Непреодолимое притяжение

      Вот и начинается шестой, предпоследний, учебный год. Будущие волшебники уже заняли свои места в купе поезда и ждут прибытия на платформу Хогвартса. Многие из студентов перед отбытием в школу посетили недавно открывшийся магазин «Всевозможных волшебных вредилок» братьев Уизли и сейчас делились своими покупками с одногруппниками. Не стоит уточнять, сколько эксклюзивных вещей можно было найти у Фреда и Джорджа, таких вещей, которые нельзя было купить в других магазинах, так что время ученики проводили довольно весело. Но шестой курс уже не был таким приземленным и инфантильным, и некоторые студенты не считали зазорным слюнявить друг друга у всех на глазах прямо в узком коридоре вагона.       Гарри, Рон и Гермиона сидели в купе втроем, никто не мешал им вести довольно личный разговор. И касался он Малфоя. Гарри утверждал, что он принял темную сторону, а если быть точнее, стал Пожирателем Смерти.       — Да бред какой-то, ты не можешь быть в этом так уверен, потому что не знаешь наверняка, — сказала Гермиона.       — Но ты же сама видела его в том магазине, в «Горбин и Берк», — снова начал Гарри.       — И что? Мы не видели ничего, что подтверждало бы твои слова.       — Ты что, защищаешь его? — чуть ли не предъявил ей Рон.       — При чем тут это? Я просто пытаюсь быть реалисткой! — Гермиона начала сердиться на Рона за такие слова. Она не ожидала услышать их, особенно от него.       — Хорошо, извини меня, пожалуйста, я, наверное, не подумал, что сказал, — Рон легким движением убрал прядь волос с ее лица.       В этом году она заметила, что он стал как-то иначе на нее смотреть, и ей это нравилось. Она тоже начала замечать в нем то, что раньше не видела то ли в силу возраста, то ли потому что раньше он не привлекал ее как парень. Он стал старше, симпатичнее и мужественнее. Это не могло не прибавить ему харизмы. Ей хотелось чаще до него дотрагиваться, как и ему хотелось чаще прикасаться к ней, это было взаимное притяжение.       Гарри не был слепым и не мог не заметить искры, которая проскочила между его друзьями. Глядя на них, ему становилось неловко, он начинал ощущать себя третьим лишним, хоть и старался не подавать виду.       Вскоре поезд подъехал к школе, ученики вышли на перрон, где их уже ждали повозки. Войдя в огромные двери большого зала, студенты вновь встретились со своими деканами, преподавателями и директором, а затем познакомились с новыми учениками школы, поступившими на первый курс. Наконец Дамблдор произнёс речь, хлопнул в ладоши, и на столах факультетов появилась аппетитная вкусная еда.       После сытного ужина ученики начали расходиться по своим комнатам, а старосты факультетов пошли провожать первокурсников до гостиных. В прошлом году старостами Гриффиндора назначили Рона и Гермиону.       После этого всех старост пригласили на собрание, где им профессор Макгонагалл дала определенные требования, которые они должны соблюдать. Пока преподаватель Трансфигурации напоминала студентам устав Хогвартса, который, кстати, зачитывался каждый год, Гермиона заметила, что Драко Малфой, который был старостой Слизерина вместе с Пэнси Паркинсон, странно на нее смотрел. Но как только ее глаза встретились с его, он поспешно отвел взгляд.       Гермиону заинтересовало то, что в его серых глазах не читалась нескрываемая неприязнь, но лишь на мгновение, потом она снова начала вслушиваться в слова своего декана.       После собрания они с Роном побрели в свою гостиную. Перед уходом Малфой снова посмотрел на нее, но в этот раз это заметил Рон, на что Драко смерил его холодным взглядом с головы до пят. Уизли не понравилось, что заносчиивый слизеринец оказывает ей внимание. Казалось бы, ну посмотрел он, и что? Он ведь и раньше смотрел, высмеивая ее или их с Гарри, но что-то подсказывало Рону, что сейчас он смотрел как-то иначе.       — И что этот баран на тебя так вылупился? — нервничал Рон, вспоминая рожу этого самодовольного недоноска.       — Кто? — она сделала вид, что не знает, о ком он. Ну или просто не хотела подтверждать это для себя, надеясь, что Рон укажет на кого-то другого.       — Малфой. Он как будто раздевал тебя взглядом.       — Перестань, ты чего. Сам-то веришь в свои слова? Не забывай, о ком говоришь.       — Да ладно? — буркнул Рон. Гермиона цыкнула, ей надоело уже второй раз за день выслушивать необоснованные глупые догадки про Малфоя. Она что-ли виновата, что он на нее посмотрел? Да и мало ли почему он это сделал? Наверняка в очередной раз думал о её "нечистой" магловской крови. Рон, конечно, милый, но иногда он ее просто дико раздражал.       Когда они вошли в гостиную, Гарри все еще ждал их и тут же почувствовал явное напряжение между ними. Было видно, что Гермиона не настроена на теплый дружеский разговор, поэтому Гарри не стал у нее ничего спрашивать. Она лишь сухо пожелала им спокойной ночи и удалилась в свою комнату.       — Что случилось? — поинтересовался Гарри у Рона.       — Ничего.       — Уверен, что не хочешь рассказать?       — Малфой смотрел на Гермиону, — процедил сквозь зубы Уизли.       — И что? — Гарри не совсем понимал, что именно имел в виду Рон.       — Как что?! Он всем своим видом говорил: «Хочу трахаться».       Гарри рассмеялся, не веря в то, что слышит подобное от своего друга:       — Ты точно о Малфое говоришь?       Рон буркнул что-то неприличное и тоже ушел в комнату явно расстроенный.