Моя подруга Джен

Три месяца спустя Андрей — Ну давай считать, Жданов, — сказала Катя и подвинула к себе калькулятор. Я зевнул. Лето плавило московские асфальты. Мне хотелось куда-нибудь к морю, под пальмы, но президент компании «Зималетто» Екатерина Пушкарева отпуска мне не подписывала. — «Атлантик-банк» — закрыли кредит, банк «Континенталь» — закрыли на 40%, остальную мелочевку мы еще полгода из банка в банк поперебрасываем. Лавируем-лавируем, да и вылавируем куда-нибудь. Что касается «Никамоды», то предпоследнее судебное заседание назначено только на середину августа. Поэтому нет, Андрей, в отпуск не раньше ноября. — Ууууу, — сказал я, — это же еще один показ и еще один совет директоров! — Ну да, — вздохнула Катька и нахмурилась. Она немного стеснялась открывать показ. — Что касается твоего испытательного срока… — Катя прикрыла левый глаз и оценивающе на меня посмотрела. Я и забыл, что о чем-то таком мы с ней договаривались несколько месяцев назад. Несколько месяцев назад я вообще был малость не адекватен. Земля пылала под моими ногами, Катьку штормило, компания разваливалась, я творил черт-те чо, метался по Москве как сумасшедший и происходящее вокруг мне казалось несколько туманным. В пылу охватившей меня одержимости я легко перенес совет директоров, который лишил меня президентского кресла в пользу Кати, малость сумбурный показ, когда Милко капризничал и швырялся одеждой, научился готовить простые блюда и подружился на почве пирогов с Еленой Санной. Тот ненормальный Жданов был не чета сегодняшнему, сыто жмурившемуся на солнце. — Кать, а давай заведем собаку? — Канарейку! Папа велел тебе приехать к нему в воскресенье, надо движок у машины перебрать. — Слушай, напомни мне, чтобы я заодно привез Елене Сановне сковородку, я же ей тефаль купил! Катерина посмотрела на меня с некоторым сочувствием. — Я тебе тут пытаюсь сказать, что собираюсь за тебя замуж. — Ну, конечно, собираешься, Кать, — вздохнул я, — мы с Валерием Сергеевичем уже и ресторан выбрали. И даже смету подбили. Он подошел к этому вопросу с точки зрения отца и бухгалтера. — Без меня выбрали? — Ну не беспокоить же президента модного дома по таким пустякам. Она быстро на меня взглянула, проверяя, нет ли в моих словах скрытого сожаления, не нашла и, улыбнувшись, поцеловала меня через стол. — Не расслабляйся так сильно — я верну тебе президентское кресло к Новому году. — Не знаю, не знаю, — задумчиво ответил я, — мне кажется, оно тебе больше подходит. А у меня знаешь ли дом, готовка, собака… — Канарейка! И рассмеялась, не выдержав детской обиды на моем лице. — Хорошо, — сказала Катя и отодвинула калькулятор, — расскажи мне, что вы там напланировали с нашей свадьбой? Катя. В Москве было так жарко, что хотелось куда-нибудь к снегам и горам. Но дела не отпускали даже на дачу. Руководить «Зималетто» оказалось таким захватывающим делом, что я мало понимала, что происходит за пределами компании. Банки, кредиты, поставщики, магазины, производство, подготовка к показу, рекламные компании, маркетинговые акции — ух, сколько всего, оказывается, было интересного в компании, если покинуть пределы каморки. В нашем со Ждановым кабинете царила прохлада, по углам собирались сумерки. Я подняла голову от компьютера и посмотрела на Андрея, который уж слишком сильно был увлечен тем, что происходило у него на мониторе. Наблюдал за репетицией у Милко? Я тихонько, стараясь не потревожить дражайшего заместителя, подвинулась вместе с креслом к его столу и, скосив глаза, нырнула взглядом в его монитор. — Савичева? — Катька, не подглядывай, — отмахнулся от меня Андрей, — а то у тебя на свадьбе будут играть балалаечники из Тулы. — А что, — задумалась я, придвигаясь к нему еще ближе, — звучит заманчиво. — Хочешь, я приглашу их на показ? — Хочу, чтобы ты отвез меня погулять. Сил уже нет сидеть за этим столом. Жданов, наконец, оторвался от райдера Савичевой и развернул меня вместе с креслом лицом к себе. — Собираетесь сбежать с работы, Екатерина Валерьевна?.. Слушай! Забыл тебе рассказать, мне же взятку предлагали. — Да ладно. За что? — За то, чтобы я продвинул интересы кейтерингового агентства «Лунный свет». Видишь ли, по Москве ходят слухи о неподкупности президента компании, но также широко известен в узких кругах тот факт, что я имею на этого президента определенное влияние. Он рассмеялся и, легко поцеловав меня, вскочил с кресла. — Гулять? Гулять! Где твоя сумочка? — Надеюсь, ты согласился на эти комиссионные? У нас каждая копейка на счету. — Обижаете, Екатерина Валерьевна. Интересы компании — прежде всего. И еще, журнал «Синдерелла» просит об интервью с тобой. — Откажись немедленно… Маша, мы ушли, нас сегодня не будет. — Кать, ну подумай еще раз. Мне кажется, получится просто отличное интервью. В конце концов, ты одна из самых обсуждаемых женщин-президентов в Москве. — Андрей, перестань, — лифт плавно закрыл свои двери, — я помню, чем закончилось прошлое интервью. Мы говорили о бизнесе, а заголовок вышел «как охомутать самого неисправимого бабника столицы». Жданов фыркнул. — Зато продажи нашей коллекции выросли на семь процентов. — Зато я чуть не провалилась сквозь землю. Он вздохнул. — И когда же ты привыкнешь к всеобщему вниманию? А учитывая, что мы запускаем новый бренд «Джен», то нам любой пиар не помешает. Классический британский стиль в выдержанных тонах — вот что нужно, чтобы выйти замуж за миллионера. — За балбеса. Выйти замуж за балбеса. — С собакой. — Канарейкой!