- Самый...

      Мне ужасно хотелось спать. Но совсем не хотелось уходить от Юлика. От него веяло теплом, его тело было горячим, и пах он приятно, как всегда. Во всем этом изобилии я испытывал чувство, что напоминало, возможно, счастье. Меня не покидали мысли, насколько мне страшно привыкнуть к этому ощущению. Когда в то же время я стремился избавиться от этого чувства – болезненного притяжения к Юлику.       Друг притих, и я понял, что он уснул. Его голова лежала на моем плече. И мне было невероятно приятно. Если бы кто-то нас сейчас увидел, то назвал бы пидорами однозначно. Я решил посидеть так еще пару минут и отправиться к себе в кровать. Но мой измотанный организм, испытав наконец-то умиротворение, предательски вырубился.       Так вскоре пришло утро.       Я проснулся от того, что кто-то довольно сильно заехал мне по ребрам. Как оказалось, Юлик не умеет с кем-то просто спать и пихается своими локтями.       Осознав, как вся эта картина выглядит со стороны, я стал пытаться незаметно вылезти из-под одеяла и уйти до того, как Юлик проснется.       – Мы че, так уснули? – раздался позади меня сонный хриплый голос. Выйти незамеченным не удалось. Юлик стал потягиваться. Я от этого только ухмыльнулся и протянул:       – Угу…       – Пидоры, – прохрипел Онешко.       Это было смешно.       Я протер глаза и направился в ванную первым, догадываясь, сколько времени нужно мне для этого, и сколько понадобится Юлику.       Утро началось многообещающе.       Я встал под теплые струи душа и закрыл глаза. Вода мощными потоками спускалась по моему лицу. Запрокинув голову, я расслабился, неосознанно приоткрыв рот.

***

      Сегодня нужно было отснять два видео – на мой канал и канал Юлика.       – Давай посмотрим шипперские видосы? – Юлик опять стал доебывать меня этой затеей.       – Не будет этого. Никогда, – я все так же настойчиво отказывался, зная, что не такой хороший актер, чтобы суметь отыграть безразличие.       – Ну давай просто посмотрим. Не на камеру, – Онешко юлил.       – Я что, Юлик, тупой? – довольно эмоционально среагировал я. Юлик заржал от этого. – Ты в прошлый раз тайком включил камеру и пытался меня заснять.       Юлик хитро улыбался. Как будто что-то хотел сказать, но не решался.       – Ну, ты же явно их видел, – все продолжал друг. Он переплел руки, скрестивши их на груди, и пристально посмотрел на меня, якобы ожидая реакции, только мне было непонятно какой.       – Нет, не видел, – демонстративно я стал отмахиваться головой.       – Русь, ну че ты? Мы там такие…       – Какие? – слишком быстро переспросил я.       – Ебабельные, – Юлик стал прямо заливаться смехом.       Я расплылся в улыбке и начал тереть глаза пальцами. Юлик страдал фигней, а меня это смущало.       – Ну, а кто бы в наших отношениях был бы активом, как ты думаешь? – попытался вывести на нейтральный уровень я заданную тему.       – Нуу… думаю, я, – самоуверенно ответил Онешко.       – А че это ты? – я не ожидал от Юлика такого быстрого ответа. И стал делать вид, будто меня это возмущает, все еще желая отшутиться и замять этот разговор.       – Нууу… потому что… это же ты в меня влюблен, – протянул Юлик, широко улыбаясь.       Я ахуел. Моментально.       Видимо, Юлик понял, что слегка перегнул палку, и постарался отшутиться, но какое-то время я не слышал, что он пытался сказать дальше. Что-то внутри меня закончилось: то ли терпение, то ли смущение, то ли и то и другое. Я почувствовал конец некой грани. И неосознанно решил, возможно, по-детски, защититься.       – Ну раз ты такой ахуенный, давай, выеби меня, – мои слова никогда не звучали с большей уверенностью. Произнеся это, я сам словно вернулся извне – в реальность. «Заебись, решил проблему» – отчаянно подумал про себя.       Глаза Юлика заметно расширились. Он явно не ожидал такого ответа. Видно было, что он растерялся и, видимо, тоже чуть подахуел от такого поворота событий.       Нужно было все выводить на уровень шутки. И тут ко мне пришла «гениальная мысль». Для полной, как мне казалось, финалочки, я провел своей рукой по его ноге. Медленно. Смотря ему в глаза. Юлик был в нервном шоке. Его выражение лица говорило про неопределенность чувств, которые он испытывал. Касаясь ноги Юлика, я уже не совсем понимал, где заканчивается шутка и начинается нечто иное. Юлик все еще молчал. Он уже не смеялся, а просто молча смотрел на меня. В мыслях вернулись флэшбэки со съемок в «Дай леща», где он так же в упор смотрел мне прямо в глаза, и я испытывал невероятные чувства, от которых меня то и дело колбасило.       Уголок губ Юлика приподнялся в какой-то нервной ухмылке. Я на полном серьезе не переставал пялиться на него. Теперь уже на его губы, которые как будто насмехались надо мной. Блядское тело предавало меня, возбуждаясь от этого всего. Еще пара минут такой хрени, и Юлик явно это заметит. Я и так максимально старался сдерживать свое неровное дыхание. Но было поздно. Цепная реакция была запущена, мой мозг выключался. По телу мелкими волнами стала бежать дрожь. Сначала в животе, будто бы сотни бабочек пытались освободиться из их коконов. После мелкие покалывания атаковали коленки и пальцы рук, как будто импульсами подавая мне знаки, которые я не мог прочесть. Возможно, мозг их считал сам, без моего вмешательства.       Я слегка потянулся к нему. Он все еще спокойно смотрел на меня. «Черт, как же он меня бесит своим безразличием, – подумал про себя. – Всегда так спокойно и выдержанно относится ко всем проявлением моих чувств». Прошло несколько секунд, но мне они казались долгими минутами.       Губы Юлика раскрылись, мягко, словно маня, произнесли:       – А ты так сильно этого хочешь?       Я замер. Мой взгляд то и дело трепетал между его глазами и губами, которые, как назло, просто невъебенно привлекали меня. Я понимал, что вот здесь нужно тормозить. Если сейчас ничего не сделать, то потом, возможно, придется пожалеть. Но все это так манило, мое тело и душа хотели этого. И, как всегда, в таких ситуациях было все равно на последствия.       Практически на срыве, сильно выдыхая, словно весь тот клубок эмоций, которые я сдерживал, чтобы не подать виду, выплеснулся из моей гортани, и с хрипом в голосе я ответил:       – Всегда хочу.       Онешко медленно потянулся ко мне, рукой взяв мое лицо и притянув к себе так, что наши лица оказались незаконно близко. Секунда. И еще одна. И еще одна неприличная секунда.       Мы были такими юными и такими напуганными.       – Русь... – прошептал он, – че за фигня происходит?        Юлик прикасался ладонью к моей щеке, и я только сейчас заметил, как он дрожит.       – Я не знаю... – уже задыхаясь, практически беззвучно выпалил я.       Я не мог закрыть глаза, я был в шоке от происходящего. Наши влажные губы сомкнулись, и ахуенно приятные разряды тока стали бомбить низ моего живота. Я все это время не мог отвести глаз от Юлика. Хотя он, наоборот, их плотно зажмурил, максимально отдавшись поцелую.       Мы медленно, как будто пробуя на вкус, целовали поочередно губы друг друга.       Я уже не выдерживал. Неосознанно стал ласкать языком сначала его нижнюю губу, после прошелся несколько раз по зубам, и с невыносимой болью, засунул свой язык в рот Онешко. Доля неуверенности во мне присутствовала, я боялся, что ему не понравится или он просто вдруг засмеется. Но все-таки неосознанно стал все больше напирать на Юлика.       Я перекинул ногу через парня и сел на него сверху. «До боли знакомая ситуация» –подумал я.       – Русь... – остановил меня Юлик. Мы оба уже тяжело дышали и практически не осознавали, что происходит.       – Что? – горячим потоком воздуха я выдохнул на его губы, проводя пальцами по его нежной щеке.       – Я не гей... – Юлик не смотрел мне в глаза, но я испытывал невероятные чувства и мог поспорить, что Онешко аналогично. По крайней мере, мне так хотелось.       – Я тоже, – улыбнулся я и стал влажными мелкими поцелуями покрывать лоб, а после щеки Юлика.       Неожиданно его руки обхватили мои ягодицы и прижали к себе. Я слегка придвинулся и ощутил, как твердый член Юлика упирается в меня. Тонкие спортивки не могли скрыть и моего возбуждения.       – И часто с тобой такое происходит? – Юлик заметно нервничал, но старался этого не показывать. Он положил свою ладонь на мой пах и сжал пальцами мое выпирающее желание.       – Только когда о тебе, блять, думаю, – с этими словами мои пальцы прошлись по губам Юлика, он словил один из них зубами и выпустил, только провевши сквозь свои мягкие и мокрые губы.       – Блять... Сводишь меня с ума, – шептал я Юлику, испытывая уже нервную дрожь. У Юлика по шее заметно побежали мурашки. Уверенными нажатиями руки я стал поглаживать его член. Это заставило Юлика выдавить стон.       – Об этом ты мечтал на съемках «Дай леща»? – Юлик меня дразнил, вынуждая то ли открыться ему, то ли специально вынуждая меня окончательно сорваться.       – Не совсем, – уже хриплым голосом прорычал я.       Я оттолкнул Юлика назад и, подняв его футболку, стал жадно целовать торс. Сам то и дело задыхаясь от волнения и возбуждения. Мои поцелуи опускались все ниже, что заставляло Онешко все быстрее и резче выдыхать кислород сквозь приоткрытый рот.       Я никогда не делал минетов и не совсем осознавал, что я почувствую, но мне было интересно попробовать. Я горел, все мое естество изнемогало от болезненного желания.       Онешко мягко рассмеялся.       – Ты собираешься мне отсосать? – с явной нежностью произнес он.       Я поднял на него глаза. Его улыбка была как всегда привлекательная, а глаза искрились. Юлик поднялся и натянул штаны обратно. Мое сердце застучало еще быстрее. Резкий испуг, сильное чувство, словно во мне что-то оборвалась. «О, Боже, он шутил». Во мне пульсировал страх.       Онешко подошел вплотную и прошептал мне практически на ухо:       – Ты ведь не этого хочешь.       Я еще не до конца понимал, что происходит. Юлик опустился на колени и спустил мои спортивки. Мой стояк был напротив его лица. Я был в еще большей панике. Словно мои самые тайные мысли и постыдные желания осуществились.       Он сразу же заглотил мой член и нежными движениями стал ласкать его во рту своим языком. Я понимал, что нихуя не выдержу так долго. Рассудок помутнел, я стонал как последняя сучка, не в состоянии перестать.       – Юлик, я не... – прерывая свои же стоны, пытался выговорить я, – я не смогу так долг... – не мог договорить я, будто огромный ком стоял у меня в горле. Я испытывал невероятное блаженство, и колени стали подкашиваться. Спина то и дело выпрямлялась от мелких, но сильных пульсаций, приятных болезненных разрядов, которые только усиливали возбуждение, принося потрясающие ощущения. Я закусил губу, зубами впиваясь в нее, чтобы хоть на минуту перестать кричать его имя.       Онешко высвободил мой член из своего рта и высунул язык, кончиком которого продолжал играться с моей головкой члена. Его сильные руки, на удивление, нежно ласкали меня. Его взгляд выражал покорность и, в то же время, спокойствие, словно эти все действия он проделывал не в первый раз, в отличие от меня.       Мне не нравилось, когда бывшая девушка мне сосала, но с Юликом все было по-другому. Я запустил свои пальцы в его мягкие волосы, слегка направив его голову по направлению к своему торсу. Мой член вошел полностью в его ротовую полость. На удивление, Юлик такое исполнял с легкостью. Ток и разряды наслаждения, слегка болезненного, пронизали все мое тело. Я еле сумел остаться стоять на ногах.       Я кончал. Так сладко и приятно. Стоны срывались с губ наперебой с криком. Это длилось пару секунд, но казалось, что этот момент был длинной в вечность.       Я был опустошен. Последний раз глубоко вздохнув, я посмотрел на Юлика. Он вытер тыльной стороной руки рот и заулыбался.       – Не люблю оральный секс, – пробурчал Юлик, слегка краснея.       Меня пробило на смех. Скорее всего, из-за перепада эмоций.       Кто знает, что это сейчас было, и что с этим делать дальше.       – Какого хуя, Юлик? – еще дрожа, перепуганный, я не знал, что мне еще сказать. Руками взявшись за свое лицо, прикрыв рот, я находился в шоке от происходящего.       – Да ладно тебе, – гыгыкнул друг, – вейпнейшн, все дела, – угарал Юлик.