Посмотри на меня

      Черт знает, как девочкам это удается, но после вечернего обхода они действительно шмыгают в палату. Тихие разговоры длятся примерно до полуночи. Сестры тихонько рассказывают друг другу про жизнь, пока они были в разлуке. Бэлла раз сто за разговор обзывает Тори безбашенной идиоткой, Тори отвечает ей тем же. И Бэлла со свойственным ей упрямством поднимает тему, которую Тори совсем не хочет обсуждать.        – Бэл, ты достала. Я еще раз говорю: нет. Мы не будем устраивать «бешеный отрыв», ясно?        – Но почему?        – Да потому что. Я не считаю это праздником.        – Почему? День рождения – это праздник.        – Нет.        – Лис, скажи ей! – Бэлла требовательно тычет Мелиссу в бок ногой – рукой далеко тянуться.        – Иза, меня кроме тебя так никто никогда не назвал, – ласково отзывается Мэл, игнорируя их спор.        – Странно. Красиво же звучит.        – Мэл, а ведь называли, – Тори щурится, – Кентин в школе. Помнишь? Когда ты извинилась перед ним? Только не Лис, а Лисса вроде.        – А, да, помню. До сих пор стыдно перед ним за то, что все так произошло.        – Да ну, забей, – отмахивается Тори.        – О чем вы? – Бэлла переводит вопросительный взгляд с одной сестры на другую. Тори качает головой.        – Там идиотская история.        – Прям как я люблю! Рассказывайте. – Рассказывают про подвеску и все, что из-за нее произошло. Бэлла утыкается в подушку, чтоб ее хохот не разбудил всю больницу, а отдышавшись, крутит пальцем к виска. – Только у вас такое могло произойти.        – Ничего смешного, – грустно отзывается Мэл.        – Ну не скажи, – не соглашается Бэлла. – Такое стечение обстоятельств, как в сказке. Один к одному.        – И что в этом веселого? Человек чуть в тюрьму не сел, – пристыженно напоминает Мэл.        – Сам виноват, – Бэлла неожиданно встает на защиту Тори.        – В чем? Что влюбился?       Тори следит за спором молча. Мэл грызет совесть, поэтому она так яро защищает Кена. Оно и понятно.       Вскоре Мэл засыпает, а разговор перетекает в интимное русло.        – Тебе понравилось? – тихо, даже робко интересуется Бэлла. Тори улыбается. От воспоминаний их страсти с Касом угольки желания тихонько тлеют, согревая все уголки тела и души. Она все глубже погружается в воспоминания. Как он целовал. Как она стонала под ним, а он взрывал в ней звезды. Его толчки. Тори прикрывает глаза, в животе приятно ноет. Бэлла следит за палитрой эмоций на лице сестры и улыбается. – Вик, ты влюбилась.              – Возможно. Бэл, это удивительно. Это даже словами не описать.        – Не надо ничего описывать. У тебя все на лице написано, – Бэлла любовно гладит Тори по щеке. – Знаешь, я сейчас понимаю: то, что было у меня – это именно секс. Я ноги раздвинула, а он сунул, вынул и пошел. Звучит конечно не очень красиво, но правда есть правда. А ведь бывает еще занятие любовью. Как у вас.        – Да. Мэл права была. Так можно только с любимым, наверное. Иначе чистая физиология, – Тори вспоминает секунду боли. – Бэл, а тебе было больно?        – Да. Я не особо хотела его. Но я же говорю – ни о чем не жалею. Было и было. Просто больше не хочется. Все. Дверь закрыта.       Дверь. Боже. Тори дергается.        – Что с тобой? Болит что-то? – Бэлла приподнимается на локте и озабоченно заглядывает в лицо Тори.        – Нет. Вспомнила просто, что в школе решили организовать день открытых дверей.        – Капец. Вы пойдёте туда?        – Не знаю. Надеюсь, что нет. Нам там делать нечего.        – Вик, – Бэлла садится, – помнишь, я говорила по телефону, что поговорила с родителями?        – Да уж конечно помню. Дура.        – Я игнорирую твои оскорбления. Так вот, они очень хотят увидеть вас. Я серьезно. Да послушай же! В чем дело? Чего ты так боишься? Если бы они хотели, уже бы попытались утащить меня отсюда. Но ничего такого не было. Вик, давай сделаем это? Просто приедете к нам в гости. Посидим, поболтаем. Я ручаюсь, все будет хорошо.        – Не хочу к вам ехать. Как будто обложили со всех сторон, знаешь? Не по себе.        – Тебе не понравилось у нас?        – Да нет. Нормально. Уютно.        – Ну вот!        – Что "вот"? Они же соврали тебе про нас, и я им не доверяю!        – На то были причины, наверное. Мы просто не всё знаем. Я уверена в этом.       Мэл елозит во сне. Тори зевает.        – Бэл, меня вырубает. Давай спать.              Мэл уходит рано – ей надо заскочить домой переодеться перед школой. Когда она убегает, Бэлла пребывает в глубочайшем недоумении.        – Она вообще не прогуливает?        – Нет. И я огребаю, если прогуляю.        – Ах ты какая. Не учишься, значит?       Лицо Тори бледнеет, когда она невольно вспоминает причину последнего прогула. Бэлла напрягается.        – Что? Говори, что такое?        – Ничего. У меня были причины прогуливать. Я... – внутри все скручивается от воспоминаний. Пот, алкоголь, одеколон. В животе разжимается пружина. Тори прижимает руку ко рту и бросается вон из палаты.       Бэлла догоняет ее, когда та уже склонилась над унитазом, надсадно давясь слюной. От кашля и наклона у Тори опять болит голова, а живот скручивает новым спазмом. Она выдавливает, вслепую отталкивая Бэллу:        – Уйди.       Бэлла не обращает внимания и собирает длинный хвост сестры в руки, отводя от ее лица. Когда Тори перестает крючиться и садится на пол, обняв колени, Бэлла протирает потное лицо сестры мокрой салфеткой. Выражение жуткого страдания на родном лице пускает по шее Бэллы мурашки, и ей отчего-то хочется заплакать.        – Вики, тут холодно сидеть. Пойдем обратно.       Бэлла помогает сестре вернуться в палату и с беспокойством разглядывает бледнющее осунувшееся лицо. Сестра не ела уже два дня, но заикаться о еде сейчас – последнее дело.        – Бэлла, не смотри так. Я не умираю.        – Не уверена в этом.       Бэлла отводит прилипшую к мокрому лбу Тори прядь. Хочется как-то помочь. Но что она может сделать?        – Вик? Чего ты хочешь сейчас?        – Уйти отсюда.        – А более исполнимое?        – Не знаю. Поделать что-нибудь. Да какая разница, если мне запретили что-то делать вообще.       Бэлла деловито кивает.        – Я скоро.       Одиночество оказывается приятным. Тори всегда любила побыть одна, а сейчас это вдвойне приятно. Компания сестер очень уютна и даже необходима, но столько внимания напрягает. И то, что Бэлла видела ее в таком состоянии... Тори надеется, что сестра спишет тошноту на сотрясение и не станет задавать вопросов. Вспоминать о тех событиях не хотелось.       Но воспоминания не спрашивают разрешения.       Новый спазм напоминает о себе болью в животе. Она обхватывает себя руками и глубоко вздыхает. Становится чуть легче, не считая, что теперь кружится голова. Но это мелочи. Тори не замечает, как медленно проваливается в сон.              А когда открывает глаза, перед ней вновь сидит Бэлла. Тори морщит носик.        – Сколько времени? Я только и делаю, что сплю.        – Это хорошо. Как ты? Выглядишь вроде получше. Не такая страшная.        – Приятно слышать.        – Я имею ввиду, ты не такая бледная, как до этого. Тебе бы причесаться...       Бэлла берет с тумбы пакет и запускает туда руку.        – Вуаля!       Движением фокусницы она выуживает расческу. Пока Тори приводит волосы в порядок, сестра раскладывает на кровати три книги и кивает на них.        – Выбирай. Это то, что смогла найти в кратчайшие сроки.       Тори заинтересованно разглядывает ассортимент. "Унесенные ветром" Митчелл, "Триумфальная арка" Ремарка и...        – "Библия секса"? – Тори таращит глаза. – Ты где это взяла?       Бэлла невинно хлопает ресничками.        – Где взяла, там уже нет. Я знаю, что тебе самой читать нельзя, поэтому будешь слушать меня.        – Да что ты?        – Да. Выбирай.        – Ты же понимаешь, что я выберу. Чисто из принципа, – Тори широко улыбается, и Бэлла отзеркаливает улыбку, протягивая руку за "Библией"        – Конечно, знаю. Смотри, не сгори со стыда, – Бэлла подмигивает сестре и открывает книгу. – Итак. Глава Альфа. Глава один.        – Альфа?        – Да, так написано. Не мешай.        – Погоди. Давай глянуть, – Тори склоняется над книгой и листает пару страниц, иногда фыркая. – "Мораль и то, что в штанах"? "Красный флаг – дела сердечные?" – Тори заливисто смеется. – Ну давай, вперед. Просвещай свою старшую сестру.       Бэлла закатывает глаза – как всегда, если Тори говорит о старшинстве – и принимается за чтение. Шутки постепенно утихают, а книга оказывается на удивление интересной и, честно сказать, познавательной. За чтением девочки не замечают, как пролетает пол дня, и вот к ним уже заходит Мэл. Тори, увидев ее, второпях хватает книгу из рук Бэллы и сует под подушку.        – Что прячете?        – Да так. Сюрприз, – отмахивается Бэлла. – Как в школе дела?        – Нормально. Тори, ты только не психуй...       Бэлла бьет моментально напрягшуюся Тори по ноге:        – Она сказала не психовать. Разожми кулаки.       – ... В общем, многие спрашивали про тебя. И сейчас пара человек пришли сюда, – выпаливает Мэл.        – И что? Пусть уйдут обратно, – отфыркивается Тори.        – Но... они же... беспокоятся, – Мэл растеряно смотрит на сестру, а вот Бэлла лучезарно улыбается:        – Лис, не слушай ее. Кто там пришел? Зови всех.        – Нет! Не зови никого. Я сказала, что не хочу никого видеть.        – Н-но... – Мэл выглядит до такой степени несчастной, что Тори начинает сердиться.        – А ну не делай такое лицо! Ты манипулируешь мной?       Мэл беспомощно всхлипывает – она всегда теряется, если Тори повышает на нее голос. Глядя на все это, Бэлла резко встает и угрожающе упирает руки в бока, сверкая на Тори прищуренными глазами.        – Поори еще на нее! Она-то при чем, что ты такая нелюдимая?       Тори надувает губы и что-то бурчит, пока Бэлла подходит к двери.        – Лисса, пошли. Поглядим, что там за друзья. А там уж посмотрим.        – Бэлла! Не надо! – умоляет Тори.       Ну конечно. Послушали ее. Как же. Тори накрывается одеялом с головой, а когда дверь открывается, она затаивает дыхание.        – Вик, вылезай давай, – распоряжается Бэлла.        – Нет.        – Да давай. Никого нет, я всех прогнала.       Тори с надеждой вылазит из под одеяла и рассерженно шипит.        – И ты думаешь, что после этого я буду тебе доверять?       Кастиэль, Лизандр, Алекси, Армин, Роза, Ирис, Виолетт, Ким... Мира? Эмили? Что за... Тори медленно садится.        – Какого черта вы все тут... – неприветливо начинает Тори.        – Не обращайте внимания, – с лучезарной улыбкой перебивает Бэлла, – у нее в голове сейчас все отбито.        – Бэлла, закройся, я вообще-то все слышу. Какого черта вы приперлись? –Тори вперивает сердитый взгляд в каждого из гостей по очереди. Алекси смеется и треплет Тори по голове:        – Вот сейчас я узнаю мою подружку. Выглядишь отлично.        – Заткнись, – рычит Тори.        – Он прав, – подтверждает Кас. Спокойный. Стоит в сторонке от всех. Тори вздыхает и сдается:        – Ладно. Располагайтесь. Но стул всего один, поэтому сидеть будете по очереди.        – И в кого ты такая злюка? – Розалия садится на кровать. – У тебя такие сестры прикольные.        – Сестры может и прикольные, а я не получилась. Мэл, расслабься. Я прощаю тебя, – смягчается Тори. Мэл удивленно вылупляется на нее, а Бэлла со смехом встревает:        – Лис, не слушай ее. А ты, Вик, отстань от нее.        – Знаешь что? Я сама разберусь, что мне делать! Это моя палата.        – А я твоя сестра, так что слушайся меня.        – С какого перепугу? Я старшая, если ты забыла.       Все молча наблюдают за перепалкой до тех пор, пока Лизандр не покашливает.        – Девочки, может быть, вы потом это обсудите?       На лицах девочек появляется одинаковое выражение глубокой задумчивости, что очень смешит ребят. Тори шикает на них.        – Тише вы.        – Тори, – Мира подходит к кровати, за ней семенит Эмили. – Ты как себя чувствуешь?        – Велико... Ох ты ж ё! – вспомнив о чем-то, Тори бледнеет и прижимает руки к губам. – Эмили! Я забыла совсем, что обещала тебе помочь с историей!        – Ты же в больнице, – тихо отзывается Эмили, – так что забудь.        – Ну уж нет, – упрямится Тори, – останешься тут, когда все уйдут. У тебя есть, где писать?       Эмили кивает и молча отходит к стеночке. Тори веселит, что она так сильно смущается посторонних людей. Бэлла хлопает в ладоши, и Тори, болезненно сморщившись, шипит:        – По башке себе похлопай.        – Тише ты! – та в ответ закатывает глаза. – Сама орешь как потерпевшая. Так, ребятки, я никого из вас не знаю. Поэтому сейчас все дружно рассказываете о себе. Хоть что-нибудь.       Веселый голос Бэллы моментально разряжает ситуацию, ребята расплываются в ухмылках. Тори становится все более недовольной:        – Что за детский сад?        – А вы точно сестры? – хмыкает Мира.        – Не уверена, – Бэлла и Тори отвечают одновременно, чем вызывают новый взрыв смеха. Разговор с личностей присутствующих почти сразу перетекает на Тори, у которой вызывает искреннее недовольство тот факт, что ее обсуждают, и она фыркает, как рассерженная кошка. Когда Алекси с упоением рассказывает, как она побила Амбер, Тори не выдерживает:        – Да что ты несешь, я даже не попала ей по лицу! Почти.        – Ну, вообще-то... – вмешивается Мэл.        – Мэл, молчи, – требует Тори.        – Но...        – Ты меня слышала? Цыц!        – Хватит затыкать ее, – шикает Роза и улыбается недовольной Тори.        – Роза, а может ты о себе лучше расскажешь, раз такая умная? – Тори пытается переключить внимание публики на кого-то, кроме нее самой.        – Нет, – отнекивается Роза. – Ты мне лучше скажи, когда мы по магазинам пойдем. Потому что то, в чем ты сидишь сейчас – это катастрофа.        – Отстань от моей футболки.        – Давай я тебе ту ночнушку принесу? Она так тебе подошла.       Тори вспоминает черную короткую ткань и заливается краской.        – Не надо, спасибо.        – Принеси, – коварно улыбается Бэлла, – я посмотрю.        – Роза, если ты это сделаешь, твою тряпку постигнет участь моих вещей, которые пострадали от твоих рук, – угрожает Тори.        – Они не пострадали. Я тебя спасла от позора. Ты должна спасибо мне сказать.       Открывшаяся дверь прерывает разговор. Увидев Натаниэля, Тори стонет, хотя в душе рада его видеть. Он с улыбкой протягивает ей шоколадку.       – Выздоравливай.        – Спасибо, – Тори заставляет себя улыбнуться. Ким впервые подает голос:        – Народ, мы же забыли. Тори, – Ким подходит к моментально напрягшейся девушке, – это тебе от нас. Лечись и не болей. – Она сверкает белозубой улыбкой и ставит на кровать небольшой пакет. Ирис говорит:        – Там от всех нас кое-что есть. Посмотри.       Любопытство берет верх, и Тори запускает руку в пакет. Наугад достает мягкую игрушку. Зеленый кактус, очень мягкий и приятный на ощупь.        – Угадай, от кого? – нетерпеливо предлагает Алекси. Тори смеется.        – Алекси, ты спалился.       Дальше в руке остается эспандер. Тори криво улыбается Ким, которая в ответ подмигивает:        – Хоть чем-нибудь займешься.        Дальше появляется пачка масок для лица. Тори смеется:        – Роза, ты о главном не забываешь.        – А как же? – Роза чмокает Тори в щеку. – Ты и так красотка, но лишним не будет.       Игровая приставка. Тори склоняет голову на бок.        – Армин, ты чудо.       Он смущенно улыбается, подходит и вдруг целует Тори в щеку. Пунцовая от смущения Тори даже смотреть в сторону Каса не пытается. И так понятно, что она за это еще огребет. Дальше шоколадка. Тори задумчиво смотрит на Лизандра, Кастиэля, Ирис, Эмили и Миру.        – Эмили, это ты? – предполагает она. Эмили кивает и застенчиво отвечает:        – Ты же... ты мне отдала свою тогда. Вот я и решила... н-ну...        – Спасибо, Эмили, – Тори в который раз сует руку в пакет. – Это еще что такое?!        – Перцовый баллончик, – Мира пожимает плечами, – чтоб всякие придурки не приставали. У тебя это плохо заканчивается.       Тори закусывает губу, кинув виноватый взгляд на Каса, взгляд которого ничего хорошего не предвещает, и жалобно морщится. Ну я же не виновата.       Дальше идет набор заколок. Тори хмурится, глядя на разноцветные розочки. Надевать их на голову не хочется от слова совсем. Хотя это невежливо, Тори недовольно смотрит на Ирис:        – Ты серьезно?        – Ну да. Ты же мрачная очень. Сердишься все время. А цветочки веселенькие такие, – улыбка Ирис тускнеет. – Тебе не нравится, да?        – Ей нравится, – влезает Бэлла, забирает у Тори заколки и тут же закрепляет одну на макушку сестры. – Видишь? Вик, тебе идет.       Тори отбрасывает пустой пакет и открывает рот, чтобы поблагодарить. Но сказать ничего не успевает – Бэлла закрывает ей рот рукой и обращается к гостям:        – Она хочет сказать вам спасибо. Ей очень приятно, даже несмотря на то, что сейчас вас всех, возможно, пошлют в задницу.       Тори недовольно мычит и отталкивает руку сестры:        – Бэл! Угомонись! Это тебя я сейчас пошлю в задницу!       Мэл мирно кладет руки на плечи сестер:        – Прекратите, пожалуйста.        – Хоть одна из трех адекватно себя ведет, – беззлобно комментирует Роза.        – Так, – Тори обводит всех грозным взглядом, – посылать я, как ни странно, никого не собиралась...        – Действительно странно, – бурчит Алекси, и Тори кидает в него мягким кактусом.       – ... и до того, как меня самым наглым образом заткнули, хотела сказать спасибо. Мне приятно. Хотя это все странно. Я до сих пор не понимаю, что вы все тут делаете.        – Ты неисправима, – смеется Мира, – все волнуются за тебя.       Тори становится очень приятно. Точнее, еще приятней, чем до этого. Она скромно пожимает плечами.        – Я не...       Дверь в палату открывается, являя еще одного посетителя, и у Тори глаза на лоб лезут от изумления:        – Дантэ?        – Привет, милашка! Ух, вас тут так много. Я Дантэ, – представляется парень.        – В курсе, – тянет Мира. Он отвечает дерзкой улыбкой:        – Ты вообще-то тут не одна.        – Ты какого черта тут делаешь? – накидывается на него Тори.        – Странный вопрос, – Дэнтэ самовольно садится рядом с Тори. – Я пришел к своей девушке.       Зависнув, Тори хмурится, но тут же широко улыбается Мире:        – Так вы вместе? Что ты не сказала?       В повисшей паузе раздается смех Дантэ. Мира медленно качает головой, глядя на Тори, как на полоумную:        – Тори, я с ним в жизни встречаться не буду. – Теперь очередь Тори удивляться. Она вперивает изумленный взгляд в Эмили, которая смотрит на Тори во все глаза. Мира говорит: – Не смотри на нее. Дантэ имел ввиду явно не нас.       В следующую секунду происходит несколько вещей. Кас срывается с места к Дантэ с явным намерением вышибить тому мозги. Тори быстро откидывает одеяло, вскакивает с кровати и встает лицом к Касу, загораживая Дантэ от верной смерти. Роза от неожиданности подскакивает, отчего кровать поскрипывает ножками по полу. Мэл охает, а Бэлла встает рядом с Тори на случай оказания сестре помощи. Тори упирает руку в грудь разъяренного парня.        – Кас, не надо.       Дантэ сзади Тори встает и спрашивает:        – Что я такого сказал?        – А я тебе объясню сейчас. Отвали от нее, – рычит Кас. Тори умоляюще качает головой, глядя на Каса, а Дантэ подливает масла в огонь:        – Милашка, у тебя очень красивые ноги.       Тори с писком повисает на шее у дернувшегося Каса.        – Не надо. Не... хватит, успокойся. Это же шутка просто.        – Вообще-то нет, – Дантэ явно забавляется, хотя смотрит на Каса зло. Видимо понимает, в чем дело. Кас хватает Тори за руки и попытался оторвать ее от себя, но она держит крепко – ей меньше всего хочется разнимать еще одну пару дерущихся парней. И тут ей в голову приходит идея.        – Ай! – Тори прикладывает руку к голове и изображает на лице страдание.       Срабатывает. Кас сразу забывает про злость и обращает внимание на нее.        – Ложись.        – Ага, сейчас, – Тори недовольно смотрит на Каса, массируя висок, – чтоб ты убил его?        – Ляг, я тебе говорю! – командует Кас.        – Не слушай его, стой, – Дантэ хитро улыбается девушке. – Тебе очень идет эта футболочка. Классные ножки.       Теперь Тори сама разворачивается к Дантэ и толкает его в грудь.        – Закрой свой рот!       Да, она стоит в одной футболке, которая только чуть прикрывает пятую точку. Да, ноги голые. Да, футболка сползла с одного плеча. Ну такой уж у Тори вкус. Либо обтягивающие майки, либо большие растянутые вещи. И сейчас ей плевать на все, кроме ее любимого, который в эту секунду хочет убивать, судя по виду. И вдруг дверь в палату открывается.       О Боги! Как вовремя!       Тори никогда не думала, что будет рада видеть доктора Моруа, который сейчас недовольно смотрит на толпу в палате.        – Что тут происходит?        – Ничего, – Тори приветливо улыбается, – ко мне пришли друзья.        – Виктория, я вам говорил. Не больше трех человек за раз.        – Поправочка, – Бэлла поднимает руку. – Вы мне это говорили.       Ребята фыркают от смеха. Доктор качает головой.        – Освободите палату.       Попрощавшись, ребята уходят. Сестры говорят, что будут снаружи. Роза и Алекси обнимают Тори, которая шепотом просит скорей забрать отсюда Дантэ. Роза кивает.        – Хорошо. Я же тебе говорила, он влюблен в тебя.        – Роза, не сейчас. Идите отсюда. И спасибо вам.       Доктор терпеливо ждет, когда все уйдут. А Кас уходить не собирается, судя по всему. Тори жалобно смотрит на Моруа:        – Пожалуйста, дайте нам минутку.        – Нет. Не будете правила нарушать в следующий раз.        – Она не нарушала, – слово берет злой Кас, – вы не ей сказали про три человека. Так что она ни при чем.        – Молодой человек, будьте любезны, покиньте палату.        – Нет.        – Пожалуйста, доктор! Всего минутку! Ну пожалуйста.       Максимум тоски в глазах срабатывает. Врач кивает.        – Минута.       И выходит. Кас оглядывает Тори и хмурит брови.        – Ложись.        – Нет. Сначала мы поговорим. Успокойся, по... ой!       Кас молча подхватывает Тори под колени и спину и кладет на кровать.        – Не о чем говорить, Тори.       У нее проваливается сердце. Что за... В затылке стучит страхом.        – О чем ты?        – О том, что в тебя пол школы влюблены. Кто это вообще такой? Почему назвал тебя своей девушкой? И какого хера этот игроман тебя целовал?       Сжатые челюсти, руки в кулаки. Тори гладит его кулак.        – Кас, да он ерунду говорил. Чего ты слушаешь? А Армин мне друг просто.        – Убью.       Тори улыбается, видя, что Кас немного расслабляется.        – Ты никого не тронешь.        – На слабо берешь?        – Нет, реально смотрю на вещи. Ну подумай сам, – Тори тянет его за руку и сажает рядом, проводит пальчиками от его кулака до плеча, – если ты так сделаешь, тебя посадят в тюрьму, – девушка двигается ближе к Касу и трется носом о его ухо. – А мне, чтобы быть с тобой, тоже придется кого-то убить, – Тори прикусывает Каса за ухо и улыбается, почувствовав его руку на своем бедре. – Но ты ведь этого не хочешь? – Тори встает на колени и через секунду уже сидит на бедрах парня, раздвинув ноги и обняв его тонкими руками за шею. Он обнимает ее, прижимая сильнее к себе. И почти рычит:        – Тори, ты – моя.       Ее сердце заходится в счастливом ритме, хочется плакать от переполняющих чувств. Тори ласково улыбается и, словно со стороны, слышит свой шепот:        – Твоя.       И тут же ловит его губы своими, прижимается к нему животом и грудью, сходя с ума от его рук под ее футболкой на спине, потом ягодицах.       Она стонет, когда он резко опрокидывает ее на кровать и ведет рукой по внутренней стороне бедра. Тори жадно выгибается навстречу, млея от его языка у себя во рту, и протестующе мычит, когда он отстраняется от нее.        – Куда?..        – Прости, детка. Тебе сейчас не надо.        – Что за... – она задыхается от желания и возмущения. – Я сама разберусь, что мне надо, а что нет!        – Врач сказал, что тебе нужен покой.        – Я... ты... – Тори оглядывает себя и выдает чисто женскую фразу: – Ты не хочешь меня больше?       Кастиэль встает перед девушкой, демонстрируя твердость своего желания, выпирающего под ширинкой. Тори тут же заливается краской.        – Детка, поверь, очень хочу. Но пока надо подождать.       Он садится обратно, и Тори тут же доверчиво прижимается к его боку.        – Прости меня. Я такая идиотка. Ты у меня самый лучший.        – Помолчи, – Кас проводит пальцем по ее подбородку и ласково улыбается. – У меня кое-что есть для тебя.        – Что? Еще подарки?        – Ну, с заколками Ирис и перцовым баллончиком это не сравнить. Но я хочу, чтобы это было у тебя.       Кастиэль достает из кармана маленькую коробочку и открывает ее. Тори охает, глядя на тоненькую золотую цепочку, на которой закреплен маленький ключ с синим камушком.       – Какая красота… – Тори завороженно тянет руку к украшению и тут же отдергивает. Кас молча надевает на нее кулон. Он сделал ей подарок. Ключ. От его сердца? Или от ее? В носу Тори неприятно колет слезами.       Тори открывает глаза и, ничего не говоря, резко обхватывает его руками, прижимается лицом к его шее и рыдает. Ее переполняет что-то... это необъяснимо, но она вдруг понимает, что ее сердце уже давно не принадлежит ей. Он забрал его себе. Так же как она забрала его. И это чувство внутри. Необъяснимое.. сильное… хочется жить. И радоваться. И любить.        – Тори, – Кас гладит ее по голове. Она поднимает лицо, и он стирает слезы, – я люблю тебя.       Внутри нее что-то лопается, наполняет ее тем, что обычно называют счастьем. И на глазах выступают новые слезы.        – Кас, я...       Дверь. Чтоб ее. Открывается. Кас кивает доктору:        – Я ухожу.        – Но... Кас, я не... – она хватает его за руку. Как так он уходит? Столько всего надо сказать, а она не может наскрести слов в опустевшем мозгу.        – Тори, мы скоро увидимся, а сейчас тебе надо отдыхать, – не смущаясь доктора, он впивается в губы Тори коротким поцелуем. – До скорого, милая.       И оставляет ее наедине с лопающимися внутри искрами. Голова кружится, руки дрожат. Хочется плакать и смеяться.        – Тори! – как только врач уходит, в палату забегает Мэл, – ну что? Что у вас случилось? Все хорошо?        – Да конечно хорошо, – к ним спокойно подходит Бэлла. – Ты же видела Каса только что. Спокойный. Даже улыбнулся немного. Вик, что ты с ним сделала?        – Я... ничего... мы...        – Что у вас случилось? – вот тут Бэлла начинает беспокоиться. Замечает, что Тори явно в раздрае, это ненормально.        – Ничего. Мы поговорили...        – Он у тебя жутко ревнивый, – Бэлла одобрительно улыбается. – Я думала, он убьет этого... как? Данта? Кто это вообще такой?        – Дантэ. Из параллельного класса.        – А те две девочки, – уточняет Мэл, – тоже оттуда? Эмили и вторая. Как ее?        – Мира. Да, они одноклассники.        – А ты их откуда знаешь?        – Помнишь, я с перевязанной рукой ходила? – Тори закатывает глаза. – Так это благодаря Дантэ и Леону – его дружку. А с Эмили и Мирой вообще отдельная история.        – Ёлки зеленые, – Бэлла в предвкушении потирает ладони. – У тебя что ни знакомый, то история. Рассказывай.