — Ну-с, а с вами познакомимся по ходу уроков, — чуть смягчил он тон, — Думаю, объяснять, что я ваш новый учитель по сие предмету долго не нужно, потому, пока осталось время давайте поможем друг другу, разберём что вы там изучали и познакомимся. Томас говорил, в то время как по классу уже начали расползаться перешёптывания, которые, конечно, нужно было как-то прекращать. POV Торд — Так, ты, — кивнул Том в сторону, кажется, где сидел Эдд, — Как звать? — Я...? — да, это был определённо его голос. — Ну да, на тебя же смотрю. — Эдд. Гулд. — Эдд? Хорошо. Дальше Том стал буквально допрашивать Эдда о прошедших темах, иногда затрагивая класс, слава богу я не попал под этот расстрел. Но отвести взгляд от тех бездонных глаз я ещё минут пять был не в силах... В конце концов поймав себя на этом я быстро обратно достал телефон из кармана толстовки и уткнулся в экран, ближе подвинувшись к окну, чтобы скрыться за спинами одноклассников. Время близится к обеду и уже вот скоро должен быть звонок, а там и домой. Просто прелесть... Вещи уже собраны, а я отстукиваю незамысловатый ритм пальцами по столу, продолжая глядеть в экран смартфона. Так и проходил весь урок, я особо не вникал в мир вокруг, но черты лица Тома почему-то до сих пор всплывали перед глазами, пусть я на него и не смотрел. Да, так всё и продолжалось, пока в один момент телефон не исчез из моих рук... я поднял глаза и увидел, как рядом со мной сидит Томас... я даже сердце перестал чувствовать... может оно остановилось? — Неплохой телефончик, — осмотрел он его, благо экран погас, видимо, случайно нажал на кнопку, — новый? — Нет... — кажется мой шёпот можно было сравнить с молчанием, ведь даже я еле его расслышал. — Ох, ну ладно, — он поднялся со стула и остановился около парты, за которой мы только что и сидели, Том оглядывал меня всего, — Где боты? Носочки, конечно, милые, мне просто интересно, извини. На телефон выменял? Весь класс смотрел на нас, кто-то тихо хихикал, прикрывая рот рукой, чтобы не рассмеяться, кажется только Эдд с Мэттом и не наблюдали за этой сценкой... Мне резко перехотелось отвечать на какие-либо вопросы этого нового учителя. А может и зря. — Ладно, носочки, к доске, — чуть усмехнулся он и пошёл к своему столу. Да кто он вообще такой, чтобы вот так разговаривать? Ладно телефон забрал, но высмеивать! Он явно хочет войны... — Ну? — грубо прозвучало от него же, — Я жду, давай. — Что...? — тихо переспрашиваю я. — К доске, носочки, не спи, — повторил он. В первый раз я явно просто пропустил это мимо ушей. — Вон, примеры уже есть, давай, валяй, — присел на край стола. Я мельком глянул на написанные маркером уравнения... и я точно не знаю, как их решить... но отсиживаться и терпеть все эти десятки пар глаз тоже не вариант, потому я неуверенно, но поднялся и пошаркал к доске. — Давай-давай, живей, успеешь ещё до звонка, — протянул мне маркер. Я взял чёрный фломастер и подошёл ближе к доске, пытаясь вспомнить хоть что-то за последнии дни. Ничего... пусто, будто стёрли из памяти все принципы, алгоритмы действия и правила. Прожигающие взгляды сзади сидящих вовсе не помогали, Том только изредка поглядывал на меня, то смотрел на часы, то листал страницы учебника, не вставая со стола. — Ну? — так резко разрезало давно наступившую тишину, — В чём проблема? Продолжаю стоять на месте, чуть пошатываюсь, нервно прокручивая крышку маркера в руках, как и сам спиртовый карандашик. — Мы же только что разбирали, вот, точно такой же, как первый, ам, — вновь обратился к учебнику, — вот, триста девяносто пятый, у вас этот номер в домашнем был. Не перестаю мучать перо, в то время как он ожидающе смотрит на меня. Я, кажется, уже полностью впал в свои мысли, смотря неизвестно в какую точку на доске. Всё равно ничего не знаю, так чего пытаться... Вроде как Том хотел сказать ещё что-то, но его перебил звонок, спасительный звонок, но я даже сначала не услышал его, как следует. Наконец осознав, что происходит, я откладываю маркер на специальное место перед доской и быстрым шагом возвращаюсь к своему месту, чтобы забрать рюкзак и побыстрее смыться отсюда. Вновь иду в начало класса, чтобы покинуть его. — Эй, носочки. Вновь этот голос... похоже я его больше не забуду... — Забирай, — он протягивал мне мой телефон, — Милые обои. Вот болван, чуть не забыл. Я резко выхватил у него свою вещь и быстро стал удалятся из класса. Долбанные дежурные, долбанная математика, долбанный новый учитель! Чтобы и он оказался в такой ситуации...!