Непреодолимое притяжение

      Гермиона сидела с удивлённым лицом, молча смотря на руку Драко, на которой были высечены череп и змея. Мысли в её голове менялись с бешеной скоростью, сердце стало биться отрывисто. Она не знала, что ему сказать, как реагировать. Как теперь жить дальше, осознавая, что их отношения с юным Пожирателем Смерти зашли довольно далеко? Считается ли всё это предательством Гарри, Рона, Ордена Феникса, всего волшебного мира в целом? Стоит сказать ему, что они по разные стороны и попрощаться или дать волю чувствам и принять его таким? Как правильно поступить? Да и был ли какой-то вариант правильным?       — И ты открываешь мне правду только сейчас? После всего, что было? — дрогнувшим голосом тихо спросила Гермиона, прикрывая наготу одеялом, лежавшим на кровати. Сложно было говорить в такой неоднозначной ситуации.       «Неужели он всё это время обманывал меня? Просто использовал?» — мелькнула мысль в её голове, отчего внутри все сжалось в маленький комочек. Не было сил что-либо кричать или даже плакать. Девушка просто чувствовала, что она опустошена.       Драко не ожидал такого спокойствия с её стороны. Он ожидал криков, истерики, обид, возможно даже сильной пощёчины, от которой потом долго горело бы лицо.       — Я не знал, как сказать тебе об этом, — парень уже был полностью одет и смотрел себе под ноги. Он хотел подойти к Гермионе и обнять её, но посчитал, что это неуместно в данный момент. Поэтому решил просто сделать шаг навстречу к ней.       — Не подходи ко мне! — она испуганно взглянула на него. Тело словно окаменело, она не могла пошевелиться.       — Гермиона, ты же знаешь, что я не сделаю тебе ничего плохого, — он сделал ещё шаг вперёд, вытягивая к ней руку.       — Нет, не приближайся, — с трудом она вскочила с кровати, поспешно собирая свою одежду и приводя себя в порядок.       Юноша подошёл к ней впритык и взял за локоть. Она резко дёрнула руку, и сделала шаг назад.       — Драко, мы не можем. Пэнси права: мы разные, — собственное сердце ушло в пятки от этих слов, но почему-то она больше не видела других вариантов. — Пока ты за них, я не могу. Неправильно все это.       Малфой не ожидал подобных слов, земля уходила из-под ног, пока он слушал её. Единственный кусочек счастья, приносивший ему радость, который он случайно ухватил в этой серой и однообразной жизни, решил покинуть его, оставляя после себя большую дыру в душе. И все из-за того, что он примкнул к Тёмному Лорду даже не по своей воле. Несправедливо. Ярость подкатывала к глотке, готовая вылиться наружу.       — Ты думаешь, я сам выбрал себе такую жизнь?! У меня не было выбора! — голос сорвался на крик, слова любимой стали последней каплей его выдержки. Столько всего навалилось на него за этот год, столько копилось в душе. Пришла пора очиститься. Хоть немного. — Думаешь, мне нравится служить ему? Делать вид, что предан? Быть словно в заточении и даже в собственном доме не находить покоя? — он снова подошёл предельно близко, выплевывая слова ей в лицо, — ты ничего не знаешь.       Гермиона вздрагивала от каждого выкрикнутого слова. Девушка повернулась к юноше спиной, осмысливая то, что он сказал. Может быть она и не знала его истории, не знала, что происходит в Малфой-Мэноре, но она знала какой он на самом деле.       «Как можно сравнить его с любым из членов группировки Волан-де-Морта? Как можно представить, что он способен на убийство? Ведь он совсем другой. Да, есть у него свои "демоны", но и что-то светлое в нем тоже ещё осталось. Ну не могут быть Пожиратели Смерти такими чувственными, они не знают, что такое любовь. А Драко, кажется, честен со мной», — подумала бедная Гермиона.       И она поняла, что безоглядно в него влюблена. Не мешало ли ей это здраво оценить ситуацию?       Малфой как дурак стоял и смотрел на её спину, ожидая хоть какого-нибудь ответа. Злой, но в то же время желающий исправить ситуацию, он покорно ждал, когда она повернётся к нему лицом. И, наконец, словно услышав его мысли, Гермиона посмотрела на него, взглянула в его глубокие серые глаза и просто не могла представить, что он способен сделать ей больно. Хотя именно сейчас её разрывало на части от такой неопределённости.       — Ты останешься? — с надеждой спросил Драко, неуверенно заглядывая ей в глаза. Гермиона долго думала что ему ответить, а он все так же молча ждал.       — Только если ты расскажешь мне всё, — в итоге сказала девушка, ведь глупое упрямое сердце не хотело уходить, — с самого начала.       Малфой выдохнул, слегка расслабившись и обрадовавшись, что она никуда не уйдёт. По крайне мере не сейчас. Но внутри все равно зародилась вера, что всё ещё можно исправить, что она примет его такого. Парень прилёг на кровать, жестом приглашая девушку к себе. Гермиона лишь присела на краешек кровати на противоположной стороне от Драко и приготовилась внимательно слушать его.       — Не знаю даже, с чего начать, — неуверенно произнёс юноша.       — Начни с детства. Я хочу знать всё о тебе.       Драко нахмурил брови, раздумывая что же сказать. И через минуту уже начал свой длинный рассказ, окунаясь в собственный омут воспоминаний.       — Мне было 7 лет, когда отец впервые рассказал мне про Тёмного Лорда, которому когда-то служил и даже был одним из приближенных к нему людей. Он все говорил о его могуществе и силе, о том, как дрожала вся магическая Великобритания лишь от одного его имени. Ему всегда нравилось обсуждать такие вещи, восхищаться ими, кажется, он даже сам стремился к тому, чтобы устрашать кого-то. Но через какое-то время Тот-кого-нельзя-называть пропал. Умер, как думал отец, точнее, верил всей душой.       Меня он воспитывал так, чтобы я стал похожим на него самого. Или на Тёмного Лорда, не знаю. Говорил, чтобы я стремился к господству и устрашению. Учил меня, что хуже маглов могут быть только волшебники, которые не презирают их и, что ещё хуже, вступают с ними в какие-либо отношения. Призывал к чистоте крови. К 10 годам отец уже вовсю бил меня, жестоко наказывал за незначительные проступки, чтобы я «имел твёрдый характер». Мне было жалко маму, которая иногда тоже попадала под раздачу, пытаясь защитить меня, — парень невесело хмыкнул, — наверное поэтому я вырос таким черствым. До тебя, Гермиона, мне было все равно на других людей. Даже Блейза я не всегда во что-то ставил, хотя он всегда прощал мне это, за что я ему благодарен.       Ну так вот, когда Тёмный Лорд вернулся, отец, мягко скажем, перестал быть для него фаворитом. А после того, как папа провалил несколько его заданий, наша семья стала у него на особом счету. Наше поместье на данный момент является, скажем так, логовом Пожирателей Смерти. А когда летом мне исполнилось шестнадцать, отец прямо сказал мне, что выкинет меня, если я не примкну к рядам Тёмного Лорда. А он, кстати, не верит больше моему отцу, а мне тем более. Поэтому, посвятив меня, он дал мне задание, чтоб я доказал ему верность и то, что я не какой-нибудь трус, что достоин носить звание Пожирателя, — Драко громко сглотнул, так как подошёл к развязке своего рассказа, и чем дальше говорил, тем труднее ему было.       — Какое задание он дал тебе? — осторожно спросила Гермиона.       — Я должен убить Дамблдора, — девушка ахнула от его слов, прикрыв рот. Юноше самому было паршиво даже произносить это, — И это я проклял Кэти Белл.       — Что?!       — Не специально, — поспешил объяснить он, — ожерелье принёс мне отец тогда в «Три Метлы», оно предназначалось для директора, просто попало не в те руки, — Гермиона пристально и как-то осуждающе посмотрела на Драко, — поверь, милая, я корил себя очень долго после этого поступка. И именно поэтому в тот день я грубо выпорол тебя, чтоб выпустить пар. Но я будто не понимал, что делаю и сейчас мне очень стыдно за это. Я стараюсь не быть таким, пытаюсь исправиться. Но давление со стороны Тёмного Лорда и отца, кажется, скоро сломает меня. А тот факт, что я не мог ни с кем этим поделиться, загонял меня в угол, отчего мне становилось ещё хуже.       — Я рада, что ты смог рассказать мне, — Гермиона коснулась своими длинными пальчиками ладони слизеринца. От этого нежного прикосновения его словно пробило током, — но это не меняет того, что мы на разных сторонах. У нас разные цели. В грядущей войне мы будем сражаться друг с другом.       Драко молчал и думал лишь о том, что она, по всей видимости, права, как бы грустно это ни было.       — Как бы я хотел изменить это, — он всё ещё нуждался в тактильных контактах с его девочкой, переплетая свои пальцы с её. «Твоей ли?», — всплыло где-то внутри, но Драко быстро отмахнулся от этой мысли, всё-таки надежда умирает последней.       — Выход есть всегда, — девушка сосредоточенно посмотрела на парня, — нужно как-то бороться с этим.       — Ты серьёзно? Вообще-то речь идёт о моей жизни и жизни моей семьи. Мне никуда не деться от этого, — он вновь начинал закипать. Неужели она не понимает таких очевидных вещей? Юноша изо всех сил старался держаться спокойно.       — Не злись, я хочу помочь тебе как-нибудь.       — Мне уже никто не поможет. Только я сам себе смогу помочь, если к концу года всё-таки придумаю как выполнить задание этого тёмного «господина» .       — Драко, ты же не убийца, — она прилегла рядом, слегка нависнув над ним, — должен быть выход.       — Только если святой Поттер нас всех спасёт, — саркастически произнёс парень.       Гермиона не стала комментировать его глупые слова, чтоб не нагнетать ещё больше, но она как никто другой знала, как тяжело её другу искать о прошлом врага.       — Ты останешься со мной после того, что узнала?       — Я не знаю, Драко, — девушка легла на спину, убирая свою руку от его руки, и уставилась в потолок, — мне нужно подумать.       — Останься хотя бы до утра, как мы и хотели.       — Хорошо.       Малфой обнял Гермиону за талию и притянул к себе, девушка не стала сопротивляться. Они не знали сколько время, скорее всего уже светало, но сна у неё не было ни в одном глазу, слишком много мыслей мешали уснуть. А вот Драко, видимо, слишком вымотался от повествования своей жизни, что через несколько минут уже мирно засопел у любимой на плече. Гермиона слегка повернулась в его сторону, стараясь не беспокоить его сон, и посмотрела на его красивое лицо. Сердце снова екнуло непонятно от чего. Наверное, от того, что не могло смириться с новой информацией, но в то же время не могло оставить его одного в этой комнате.       «Что же мне делать с тобой, Драко Малфой?» — грустно вздохнула она.

***

      После совместной ночи с Малфоем в Выручай-Комнате Гермиона ушла в учёбу с головой, чтобы у неё не было времени думать о чем-то, кроме уроков. Раздумья на счёт Драко и их отношений заставляли её нервничать и мучиться, потому что она не знала как поступить. Девушка не могла справиться со своими чувствами к слизеринцу, она хотела быть к нему ближе, несмотря на всё то, что он ей рассказал. Ей наоборот хотелось помогать юноше, давать поддержку. И это было просто немыслимо. Она готова была простить ему всё, готова идти за ним хоть куда, но остатки разума подсказывали, что это не лучшая идея. А теперь, когда её поглотили школьные предметы, все стало как раньше: днем уроки, а вечером библиотека или друзья, которые помогали отвлечься.       Драко она почти не видела, только лишь на совместных уроках, реже на собраниях старост, но каждый раз при виде его замирало дыхание.       Самому Малфою было не легче. Он тоже старался отвлечься, но не учёбой. Почти каждый вечер они с Забини опустошали запасы огневиски. Но проблема была в том, что алкоголь не давал забыться надолго. В один из таких вечеров Драко, будучи под градусом, рассказал Блейзу о своих сложных отношениях с Гермионой. Друг ему посочувствовал, но дельных советов не дал.       Временами парень заходил в Выручай-Комнату, чтобы всё-таки попробовать починить исчезательный шкаф, но все его попытки не увенчались успехом. Со злости он иногда разбивал об него руки в кровь, конечно, от этого шкаф не начинал работать, но зато Драко хоть как-то вымещал гнев, чтобы в обществе казаться более или менее адекватным. Без его девочки дни стали сплошной рутиной. Иногда рутину разбавлял Поттер, который все продолжать «копать» под Драко, пытаясь что-то узнать, ходил за ним по пятам, так что слизеринца это начало порядком доставать, но предпринимать что-то просто не хотелось. Да и если «золотой мальчик» ищет что-то против него, значит Гермиона всё ещё хранит его тайну, что не могло не радовать.       Тем временем семестр подходил к концу, нужно было потихоньку собирать вещи к отъезду домой. Не то чтобы Драко хотел туда, он лучше провел бы каникулы в Хогвартсе, лишь бы не видеть отца и всех этих «гостей» в их особняке, но он хотел видеть маму, чтобы собственными глазами убедиться, что с ней все хорошо.       Накануне отъезда Гермиона сама нашла юношу в пустом коридоре школы. Малфой был приятно удивлён, ведь она почти месяц не шла на контакт.       — Я хотела тебе напомнить, что нужно бороться. Ты не убийца, Драко, помни об этом, — после этих слов, девушка уже было развернулась, чтобы уйти, но Драко ухватил её за руку и потянул на себя.       Пара слилась в нежном чувственном поцелуе. Гермиона старалась избегать юношу, думая, что так будет легче, но стало ещё сложнее. Не должно было быть этого поцелуя, но она не смогла сдержаться. Внутри будто бы что-то вспыхнуло у обоих, в какой раз они убеждались, что больше не могут друг без друга. У девушки промелькнула мысль, что никакие обстоятельства не смогут остудить их пыл, ей казалось, что ничто не способно удерживать её на расстоянии от любимого. Тогда зачем пытаться? Зачем мучить себя и его? Если можно просто плыть по течению, не задумываясь о завтрашнем дне, а наслаждаться сегодняшним. Просто быть счастливыми в настоящем, в котором они могут быть вместе.       Испытывая восторг от поцелуя, Драко все сильнее прижимал Гермиону к себе. Она не отстранялась от него, а отвечала, запуская руку в его платинового цвета волосы. И будто не было между ними никакой пропасти. Драко старался крепко запечатлеть такие моменты в своей памяти, которые были ему так дороги.