Заткнись и отдайся!

Приехал Джехён. - Милый, я приехал! Почему ты не отвечал на звонки?- Юно заходит в комнату, но внезапно останавливается, когда замечает полное отсутствие в глазах Джемина. Его взгляд был таким... пустым и обречённым, что ему стало не по себе. - Я... я... - Джемин, что случилось!? - он подбежал к кровати и взял его за руку. - Джонни... он... - с глаз снова потекли слёзы. Джехён сидел молча, смотря в пустоту, крепко держа его ладонь. Его улыбка сменяется опустошением. Он замечает на его шее огромную царапину, а теперь, когда он находится так близко, то видит его изнеможённое лицо, красные, заплаканные глаза и дрожащие губы. Кажется, его глаза становились всё шире и шире. Взгляд опускается и становится каким-то прозрачным, но внезапно всё его естество переполняется злостью, хоть он и старался скрыть это. - Побудь здесь... - он медленно поднялся и, закрыв за собой дверь, быстрым шагом побрел по коридору. Джемин мгновенно поднялся, вспомнив, что Читтапон с минуты на минуты может оказаться рядом. Он, похрамывая, вышел из комнаты, направляясь в сторону звука. Когда он завернул за угол, то увидел Джехёна и Джонни... Юно схватил старшего за воротник и что-то громко выкрикивал. Когда Со ударил его, а тот немедля сделал тоже самое, то Джемин в страхе закричал. Снова... Снова слишком поздно. Они даже не обращают на него внимание: Джонни мертвой хваткой вцепился в его горло, стукнув об стену, а тот рывком повалил его на пол. Мгновенно на этаж влетает Читтапон и буквально подхватывает Нану, почти упавшего на ноги. - Боже, Джемин, что тобой случилось? - он оглядел его шрамы на шее и красные щёки с лёгкими ссадинами. - Я... - он начинает задыхаться от собственных слёз, - я так больше не могу, - он кидается ему в объятия и громко плачет, слыша, как кто-то уже пытается разнять драку Юно и Ёнхо. - Да брось, Джемин, тебе же понравилось, мы оба знаем, что ты достиг множественного оргазма, - крикнул Джонни и засмеялся. Так презрительно и гадко, будто плюнув кислотой в душу. Джехён остановился и посмотрел на Джемина. В Юно будто выстрелили; перед его глазами будто в один миг пронеслась вся жизнь - внезапно он перестал чувствовать что-либо. Пустота сменилась отвращением, затем Джехён вновь повернулся к Джонни и ударил его еще сильнее, чем прежде. Джемину становится поистине стыдно. Он чувствует на себе груз и вину, ему начинает казаться, будто он убил в нём всё, чего так долго добивался. Всё превращается в один сплошной шум. Ему становится дурно и больно. Его всего колошматит так, что Читтапон старается держать его ещё сильнее. Тэн отвёл его в комнату и положил на кровать. Тишина. Мин лежал повёрнутый лицом к стене, прижав колени к груди, дрожа то ли от холода, то ли от страха. - Джонни сделал это с тобой? - Он изнасиловал меня, - Джемин сказал это настолько тихо, что Тэн еле услышал его.

***

Прошла неделя, все уже стали забывать о том, что произошло, но между Джемином, Джехёном и Джонни всё ещё висит холодная отстранённость. Тэн всё так же в отношениях с Джонни, но только теперь его состояние несколько поменялось - повседневная беззаботность переменилась тревогой, вместо юмора слышны депрессивные фразы, а вместо мотивирующих слов Читтапон теперь лишь вечно извиняется. Джемин часто видит, как он плачет, и ему всегда очень хочется подбодрить его. - Ты куда? - Я... - он, слабо держась за дверь ручки, будто сейчас упадёт, шептал так тихо, казалось, что ему не хватало сил, - я пойду к Джонни... - Я надеюсь, ты счастлив с ним. - Я надеюсь, он счастлив со мной. И так проходил день за днём - Тэн будто разрушался внутри себя всё сильнее. Компания очень напрягла группу, поэтому зачастую после долгих тренировок не оставалось даже сил на то, чтобы поговорить. Джемин стал отдаляться от Джехёна... между ними будто возник крест. Нана не может подойти к нему, а сам Юно стал появляться на людях очень редко. Джемин всё чаще оказывался наедине с Джонни. То в зале, то на кухне. Нану одолевала паника, и он сразу же выбегал из помещения, но когда он хотел найти Джехёна, то в итоге оставался один. Совершенно один...

***

Настало очередное сонное утро. - Джехён... я тебе противен? - впервые за мучительно долгое время На подбежал к нему и, схватив за руку, спросил об этом. Вновь на кухне. Как в самый первый раз. Тот, лишь спешно отдёрнув руку, недовольно взглянул на младшего. - Джехён, прошу... выслушай меня, - он, почти плача, схватил его снова. - Да что мне слушать твои оправдания, Джемин? - он никогда не был так груб. Даже в моменты первых встреч он чувствовал тот холод и презрение. А сейчас... его окутало равнодушием. - Пойми меня, пожалуйста, - обречённо вскрикнул младший, - помнишь... в первую ночь я говорил тебе о том, что склонен к мазохизму. Я... я правда никак не хотел, чтобы так вышло, я... - он не успел договорить, как Джехён вырвал свою руку из его хватки снова и спешно ушел... Мин, дрожа, упал на колени. - Снова ты уходишь от меня... - прошептал он и заплакал.

***

Над компанией будто повисла черная туча. День сменяется ночью, ночь днём. Как медленно тянущиеся облака, тяжелые, густо окрашенные в цвета мрака. Джемин бесцельно бродит по коридору: уже знакомые стены напоминали ему о произошедших вещах. Он скривился и побрёл дальше. Остановившись перед дверью в зал, его окунуло в воспоминания невинного Джемина. Когда он точно так же стоял перед нею, но смотрел с заворажением, с волнением в груди. Теперь же, когда душа его померкла и огрубела, такие ласковые чувства откликнулись к его душе чем-то непривычным. Он открыл дверь в зал и шагнул вперёд . В зале был включен свет, значит, кто-то был здесь. Он слышит тихую мелодию, которая играла однажды у Джехёна на кухне. У окна стоял Юно. Он не заметил, что Джемин вошёл в зал, и продолжал смотреть в окно. Лицо его выглядело тоскливым. Глаза были всё так же пусты. Когда Джемин шагнул вперёд, то скрежет пола отдался эхом по залу, и когда Дженён обернулся, то, поморщившись, он нахмурил лицо. Джемин аккуратно подбежал к нему, ласково, как можно нежнее пытаясь заговорить с ним. - Мы так отдалились друг от друга... - Джемин подошёл ближе, почти плача. С болью в груди он неуверенно придвинул руку навстречу. Юно повернулся к нему, и Джемину стало поистине страшно: всё величие Чона предстало перед ним сейчас, На почувствовал себя жалким и ничтожным. Тишина стояла в воздухе около минуты, но затем Джехён, взяв его за ладонь, притянул всего Джемина в свои объятия, соединяя руки в замок. В его сильных руках Нана впервые за долгое время почувствовал свою важность. Да и каждое времяпрепровождение с Джехёном напоминало ему о том, что он нужен кому-то. Но вдруг Джемин перестал являться важным даже для самого необходимого человека. Объятия слабеют с каждой секундой, будто в душе Джехёна что-то начинает гаснуть. По холодным щекам Джемина потекли слёзы. Глаза Юно приобрели мутный, потемневший оттенок. Без блеска и искр. Мин цеплялся за его ладони, как за камни на скале, пытаясь не упасть в обрыв. Прости, что так произошло. Мне нужно было время для того, чтобы обдумать всё адекватно... - Юно замолчал, но после недолгой паузы вновь продолжил, - любовь сильнее, чем любое другое чувство, - он прижал его к себе сильнее, - Именно поэтому я тебя не отпустил.