Обжигающий поцелуй на ее губах

Это был словно сон. Теплый, приятный и размытый. Такой, что, когда просыпаешься, не помнишь всех деталей. Все, что ты помнишь - размытые тени, лица, улыбки самых близких, теплые, такие родные руки, поглаживающие твою спину и тихий родной голос. Стёртые, скомканные воспоминания об этом сне преследуют тебя, и ты будто все ещё ощущаешь все те прикосновения, то тепло. Но во всем есть подвох. Подвох же данного сна - пробуждение. Болезненное и неизбежное. Хоуп медленно открыла глаза. Гроза и сырость сопровождали звук ее сростающихся костей. Боль была такая, будто... Будто она только что восстала из мертвых. Слабость. Хоуп с трудом открывала глаза. Каждый месяц она платила эту цену за самый сладкий сон и каждый месяц она не понимала почему. Почему она должна платить? Почему должна платить не за сон, а за пробуждение, которого ей с каждый месяцем хотелось все меньше. Пару раз девушка ловила себя на мысли, что, если бы могла сквозь мертвые губы прошептать Джози не возвращать ее, то сделала бы это. Но нет. Сон сладок, но жить ей нужно. Она обязана. Ее родители боролись, жили и погибли, чтобы жила она. Будет ли эгоистично возвращать нежеланный дар, добытый такой ценой? Сыро и холодно. И как Хоуп раньше не заметила, что идёт дождь? Мелкий и противный. И вот оно. Снова. Она должна открыть глаза и... Джози. Ее темные локоны почти касались лица Хоуп, а глаза смотрели точно в ее глаза. В ту секунду все мысли куда-то делись. Осталась только Джози. Ее лицо, ее глаза, ее губы и... Но только на секунду. – А зонтик ты не намагичила? – тихим вкрадчивым голосом поинтересовалась Хоуп. – Незачто. – спокойное выражение лица Джози переменилось. Она резко встала. – Ну, прости, спасибо. – кажется, Джози была не в настроении. Хоуп это заметила. И с чего бы? – Ну, подумаешь, дождик. – Сегодня дольше. - каменным голосом сказала Джо. – Да, я же извинилась. – Нет. – Джози повернулась к Хоуп и отчётливо произнесла, – Сегодня. Дольше. Выражение лица Хоуп сменилось. Вместо ехидной улыбки на лице снова повисла каменная маска. – Ерунда. – Нет, не ерунда. Твои силы не безграничны, Хоуп, и ты это знаешь. То, что мы делаем - неестественно и опасно, и каждый раз земля все неохотнее возвращает тебя и... – Нет, хватит. – Хоуп, которая все ещё сидела на земле, встала и пошла в сторону школы. – Ты не можешь просто взять и уйти от этого. – Нет? – девушка усмехнулась, – А сейчас я что делаю? – Хоуп. Хоуп! – Джози со злостью смотрела на спину удаляющейся Майклсон. Она все понимала. Ведьма Зальцман с детства знала закон природы - мертвое должно оставаться мертвым. Со временем они забыли об этом, ведь правила нарушались так много раз, и смерть казалась пустяком для кого-то вроде Майклсон, но даже у них есть свой предел. Игры со смертью. Так заманчиво. Но можно ли выиграть в этой игре, если её не заканчивать? Ведь у всего есть конец.