Out of the Black

      Редкие вылазки из ненавистного дома были для Сириуса настоящей отдушиной. Что может быть лучше? Обратиться в Бродягу, тихо ступая, добраться до выхода, правой лапой нажать на ручку входной двери и выскользнуть наружу, в мир шорохов и запахов. Аромат сырого дождя и листьев, мокрые лужи, хлопанье крыльев голубей, сигналы магловских машин, обрывки разговоров, щелчки зажигалок, гул ветра, клубы выхлопных газов, порывы холодного ветра, торопливые шаги прохожих, стук женских каблуков, светофоры, черные кэбы, детский смех, лай собак – мир, полный жизни и свободы. Воистину храни Бог Ремуса с его хищной сущностью и непоседливого Джеймса с шилом в известном месте, которому в свое время пришла в голову гениальная идея стать анимагами. Сколько раз это спасало ему жизнь? Десять? Двадцать? Он давно сбился со счета.              Конечно, выйти на прогулку в своем человеческом обличье было бы гораздо приятнее, но рисковать надо понемногу. Пьянящее чувство свободы и открытого пространства окрыляло.              Он даже забежал по старой памяти в одну из лондонских мясных лавок, в которую иногда захаживал, будучи в бегах. Хозяин лавки, старый дородный немец Ханц, до сих пор помнил и самого Сириуса, и смешную кличку, которую он ему дал.              - О, Юстас, ты снова здесь. А я уж думал, что тебя отловили, дружище. Голоден? – ответом ему послужил веселый лай. – Приходи вечером, дам тебе остатки свиной вырезки. Свежайшей, язык проглотишь. Небось давно такой вкуснятины не ел, - добродушно потрепав его по холке, сказал он и, подмигнув, удалился, а Сириус направился дальше.              Через пару часов блужданий, ведомый неясным чутьем, он оказался возле «Дырявого Котла». Пара секунд на раздумья и вот он уже как можно незаметнее крадется по оживленному бару. В выходные он всегда полон народу, а проход в Косой переулок открывался каждые пять минут.              У него был особый ошейник с чарами для отвода глаз. Окружающие видели собаку, но магия заставляла их сразу переключить свое внимание на что-то другое, а о большом черном псе напрочь забыть. Для чего-то серьезного это, конечно, ерундовая защита, но для таких небольших вылазок – отличная вещь.              Он проскользнул через проход в кирпичной стене вместе с высоким темнокожим волшебником с яркой малиновой мантии и осмотрелся. В Косом переулке он давно не был, хотя раньше регулярно захаживал сюда – услышать последние новости, стащить газету, да и просто побродить, наслаждаясь воспоминаниями.              Лохматый черный пес сидел возле книжного магазина, раздумывая, куда пойти, как вдруг чутким собачьим слухом уловил обрывок разговора, заставившего его навострить уши.              - Селвин, ты просто невыносим, какого черта ты потащил меня сюда?              Селвин?              - Потому что, если вдруг нагрянут министерские с проверкой, мне будет спокойнее в обществе невыразимца, Эйвери, - со смехом ответил ему низкий бархатистый голос.              Сириус безошибочно определил источник разговора – двое волшебников в темных мантиях, неспешно направляющихся в сторону Лютного переулка, в которых он узнал Эдриана Селвина и повзрослевшего с их последней встречи Говарда Эйвери – в последний раз Сириус видел его подростком, незадолго до того, как он примкнул к ряду Пожирателей. Не раздумывая ни секунды, он осторожно последовал за ними, стараясь прятаться в толпе прохожих. Чары чарами, а бдительность сейчас точно не помешает.              Да, Грюм бы мной сейчас почти гордился.              - Разве у тебя нет связей в аврорате? – с издевкой спросил Эйвери, за что получил весьма ощутимый толчок под ребра.       - Говард, не зли меня.       - Да брось, наверняка в случае чего ты сможешь избежать неприятных последствий каким-нибудь приятным способом.       - Прикуси язык, тебе понятно? – зло бросил Эдриан, когда они прошли в темный проход с покосившейся надписью на гнилой доске «Лютный переулок».       - Что, все так серьезно? – тон Эйвери из издевающегося мгновенно превратился в шутливо-понимающий. – Что ж, дружище, не ты первый, не ты последний ощутил на себе всю прелесть женских чар.       Эдриан промолчал, только мрачно посмотрев на него.       - Так сильно увлекся?       - Мы можем сменить тему?       - Можем. Зачем мы тут? Я, конечно, рад с тобой поболтать, но мы не могли выбрать место получше? Каждое лишнее появление в Лютном сейчас, сам понимаешь…       - Мы идем в «Горбин и Бэркс», куда же еще?       - Действительно, куда еще? О, глянь, гаражная распродажа, - Эйвери показал рукой в сторону одного из неприметных мрачных проулков, где неряшливого вида коротышка начал что-то эмоционально им рассказывать, тыча пальцем в кучу побрякушек, разложенных перед ним на небольшом столике. Приблизившись еще на несколько шагов, Сириус к своему отвращению узнал в нем Наземникуса.              - Помолчи и скройся с глаз моих, - сказал Эдриан, делая повелительный жест рукой, и, не обращая на Наземникуса больше никакого внимания, сосредоточился на старинной шкатулке.       - Неплохая коллекция. Чувствуешь проклятье, идущее от этой штуковины? Хорошо, что ты в перчатках.       Эдриан кивнул и, не отрываясь от пристального рассматривания шкатулки, абсолютно будничным тоном спросил:       - Можешь устроить Даниэль в Отдел Тайн?       - Что, решил позаботиться о своей репутации? Все правильно, негоже тебе связываться с аврором, - Говард, казалось, искренне потешался над ним. Тот в свою очередь делал вид, что не замечает этого.       - Не хочу ставить себя в двусмысленное положение, а ее – перед ненужным выбором. Скоро все станет веселее, ты же знаешь.       - Что, боишься, что выбор будет не в твою пользу? – хмыкнул Эйвери.       - Зачем давать девушке лишнее пространство для маневра? Мало ли, что взбредет ей в голову.       - Думаешь? Она, вроде, уравновешенная.       - Да, так и есть. Но поверь мне, ожидать от нее можно чего угодно.              В этом Сириус не мог не согласиться с Эдрианом. По его мнению, внутри Даниэль жила совершенно чокнутая фурия, которая в любой момент может вырваться и выкинуть какой-нибудь неожиданный номер.              - Поэтому она тебе так нравится?       - Не только поэтому. Она красива, умна, чистокровна, богата. И есть в ней что-то такое, что заставляет меня… да неважно.       - Ну ты и вляпался, братец, - задумчиво вымолвил Эйвери и покачал головой. – Кто бы мог подумать, что тебя когда-нибудь околдуют. И кто? Далеко не первая красавица.              Братец?Ах, да, они же кузены.              - Это не имеет значения. Есть в ней что-то, от чего я без ума.              Даже немного комично. Да, Эдриан, в ней действительно есть то, что не позволяет о ней забыть. Это называется душа. Кто бы мог подумать, что мы будем совершенно одинаково думать об одной и той же девушке?              - Неважно. Не хочу лишних сложностей. Поэтому прошу тебя об этом.       - Боишься ее потерять? Уж не собрался ли ты жениться, друг мой? – Говард продолжал упражняться в остроумии, но, взглянув на друга, осекся. – Ты меня удивляешь.       - Да я сам себя удивляю,- пробормотал Эдриан, устало потирая переносицу и обреченно качая головой.       - Я, конечно, все понимаю, но… женитьба? Тебе не кажется это преждевременным?       - Успокойся, это не произойдет завтра. Так, просто перспектива на будущее.              Сириусу такая перспектива абсолютно не понравилась.              - А что насчет ее политических взглядов?       - Взгляды меняются. Бойд ведь под твоим Империусом? – Эйвери шикнул, призывая не обсуждать подобные вопросы в таких людных местах. – Прости. Он по-прежнему рассматривает кандидатуры в отдел?       - Да, но утверждает их все равно Купер. И Фадж, само собой.       - С Фаджем проблем не будет, а ты сделай так, чтобы Бойд убедил Купера, что вам жизненно необходим новый сотрудник.       - А проблем с тем, чтобы она подала заявку на перевод, не будет?       - Не будет,- уверенно отрезал Эдриан. – Посмотри, это же ритуальная чаша Блэков!              Сириус не поверил своим ушам. Чуть прищурившись, он присмотрелся и обомлел. На импровизированном прилавке во всей красе были представлены фамильные ценности Блэков – кинжалы, табакерки, медальоны, статуэтки.       Сириус был в ярости. Его не интересовало, что он сам лично выкидывал фамильные ценности, мало задумываясь об их стоимости и необходимости. Увидеть в Лютном переулке, в куче грязи, вещи, принадлежащие его семье на протяжении нескольких столетий, продаваемыми за бесценок, было слишком даже для отъявленного бунтаря вроде него. Все же некоторые вещи не искоренить и мало-мальски уважительное отношение к роду и семье по-прежнему жило в нем. Бесконечные наставления Вальбурги Блэк оказались живучими настолько, что ни время, ни Азкабан не уничтожили их. Гнев волнами накатывал на него, заставляя скалить зубы, и ему стоило огромных усилий, чтобы успокоиться и не спугнуть так удачно пойманный разговор.              Ах ты мерзкий, трусливый воришка! Молись, чтобы никто ничего не купил, пока я не доберусь до тебя, Наземникус.              - О, а вот и кинжал к ней. Но ты уверен, что эта вещь принадлежала Блэкам?       - Да вот же их герб! – Эдриан перевернул чашу и вгляделся в ее основание. – Отец рассказывал про них. Их всего несколько, эта – единственная сохранившаяся в Англии. Она необходима для некоторых ритуалов, усиливает магический импульс. Отец хотел купить ее, но Орион, само собой, и слышать ничего не хотел. Эта чаша в их семье чуть ли не со времен Вильгельма Завоевателя.       - А кинжал, стало быть, для кровных ритуалов. Но откуда? Хотя мы всегда знали, что Блэк прячется на Гриммо, потому его и не могут найти уже третий год. Но неужели он распродает имущество?       - Сомневаюсь. Но может этот тип знает, где он. Раз уж продает его вещи. Эй, ты! – повысил голос Эдриан, подзывая Наземникуса. – Откуда у тебя это?              Наземникус вместо ответа выдал какое-то нечленораздельное бульканье.              - Отвечай на вопрос. Или ты пытаешься дурить нас, всучив подделки?       - Никаких подделок! – Наземникус возмущенно выпрямился, пытаясь придать себе роста и авторитета. – Все, что здесь есть – самые настоящие артефакты! Шибко вы много вопросов задаете.       - Откуда у тебя это? Если не подделки, то ты точно это украл.              Наземникус то бледнел, то краснел, лихорадочно соображая, что ему ответить и почему простая на его взгляд безделушка вызвала столько вопросов.              - Ты понимаешь, что тебе будет за распродажу вещей человека, который находится в международном розыске? – присоединился к разговору Эйвери, невозмутимо покручивая в длинных пальцах ритуальный кинжал.              Сириус ощущал гнев, отвращение и странное злорадство. Не имея возможности сию минуту схватить мерзавца Флетчера за грудки, ему было приятно смотреть, как жалко он пытается оправдаться.              - Я их перепродаю, а не краду, - наконец, нашелся, что ответить он. – Вы будете брать или нет? Тут вам не магазин, - перешел он в неожиданное наступление.       - Сколько ты хочешь за чашу и кинжал?       - Сто галеонов.       - Держи пятьдесят и благодари Мерлина, что я не сдал тебя в Министерство объяснять, откуда у тебя вещи Сириуса Блэка, - брезгливо процедил Эдриан и кинул Наземникусу мешочек, звенящий монетами, не обращая внимания на его сдавленные ругательства. – Скройся. Пойдем.              Какое-то время они шли молча. Сириус старался не отставать.              - Он ведь даже не представляет истинной ценности того, что продает. Сто галеонов. Да ей и тысячи будет мало. Она из настоящего осмия*, одно это сколько стоит.       - Странно для Лютного, - согласно кивнул Эйвери.       - Странно, что вещи Блэков уходят за бесценок.       - Может, Орден Феникса на грани банкротства? – хохотнул Эйвери.       - Думаешь он в Ордене?       - Конечно, кому еще он нужен? Кто бы мог подумать, что наследник Блэков станет домашней собачкой Дамблдора.       - Да уж, печально. А мог иметь все. Я бы никогда не допустил чего-то такого.       - Просто у тебя нет высоких идеалов, дружище.       - А он наверняка оправдывает себя служением великой цели, - усмехнулся Эдриан. Говард в ответ одобрительно хлопнул его по плечу и тоже засмеялся.       - Так на чем мы остановились? – сменил он тему.       - На переводе Даниэль к тебе в отдел.       - Ах, да. Не переживай, будет твоей красотке перевод. Чего не сделаешь для личного счастья друга. Хотя я и не понимаю, зачем тебе это, - рассуждал вслух Эйвери. – Женился бы на Трэверс, и никаких проблем. Она дома, ты делаешь, что хочешь. Романы крутишь, с кем хочешь. В том числе со своей француженкой. Идеально же, разве нет?       - Кэтрин влюблена в меня с шестого курса. Это скучно. И вообще, перестань лезть ко мне со своими нравоучениями. Лучше направь поток своей мозговой деятельности в полезное русло. Например, вспомни об обряде на Самайн. Тридцать первого будет посвящение, хочу быть во всеоружии.       - Не надоело тебе искать способы обретения могущества?       - Век живи – век учись, слышал о таком? Никогда не знаешь, что может пригодиться. Особенно нам.       - Далеко пойдешь, старина. Не хотел бы я оказаться с тобой по разные стороны баррикад. Наконец пришли.              Они на секунду остановились возле небольшого крыльца с надписью «Горбин и Бэркс». Эйвери с легкой опаской оглянулся, но в следующую секунду уверенно взялся за ручку двери и толкнул ее от себя. Сириус остался стоять за углом, обдумывая услышанное.              Посвящение тридцать первого октября, на Самайн. Это интересно. Слишком часто всплывают кельты. Значит ли все это, что он примет метку? Дамблдор говорил, что он пока не Пожиратель. Что происходит на посвящение? Убийство маглов? А если он будет не один, то и убийств может быть несколько. Надо с этим разобраться. А еще Наземникус.              При воспоминании о Флетчере он невольно зарычал.              Если ждать, пока он появится в штабе, то он успеет все к чертям собачьим распродать. Мелкий жулик.              Зайдя вглубь одного из темных уличных закоулков, Сириус принял свой человеческий облик. Трансфигурировав из пиджака черную мантию с большим капюшоном и наложив на себя чары иллюзии, он решительно направился в сторону импровизированной ярмарки, устроенной Наземникусом.              Как он и ожидал, Наземникус был на месте и, очевидно, только продал очередную магическую безделушку. Дождавшись, пока покупатель отойдет на приличное расстояние, он как можно более незаметно подошел к нему из-за спины и, резко перехватив его за плечи, приставил палочку к его шее.              - Какого черта ты, мелкий жулик, решил, что можешь красть вещи из моего дома и продавать их за бесценок? Ты своей тупой башкой хотя бы понимаешь, что они опасны и при попадании не в те руки неизвестно, что будет? – прошипел он ему на ухо.       - Си-си-сириус, - Флетчер дрожал всем телом, но в его голосе слышалось явное облегчение, что еще больше взбесило Сириуса.              Неужели меня настолько списали со счетов, что даже этот поганец не боится меня, уверенный, что я ничего не сделаю?              - Наземникус, ты – безмозглый идиот! Проблем захотел? Собирай все это! Живо!              Трясущимися руками он лихорадочно сгреб все в одну кучу и вывалил все в грязный холщовый мешок. Шаркающими шагами он вернулся к Сириусу и, сгорбившись, протянул ему мешок.              - Сириус, дружище, я думал, что ты это выкинуть собираешься, ну а раз так, то оно тебе без надобности. И какая разница на помойке или где-то в другом месте? Вот я и…       - Меня не интересуют подробности твоих грязных делишек, Наземникус, - Сириус свободной рукой схватил его за грудки и, приподняв на пару сантиметров над землей, хорошенько встряхнул. – Чтобы воровать у Блэков, надо быть либо тупицей, либо самоубийцей. Если еще раз ты посмеешь притронуться к моим вещам, я лично, своими собственными руками, спущу тебя с лестницы, как последнего магла. Да так, что ты костей не соберешь, тебе понятно?              От страха Наземникус выпучил свои бледные, водянистые глазки и судорожно закивал.              - И я еще подумаю, говорить ли об этом Дамблдору, - холодно добавил он и брезгливо убрал от него руки. Флетчер еще удержался на ногах и, пошатнувшись, чуть не упал.              Поборов желание демонстративно вытереть руки, Сириус перехватил мешок и в ту же секунду аппарировал на крыльцо дома на площади Гриммо.              Войдя внутрь, он встретился глазами с Вальбургой, шторки портрета которой теперь были открыты. Та высокомерно подняла одну бровь и, глядя на мешок, торжествующе ухмыльнулась, но ничего не сказала.              Вздохнув с облегчением, Сириус позвал Кикимера.              - Хозяин звал Кикимера?       - Отнеси это в гостиную и расставь все по местам. И в следующий раз, если меня захотят обворовать, будь так добр, сообщи мне об этом! – зло сказал он, убирая мантию и направляясь в сторону кухни, где вот-вот должно было начаться собрание. Он уже не слышал невнятное бормотание Кикимера, ведомый звуком голосов из кухни.              - Всем привет, - чуть громче, чем нужно, поздоровался он, пытаясь скрыть напряжение.       - Где ты был? – с тревогой спросил Ремус, когда Сириус плюхнулся на стул рядом с ним.       - В Лютном переулке.              Люпин от неожиданности поперхнулся кофе и закашлялся. Сириус участливо похлопал его по спине.              - Видел Наземникуса, продающего по дешевке фамильные ценности Блэков. А еще Эдриана с Эйвери. Он кстати купил себе кое-что из моих вещей. Ну как купил? Считай, что бесплатно получил.       - Кто что получил бесплатно?              Увлекшиеся беседой, они и не заметили, как рядом с ними оказалась Тонкс. Она села по правую сторону от Ремуса и невинно улыбнулась, чем заставила того покраснеть. Это не укрылось от Сириуса, который только насмешливо посмотрел на друга. Даниэль появилась следом и заняла место рядом с ним.              - Привет, - улыбнулась она, накрывая его руку своей и сцепляя их пальцы в замок.       - Привет, - мягко ответил он.       - Так кто что получил бесплатно? – любопытство Тонкс как всегда не знало границ. Ремус криво ухмыльнулся и посмотрел на Сириуса, тот закатил глаза и цокнул языком.              - Ты получишь по своему маленькому носу, если не перестанешь быть такой любопытной. Абсолютно бесплатно, заметь.              Тонкс возмущенно сверкнула глазами и надулась.              - Знаешь, иногда ты становишься таким же противным, как Снейп, - обиженно сказала она и в мгновение ока сменила облик. Длинные черные волосы и большой крючковатый нос Снейпа заставили всех рассмеяться. Она строго погрозила Сириусу пальцем и превратилась обратно. – Ремус, ну скажи ему, что так нельзя.       - Это бесполезно, Дора. Поверь мне. Двадцать пять лет прошло, а он все тот же, - вздохнул Ремус, виновато улыбнувшись.              Даниэль подвинулась ближе и шепотом спросила:              - А на самом деле?       - Эдриан получил кое-что из моих фамильных ценностей почти бесплатно. Флетчер, чтоб его, стащил кучу вещей и распродавал их в Лютном.       - Ты был в Лютном?       - Да, так уж вышло.              Даниэль пытливо смотрела на него, ожидая продолжения.              - Что ты там делал?       - Гулял. Ну ладно, ладно. Я был в Косом переулке и увидел Эйвери с Селвином. Ну и решил незаметно за ними проследить.       - Когда ты перестанешь рисковать своей головой?       - Никогда, очевидно.       - И куда они шли?       - В «Горбин и Бэркс». Это самая известная лавка всяких темно-магических штук в Англии. Ну и по дороге они наткнулись на Наземникуса.       - Он до сих пор жив? – усмехнулась Даниэль. Она не сомневалась, что ненависть Сириуса к семье была отчасти показной и надуманной, раздутой его упрямством и гордостью. Да и кому понравится, когда его вещи тайком толкают на грязной улочке среди отбросов общества и всяких подозрительных личностей.              - Жив, но здесь не покажется еще долго, - довольная улыбка скользнула по его губам, но быстро погасла. Серые глаза помрачнели, а высокий лоб прорезала задумчивая морщинка.       - Тридцать первого Эдриан получит метку.              Даниэль удивленно распахнула глаза.              - Ты уверен?       - Он сам сказал, - повел плечами Сириус. – И еще он говорил что-то об обряде на Самайн перед посвящением. Очевидно, это должно каким-то образом увеличить его силы.       - Что обычно входит в посвящение?       - Можно уточнить у Нюниуса, но раньше это было убийство.              Она побледнела, но тут же взяла себя в руки.              - Я постараюсь узнать, что за обряд он имел в виду. Литературы на эту тему не так уж и много, но думаю, что успею быстро найти то, что нужно.       - Странно, что он вообще об этом вспомнил. Самайн никто не отмечает уже который век, кроме разве что пары старых племен, верных языческим обычаям.       - Слишком часто всплывают кельты, тебе не кажется?              Сириус задумчиво кивнул, потирая подбородок.              - Сначала Аддингтон с его исследованиями, теперь Самайн. Это немного странно.       - А что он купил?       - Ритуальную чашу и кинжал к ней.       - Очень ценные?       - Не то слово.       - Хочешь, попробую вернуть их?       - Не надо, это слишком рискованно, - ответил он с улыбкой и покачал головой. – Еще он просил для тебя перевода в Отдел Тайн.              Даниэль досадливо нахмурилась.              А я все же надеялась, что все останется как есть. Ну, Эдриан, ты времени зря не теряешь, молодец.              - Что ж, Дамблдор это предвидел. Тем лучше для нас, я полагаю. Иметь своего человека в Отделе Тайн, учитывая, как стремится туда Волдеморт. Но как же я буду без Тонкс?       - Поверь мне, она тебя везде достанет, - засмеялся Сириус, скрывая нервозность. Его не покидало неясное чувство тревоги.              Плохое предчувствие. Не нравится мне все это.              - До тридцать первого есть еще почти три дня, я постараюсь узнать все, что смогу. И ты поищи информацию о возможных обрядах. В твоей библиотеке наверняка есть что-то нужное. Мы должны понять, что будет происходить, и помешать этому.              Сириус кивнул, с тревогой смотря на задумавшуюся Даниэль.              - Все будет хорошо, не волнуйся. Мы обязательно все узнаем, - ободряюще улыбнувшись, сказал он.              Даниэль благодарно посмотрела на него, но не успела ничего ответить. Появление Дамблдора прервало все разговоры и шутки, знаменуя собой начало еженедельного собрания, но мысли ее были далеко. Она со страхом думала о том, что будет делать Эдриан перед посвящением и во время него, зная, что ждать от него милосердия или мягкости не приходится.                            *Осмий – один из самых дорогих металлов в мире, серебристо-белый с голубым отливом, относится к платиновым металлам, обладает высочайшей плотностью.