Когда успело стемнеть?
15 марта 2019 г., 00:34
Почему? Слезы обжигали щеки Хоуп при взгляде в окно, где веселились ученики младших классов школы Сальваторе. Они казались такими счастливыми, такими беззаботными. Сколько слез прольют их глаза однажды, сколько из них сломается, поддавшись своим темным инстинктам, проливая кровь, теряя свою человечность, с каждым разом всё сильнее погружаясь в панцырь, скрывающий их от боли осознания того, что они натворили. Сколько из них умрут мучительной смертью, отчаянно цепляясь за жизнь, а сколько отпустит ее самостоятельно, не выдержав всей той боли, обрушающейся на них каждый день. Но не сегодня. Сегодня они просто счастливые беззаботные дети, смеющиеся солнцу и друг другу. Слезы туманили взгляд Хоуп. Что будет дальше? В душе все ещё теплилась надежда на то, что Джози передумает, что все обязательно получится, и каждой клеткой своего тела девушка чувствовала, как эта надежда гаснет, оставляя после себя только обжигающий холод и пустоту. Глаза ее матери, улыбка ее отца, их нежные родные голоса, спокойные и полные любви, то теплое чувство, которое наполняет сердце ребенка, чувствующего дыхание родного человека на своем плече. Крик разнёсся по комнате, заглушая эту невыносимую боль, эти мысли, воспоминания.
– Я обязательно вернусь, я так тебя люблю.
– Я люблю тебя, Хоуп, я всегда буду рядом и буду ждать тебя здесь.
Книги на полках загорелись и разлетелись, Хоуп металась по комнате в пустой ярости, сметая все на своем пути. Эта боль разъедала ее изнутри, слова проносились в голове, будто оставляя царапины на ее лице. Это продолжалось бесконечно долго, голоса за дверью казались неразборчивыми и второстепенными. Прошла целая вечность, прежде чем девушка смогла их различить, к тому времени они уже утихли. А что им оставалось? Дверь в комнату трибрида была надёжно запечатана, оберегая девушку от особо агрессивных студентов, которые судят о людях по поступках их родителей. Только теперь Хоуп впервые оправдала репутацию своего отца - импульсивного и жестокого монстра, коим навеки прославилось его имя.
Когда успело стемнеть? Каким-то образом Хоуп открыла глаза, тупо уставившись на угол кровати и прикраватного столика. Она лежала на полу в осколках вазы справа от двери. На щеках сохли слезы, а в сердце не осталось ничего, кроме тупой боли, сжимающей девушку, разрывающей ее пополам. Она не чувствовала больше ничего, и эта боль казалась ей сладкой и... заслуженной? Мыслей больше не осталось. Не осталось больше ничего. Никакой ярости, никакой надежды, только боль и больше ничего.
Примечания:
Я решила, что хорошим решением будет выкладывать небольшие отрывки переодически, чтобы совсем не потерять эту историю и интерес к ее созданию. Развитие событий я уже продумала, все кажется неимоверно впечатляющим, но с реализацией, как вы знаете, проблемы. Я хочу, чтобы вы понимали - я люблю это, я хочу писать, я знаю - вам понравится то, что я придумала. Запаситесь терпением и пониманием, пожалуйста. Обнимаю.
