Посмотри на меня

      – Тори? Проснись, нам выходить.       Тори с трудом открывает глаза. Бессонные ночи – зло.       Приятный городок, чистый, спокойный. Сильный ветер треплет длинные волосы Тори, и она собирает их в высокий хвост.       – Нам минут пятнадцать идти отсюда?       Кастиэль сверяется с картой.       – Побольше, я думаю. Тебе не холодно?       – Нормально.       Внутри все дрожит, но не от ветра. С каждой минутой Тори сложнее скрывать волнение. Кас приобнимает ее за плечи, и становится чуть легче. Но не до конца.       Нужный дом. Многоэтажка. Тридцать седьмая квартира в первом подъезде. На двери – кодовый замок. Дождавшись, когда кто-то откроет дверь изнутри, Тори с Касом заходят в подъезд. Находят нужную квартиру на девятом этаже. Чем ближе они подходили, тем более странно ощущала себя Тори, и теперь она как будто видит себя со стороны, не чувствует своего тела. И Кас держит за руку ее тело, которое ей сейчас не принадлежит. Красивая светлая дверь, звонок справа. Тори тянет руку. Отдергивает. Дважды.       – Кас?       – Да?       – Я ведь выгляжу, как она.       – Это проблема?       – А если ее родители откроют? Выгонят еще. Ведь Клоя и Двайт знают про нас и, судя по всему, сделали все, чтобы мы потеряли друг друга.       Кас задумчиво кивает.       – Иди, там стой у лифтов. Я позвоню, посмотрим, кто дверь откроет. Дальше по ситуации.       Тори послушно прячется за угол, а Кас звонит в дверь. Секунды ползут со скоростью мертвых улиток. Сердце Тори стучит в самом горле, не иначе. Начинает подташнивать. Звук открывшейся двери отдается в голове Тори выстрелом. Она прижимается лбом к холодной стене и обращается в слух. Тори слышит размеренный голос Каса:       – Добрый день.       – Добрый, – отзывается голос. Женский. И недовольный. И вроде принадлежит молодой девушке. Тори несмело выглядывает из-за угла.       Тик       Так       Тик       Так       Резкий вздох обжигает горло. Стук сердца молотит в ушах.       Тик       Так       Девушка.       На пороге стоит девушка и переводит на Тори взгляд ярко-синих глаз. Таких же, как у нее самой.       Тик       Так       Она жива.       Я нашла ее.       Последняя мысль, прежде чем Тори сползает по стене без чувств.       Пробуждение не из приятных – по лицу возят мокрой тряпкой. Тори фыркает и открывает глаза, оглядывает светлую комнату, диван, на котором она все еще лежит. На это уходит секунда. А потом время останавливается.       Тори внимательно разглядывает девушку, стоявшую у дивана. Лицо – как собственное отражение, отличается лишь чуть изогнутым шрамом на брови. И новый красуется чуть выше – еле заметная изломанная полоса. Волосы до плеч черные, но несколько прядей покрашены в оранжевый цвет. Синие глаза с длинными ресницами разглядывают Тори, которая теперь окончательно потерялась и совершенно не знает, что делать или говорить. Еще две секунды.       Изображение расплывается. Слезы? Почему? Как будто она нашла сокровище. Так и есть. Нашла потерянную часть разбитого сердца. И оно сжимается, когда девушка у дивана, глядя на нее огромными от изумления глазами, говорит до дрожи знакомым голосом с приятной хрипотцой:       – Вик?       Тори вдруг всхлипывает. Голос не слушается, он едва слышен:       – Бэлла?       В следующее мгновенье Тори понимает только, что ее сжимают в беспощадных объятиях. Тори утыкается в плечо Бэллы и... рыдает. Проходит много времени, прежде чем Бэлла отодвигается от Тори и наклоняется к ее лицу, жадно рассматривая каждую знакомую черту. Девочки впитывают друг друга и не могут оторваться. Обе плачут и улыбаются, но говорить ничего не хочется.       Напряженный Кастиэль молча наблюдает за девушками. Похожие, как две капли воды, несмотря на разные волосы. Даже сознание обе потеряли, вывернув Каса наизнанку от страха. Тори с Мэл различаются намного больше. А тут – как отражение. И они сейчас ничего вокруг не видят. По его меркам, прошло минут пять, когда девочки подают признаки жизни помимо всхлипов. Первой в себя приходит Изабэлла:       – Вик, я поверить не могу! Ты жива!       Лучезарная улыбка сползает с лица Тори.       – Жива? В смысле?       – Мне сказали, что вы с Лиссой погибли! Сластить меня на зиму! Ты жива! А Лис? С ней все хорошо?!       – Д-да. Я не...       – Я поверить не могу! Как ты нашла меня? И почему раньше не пришла?       – Я...       – Боже, Вик, – Бэлла снова порывисто сжимает Тори в объятиях, – у меня такое ощущение, что это сон. Или бред. Пожалуйста, скажи мне, что это правда! Пусть это будет правдой!       – Бэл, я...       – Пошли на кухню, я чай поставлю! – Бэлла тащит ее за собой. Пройдя мимо Каса, она движением головы зовет его присоединиться.       – Вик, объясни же наконец! – Бэлла накрывает чай и садится рядом с Тори, берет ее за руку. Синие глаза обеих все еще на мокром месте.       – Что объяснить? – шок постепенно проходит, на удивление быстро, и Тори немного расслабляется. Внутри разливается странное умиротворение.       – Я не знаю. Боже. У меня столько вопросов к тебе! – а вот из Бэллы энергия хлещет фонтаном.       – Бэл, у меня тоже вопрос. Кто сказал тебе, что мы умерли?       – Мои родители.       – Клоя и Двайт? Серьезно?       – Нет. Те, которые сейчас.       – А что случилось с прежними?       – Мне надо тебе всю мою жизнь рассказать! А чего ты Мелиссу не привела? И кто ты вообще такой? – Бэлла вперивает требовательный, почти обвиняющий взор в Каса.       – У сестры спроси, – спокойно отзывается Кас.       – Хм, а ты ничего такой. Люблю наглых. Вик, это твой парень?       – Э-э... да. Кастиэль.       – Молодец, хорошего нашла.       – А ты наглая, – Кас смотрит на Бэллу теперь с одобрительной полуулыбкой.       – Что есть, то есть, – Бэлла расцветает, будто услышала замечательный комплимент своей персоне.       – Где-то я это уже слышал, – Кас многозначительно подмигивает улыбнувшейся Тори.       – Вик, так что? Чего Лиссу не привела?       – А как ты себе это представляешь? В больнице мне сказали, что ты память потеряла. Я была уверена, что ты меня не узнаешь. Плюс я не знала, будешь ли ты тут. И вообще я не знала, ты ли это на самом деле, или я все поняла не так.       – Тори, ты забыла самое важное, – серьезно напоминает Кас.       – Да уж. Бэлла, Мэл не знает, что я нашла тебя. Я ничего не сказала ей.       – Почему?       – Хотела убедиться. Я вчера только узнала, что ты жива. Да и то случайно.       На эти слова Бэлла реагирует неожиданно остро – бледнеет, будто ей врезали поддых.       – Ты... что? Ты думала, что я мертва?       – Да. Мне так сказали. Через несколько месяцев после того, как ты пропала из города.       – Я не пропадала! – Бэлла вдруг выходит из себя и бьет ладонью по столу. – Я сопротивлялась, и они меня насильно увезли! Клоя с Двайтом!       – Я знала! – Тори начинает метаться по кухне. – Мать вашу! Я же знала это! Бэлла, как получилось, что никто не знал, куда вы уехали?       – Вик, – Бэлла смотрит на сестру теперь с неодобрением. – Я не сомневалась, что ты меня искать будешь. Надеюсь, ты не влипла в проблемы?       – Влипла, конечно.       – Капец. А получилось все это очень легко. Они никому ничего не сказали. Уехали ночью. Я очухалась, только когда мы уехали к черту на рога.       – Что? – Тори сжимает кулаки. – Очухалась? Что они сделали с тобой?       – Снотворное, – просто отвечает Бэлла. Тори рычит под воздействием желания переубивать всех. – Вик, не мельтеши. Я же письма вам писала сначала. Неужели вы не получали?       – Письма? Нет.       – Странно. – Девочки одинаково хмурятся. Голос подает Кас:       – Изабэлла...       – Бэлла. Или Иза, как хочешь.       – Ок, Иза. Ты куда письма адресовала?       – Что за идиотский вопрос? В приют конечно.       – Это объясняет, почему они их не получали. Тори, помнишь, что ты мне рассказывала про перевод?       – Точно... Боже мой! Так я сама во всем виновата! – Тори в отчаянии хлопает ладонями к щекам.       – Что еще за перевод? В чем ты виновата?       Тори виновато щурится.       – Бэл, это я виновата. После того, как я не нашла тебя, я... Я очень плохо себя вела...       – Хуже, чем обычно?       – Намного, – тихо признается Тори, и Бэлла присвистывает, шокировано глядя на сестру. – В общем, нас перевели в другой приют.       – В исправительный? – Бэлла еще больше таращит глаза.       – Что ты! Я же не убила никого. Да и вообще, серьезно никто не пострадал. Если бы я хорошо себя вела, я бы узнала, что ты жива и где находишься.       – Сомневаюсь в этом, – вмешивается Кас, и сестры одинаково поднимают брови. – Тори, помнишь, ты мне говорила, что после того, как Изу удочерили, вам с Мэл велели забыть о ней? Так вот я не думаю, что вам бы передали от нее хоть одно письмо, даже если бы они приходили на правильный адрес.       – Минутку! – грозно требует Бэлла. – Что значит "велели забыть обо мне"?       – Да ну их, придурки, – отмахивается Тори.       – Вик, объясни.       – Когда ты пропала, я говорила со взрослыми. И они все мне говорили, чтобы мы забыли о тебе. Типа у тебя теперь своя семья.       – ЧТО?! – Бэлла вскакивает и бегает от двери к столу и обратно, шумно дыша. – Придурки сраные! Как они могли?       – Тори, а ведь вы действительно очень похожи. И я не про внешность, – Кас кивает на мечущуюся Бэллу. Сходство между сестрами удивительное.       – Бэл, я так понимаю, тебя теперь зовут Ариами?       – У меня двойное имя. Когда я потеряла память, все, что осталось от моей прошлой жизни – дневник. Он был подписан именем Изабэлла. А второе имя мне дали в приюте до того, как я нашла свой дневник. Поэтому Ариами-Изабэлла.       – Так, девочки, у меня вопрос. Иза, ты сказала, что твои нынешние родители сказали тебе, что Тори и Мэл нет в живых.       – Ну да.       – Почему они так сказали?       – Я не знаю, – Бэлла задумчиво кусает губы, – понятия не имею.       – Я это к чему. Если они придут и увидят тут Тори...       – Ох, черт! – Бэлла прижимает руку ко рту. – Ты прав! Вик, им лучше тебя тут не видеть! На всякий случай...       – Мне уйти?       – Не знаю, – Бэлла принимается рассуждать. – Эмма вернется вечером. А Грэг через час примерно. Мы можем прогуля... Нет. Давай так сделаем: я приеду к вам. Дай мне свой номер и адрес.       – Адрес записывай. А телефона у меня нет.       – Как нет?       – Не надо так смотреть на меня, он сам сломался.       – Ну да как же. Как всегда, – Бэлла фыркает, – Кастиэль, дай свой номер.       – Тори, – Кас подмигивает девушке, – меня пытаются отбить.       – Заткнись, – прозвучавшие одновременно два голоса заставляют Каса вскинуть брови. Какая жуть. А девочки зыркают друг на друга и заливисто смеются. Ребята обмениваются номерами.       – Вик, как ты узнала, что я жива? Боже, как это жутко звучит...       – Вчера, случайно. Меня в нашей больнице с тобой перепутали. Задвигали мне про то, что я все забыла. Не помню, как у них лечение проходила. Заперли меня там. Кстати, твоим приемным не звонили из больницы?       – Я ничего об это не знаю.       – Если будут звонить, то имей ввиду – это была я. У меня к тебе встречный вопрос. Что случилось с Клоей и Двайтом?       – Они погибли.       – Так спокойно говоришь.       – Потому что я зла на них. Понимаю, что это нехорошо, но ничего поделать я не могу. Я же от них сбежать пыталась. Мы переезжали раз пять за год. Во время одного из переездов мы попали в аварию. Тогда-то я все и забыла. Про вас забыла. А они погибли.       – Так ты все-таки забыла? Но сейчас все помнишь?       – Да. Год назад я снова в аварию попала, точнее меня сбили на машине. Тогда и была в этой твоей больнице. Я долго там лечилась. Месяц точно. А потом приехала сюда. На тот момент Эмма и Грэг уже меня удочерили. В общем неважно. Через пару месяцев я начала все вспоминать. Не знаю почему. Может, авария спровоцировала, или еще что. Тогда я и спросила их про вас. И мне сказали, что вы недавно погибли.       Так       Не       Бывает       Тори погружается в раздумья до тех пор, пока Кас не напоминает, что им пора уезжать. У лифтов Бэлла кивает на бинт Тори:       – Что с рукой?       – Да ничего. Упала неудачно.       – Да уж, – тянет Бэлла, – у тебя всегда все было не как у нормальных людей.       – Кто бы говорил! – Тори касается нового шрама на лице сестры. Когда лифт приезжает, девочки крепко обнимаются и пока стоят так, лифт уезжает.       – Вик, я тебе наберу. Точнее ему. В ближайшее время встретимся. А ты с Мэл поговори.       – Да уж конечно. Как бы ее удар не хватил.       – Ты уж постарайся! Идите отсюда. Если вы сейчас не уйдете, потом я вас уже не выпущу, а я не хочу рисковать. Вик, скоро встретимся!       На обратном пути Кас любуется своей девушкой. Глаза блестят, счастливая улыбка, на щеке прелестная ямочка. Он уже видел такое выражение у нее на лице один раз, но сейчас... Это что-то особенное. Может от понимания, что с ней только что случилось.       – Кас, спасибо тебе за помощь.       – Обращайся.       – Ты ведь мне скажешь, если она тебе позвонит?       – Ни за что, – Кас обнимает ее на ходу и Тори заразительно смеется.       – Я поверить не могу! Это как сон. Три года назад я сделала все, чтобы найти ее. А сейчас за один день! И я даже ничего не сделала для этого. Чудеса!       – Ну как сказать. В окно ты сиганула. Ненормальная.       – Хватит брюзжать.       – Тори, вы с ней почти одинаковые. С Мэл у вас такого нет. Вы с Изой одинаково смеетесь, злитесь, выражение лица одинаковое. Вы даже в обморок рухнули вместе.       – Что?       – Я грешным делом подумал, что вы обе коньки отбросили.       – Но... Мы же потом были в квартире. И Бэлла стояла около меня, – Тори хмурится.       – Конечно. Я вас обеих занес домой. Просто Иза быстрей очухалась. А когда я тебя пытался разбудить, она меня отпихнула.       – Кас! Ты – лучший!       Кас чудом не теряет равновесие, когда девушка ураганом кидается ему на шею. Ее громкий смех для него лучше самой красивой музыки.       Кастиэль провожает девушку до дома. Они всю дорогу разговаривают про Тори, ее семью и прошлое. Искренний интерес Каса радует ее, и она больше не стесняется говорить с ним о себе. Нежный поцелуй на прощание перерастает в жгущее цунами, и Касу приходится приложить немало моральных сил, чтобы отпустить Тори домой.       – Смотри, осторожней с Мэл. Надеюсь, она не рухнет на пол, когда ты ей скажешь?       – Она не имеет права, – Тори ухмыляется, – Натаниэль этого не переживет.       – Да куда он денется. Я уже дважды с ума сходил из-за тебя, – ворчит он. Тори еще раз целует Каса и идет домой, думая о том, что же она скажет сестре.       Всю ночь девочки не спят, Мэл задает Тори кучу вопросов. А под утро девушки устраивают бой подушками, который начался с шутки Тори про то, как Мэл в детстве потеряла игрушку Бэллы и потом спряталась от нее пол столом. Они словно вернулись в детство.