Out of the Black

      Дождь изредка барабанил по стеклу, выбивая мрачный марш и постепенно сдавая свои позиции перед наступлением утра. Темная ночь сменялась утренними сумерками, комната была погружена в полумрак, только белоснежные простыни отражали свечением пробивающийся рассвет. Темные тени причудливыми узорами осели на стенах, словно норовили ожить. Часы показывали почти семь утра.              Даниэль открыла глаза и потянулась. Кинув взгляд на часы, она разочарованно вздохнула – слишком рано, чтобы вставать и поздно, чтобы снова засыпать. Самое нелюбимое время утра. Рука Эдриана дрогнула под ее плечами, и она замерла. Ей вовсе не хотелось, чтобы он проснулся.              Даниэль всматривалась в его правильные, точеные черты лица, красиво выступающие скулы и пухлые губы, прикосновение которых обдавало жаром как преисподняя. Она смотрела, как его грудь мерно вздымалась в такт глубокому дыханию и пыталась понять, что чувствует и почему так его боится. За все время их знакомства, хоть оно и было недолгим, он ни разу ни словом, ни делом не позволил себе ничего лишнего. Да, порой он был заносчив и насмешлив, но всегда безукоризненно вежлив, галантен, мягок. С ним было спокойно и волнительно одновременно.              - Признайся, дорогуша, это был лучший секс в твоей жизни.       - Почти лучший.       - Нет, врушка, лучший. Будто спишь с самим дьяволом. Или богом. Но точно не с простым смертным.       - Нет. С Сириусом мне было лучше.       - Забудь о нем. Эта рыбка покрупнее будет. И поинтереснее.       - Я не хочу о нем забывать. Я хочу на Гриммо, к нему.       - Чушь.Ты хочешь быть здесь и сходить с ума от волнения и страха, который заводит тебя. И ты хочешь, чтобы этот красавчик был твоим.              Даниэль откинулась на подушки и пальцами сжала виски, пытаясь задавить ехидный голосок внутри своей головы. Отрицать было глупо – нахождение с Эдрианом на дистанции ближе одного метра заставляло колени подкашиваться.              Черт, черт, че-е-е-е-ерт.              Она снова посмотрела на Эдриана. Длинные ресницы его подрагивали, будто ему снился плохой сон.              Черт, ну почему ты такой? Почему меня будто пригвоздило к месту рядом с тобой? Что в тебе такого, дьявол, не могу понять.              Одна рука его лежала поверх одеяла, слегка сжав его. Даниэль тут же вспомнилось, как эта самая рука точно таким же властным движением несколько часов назад хватала ее за волосы. При воспоминаниях об этом мурашки холодным потоком пробежали по спине.              - Ты так и будешь смотреть на меня? – сонный голос звучал непривычно мягко и ласково. Синие глаза в предрассветном сумраке казались двумя черными бездонными омутами. За своими размышлениями Даниэль не заметила, как он проснулся. – Сейчас тот самый момент, когда ты в меня влюбляешься, ты в курсе?       - Не льсти себе, пожалуйста.       - Значит, ты уже влюбилась, - на его лице заиграла крайне довольная улыбка. Даниэль рассмеялась в ответ и шутливо стукнула его по плечу.       - Скорее ты влюбишься в меня, Эдриан.       - Я уже в тебя влюбился, - улыбка теперь нежно трогала только уголки губ, переставая быть самодовольной. Большим пальцем он убрал прядь волос с ее лица, очертил линию скул и спустился к губам. – Перестань быть такой возбуждающе красивой. Это нечестно.       - Я думала, тебе нравится, - голос постепенно переставал слушаться, становясь тише и сдавленнее.       - Очень нравится, - его пальцы невесомым движением прошлись по груди и далее по животу, легко царапая кожу и заставляя Даниэль вздрогнуть, когда Эдриан задел особо чувствительное место. Рука медленно переместилась на бедро и легко сжала его. Разряд за долю секунду прошелся по телу и отозвался тяжестью внизу живота, заставляя ее инстинктивно податься навстречу его руке. – Мне остановиться?       - Ни в коем случае, - прошептала она, прежде чем поцеловать его.              Гори оно все синим пламенем.              ~~~~~              - Тебе точно надо сменить работу. Вставать в такую рань каждый день, уму непостижимо, - Эдриан со скучающим видом подпирал голову рукой и размешивал сахар в своей чашке с черным чаем. К удивлению Даниэль он не любил кофе, называя его горькой гадостью и предпочитая ему истинно английский напиток.       - Куда бы я ни устроилась, рабочий день везде начинается с девяти.       - Брось это. Мерлин, зачем тебе это нужно? Денег у тебя на двадцать безбедных жизней вперед.       - Мы вроде уже обсуждали это, разве нет? – она пытливо уставилась на него, выглядывая из-за большой, дымящейся горячим кофе, чашки. – Я не домашняя кошечка, мне скучно.       - Откуда в твоей голове вообще все это берется, кошечка моя?       - Еще раз ты…       - Все-все, я понял, пощади меня. Чертова эмансипация.       - Которая уже давно прошла. Что ты делал последние лет сто?       - Ждал, пока мне на голову свалится одна очаровательная француженка с абсолютно не очаровательными взглядами на жизнь, - пробормотал он, обреченно потирая переносицу.       - Нельзя получить все и сразу. Есть либо очаровательная я с не очень очаровательными взглядами на жизнь, либо кто-то менее очаровательный, чем я, но чьи взгляды тебя будут устраивать, - Даниэль ослепительно улыбнулась, Эдриан только закатил глаза.       - Я не имею ничего против.       - Ладно, мне пора. Не хочется сразу портить отношения с новым начальником, - сказала Даниэль, вставая со стула и подходя к нему, чтобы попрощаться.       - Ты вернешься? – спросил он, положив руки ей на талию. Даниэль скользнула ладонями по его плечам и, заглянув в глаза, улыбнулась.       - А ты хочешь, чтобы я вернулась?              Я вообще не хочу, чтобы ты куда-то уходила. С удовольствием посадил бы тебя под замок.              - Хочу.       - Значит, вернусь, - Даниэль чмокнула его в щеку и выпуталась из объятий. – До вечера, - сказала она, оставляя Эдриана наедине с его мыслями.              Немного растерян – это хорошо. Теперь главное – не спугнуть.              ~~~~~              - Черт, не думала, что скажу это, но, оказывается, Грюм был просто душкой.       Тонкс хихикнула. Ее стол был завален свитками пергамента. Им обеим надо было почистить хвосты, чтобы Скримджер ненароком не наткнулся на задания, которые выполнялись для Ордена под прикрытием аврората. У Тонкс их было несколько, но Скримджер завалил их работой, поэтому спустя месяц она все еще зарывалась в бумагах в попытках свести нестыковки в последнем рапорте так, чтобы не возникало лишних вопросов. Сделав неловкое движение локтем, она опрокинула на стол чернильницу. – Твою мать! – досадливо воскликнула она, наблюдая как темно-синее пятно, разрастаясь, скрывало под собой свитки пергамента. Тонкс, тихо ругаясь, взмахнула палочкой, и пятно исчезло.       - Тебе не кажется, что пора сделать перерыв? Как насчет обеда? Я еще даже не завтракала.       - Обязательно, когда-нибудь в следующем тысячелетии, - пробормотала она, перебирая свитки в поисках чего-то нужного. Даниэль недовольно цокнула языком. – Шучу, шучу. Дай мне двадцать минут. В «Котел»?       - Я буду ждать тебя там. Мне все осточертело.       - А еще только обед вторника. Рано ты. Что происходит?              Даниэль покачала головой, показывая, что не имеет ни малейшего желания обсуждать это. Ни малейшего.       - Ладно, встретимся там?       - Да, - Даниэль махнула рукой и направилась к выходу.              Оказавшись в баре, который днем даже становился немного похожим на относительно приличное заведение, она прошла в самый дальний конец зала и села за небольшой круглый стол для двоих. Через минуту перед столиком появился официант – невысокий юнец с буйными кудрями и рытвинами от прыщей на лице.       - Что желаете?       - Кофе и, пожалуй, овощной салат с телятиной.       Парень недовольно кивнул и исчез. Даниэль достала из кармана мантии письмо и развернула его.              Здравствуй, Даниэль.       Ты давно не писала.Я надеюсь, что у тебя все хорошо.       Я собираюсь приехать в Англию в конце месяца, еще не знаю точную дату. Вивьен будет со мной.       Мне очень интересно послушать, чем ты занимаешься и как проводишь время помимо попадания на страницы светской хроники с этим повесой Селвином и риска своей головой в аврорате. Надеюсь, у тебя хватило ума хотя бы не связываться с Дамблдором.       До скоро встречи.       Вильям.              Даниэль вздохнула. Ничего хорошего от этого визита ждать не приходится.              Еще эта чертова Вивьен. Зачем он тащит ее с собой, если приезжает для того, чтобы проведать меня? Знает ведь прекрасно, как я к ней отношусь. Разве что… Разве что он приедет надолго. И вот тогда я точно вляпаюсь.              - Уснула? – Тонкс плюхнулась на стул напротив нее.       - Уснешь тут. Как успехи?       - Вроде все закончила. Не припомню таких авралов раньше. Он просто зверь.       - Очень уж строгий.       - Ваш кофе и салат. Что изволите? – официант возник будто из ниоткуда.       Пока Тонкс делала заказ, Даниэль быстро спрятала письмо обратно в карман.       - От кого письмо?       - От деда. На днях он должен приехать.       - Ты не особо рада.       - Если он приедет надолго, то я вообще не знаю, как буду выбираться.       - Сегодня кстати придешь? Тебя давно не было.       Даниэль кивнула. Она действительно почти месяц не появлялась на Гриммо, общаясь напрямую с Дамблдором. «Трусиха» - это слово было буквально выжжено внутри ее сознания.       - Ты не можешь вечно избегать его.       - Я его не избегаю.       - Брось. Ты ходишь сама не своя, он – злой и взвинченный, как цербер. Вам надо поговорить.       - Не о чем. Он никогда в жизни не поймет.       - Ну, возможно ему понадобится немного времени. Но, игнорируя его, ты делаешь только хуже. Не будь трусихой.       - Я просто не хочу лишних проблем.       - Об этом надо было думать раньше. Хотя, не мне об этом говорить.       - Это уже интересно. И в какие проблемы вляпалась ты?              Тонкс помрачнела и замолчала, кусая губу.       - Брось, мне ты можешь рассказать. Уж я точно не в том положении, чтобы кого-то судить.       - Да особо рассказывать пока нечего, но… В общем, мы с Ремусом…       - Ремус?? Серьезно?       Она покраснела, чем вызвала у Даниэль улыбку. Смущающаяся Тонкс – то еще зрелище.       - Пока ничего серьезного. Но с ним так хорошо. Он такой умный и добрый, и столько всего знает. Я не встречала еще таких людей.       - И вряд ли встретишь. Но… Черт, это неожиданно, конечно. Давно вы?       - Нет никаких «мы». Между нами ничего нет. Хотя я чувствую, что нравлюсь ему.       - Ты не говорила с ним об этом?       Тонкс отрицательно покачала головой.       - Я боюсь.       - Наберись смелости и сделай это. Признайся ему.       - Рано. Если он не ответит мне взаимностью, то я умру от стыда.       - Тогда подожди еще немного, но все равно не тяни. Ремус – хороший человек. Действительно хороший. Он не обидит тебя.       - Сириус тоже не такой ужасный.       - Конечно, нет. Просто у него…       - Взрывной характер. Это – фамильная черта Блэков. Мне тоже она досталась.       - Не замечала.       - Ты просто не видела меня в гневе, - криво усмехнулась она, сложив руки на груди. – А если серьезно, то прекрати его избегать.       - Просто мне стыдно. Я чувствую себя мерзко.       - Что за вздор?       - Правда.       - Перестань, это глупо. Это ведь просто задание, ведь так? – она подозрительно посмотрела на Даниэль.       - Конечно.       - Дэни, только не говори мне, что ты…       - Нет! Это всего лишь работа, ничего более.              ~~~~~              Они прибыли на собрание за полчаса до начала. С отъездом детей в Хогвартс семейство Уизли вернулось в Нору, и дом на Гриммо опустел. Тишина практически оглушала, навевая тоску.              Как ему, должно быть, невыносимо находиться здесь в одиночестве.              Даниэль почувствовала себя еще хуже. Чувство вины не отпускало, разрастаясь и запуская свои цепкие лапы в ее душу, сдавливало ребра, оставляя лишь желание съежиться под его напором.       Они прошли на кухню, где сидел Ремус, погруженный в чтение. Перед ним стояла большая чашка с чаем, от которой шел пар, и тарелка с печеньем. Тонкс немного покраснела и кашлянула.              - Привет, Ремус.       Он вздрогнул и поднял голову. Взгляд его потеплел.       - Тонкс, привет. О, Даниэль. Здравствуй. Давно тебя не видел.       - Привет-привет. Да, давненько я не появлялась. Ты вернулся с задания?       Ремус помрачнел, но кивнул.       - Да. Это были тяжелые три недели. Я не привык общаться с себе подобными.       - Успешно? – поинтересовалась Даниэль, подходя к шкафчику и доставая оттуда кофе.       - Да как сказать. Кто-то, конечно, помнит, что Дамблдор был добр к ним. Но Волдеморт обещает золотые горы.       - Неудивительно. Значит провал?       - Нет, - он покачал головой. – В следующем месяце я возвращаюсь к ним.       Даниэль краем глаза увидела, как побледнела Тонкс.       - Все будет хорошо. Уверена, ты справишься. Кто лучше тебя сможет это сделать?       - Что сделать? – послышался от двери голос Сириуса. От неожиданности Даниэль выронила кружку с только что сваренным кофе. Белые осколки со звоном рассыпались по полу, а кипяток обжег колени.       - Черт! – прошипела она, зажмурившись от боли. – Репаро, - осколки вновь собрались воедино и прыгнули к ней в руки. Сириус стоял, оперевшись о дверной косяк, и насмешливо приподнял брови, Тонкс обреченно вздохнула. Даниэль почувствовала себя идиоткой.              - Аккуратней, Дэни.       - И тебе привет, Блэк, - она спешно отвернулась обратно к плите, делая вид, что хочет сварить еще кофе, но на самом деле хотела скрыть пылающие от смущения щеки.       Сириус подошел к ней и взял из ее рук турку.       - Дай мне, а то спалишь весь дом к чертовой бабушке. Не скажу, что я очень уж против, но не хотелось бы снова заниматься жилищным вопросом.       Даниэль беспомощно посмотрела на него, чувствуя себя маленькой несмышленой девочкой, и прислонилась к кухонному шкафу в поисках опоры. Она посмотрела в сторону стола и обнаружила, что Тонкс и Ремус исчезли.              Предательница.              Сириус с абсолютно невозмутимым видом поставил турку на плиту и повернулся к ней.       - Перестань смущаться, тебе не идет.       - Я не смущаюсь!       - Неужели? – усмешка снова тронула его губы. – Тебя давно не было. Ушла с головой в отношения?              Это будет еще тяжелее, чем я думала. И почему он так спокоен?              - Сириус, перестань, - Даниэль поморщилась и опустила глаза.       - Нет. Это ведь правда. А правды не надо бояться, - он вылил приготовленный кофе в кружку и, подойдя совсем близко, поставил ее на столешницу рядом с ней.       - Сириус, я…       - Ты – маленькая, трусливая шлюшка.       На секунду ее глаза широко распахнулись от удивления, но в следующее же мгновение злость захлестнула девушку с головой. Резкий взмах руки, и его щеку обожгло пощечиной. Такой типично женский и обидный ход. Голова метнулась вбок, длинные волосы упали на лицо, закрывая место удара, но не смогли скрыть его холодную усмешку. Он медленно повернулся к Даниэль, отбрасывая волосы со лба тем чудесным жестом, что так нравился ей. Глаза его смотрели на нее жестко и холодно. Его усмешка и взгляд взбесили ее еще больше. Она занесла руку для еще одной пощечины, но Сириус оказался быстрее. Он перехватил ее и резким движением завел руку за спину так, что Даниэль оказалась прижатой к нему. Вторую руку настигла та же участь.              - Полегче, малышка.       - Немедленно отпусти меня!       - Чтобы ты снова налетела на меня? Ну уж нет. Для начала успокойся, - он издевательски растягивал слова, придавая своему тону раздражающую вальяжность.              Успокойся. Успокойся, дыши. Он ведет себя так специально. Специально делает тебе больно. Ему не все равно.              Даниэль закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов.       - Отпусти меня, - ее голос звучал ровно.       - Быстро пришла в себя, - его холодный смех больно резал ее слух.       - Последний раз повторяю – убери от меня свои руки.       - Или что? – выдохнул он ей в ухо, пуская дрожь вдоль позвоночника. – Разве тебе не нравится?       - Блэк!       - Брось эти игры, Дэни. Расскажи, как тебе с ним, - горячее дыхание переместилось ниже, а сильные руки немного ослабили хватку. Даниэль сглотнула, пытаясь справиться с ознобом. – Может он делает так? – одной рукой Сириус усадил ее на столешницу и придвинул к себе. – Или так? - он распахнул мантию и медленно провел пальцами по внутренней стороне бедра. Даниэль чувствовала его возбуждение и сама не могла думать ни о чем другом. – А может быть так? – его пальцы отодвинули край трусиков, срывая с ее губ тихий стон. Сириус тихо рассмеялся. – Я же говорил, что ты – шлюшка.              Последнее слово больно ударило ее ножом. Ярость мгновенно затопила сознание, заставив вскинуться и молниеносным отработанным движением достать палочку.       - Сукин сын! Депульсо, - потоком заклинания его отбросило в противоположную сторону, ударяя о стену. Он тут же поднялся и вытащил палочку, наставив ее на Даниэль.              - Что здесь происходит? – испуганный женский голос словно переключил Даниэль. Она посмотрела на дверь. В проходе стояли Тонкс с Ремусом, а чуть позади она увидела Снейпа. – Вы что, с ума сошли?       - Сириус, убери палочку, - предупреждающе попросил Люпин.       - И не подумаю!       - Что за сцена ревности, Блэк?       - Нюниус, закрой свой рот, иначе я помогу тебе это сделать.       - Сделай себе одолжение, не позорься. Убери палочку.       - Дэни, ты тоже! Что у вас тут произошло? – Тонкс была вне себя от злости.              Даниэль опустила палочку.       - Все в порядке, - она развернулась и прошла обратно к столешнице за кофе. Взяв в руки кружку, она сделала глоток и с невозмутимым видом посмотрела на присутствующих.       Сириус убрал палочку и сел за стол, вызывающе смотря прямо на нее.       - Северус, добрый вечер. Хорошо, что вы здесь. Скажите, как там Аддингтон? Он еще жив?              Снейп криво ухмыльнулся и прошел внутрь, занимая место на противоположном от Сириуса конце стола. Тонкс подошла к Даниэль, а Ремус сел рядом с Сириусом, сверля его осуждающим взглядом.       - Жив. Вернулся к своим исследованиям под строгим наблюдением Люциуса.       - Вот как. А дневник?       - Мы работаем с ним. Весьма занятная вещица.       - Надо думать. Надеюсь, он будет полезен.              Даниэль не слушала окончание разговора. Она молча смотрела на Сириуса, чувствуя себя безмерно униженной. Она не рассчитывала, что он отнесется ко всему происходящему с пониманием, но подобного от него не ожидала. В ее голове он был исключительно положительным человеком – благородным, чутким, добрым. Она понимала, что он повел себя так ей назло. Хотел отомстить, поквитаться за то, что она без объяснений пропала почти на месяц, выплеснуть свою ревность, но лучше от этого ей не становилось. С такой его темной стороной Даниэль была не готова встретиться.              Что ж, может оно и к лучшему.