Мёртвая пустошь.

      Адэрр Кантон (Замок Дагр, 1 день лета 3685 года от В.Т. раннее утро)       Лишь недавно, ночную тьму сменил тусклый сумрак рассвета. Разогнав тёмные тени в углах нашей с сестрой комнаты. Лежу на спине прижимая к груди тихо всхлипывающую Алли. Совсем скоро, буквально через пару часов мы с Натой и примчавшимся пару дней назад Баром отправимся в столицу княжества, и если всё пройдет штатно, за пару недель доберёмся до неё. Сначала наш путь будет идти до побережья океана в столицу нашего герцогства, в славный город Эзрамм. И уже оттуда кораблём мы пойдем до столицы, путь по суше слишком долог и слишком опасен летом.       Пальчики сестрёнки скользят по шраму на моей груди, он почти сошёл, но пока не до конца. Так же на груди лежит мой первый кристалл накопитель, и сделал я его самостоятельно под чутким руководством отца и мэссира Тонвана. В сложном многокомпонентном растворе с помощью магии формировался энергетический каркас и на нём, как на фундаменте нарастала кристаллическая структура. Но, в этот невзрачный алый кристаллик влезает два моих собственных резерва силы. Алли я такой же кристалл сделал и благодаря ему, сестрёнка может использовать магию. Пусть далеко неполно и с кучей ограничений, но может. Кристаллик этот ей будут заряжать родители от источника, я же свой сам заряжаю, сливая в него свою силу понемногу но каждый день.       Смотрю в лицо сестры, на её опухший носик и припухшие от слёз веки. Слушаю её всхлипывания...       - Хватит реветь, Алли, - шепчу ей.       - Не могу... – скулит сестрёнка, - ты уезжаешь, а я остаюсь. Я не смогу без тебя, я даже спать одна не могу...       - Алли, перестань... – шепчу я, целуя её в мокрые глаза, щёки, дрожащие губы, - я же не умру сегодня, так что увидимся зимой, когда приеду на каникулы. А со следующего лета, ты будешь учиться вместе с нами...       - Да?.. – проскулила она, - а если я экзамены завалю?       - Ты?!.. – искренне удивляюсь я.       Тяжкий вздох и она прижалась совсем плотно.       - Тем паче, с тобой дублики остаются, вы только тут не устраивайте мокрое царство, ладно.       - Я постараюсь, у-у-у-у-у-у... – заливается слезами сестра.       - Аллия Латай Кантон, вы благородная эдель, вам не пристало так громко реветь, - шепчу я, - что о нас другие подумают?       - Пусть, что хотят – то и думают! – всхлипывает она, - Дэрри, ну почему?..       - Всё, хватит слёз, маленькая моя, - говорю я, - пойдём, встретим зарю. И дальше, всё будет хорошо.       Встаю и подхватываю Алли, на которой только тонкая ночная сорочка. Моя маленькая сестрёнка, выросла, и превратилась в красивейшую девушку. Вообще же, в этом мире из-за магии нет некрасивых людей и не людей. Даже простые крестьяне умеют пользоваться минимальным набором внутренних заклинаний направленных на самого себя. Эти воздействия улучшают организмы, убирают ошибки на клеточном уровне, и развитие идёт самым правильным образом. И длится это всё, уже на протяжении почти двадцати тысяч лет их известной истории. Так что, на мой взгляд, все местные делятся на три вида: Красивые, очень красивые и ослепительно красивые. Я сам, по местным меркам считаюсь симпатичным, но не более того. Тот же Баррмир, по сравнению со мной просто Ален Делон в сравнении с Жераром Депардье.       Так с сестрой на руках и выхожу на стену, встающее солнце разгоняет лёгкую дымку над рекой.       - Может, искупаемся? – спрашиваю её. – Река уже тёплая.       - Как хочешь, я не против, - отвечает она.       Край стены, заклятие низкого веса на нас обоих и прыжок вниз к подножию стены. Ставлю Алли на землю и, скинув трусы, прыгаю с небольшого обрыва в реку. Ох-х-х-х! Как хорошо-о-о-о!       Плеск рядом и через пару секунд около меня всплывает Алли, фыркает и улыбается.       - Ну что? Прошла хандра? – говорю я.       - Да, - отвечает она, глубоко вздохнув, - хватит скулить, ты всё равно уедешь, это неизбежно.       - Ийя-а-а-а! – летит от стены вместе с девичьим визгом. Смотрим и видим Бара в обнимку с сестричками медленно летящего вниз. Несколько секунд и ребята, скинув туники, ныряют вслед за нами. Несколько минут дружно плещемся, девчонки брызгаются водой, хохочут и повизгивают. Но, я успеваю заметить, как втихушку целуются Бар и Алли. Так вот в чём ещё причина тоски, у ребят-то чувства. Хотя к этому давно всё шло, с того момента, как Аллия спасла другу жизнь.       - Дэрри? – говорят хором подплывшие ко мне близнецы, - а ты можешь нас поцеловать?       - Вас?! – удивляюсь я.       - Ну, на прощание, Дэрри? – тихо канючит Сатти.       - В щёчку... – отвечаю я.       - Ты нам не брат, чтобы в щёчку целовать, - надула губки Виллия.       - Ладно, но только сегодня и потом не просите, договорились? – спросил я.       - Дэрри! Про тебя такие слухи по городу ходят, а на будущий год у нас инициация, после которой нам можно будет всё. Так что, сегодня поцелуй, а на будущий год... ну ты понял... – смутившись, сказала Сатти.       Я аж поперхнулся. – Что?!       - Ну, Дэрри... – повесив голову и глядя исподлобья, сказала Вилли. – Ты нас не любишь?       Меня аж оторопь взяла.       - O tempora, o mores! (1) – прошипел я на латыни крылатую фразу.       - Что ты сказал? – пискнула, прижавшись Сатти.       - Я согласен, - ответил я, целуя эту прелесть.       Два часа спустя.       Залитая солнцем площадь замка. Проверяю поклажу на Обжоре, подпруги и стремена. Рядом тем же самым занимаются Бар и Ната. Вокруг стоят горожане и живо обсуждают нас, делясь впечатлениями. Чуть дальше уже в сёдлах сидят дружинники. Трое егерей и Дакурр, как их командир, рядом с ними было пятеро гвардейцев графа. Они проводят нас до Эзрамма, посадят на корабль и вернутся обратно. Как бы там ни было, но одних нас никто не отпустит, слишком опасно. Гнилые провалы никто не отменял, а большим отрядом отбиваться сподручнее, а если что парни дадут нам возможность сбежать. И ни я, ни Бар, а уж тем более Ната сопротивляться не будем. Подготовленный маг, а особенно из столичной Академии, стоит сотни бойцов. И жертвовать нами в рядовой стычке никто не станет, слишком большая роскошь.       Вот всё проверил и, обернувшись, пошёл к стоящим на лобном* месте родителям. Там же и Алли с близнецами, стоит и смотрит на меня больными глазами. Отец спокоен, но несмотря на внешнее спокойствие, я вижу как он взволнован. Мамули, своей грусти не скрывают, Латри опять вся в слезах, вся шёрстка у неё на щеках сырая.       Подхожу и отвешиваю родителям земной поклон.       - Благословите на путь и учёбу, батюшка, матушки!       Разгибаюсь и вижу, как ко мне подошёл отец, осенил меня святым крестом и громко сказал:       - Благословляю тебя, сын. Иди, пусть путь твой будет светел, а мысли ясные. Береги честь и доброе имя своё вдали от дома.       Матери ничего не сказали, лишь осенили меня крестом и прижались залив слезами. Глажу их, шепча ласковые слова, чувствуя поцелуи и покусывания. Но, ехать всё равно нужно, так что разжимаю объятья, и женщины отходят, снова встав по бокам от отца.       - Дэрри! – кричит Алли и виснет на шее, - Дэрри...       - Всю кирасу мне намочила, - шепчу ей в ухо, поглаживая по волосам. Слышу рядом скулёжь близнецов, висящих на Баре. Ната же, сама в руках отца и братьев. Только вот, сырость разводит она, а не её близкие.       Подошел отец и буквально отодрал от меня сестру, которая в свою очередь повисла уже на нём.       Вздохнув, отворачиваюсь и, подойдя к коню, запрыгиваю в седло.       - Удачи! Удачи и успеха, Адэрр! – кричат мне горожане.       - Бар, ты давай там, не опозорь господина графа! – летит другу.       - Ната! Ната! Ната! – скандирует стайка девчонок.       Оглядываюсь, улыбаюсь и вскидываю руку. Рядом Бармирр и он вскинул обе руки, светясь белозубой улыбкой. Ната пунцовая от смущения смотрит в землю.       Бросаю прощальный взгляд на родителей, улыбаюсь им и говорю: - Едем.       Пять дней спустя порт Эзрамм.       Едем по набережной, разглядывая качающиеся на лёгкой волне у пирсов корабли. Вперёд нас ускакал десятник, искать нам корабль. Он часто путешествует по приказам графа и знает многих капитанов и расценки на путешествия, нам решать денежные вопросы не доверили ввиду неопытности. Я же просто любуюсь местной плавающей техникой. То, что я вижу, на мой взгляд, есть квинтэссенция парусного корабля. Это просто какая-то застывшая в металле и дереве сказка. Чудо чудесное, словно вышедшее со страниц фантастических романов...       Рядом едет Бар, и его взгляд сияет восторгом. Одно дело видеть картинки с парусниками, а другое увидеть их вживую. Сзади попискивает и ахает Ната, терзая Дакуура вопросами на корабельную тему. Десятник с улыбкой отвечает ей, выступая этаким знатоком, хотя я точно знаю, что он сам путешествовал морем лишь несколько раз.       Сам Эзрамм – типичный портовый город, только очень большой с населением в полтора миллиона человек. Я в этом мире ещё не видел таких городов. Он раскинулся вдоль побережья на добрых сорок километров. В нём куча предприятий и мануфактур, так же одна из мощнейших приливных электростанций. Что позволяет разместить в нём металлургическое производство.       Металла в запасах навалом, только вот для нормальной выработки сплавов нужен не только металл, но у куча всего ещё, а с этим напряг. Даже коксующегося угля минимум и добывают его в шахтах с почти километровой глубины. А цветные металлы, а сепарирование сплавов... В общем, тут целый сонм проблем, проблем созданных потерями технологических компетенций и мощностей, а главное разумных.       Когда-то Азрраамарр знал и атомную и термоядерную энергетику, сейчас же. Всё это кануло в прошлом, последний атомный реактор заглушили полторы тысячи лет назад. И дело даже не в ресурсах, а в постоянном давлении Пустоши, медленно – но верно уничтожающей этот мир и его главный ресурс – население.       Справа от нас многоэтажные, стеклянные коробки административных и жилых зданий. Это фактории торговых компаний и гостиницы. И со слов егерей гостиничный сервис тут не уступает сервису лучших отелей моего бывшего мира. Ну, может быть кроме телевидения и интернета, которых тут давно уже нет и в помине. Зато есть дамы полусвета, и старшина егерь аж облизнулся, вспоминая их. Шалунишка! Он же женат! А клятвы тут не нарушают, чревато. Боги могут и наказать отступника, были прецеденты, сам видел.       Видим скачущего навстречу десятника. Он подъехал и сказал:       - Я договорился с одним моим старым знакомцем. У него быстроходный бриг и выходит он завтра поутру и через декаду будет в столице. Попросил по пятьдесят серебренников за пассажира с конём. Питание пассажира и его коня входят в стоимость.       - Когда нужны деньги? – спросил Дакурр.       - Завтра при посадке, - ответил десятник.       - Хорошо, тогда стоит поискать гостиницу на ночь, что скажешь, какую выберем? – спросил Дакуурр своего товарища из людей графа.       Тот улыбнулся: - Твой вариант?       Дакурр рассмеялся: - Ну, «Белая цапля»...       - Ах, я тоже хотел её предложить, - ответил тот и все наши сопровождающие рассмеялись.       - Дакурр, в чём дело? – спросил я.       - Да, не обращай внимания, Адэрр. Просто в этой гостинице селятся все наши, похоже, - ответил десятник, а я с удивлением понял, что люди графа и наши считают друг друга своими.       - Угу, - отвечаю я, - и как она, эта «Белая цапля»?       - Сейчас увидишь, - отвечает он, и мы поскакали вдоль набережной.       «Белая цапля» действительно была белой, здоровенное здание сорока этажей, всё украшенное лепниной, с большими стрельчатыми окнами. Заселились быстро, наших коней определили в просторные каменные конюшни на заднем дворе. И жить нам предстояло на двадцатом этаже в нескольких номерах. Причём нам всем сняли по отдельному, а дружинники поселились в многоместный, вот ведь... И да, в гостинице был лифт и не один! Ого, цивилизация.       Сдали багаж в комнату хранения и отправились на ужин. И он оказался выше всяких похвал. Особенно рыбные блюда, я как любитель рыбы наелся просто до отвала.       После ужина, предложил друзьям пройтись по набережной, посмотреть на море и корабли, может с людьми пообщаться. Ната и Бар меня активно поддержали, а дружинники отправили с нами самого молодого из своей команды, оставшись в ресторане гостиницы. У них на столе, стояли пузатенькие бутылки с «Белым вином», так здесь называли обыкновенную водку.       Набережная встретила шумом прибоя, гнусавыми криками чаек, ну или похожих на них птиц с таким же белым оперением. Запахом прелых водорослей и, тухлой рыбы. Вода в заливе была какой-то невозможной прозрачности и чистоты. Несмотря на плавающий у кромки прибоя мусор, чуть дальше вода была прозрачной как слеза. Видимо в городе есть система очистки сточных вод, и городские стоки не загрязняют море.       Прогуливаясь, рассматривали корабли, стоявшие у длинных бетонных пирсов. Почти на всех из них, шла какая-то работа. Где-то что-то грузили, где-то разгружали, кое-где слышался стук молотков. На нескольких парусниках шла уборка, матросы драили палубы швабрами, зачерпывая воду прямо из моря вёдрами на верёвках.       На нас поглядывали с улыбками, особенно приветствовали Нату, отпуская девушке щедрые комплименты и зазывая в гости, обещая угостить всяким разным со всех концов света. От этого Натайя смущалась и крепко держалась за мою руку.       Пройдя часть набережной до одной из широких дорог ведущих от набережной в центр города, развернулись и пошли обратно. Солнце, стало клонится к закату, а поскольку город стоял на довольно крутом берегу, то мы оказались в тени. И пока не настали сумерки, мы решили вернуться в гостиницу.       Поздно вечером, уже собираясь в ванную перед сном, услышал тихий стук в двери. Подошёл и открыл её, за порогом стояла смущённая Ната.       - Что случилось? – спросил я её, открыв двери шире и впустив в номер.       - Дэрри... – прошептала она, - у меня есть к тебе просьба.       - Какая? – удивился я. Закрыв двери подошёл к ней, смотревшей на меня с лёгким испугом.       Ната зажмурилась, шагнула ко мне вплотную и впилась в губы поцелуем. Прижал её к себе, отвечая на поцелуй, пока она не оторвалась совершенно задохнувшись.       - Что ты делаешь? – спрашиваю я, переводя дыхание.       - Дэрри... девчонки в городе рассказывали...       - Что рассказывали?       - Что ты... что ты... – и она уткнулась мне в грудь став пунцовой.       - Что тебе наболтали эти болтушки, поди семь вёрст до небес и всё лесом? – спросил я.       - Что? Какие версты, до каких небес?! – удивилась она, глядя на меня широко распахнутыми глазами.       Я рассмеялся, и чмокнул её в нос.       - Так, пословица. И чего же тебе наговорили?       - Они... – и она снова уткнулась мне в грудь, - говорили, что ты изумительный любовник.       - И?..       - Мы скоро приедем в столицу, а в Академии приставляют наставника, с которым, ну ты понимаешь...       - И?..       - А у меня только с братом было на инициации, и это было немного больно. А я хочу узнать, удостовериться, что это на самом деле приятно, - съехав на еле слышный шёпот, ответила Ната.       - И ты для этого выбрала меня? – спросил я тихо.       - Да. Ты... Ты мне очень нравишься, хотя и Бар тоже, но ты больше... Пожалуйста, а то я боюсь других мужчин, - прошептала она.       Я хмыкнул и, подняв её голову, нежно-нежно поцеловал.       - Не вздумай в меня влюбиться, договорились?       Она кивнула, глядя в ответ сияющими глазами.       - Тогда пошли в ванну, мы пыльные и потные с дороги, - и начинаю стягивать с неё сорочку.       Н-да-а-а... Ната это не Овели и не кумушки из города. Комок страха и смущения, вперемешку с решимостью и абсолютным отсутствием опыта. Но, в любом случае, я постарался, и угомонились мы лишь на рассвете, уснув в обнимку.       Поднял нас Дакурр, он долго стучал, прежде чем я расслышал и открыл ему двери номера.       - Адэрр, эдель Натайя не открывает, может с ней что случилось? – сходу сказал он.       - С эдель Натайей всё в порядке, - ответил я, широко и сладко зевая. Спать хотелось неимоверно, но, скорее всего пора вставать. Ничего, на борту отоспимся...       Десятник увидел копну темных волос на подушке в моей кровати. Широко улыбнулся, подмигнул и сказал:       - Ждём вас на завтраке, пора на корабль.       Позавтракали, собрались и под руководством десятников отправились на посадку. Пришли к одному из парусников, даже на вид, он выглядел как гоночный автомобиль. Стремительные обводы, гладкие, серебристо-белые борта обшивки. Блестящая бронза на такелаже, вкупе с снежно-белыми нитями вант и канатов. Паруса свёрнуты в бухты у рей. На палубе у сходен, стоял представительный Тирс! И смотрел на нас спокойным взглядом своих зелёных глаз. На нём были тёмно-синие шаровары, заправленные в жёлтые сапоги на толстой подошве. На поясе у кота был широкий кушак, тело укрывали белая сорочка и кожаная безрукавка. Так же на поясе висел длинный меч в тёмных ножнах, по виду классический бастард.       - Таарие итерман, Логир Итррарр,(2) – сказал десятник графа.       - Лутре имуун, норатирай!(3) – рыкнул тирс.       - Это ваши пассажиры, капитан Итррарр, - сказал десятник и указал на нас с Баром и Натой.       - Молодые маги, желанные гости у меня на борту, добро пожаловать, шевалье и эдель, - и чуть подвинулся, освобождая дорогу на корабль.       - Адэрр, держи деньги за проезд, - сказал Дакурр и протянул мне увесистый мешочек с серебром.       Беру деньги и спрыгиваю с коня. Рядом встаёт мой друг и десятник отцовской дружины.       - До встречи, Дакурр, - говорю я и обнимаю его.       - Давай там, брат, не опозорь славное имя господина барона, - шепнул он, пожал мне руку и отошел. Затем мы попрощались с егерями и ребятами графа. И взошли на борт, где я передал мешочек с деньгами капитану корабля. После чего, под командой матроса сайатта мы увели коней в трюм, где расседлали и накормили. У моего Обжоры сейчас праздник, я ему рыбы накупил, сушёной.       Каюту нам дали одну на всех, мотивировав тем, что свободных кают больше нет. Мы спорить не стали и спокойно заселились, убрав в массивные рундуки свои вещи.       После чего вышли на палубу, наблюдать отплытие.       И тут, меня ждало ещё одно открытие, у корабля был двигатель. Что-то похожее на электромоторы танков, запитанный, как выяснилось потом, от целого кластера кристаллов накопителей. Которые, капитан являвшийся магом, мог использовать для собственной подпитки, только вот и заряжал он их тоже самостоятельно. Так что электродвигатель, был сугубо вспомогательным устройством на судне. Задоковаться, или выйти в сложных для навигации условиях на морской простор.       Уже когда отдалились от берега, я посмотрел на пристань и увидел наших парней, сидящих на конях. Поднял руку с открытой ладонью и увидел такой же жест от них. После чего всадники развернулись и скрылись в городской застройке.       Нас же ждал открытый океан! 1 - O tempora, o mores! – О времена, о нравы! (Лат.) 2 - Таарие итерман, Логир Итррарр. – Доброе утро, Логир Итррарр. (язык тирсов) 3 - Лутре имуун, норатирай! – Вы опоздали, поторопитесь! (язык тирсов) * - Лобное место – место на возвышении, служит для оглашения важных новостей и распоряжений владетеля. Так же как и у нас на Красной площади в Москве. Считать, что на нём проводились казни – глупое заблуждение и выдумка.       Адэрр Кантон (Борт брига «Скороход» 9 день лета 3685 года от В.Т. утро)       - Бу-э-э-э-э-э... Ох мля! Бу-э-э-э-э-э... – булькаю я, свесившись с леера по правому борту. Сил нет, желания жить тоже, осталось только сдохнуть прямо тут на палубе. А ведь утром всё вроде бы исправилось, и я даже позавтракал. Но, ближе к обеду, ветер посвежел, и началась качка, отчего меня замутило и я, как и в прошлые два дня повис на леерах.       Да, я мучим морской болезнью, мучим беспощадно. Выдавив из себя остатки завтрака, падаю на палубу и лежу, раскинув руки, чувствуя, как качается надо мною небо.       Закрываю глаза, когда они закрыты мне немного легче. Бар и Ната ко мне не подходят, жалеют издали, поскольку сами укачиванию не подвержены. Бар вообще с вант не слезает, шарится словно обезьяна по мачтам, поливая всех окружающих своим восторгом.       Бриг же просто прекрасен, если бы не морская болезнь, каюсь, присоединился бы к другу. Это судно, мечта любого мальчишки, красота, совершенство парусной механизации и скорость около сорока километров в час, ну на мой неискушённый взгляд.       Команда была под стать кораблю, полный набор представителей рас этого мира. Мужчин и женщин примерно в равной пропорции. Две трети экипажа – сайатты, треть – тирсы и как вишенка на торте, бортовой медик авлар. Вернее, авларка – крылатая девушка с золотисто-синей чешуёй по всему телу, кожистыми крыльями размахом метра по три каждое, ну когда она их расправляла. А так по кораблю ходила сложив их за спиной, навроде плаща.       Тень закрыла солнце и я открыл глаза. Надо мной стояла она, одетая в обтягивающие кожаные бриджи, и обтягивающую же кожаную куртку без рукавов. Ступни ног были голыми, хотя я не знаю, как на такие натурально птичьи лапы изготовить сапоги. Ладони пятипалые, с полированными острыми коготками, покрытыми синим лаком. На её поясе висела сабля, хотя скорее – шашка, так как гарды у неё не было совсем. И словно плащ висящие за спиной крылья. Голова у авларов вытянутая, лицо выдаётся вперёд, нос без ноздрей, словно у Воландеморта из фильма о мальчике-волшебнике. Огромные, золотисто-оранжевые глаза с вытянутым кошачьим зрачком. Рот большой, с тонкими чувственными губами. Впечатление странное, но она была красивой, вот красивой – и всё.       - Как ты себя чувствуешь? – спросила она низким грудным голосом.       - Плохо... – прошептал я.       Она склонилась ко мне и помогла сесть. После чего из сумки на боку достала стеклянный пузырёк.       - Выпей это.       - Что это? – с сомнением глядя на ядовито-зелёную жидкость в пузырьке, спросил я.       - Решение твоих проблем, я сутки его готовила, - сказала она и открыла крышку. Запахло травами и чем-то ещё неуловимым, но приятным. Послушно открываю рот, и она вливает в меня жидкость. Глотаю её, через миг внутри словно солнце вспыхивает, и я проваливаюсь во мрак.       Бездонное небо вокруг, белая кисея облаков и где-то внизу бирюзовый простор океана. Лечу в этом небе, распахнув крылья, делаю бочки, кручу петли, падаю и взлетаю ввысь. Ощущения настолько прекрасные, что я забываю обо всём и вся.       Но, в самый прекрасный момент вокруг заклубились тучи, и я падаю вниз к морю, куда слёту и ныряю, оказываясь в пронизанной золотыми солнечными лучами бездне. Плаваю, гоняясь за рыбами; мне весело и тепло. В конце концов, просто растворяюсь в этом золотом безмолвии...       Открываю глаза, перед глазами в тусклом утреннем свете полированные светлые плахи подволока. Рядом на соседней койке сопит Бар, чуть дальше из-под одеяла видны тёмные волосы Наты. Чувствуется качка, но она не вызывает у меня никаких негативных ощущений. Наоборот, я хочу есть, нет – ЖРАТЬ! Привстаю и оглядываю каюту. В углу на металлическом столике стоит металлический же графин с магнитным дном. Рядом – такие же стаканы и тарелка с какими-то булочками под светлой салфеткой. Встаю, откидываю её и вижу булочки-косички, которые печёт местный кок. С утробным рычанием хватаю первую и впиваюсь в неё зубами. Когда доел последнюю булку, запив водой из графина, почувствовал взгляд, оглянулся, и увидел смотревшую на меня с улыбкой Нату.       - Она была права, зелье действительно подействовало, - сказала подруга.       - Есть ещё чего съесть? – спросил я.       - Вяленая рыба подойдёт?       - Давай! – рычу я.       Ната встала, на ней не было даже трусиков – так и спала нагишом. Девчонка изогнулась, потянулась, продемонстрировав мне всю свою красоту.       - Ната?.. – вкрадчиво шепчу я, позабыв про голод.       - Сейчас... – лукаво улыбнувшись, говорит она и, нагнувшись, открывает свой рундук.       Покопавшись в нём, демонстрируя мне все свои замечательные нижние девяносто, достаёт бумажный свёрток.       А у меня аппетит уже в другом месте. Рыба уже не очень-то и нужна... Смотрю на Бара – он спит, раскинув руки и ноги. Мой приятель, видимо, набрался впечатлений и сейчас его можно поднимать пушкой, и не факт, что поднимешь.       - Рыба... – говорит Ната и протягивает мне свёрток. Беру его и кидаю на свою койку. После чего сгребаю тихо пискнувшую Нату.       - Бар же тут... – шепчет она.       - Его сейчас пушкой не разбудить, - отвечаю я, начиная лакомиться её губами. Она отвечает, позволяя ласкать себя везде, куда дотягиваются мои руки. Подхватываю её и иду к ней на койку.       Угомонились мы уже, когда встало солнце, заглянув нам в иллюминатор. Бар так и спал, разметавшись на койке, похоже, друг ничего так и не услышал. Хороший здоровый сон молодого организма.       - Когда тут завтрак? – спрашиваю я подругу.       - Уже, так что если хочешь поесть горячего, то встаём и идём в кают-компанию, - отвечает она.       - Н-да, с этой моей хворью, всё пропустил... – потягиваясь, говорю я, чувствуя, как Ната поглаживает мою грудь.       - Я Тайвааль уже завидую, - шепчет она. – Правы были кумушки из города, ты потрясающий любовник.       - У тебя слишком мало опыта для сравнений, может быть, это среди нас я такой замечательный, а в столице будут парни куда круче меня.       - Ты думаешь?       - Думаю, маги этим занимаются со всей отдачей. Должны уметь получать и дарить удовольствие. Мэссир Тонван же говорил, что чем лучше и приятнее ощущения, тем быстрее и качественнее восстанавливаются силы. Так что в Академии наверняка есть настоящие мастера Этого дела, - отвечаю я, целуя её в нос.       - Посмотрим... – шепчет она и выскальзывает из койки, - пошли на завтрак.       - Пошли, - отвечаю я и встаю вслед за нею.       На завтраке с удовольствием отведал каши с кусочками фруктов, совсем как готовит моя мама-кошка. Ну, кок тут как раз тирс, а такая каша, видимо, их национальное блюдо. Капитан и остальные офицеры корабля поздравили меня с победой над морской болезнью. Я же выразил горячую благодарность медику, поцеловав ей в итоге руки. Что, насколько я знал, у авларов знак наивысшего уважения и признания заслуг.       Врач сильно смутилась, потупилась и забормотала что-то на своём языке. Ната глядя на это, скалилась и бросала на меня весёлые взгляды. Капитан и старпом откровенно ржали, отпуская пошлые шуточки. От всего этого, авлар встала и убежала к себе в каюту.       - Ну, ты даёшь?! – шепнула мне Ната, когда я вернулся на своё место. – Ты что – её клеишь?       - В мыслях не было! – искренне удивился я. – Просто она вернула мне радость бытия, это ведь не ты блевала три дня подряд...       - Бр-р-р-р... – и подруга вздрогнула, - хорошо, что у меня нет проблем с качкой.       И наступило счастие. Миру снова вернулись краски, и я мог, как и Бар, лазать на мачты, разглядывать безбрежный океан из «Вороньего гнезда». Мог помогать команде в повседневных делах, мог, наконец, спокойно заняться Обжорой, а то три дня конём занимался мой друг, поскольку от меня толку было мало. Мой красавец конь встретил меня, лениво развалившись в стойле. Вот кому никакая качка не страшна, наоборот, он от неё лучше спал и дрых все дни напролёт, прерываясь лишь на жор. Пришлось снизить ему рацион, так как запасы рыбы стремительно таяли и их могло не хватить до конца плавания.       Так, в повседневной работе и заботах прошло пять дней; мне до того понравилось путешествие, что стали появляться мысли – по окончании учёбы попроситься в Боевой флот, став морским магом. Но, там видно будет...

***

      Солнце клонится к закату и в бескрайней морской глади пролегла золотая полоса; совсем скоро стемнеет, и я пойду спать. Ната уже ушла, сказав, что устала – она сегодня помогала доктору. Что-то они там варили в алхимической лаборатории. Целый день варили, поэтому по кораблю летали запахи трав и какой-то химии.       - А-а-а-а-а... – зевает Бар, потягиваясь. – Пошли спать, Адэрр?       - Иди, я дождусь темноты, - отвечаю я.       - Как ты так умудряешься? Ложишься позже меня, встаёшь раньше, и высыпаешься при этом? – удивляется он.       - Просто я режим соблюдаю. Встаю и ложусь каждый день в одно и то же время. Что позволяет спать меньше и высыпаться. А ты – то с моряками полуночничаешь, после чего дрыхнешь до обеда. То днём спишь, а потом полночи читаешь книги, не в силах заснуть. Делай как я – и никаких проблем у тебя не будет, - отвечаю я.       - Не, это скучно... – тянет друг.       - В Академии будет только так, там жёсткое расписание, - говорю я.       - Ну да – Дай рассказывал, он бывал в Академии, - сказал Бармирр, подавляя очередной зевок.       - Он там учится, и мы скоро его увидим, - говорю я.       - И Тай тоже, да, Дэрри?       - И её, - мечтательно улыбнувшись, подтверждаю я, - и Рани тоже...       - Везёт тебе... – шепчет он, улыбается и уходит вниз, в нашу каюту.       Когда стемнело, туда же отправился и я. Иду по коридору и вижу, что двери медблока приоткрыты и оттуда слышится плеск воды. В приступе любопытства открываю двери шире и заглядываю. А там, посреди каюты, стоит большой таз, в котором на корточках сидит Типли Илунн, авлар–медик. И, ковшиком зачерпывая воду из большого бака, стоящего рядом, выливает её на себя.       Стою и любуюсь её спиной, а там есть, на что посмотреть. Узкие плечи, а под ними распахнутые огромные крылья. Кожа натянута и от этого открыта спина, покрытая красивой чешуёй. Узкая талия, переходящая в широкие бёдра и округлые упругие ягодицы.       «А как интересно было бы с нею?» – мелькает мысль. – «Ведь женщина же...»       И тут она встала и повернулась ко мне лицом, на котором была ехидная улыбка. Спереди она была ещё красивее, только вот рисунок мышц был отличный от людского, и груди не было совсем. Хотя всё остальное вполне присутствовало, сейчас я это видел.       - Нравлюсь? – тихо спросила она.       - Да! – честно ответил я. Она была красива, хотя и совсем не так, как сайатты или тирсы.       - Иди сюда... – позвала она ещё более тихим голосом и мои ноги, помимо моей воли, сами понесли меня к ней. Я опомниться не успел, как оказался вплотную.       - Возьми полотенце и вытри меня, - попросила она.       И я послушно выполнил её просьбу, лишь в голове тихо билась мыслишка: «Что, мать вашу, происходит?!»       Обтираю её, чувствуя под руками бархатистую чешую. Думал она гладкая, а она нет, она именно бархатистая. Кожа на крыльях шелковистая, мягкая и тонкая, но, видимо, очень прочная. Девушка расправила крылья полностью, размер медблока это позволял. Просторное помещение со стоящими у стен койками сейчас пустыми.       Поворачивается вокруг себя и в итоге останавливается лицом ко мне.       - Скажи, я красивая? – спросила она.       - Красивая, - соглашаюсь я.       - А так? – говорит она и тут черты её лица начинают плыть. Несколько секунд и на меня смотрит вполне человеческое лицо, только вот глаза так и остались большими, и выглядит девушка словно анимешка.       У меня отпала челюсть и я, молча, смотрю на неё, не зная, что и сказать.       - Адэрр?       - Как?!.. – шепчу я, - как, ты, это сделала?       Она улыбнулась: - Мы можем в определённых пределах менять свою внешность. Не сильно, но достаточно для того, чтобы она не вызывала отторжения.       Плеск снизу, я смотрю на её ножки и вместо птичьих лап вижу аккуратные ступни.       - И там тоже? – поражаюсь я.       - Там даже проще, - весело отвечает она.       - Но! Почему ты не носишь эту внешность постоянно?       - А зачем мне проблемы с экипажем? Так проще, все меня считают немного страшноватой. Это избавляет от лишнего внимания...       - Я и раньше считал тебя красивой, на свой лад, но, несомненно красивой, - говорю я, ласково проводя ладонью по кромке сложенного сейчас крыла.       - Я заметила... – ответила она и прижалась ко мне. – Хочешь меня поцеловать?       - А можно?       - Нужно! – говорит она и обхватывает меня руками и крыльями.       А дальше происходит что-то странное, моё внутреннее ядро начинает пульсировать, из него ощутимо выходит энергия, уходя куда-то к Типли, несколько ударов сердца и ко мне возвращается такой поток силы, что я просто купаюсь в ней. Сознание плывёт, моя рубаха и штаны оказываются на полу, я же подхватываю девушку за попку, поражаясь её лёгкости. Весу в ней килограмм тридцать пять – сорок. Уже плохо соображая, слышу щелчок закрывшейся двери...       Лежу на спине, на широкой кровати стоящей в закутке большой каюты медблока. Это такая выгородка для самой Типли, чтобы, если что, не спать на виду у пациентов.       В теле необычайная лёгкость, а в груди, там, где ядро, тёплый пульсирующий шар силы. Авларка лежит на мне, укутав своими крыльями, словно одеялом и ласково целует меня в щёку.       - Типли? – шепчу я.       - Да...       - Скажи, зачем тебе понадобился я? Зачем ты на это пошла?..       - Мне захотелось...       - Что, просто захотелось и ты, ты ведь поначалу что-то со мной сделала, моё тело меня не слушалось...       - Я использовала «Зов», и я не могла тебя принудить. Ведь если бы ты сам не желал этого в глубине души, «Зов» бы, не сработал.       - Но, почему я?! На корабле ведь целая команда и знакома ты с ними давно...       - В этом и проблема. Я не хочу портить отношения с командой. А ты, завтра сойдёшь в столичном порту и мы, скорее всего, больше не увидимся. Так что, в отношениях с экипажем ничего не изменится. Деловые отношения гораздо удобнее в работе, чем близкие.       - Разумно.       - Ты согласен?.. – удивилась она.       - Ну, в твоих словах есть смысл. Хотя вопрос всё равно открыт - почему я, Типли? Я же сайатт...       Она тихо рассмеялась: - Нам с тобой это ничуть не помешало...       - Типли?!       - Ох, мальчик мой! Найти на Скорруме авларов не трудно. Только проблема в том, что я с Островов.       - Почему проблема? Ты что, какая-то не такая как они что ли? – в свою очередь удивился я.       - Мои соплеменники с Аллраума, считают островитян отступниками, недостойными. В общем, такой как я, найти себе пару здесь довольно сложно. Но, я ведь живая, я по нашим меркам юна и у меня есть желания. Я не могу вечно давить их.       - И тут подвернулся я... – вздохнул я и тихо рассмеялся. – Знаешь, а я доволен, ты отличная любовница.       Девушка рассмеялась: - Ты не первый сайатт, что говорит мне это. Но, ты тоже очень и очень неплох. Даже хорош! Но, у меня будет к тебе просьба.       - Какая?       - Сейчас ты уйдёшь к себе в каюту, а утром... Утром я хочу, чтобы ты был близок с Натайей.       - Э-э-э-э... А зачем?       - Как ты ощущаешь своё внутреннее ядро?       - Здорово! Кажется, оно стало сильнее.       - Это так. И к утру, оно почти стабилизируется, но для завершения процесса тебе понадобится контакт. Мало того, этот контакт добавит и сильно добавит сил твоей девочке.       - Она мой друг, а не девушка... – ответил я.       - Тем более, друзьям нужно помогать. А она мне понравилась, есть в ней крепкий внутренний стержень. Есть смелость и упорство, есть любознательность. Она мне здорово помогла сегодня, и пусть это будет ей благодарностью от меня, - сказала Типли, и лёгким движением встала на ноги. – Вставай, Адэрр одевайся и иди к себе в каюту, мне нужно ещё поработать кое над чем.       - Ты меня использовала, Типли! Я тебе что, эффектор?!       - Не совсем, но и это тоже. Тебе не понравилось? – сказала она, укутавшись в крылья, словно в плащ.       - Почему же, очень понравилось, но ты поступила не совсем честно. Избрала странный способ рассчитаться с моей подругой через меня.       - Прости, но ничего иного у меня для неё нет, а это отличный подарок. Сила в нашем мире всегда в цене. Адэрр, ты так и не встал, почему?       - Может быть потому, что я считаю, что мы не закончили... – отвечаю я, встаю и, схватив её, снова заваливаюсь на кровать. – Кое-кто, сейчас получит от меня по-полной!       - Да?!.. – удивляется она.       - Дрянная девчонка, сейчас я тебя накажу... – шепчу я, и отпускаю на волю свою силу. Типли вскрикивает и застывает, раскинув крылья. Аккуратно ставлю её на корточки и приступаю к игре. Я заметил, что часть её крыльев у тела очень чувствительна. Через несколько минут, от моих действий и бурлящей силы моего ядра девушка начинает глухо стонать. Мой дружок уже готов «к труду и обороне», прижимаю её голову к койке и понеслось...       Ох, как она орала, как извивалась. И финал был подобен вспышке, наслаждение было воистину всеобъемлющим и потрясающим.       Очухался лёжа на ней, придавив своим весом. Типли подомной всё ещё легонько вздрагивала, тихо попискивая.       - Вот теперь мы в расчёте, доктор! – шепчу я ей и встаю.       Подбираю с пола одежду и, не одеваясь, ухожу к себе, слыша в спину тихое: - Засранец малолетний!       Утром, как и просила док, пошалил с Натой. В магическом зрении ядро моей подруги, как и моё, стало ярче и явно мощнее, Бар, как всегда спал и ничего не услышал и не увидел. Но, по нашим довольным лицам поутру на завтраке, всё прекрасно понял. Потом я ему ещё и про доктора рассказал и про её подарок мне и Нате. Бар лишь завистливо вздохнул, но ничего мне не сказал.       Днём.       Стою на баке, прямо на мостике. Чтобы меня сюда пустили, пришлось спрашивать разрешение у капитана корабля. Но, оно того стоило, здесь весьма интересно. Навигационное оборудование вообще привело меня в восторг, это была этакая смесь магии и компьютера. Магопьютер натуральный, на широченном стеклянном столе в реальном времени обозначался наш корабль, несколько идущих неподалёку и уже недалёкая береговая линия. Причём на нем были какие-то отметки, и с течением времени на столе происходили изменения. Показывались течения и их скорость, скорость и направление ветра. Красота! Всё видно и понятно.       Скороход шёл под всеми парусами, при попутном ветре. На карте скорость показывалась в 18 лаи в час. При приблизительном переводе в километры получалось около 22-23 в час. Ну, на мой взгляд, так как в реальности сравнить было нельзя.       Но, визуально и по ощущениям казалось, что скорость выше. Капитан объяснил нам, что на воде скорость кажется выше, чем на земле.       Подхожу к окну и, выглянув, в вышине вижу маленький крестик, это летящая Типли. С утра она поднялась на одну их мачт, прошла по рее и спрыгнула. Распахнув крылья у самой воды быстро, широкими махами набрала высоту и сейчас парит в вышине. Если честно я ей безумно завидую, вот почему меня сделали человеком, почему не авларом?! И в своих чувствах я далеко не одинок...       Многие из членов команды смотрят на небо с тоской и их взгляды красноречивее всяких слов. Летать вот так, без помощи всяких приспособлений, за это можно отдать всё что угодно, почти любую цену.       Вздохнув, отворачиваюсь от окна и снова смотрю вперёд, где в переплетении такелажа виднеется лазурная гладь океана.       - Адэрр... – зовёт меня капитан.       - Да, мастер Итррарр? – отвечаю я.       - Идём на ют, полюбуешься оттуда входом в золотую бухту, - говорит он.       - Мы прибываем?       - Да, я уже вижу мыс Буррн, а значит, через пять часов будем в порту Атоон-Ридаг.       - Отлично! – восклицаю я, и выхожу с мостика вслед за капитаном.       На юте уже Бар и Ната, подхожу и встаю рядом. Ната сразу же прижимается ко мне, и я обнимаю её за талию. А берег всё ближе и ближе, он высокий и обрывистый, но поверху уже видна застройка, блестят окна домов, а на самом мысу белой башней высится маяк. Всё видимое пространство океана заполнено белыми лоскутами парусов других кораблей и кажется, что их столько, что нам в бухту просто не войти.       - Скажите, капитан, а что за здания за маяком? – спрашивает Ната.       - Маяк, собственность государя Великого князя, а то, что блестит окнами на мысу за ним, это то, куда вы и едете: Великокняжеская Высшая Академия технологий и магии.       - Здорово! – говорим мы хором.       - Да, ребятишки, вид оттуда должно быть отличный... – поддерживает нас массивный тирс. – Моя младшая дочь, училась там.       - А где она сейчас? – спросил я.       - Служит на Ледяном клыке в гарнизоне охранной крепости, - глубоко вздохнув, отвечает мужчина и на его лице и во взгляде читается тоска и тревога. – Она маг–егерь в Даррумском полку, уже до подполковника дослужилась...       Через полчаса мы обошли мыс и перед нами, во всей своей красе открылась столица нашего государства, сияющий и прекрасный Атоон-Ридаг. Город раскинулся по берегу огромной бухты почти идеально полукруглой формы. Говорили, что бухта Ридаг это древний метеоритный кратер.       Стоим и, затаив дыхание любуемся огромным городом. Ничего подобного я не видел и в прошлой жизни. Зрелище было по-настоящему завораживающим и прекрасным.       Хлопанье крыльев и на бушприт приземлилась Типли, проскрежетав когтями своих снова птичьих лап по дереву мачты.       - Мы прибываем! – радостно воскликнула она, - год в столице не бывала, пора по лавкам пройтись ингредиентов прикупить, да своих эликсиров продать сколько-то...       - И хорошо берут? – спросила её Ната.       - Меня тут знают и да, берут отлично даже не торгуясь, - отвечает авларка. – Как тебе, девочка, мой подарок? Надеюсь, Адэрр отдал его тебе?       И Ната став пунцовой спряталась у меня на груди. Бармирр и капитан заржали, глядя на меня искрящимися иронией взглядами. «А я чо?! Я ж ни чо! Так видами любуюсь!»