Глава третья
11 февраля 2019 г., 22:19
Те пару мгновений, которые она пролетела с закрытыми глазами, показались ей вечностью. Алисия уже мысленно приготовилась пересчитать своим личиком все ступеньки, но к её удивлению, вместо дерева она ударилась обо что-то мягкое. А вот все её вещи разлетелись с грохотом по лестнице и гостиной. В нос ударил этот чёртов запах, который она так спешила смыть с себя. И горячие руки покоились на её бедрах, ели прикрытых ЕГО же футболкой. Они крепко, обжигающе, обнимали её, создавая контраст с её собственной холодной кожей.
— Малфой, отпусти меня, сейчас же! — как бы она ни пыталась заставить голос предательски не дрожать, у неё это никак не получалось. Понимая, что парень не среагировал, Лисса всё-таки решила добавить, — пожалуйста.
— Фокс, если я тебя отпущу, ты проделаешь весь путь до конца. И твоя симпатичная мордашка пострадает. Сильно. И твои тупые друзья подумают, что это я лапку приложил, и разбираться не станут, попытаются меня убить. Вот только я-то сильней, и пострадают они. Не думаю, что ты этого хочешь, — он говорил правду. Уже не раз гриффиндорцы пытались скинуть на него любые ссадины и синяки Фокс, полученные не в поле их зрения. Каждый раз хватаясь за палочки и грозясь убить его, пока сама девушка не вмешивалась и не уводила этих придурков от Драко. А он смеялся от их желания обвинить его во всех смертных грехах, сделать из него большего монстра, чем он есть на самом деле.
— А, то есть ты по такому принципу выбираешь, какой вред мне причинить?! Синяки на талии и ссадины они на спине не заметят, а вот на открытых местах, конечно, нельзя. Только поэтому ты не дал мне упасть? Чтобы меня в госпитале не раздели и не обнаружили ещё повреждения?! — сорвалась она.
Снова кричит на него, но ведь он сам дал повод. Мог просто отпустить её, они бы разошлись по разным сторонам комнаты и провели бы время до занятий относительно спокойно. Но вот они опять ссорятся, и опять она прижата к нему против своей воли. Это уже слишком, три раза за два дня, если не учитывать того, что он нёс Алисию до кровати. — Я сказала, убери свои руки!
— Прекрати истерить. Я не собирался причинять тебе вред. Я шёл к тебе извиниться, мать твою. Почему ты опять превратила всё в скандал? Что за магическая, блять, способность?! — Драко убрал руки с бёдер девушки, вот только теперь он держал её за предплечья.
Пытаясь не дать ей вырваться и не ударить её по лицу. Всё так же прижимал её близко к себе, почти лишая возможности двигаться. Лисса явно проигрывала ему по силе, ну еще бы, годы тренировок в квиддич и рукопашного боя в Малфой-меноре. — Хватит, Алиса, не кричи, успокойся.
— Не смей меня затыкать, Малфой. Я превратила всё в скандал?! Да ты в своем уме вообще?! Ты, блять, налетел на меня ни с того ни с сего, я просто ответила на твою же колкость! Признай, ты же специально меня всегда задеваешь. Все время так делаешь. Для чего, мать его?! Ты можешь мне объяснить? Что я тебе сделала?! Я с самого начала обучения в этой школе пыталась быть милой, а ты всё испортил. Чем не угодила принцу хренову? — голос сорвался, в ней проснулась детская обида, у девушки начиналась истерика. Она широко распахнула глаза, в которых изумруд переливался вместе со сталью, по-прежнему пыталась вырваться из рук врага. Дыхание участилось, но не из-за приступа, а из-за близости горячего тела парня, чьё тепло передавалось ей даже сквозь две футболки, и количества эмоций, переполнявших её сейчас.
— Я поймал тебя на лестнице, не дал слететь с неё и разбиться нахрен. Шёл принести извинения за свою вчерашнюю несдержанность, а ты начала на меня орать. А хотя, знаешь, блять, что? Нахуй извинения. Ты маленькая, избалованная девчонка, которая считает, что ей все должны. Я не буду тебе поклонятся, принцесса, как это делают остальные. Даже не думай, что хлопанье твоими, блять, огромными, до боли красивыми глазами, тебе поможет. Ну уж нет, я тебе всё скажу, и никакие слёзы не помогут, — произнес он, видя, что Фокс собралась пустить слезу, тихонько шмыгнув носом. Лишь сильнее сжал тонкую кожу и вдавил в себя девушку. Когда Лисса поджала губы, стараясь взять себя в руки, Драко продолжил. — Весь мир не будет вокруг тебя плясать за длинные шёлковые волосы, которые пахнут духами, карамелью и шампунем. За родинки на теле в виде созвездий, за знания и умения в мире магии. За твой острый язычок и невъебически трудный характер. Ты маленький дьявол во плоти. Как тебя можно вообще любить?! Ты же никому не дала такой возможности. Сколько тебе, почти шестнадцать? Сколько парней за эти два года пытались быть с тобой? Половина старшекурсников и половина нашего курса, даже были младше, твоего возраста. Но нет же, куда королеве до челяди. Вот только хрен знает, какой у тебя статус по рождению и крови. Не имеешь ты столько прав из-за своей внешности. Это магический мир, здесь эти критерии не влияют на твоё положение в обществе. Здесь другим порядки, не такие, как в твоём магловском мирке, в котором ты продолжаешь мысленно жить, смотря на всех и на всё через розовые очки. Ты невыносима, Фокс, и ещё спрашиваешь, почему я тебя ненавижу и пытаюсь задеть. Я просто спускаю тебя на землю, чтобы не забывала своё место. Ты как ребёнок, эгоистична и бессердечна, ребёнок, которому не досталась та игрушка, которую он хотел, и теперь мстит всем взрослым.
— Я веду себя как королева?! Это я-то эгоистичный ребёнок?! Я просто защищаюсь, от тебя между прочим. А отказывала я парням, потому что я не готова морально к отношениям. Я не могу открыть себя людям. Даже друзья не всё обо мне знают. И ты пытаешься судить меня, делая выводы только по моей маске. Ты придурок, Малфой, который ничего не понимает в людях и судит всех по себе. — Лисса действительно не раз отвергала молодых людей. Но из-за стыдливости, а не из-за высокомерия, как думал слизеринец. Она ни перед кем ещё не смогла открыть душу полностью, просто не смогла довериться. Интернат научил её быть сильной и никому не доверять до конца. — А ты разве имеешь право на такое поведение?! Чистокровный ты наш. Какая блять разница, какая у тебя кровь, если ты ведёшь себя как ублюдок? Думаешь, позволю тебе уничтожить меня морально и стать счастливым? Не дождёшься, я... — она не успела договорить то, что хотела, так как Малфой резко развернул её спиной к перилам, так что она оказалась между ними и парнем. Драко не знал, как заставить её замолчать, и не придумал ничего лучше, как поцеловать зеленоглазую. Поэтому приблизился к её лицу так, что между ними оставалось пару миллиметров и Фокс стало трудно дышать:
— Заткнись, Алиса, — и неистово впился своими губами в её.
Выплескивая всю ярость, некогда спавшего в нём вулкана, который пробудился от гнева девушки и долгого нахождения рядом с ней. Зло и напористо заставил её ответить, запуская свой язык ей в рот.
Девушка перестала отбиваться, неуверенно отвечая на поцелуй. Её первый поцелуй. Который украл у неё Малфой, не имеющий на это никакого права. Но почему-то она поддалась его умелому рту, покорно отвечая ему. Чувствуя, как внизу живота загорелся пожар, и побежали мурашки, она лишь сильнее зажмурила глаза, стараясь каждым движением губ показать ему, что не боится, что она сильная, и он её не сломает. Мысли немного поплыли, заставляя её выпасть из реальности. Тело против воли расслабилось, когда руки Малфоя отпустили её предплечья, и одна ладонь опустилась на талию как раз с той стороны, где был синяк. Но боли она не почувствовала даже тогда, когда он легонько сжал плоть через собственную футболку. Сквозь затуманенное сознание пробилась строчка из какой-то книги, автора и название которой она не помнила: «… холодные сгорают от прикосновений…». Когда она её читала, искренне недоумевала, как такое может быть, нельзя же до такой степени реагировать на простые касания. Но сейчас чётко осознала: можно. Собственно это сейчас с ней и происходило. Тепло пальцев блондина просачивалось под тонкую ткань, оставляя ожоги на её фарфоровой, холодной коже.
Драко запустил вторую руку в волосы девушки и повторил свой жест, который заставил её задрожать на вокзале, давая себе возможность ещё больше углубить поцелуй. Он был зол, разгневан и чувствовал, что Фокс испытывает такие же чувства. Блондин прикусил мягкую губу, чувствуя металлический привкус, языком слизал капельку крови и…
Укус Малфоя отрезвил её, она испугалась реакции своего организма. Ей стало стыдно, что ответила, поэтому воспользовалась тем, что руки теперь свободны.
…И парень почувствовал, что его правая щека горит и слегка покалывает. Он резко открыл глаза, прекращая поцелуй, и встретился с испуганным взглядом Лиссы, которая стояла, отдернув от него маленькую ладошку, еще больше вжавшись в лестницу. Всего пару секунд он продолжал вглядываться в её лицо, ища в нем что-то. Но только пару секунд, и по истечению этого времени отпустил талию девушки и, развернувшись, ушёл. Как и вчера, оставив после себя только звук удаляющихся шагов. Ни разу не обернувшись и не взглянув на оставленную им девушку. Которая полностью облокотилась на перила, прикрыв глаза, стараясь унять дрожь в теле.
Немного успокоившись, она собрала свои вещи и спустилась в ванную. Пробыла она там почти два часа, силясь смыть его запах и его прикосновения, так въевшиеся в её кожу.
***
После инцидента в первое учебное утро они не разговаривали. Лисса пыталась избежать любого общения, неделю она бегала, стараясь не находится с ним рядом больше, чем этого требуют обязанности старосты или приемы пищи, которые она свела до минимума, почти перестав есть. Всё свободное время она проводила в своей комнате. Если она заходила в башню, а там был Малфой, девушка стараясь не смотреть на него, быстро ретировалась в свою комнату. Спальня действительно стала её крепостью. Драко пытался пару раз перехватить её в коридорах перед уроками или в их башне. Ему было тяжело, не было подпитки её ненавистью и гневом. Было непривычно без её колких ответов и замечаний. Руки чесались прижать её где-нибудь во время дежурства и вывести на ссору, но каждый раз она сбегала, оставляя его одного. Блейз удивленно наблюдал за этим со стороны, он конечно предполагал, что они не будут ладить, но не настолько же, чтобы девушка избегала его друга повсеместно. Один раз он даже попробовал с ней заговорить, он пожалуй был единственным, с кем она со Слизерина могла общаться хоть какое-то время, ну не считая Малфоя. Поэтому он нагнал её по пути в Большой зал, когда Фокс шла на обед, и это было странно, это был первый раз за всю неделю, когда она появилась днём на приём пищи. — Лисса, стой! Пожалуйста, подожди, — для девушки с астмой слизеринка ходила слишком быстро, итальянцу даже пришлось немного пробежаться, чтобы остановить её, схватив за плечо, и развернуть к себе. Фокс вздрогнула, но облегченно выдохнула, когда увидела перед собой Забини, а не Малфоя. Хотя перепутать было сложно, у Блейза был мягкий голос с восточным акцентом, у слизенинского принца же был холодный, резкий, каждое слово ударяло, словно лезвие ножа, и не важно, что он говорил. — А, Блейз, это ты, — она даже попыталась изобразить улыбку, которая была непохожа на ту, что была на шестом курсе. Щёки девушки исчезли, как и румянец, ещё бы, она неделю не питалась полноценно, а если и появлялась в Большом Зале, то только для того, чтобы её друзья с Гриффиндора успокоились и отстали. Чтобы не докапывались до причины её закрытости. Хотя Лисса продолжала каждый вечер приходить на пару часов в башню гриффиндорцев, чтобы создавать иллюзию того, что всё как раньше и ничего не изменилось. — Что-то случилось? — Это ты мне скажи, ты стала какой-то не такой с того момента, как вы с Драко начали жить вместе. Что произошло между вами двумя? — он положил свою руку ей между лопаток, чтобы она не поменяла курс, но девушка не обратила на это ни малейшего внимания. Он чётко решил, что сегодня всё выяснит, а ещё заставит её нормально поесть. Хотя бы на обеде, потому что он был не уверен, что сможет заманить её на ужин. — С чего ты взял, что у нас что-то произошло? Всё нормально, просто я стараюсь не конфликтовать с ним, чтобы не подвести профессора, — врала, и парень это почувствовал сразу. Напускное спокойствие было видно невооруженным взглядом. При этом она частно сглатывала, пытаясь сделать голос твёрдым, но это было бесполезно. Забини замечал всё и всегда, особенно это было легко в условиях школы. Он изучил всех, кто ему был интересен, поэтому врать ему было смешно, и Фокс это прекрасно знала, но всё равно попыталась. А зря, теперь он точно от неё не отстанет. — Я не твои друзья, Алисия, меня не удастся обмануть. Выкладывай, возможно, я смогу тебе помочь чем-нибудь, поговорив с Драко, — а вот тут он допустил ошибку. Лисса уже была готова поделиться с ним частью правды, но услышав имя второго старосты, передумала. — Знаешь, Блейз, всё хорошо, я просто не хочу проводить с ним свободное время. То, что мы живем вместе, по-моему, не обязывает нас быть рядом каждую секунду. Я, наверное, пойду к себе, есть не хочется совсем, лучше подготовлюсь к следующему занятию. — Она сделала попытку улизнуть у самых дверей Зала, но ладонь парня быстро вернула её обратно, проталкивая перед собой в открытые двери. Когда на звук шагов обернулись ученики, которые пришли раньше всех, уходить было поздно, да уже и не смешно, выглядело бы как бегство. Но именно это ей и хотелось сделать — сбежать. Она понимала, что Забини не причинит ей вреда, но обсуждать с ним Малфоя не собиралась. Ничего не оставалось, кроме как идти к слизеринскому столу под взглядом внимательных, тёмно-шоколадных глаз итальянца. Молча села на скамейку и оглядела продукты, ища, что подойдёт для перекуса. — Следущий предмет ЗоТИ, мы оба прекрасно знаем, что тебе единственной можно не готовиться к этому предмету. Всё получится с ходу. Так что не пытайся увиливать. Я спрошу ещё раз, что сделал Драко? И да, нормально поешь, ты неделю не питаешься. Сколько ты весишь?! — воскликнул парень, видя как девушка из всех блюд выбрала творожную полоску и стакан ананасового сока. Тыквенный Алисия просто не переносила, поэтому когда год назад добавили её любимый, была на седьмом небе от счастья. Ещё иногда, зная её пристрастие к этому фрукту, Макгонагалл присылала пару плодов с утренней почтой. Минерва питала некую слабость к зеленоглазой девчонке с детским взглядом и длинными косами. — Не кричи на меня, пожалуйста. Нормально я ем, вешу сорок девять. Всё в порядке. Мне правда ничего больше не хочется, а вот от сладкого отказаться не могу. — Фокс действительно и дня не могла без сладкого. Особенно сейчас, когда других источников для энергии у нее не было, ее пристрастие спасало ситуацию. — Не смотри на меня так. — Прости, пожалуйста, я не хотел повышать голос, но ты скоро просвечивать начнёшь. — Блейз, я ценю заботу, но мне ребят хватает. Ты еще начни за моим питанием следить. Я всё-таки взрослый человек, сама могу разобраться со своей жизнью, проблемами и тем, что мне есть, — этими словами она встала, так ничего и не съев и, перекинув косу за спину, удалилась из столовой. Радовалась, что смогла перескочить с неудобной для неё темы, жаль только ценой прекрасного десерта. Но ничего, переживет, у неё осталось парочка яблок, кусочков хлеба и две плитки шоколада, которые ей приносила Джинни вчера, не вытерпев того, что подруга снова не явилась на ужин. Поэтому, довольная собой, она в припрыжку направилась в башню, мысленно надеясь провести остаток перерыва в одиночестве, без происшествий и без Малфоя. — Вот же ж лиса… хитро смогла уйти от темы. Ладно, может Драко дожму. Великолепная девчонка, — итальянец улыбнулся мастерству зеленоглазой и положил себе на тарелку кусок хорошо прожаренной курицы.***
Малфоя он нашёл на тренировочном поле. Парень загонял себя на тренировках с того самого момента, когда Фокс начала его избегать. Даже пару раз пропускал уроки из-за этого. Блондин стоял в спортивной экипировке. Зелёный свитер с серой широкой полоской плотно обтягивал мускулы так, что казалось, ещё чуть-чуть, и он лопнет. Платиновые волосы прилипли ко лбу, Драко тяжело дышал, но снова садился на метлу. В этот момент Забини и решил его вызвать на разговор: — Драко, не улетай. Поговорить надо. Не делай вид, что ты меня не слышишь, я прекрасно знаю, что у тебя чертов вулканский слух. Слезай с метлы, иначе я заговорю бладжер, и ты сам с неё слетишь, — Блейз взял в руки мяч и начал производить с ним замысловатые манипуляции с помощью палочки, мельком поглядывая на друга. Закончив колдовать, замахнулся и уже почти отпустил снаряд, но Малфой заорал: — Ты блять что, совсем охренел?! Опусти руку, придурок, слезаю я, слезаю. Что тебе нужно?! — Драко был зол, что итальянец посмел таким образом отвлечь его от тренировки, которая успокаивала его и давала возможность выплеснуть эмоции в спорт, а не на Фокс. Всё-таки он тоже человек, и избыток энергии должен был куда-то девать. Если Алисия не шла на контакт, и ставших привычными за два года ссор не было, приходилось изматывать себя таким образом. Ему это даже нравилось, мышцы болели, тело подламывало, и на какое-то мгновение ему удавалось забывать о зеленоглазой и ее бойкости. Но каждый раз он ждал, что девушка останется в гостиной, несмотря на его нахождение там, и у него получится вернуть все на круги своя. Это было необходимо, причём он считал, что им обоим это нужно. — Ещё раз спрашиваю, какого хера?! — Да не ори ты, не собирался я в тебя им кидать. Блефовал, я же знаю, что если бы у тебя хоть синяк появился на твоей белоснежной аристократической заднице из-за падения, ты бы меня убил. Или хуже, Круциатусом заставил трахаться с Миллисентой, — на этой фразе парень дернул плечами от неприятных ощущений, мысленно представив эту картину. А потом, услышав смех блондина, рассмеялся вместе с ним. — Ладно. Пошли, поговорим, о чём ты там хотел. И да, ты, знаешь ли, мне немного дорог, чтобы заставлять тебя спать с Булстроуд, — слизеринец направился в сторону раздевалок, намереваясь принять душ и выслушать Забини. Забини размеренными шагами шёл за ним, формулируя то, что собирался сказать. — Вы с Фокс что ли коллективно решили голодать? — Блейз решил начать с этого, Малфой два дня не ходил есть, максимум забегал на завтрак, но видел, что девушки там нет, хватал булочку и уходил. — Не понимаю, о чём ты? Дружище, ты напоминаешь мне заботливую мамашу-наседку, — Драко старался сделать как можно более отрешённый вид. Упоминание фамилии Алисы заставило его напрячься, но привычка не показывать своих чувств въелась в него настолько, что стала инстинктом по жизни. И всё, что он мог сделать, так это сильнее сжать древко метлы. Причем любые чувства парень скрывал, какой бы направленности они не были. Ведь он сын аристократов, его учили этому с детства, не давать понять людям, что у тебя на душе. Иначе туда и ударят, этим воспользуются против тебя. У всех есть слабое место, и мало кто знает своё. Поэтому всё надо запирать внутри, как бы оно не просилось наружу. Даже рядом с близким другом. Вот и сейчас, он не подал виду, что это его хоть как-то тронуло. Но затаил дыхание в ожидании ответа. Возможно, друг разговаривал с ней, иначе так просто бы к нему не пришёл. Значит пытался что-то выяснить и явился к Малфою, потому что Лисса не сказала, того, что тот хотел услышать. — Вы оба перестали есть, точнее она перестала, а ты почему-то решил, что без нее приемы пищи тебе не интересны. Пошли слухи, уже весь Слизерин говорит о том, что у вас какие-то отношения, и вы таким образом пытаетесь их скрыть, — они находились в раздевалке факультета. Блейз сидел на скамейке, закинув ногу на ногу, и выжидательно смотрел на Драко. Тот же спокойно снимал одежду, пытаясь придумать ответ, параллельно думая, действительно ли так заметна игра Фокс в прятки с ним. Наконец расправившись со свитером и теперь выворачивая его, спокойным тоном произнёс: — Блейз, не неси ерунды, просто мы слишком много времени проводим вместе. Всё-таки мы живем в одном пространстве, постоянно пересекаемся, и, скорее всего, принцесса просто не выдержала. Слабая и безвольная девчонка, — подняв голову, взглянул на Забини своими серыми холодными глазами, в которых плескались отблески Северно Ледовитого океана. — Драко, мы оба прекрасно знаем, что она не такая. Я спрошу ещё раз, что ты сделал с бедной девочкой?! — он уже начал злиться. Не понимал, почему они так упорно скрывают то, что между ними произошло. Два упрямых барана: что он, что она. Тут два пути расценивания этого молчания, либо слухи правдивы, и у них действительно отношения. Но почему тогда Малфой просто об этом не скажет ему, его лучшему другу? Либо наоборот, их ненависть перешла на новый уровень. Не дай бог блондин поднял на Фокс руку, хотя это бы объяснило её поведение и взгляд затравленного зверька. — Царская ты задница, что между вами происходит, мать его. Скажи честно, ты её ударил, или блять что? В глазах Драко перестал плескаться океан, его заменил блеск холодного, благородного металла. Взгляд стал колючим и пронизывающим насквозь. Подобно змее, он зашипел на приятеля: — Отвали, я не собираюсь это с тобой обсуждать. И Фокс больше не смей с этим трогать. Просто отъебись от нас, не лезь, это наше с ней дело, — хотя Малфой прекрасно понимал, что сам не знает, почему она прячется, и как бы ему не хотелось узнать, он предпочел выслать друга. Потому что слушать его нравоучения он не собирался, а прознай он про синяки и ссадины Алисии, итальянец перестал бы с ним общаться насовсем. Но каким бы уродом Малфой не был, почти родного человека он терять не намерен, лучше пускай тот пообижается, или пошлёт в ответ, но не станет докапываться до истинной причины. — Как хочешь. Я уйду сейчас, но через некоторое время всё равно спрошу ещё раз, если это не прекратится. И если и тогда не услышу ответа, пойду к Снейпу с требованием вернуть одного из вас в гостиную факультета. Ибо ты её портишь. Всё, я всё сказал. Пока, Драко, ещё увидимся вечером. — Валяй, уходи. Не задерживаю, — Малфой отвернулся, продолжая снимать с себя форму, раздраженно скидывая её на скамейку. Раздевшись, пошёл к душевым, чувствуя на себе осуждающий взгляд.***
Он зашел в башню, подмигнув при этом картине, которую так недолюбливала Лисса. И это было взаимно, пару раз девушка даже не смогла попасть в комнату без помощи Малфоя, и каждый раз, проходя мимо девы в рубашке, Фокс шептала одно и то же: «Подделка». Это было самым обидным оскорблением для любой волшебной картины, о чём Алисия прекрасно знала и теперь смело пользовалась этим, чтобы поставить портрет на место. Сделав шаг за порог гостиной, блондин на секунду замер. Алиса лежала с ногами на диване и читала книгу, запрокинув голову, держа произведение над собой. Длинная коса свешивалась, касаясь пола, две пряди вылезли из прически и лежали на груди. Девушка была в таком же спортивном свитере, который он недавно снял в раздевалке, только этот был размера на четыре меньше, и чёрных коротких шортах, с серыми полосками по бокам. Она, казалось, не заметила его появления, иначе уже бы находилась на полпути в свою комнату. Но, решив не показывать своего удивления, парень направился к лестнице, ведущей в свою комнату. — На улице похолодало сегодня, — тихий спокойный голос нарушил тишину. Совершенно обычная фраза, которую все часто используют в разговоре, но только не эти двое. Для них она значила совершенно другое. — Прости, что? — он подумал, что ему показалось. Она. С ним. Заговорила. Впервые за всю неделю. Сама, просто так. Нет, он ослышался, не может этого быть. Чтобы Фокс добровольно отказалась от собственного бойкота. — На улице похолодало, — она произнесла это так, как будто не было этого долгого молчания между ними. Так, как сказала бы об этом Гарри или Рону. — И? — Драко искренне не понимал, к чему она клонит. Что за странная фраза, сказанная в воздух. Теперь он даже не был уверен, что девушка разговаривала с ним. — У тебя волосы мокрые и рубашка, на улице холодно, ты без мантии. Сегодня-завтра, ты заболеешь. А ты и так пропустил много занятий, — теперь в голос вернулось прежнее раздражение, которое всегда было при разговорах с ним. Лисса и сама не знала, зачем начала разговор. Но она действительно отметила, что он мокрый, а на улице холодно. Наверное, просто сработал какой-то инстинкт, которому она поддалась. Вот и все, других причин нет. — Во-первых, я не заболею. И с каких пор тебя волнует моё здоровье, Фокс, а? Во-вторых, это моё дело, когда и сколько занятий мне пропускать. Тем более, сейчас же ЗоТИ, почему ты не на уроке? — Драко тоже начал злиться, кровь закипела, предвкушая такую привычную перепалку, которой не хватало обоим. Пусть Алисия в этом и не признается, она тоже в этом нуждалась. — Меня не волнует твоё здоровье, Малфой. Меня волнует моё. У меня слабый иммунитет, и если ты не забыл, мы с тобой живём в одном замкнутом пространстве. И разные спальни тут не спасут. Так что будь котиком, если все-таки заболеешь, а ты сто процентов заболеешь, вали распространять бациллы в подземелье, — Лисса всё так же продолжала читать книгу, даже не смотря в сторону блондина. Что его очень, кстати, раздражало. Если она с ним разговаривала, так пусть будет добра смотреть на него, а не делать вид, что ведет диалог с пустым местом. — А ЗоТИ сегодня отменили, тебе повезло. Снейп куда-то экстренно уехал, поэтому твоего отсутствия он не заметил. Вообще серьёзно, ещё чуть-чуть, и преподаватели станут ему жаловаться на твои пропуски. А это не есть хорошо для его авторитета. Один из отличников Слизерина стал сдавать позиции на последнем году обучения. В первую же неделю. Такая себе перспективка, не находишь? — она вопросительно изогнула бровь, всё-таки соизволив взглянуть на него искоса из-под полуопущенных ресниц. — Никому дела нет до старшекурсников, тем более я тренируюсь для Квиддича, поэтому мне простительно, я отвечаю за престиж факультета. И я не заболею, Алиса, а даже если простужусь, я не покину башню, в этом плане у нас одинаковые на неё права, — договорив, он преодолел лестничный пролет за пару мгновений и скрылся в спальне, громко хлопнув дверью. — Как ребенок, ей богу… — Лисса закатила глаза на выходку Малфоя и снова погрузилась в чтение, возвращаясь в мир Элизабет Беннет и мистера Дарси, не замечая, что её отношения с блондином, так сильно похожи на сюжет любимой книги…***
— Блять, Фокс, накаркала, — он заболел, как она и говорила. — Какого хера она оказалась права?! — была ночь, а он всё не мог уснуть, потому что поднялась температура и жутко болела голова. Парень лежал с закрытыми глазами и бесился с того, что предсказание Лиссы сбылось. Всё бледное тело с парой мелких родинок покрылось испариной, суставы ломило, сил не было даже на то, чтобы встать с постели и сходить в ванную умыться. Он понимал, что надо бы попросить помощи у Алисии, но просто не мог себя пересилить и признать свою неправоту. Драко перевернулся на бок и застонал, каждое движение давалось с трудом, причиняя дискомфорт. — Бляяяять, ладно, — он решился, гордость гордостью, а умирать от простуды он не хотел, не входило это в его планы. Такой радости он ей, и её гриффиндорским друзьям не доставит. — Алиса, — вышло довольно тихо, поэтому вряд ли девушка его услышала сквозь толстую кирпичную стену. Если он хочет, чтобы она пришла, придётся напрячь голосовые связки. — Ааалиииииса, — вышел полу хрип, полу стон, но уже чуть громче. Малфой решил оставить это бесполезное дело, он слишком слаб, чтобы крикнуть, а по-другому звук просто не долетит до зеленоглазой, но тут послышались тихие легкие шаги по лестнице, и аккуратный стук маленького кулачка по дереву, и обеспокоенный голос: — Малфой? Малфой?! Всё в порядке? — дверь чуть приоткрылась, и в проеме показалась фигурка девушки, подсвеченная палочкой. Зелёный шёлк выгодно подчеркивал бледность и хрупкость слизеринки, голубое свечение делало её похожей на призрака, по крайней мере Драко сейчас так казалось, или на какое-то магическое существо, типа феи или наподобие лесной нимфы. Кажется, он бредит, но на личике Алисии застыло выражение обеспокоенности, что вынуждало его ответить: — Можешь радоваться, ты оказалась права, мне очень плохо, Фокс. Я сейчас сдохну, ты можешь сделать что-нибудь? Прошу, пожалуйста, хоть что-то, — это уже было больше похоже на мольбу, но ему сейчас плевать, лишь бы помогла. Поколебавшись секунду, Алисия полностью зашла в спальню, шлепая босыми ногами по деревянному полу. Кровать рядом с ним прогнулась, и лицо девушки оказалось на уровне его глаз, внимательно всматриваясь в черты парня. Холодная ладошка коснулась лба, а вслед за ней и мягкие губы, проверяя температуру: — У тебя жар, — только и сказала Лисса, судорожно вспоминая рецепты лечебных зелий и заклинаний, которые могли бы в данном случае помочь. — Представляешь, Фокс, и без тебя чувствую, — даже в таком состоянии он попытался съязвить, но видя, что Алиса поднялась и собиралась уйти, протянул к ней руку, схватил своими длинными пальцами за узкое запястье, сделав попытку остановить её. — Прости, не уходи, пожалуйста, ты правда мне нужна, — как и любой представитель мужского рода, Малфой совершенно не умел болеть, и это была одна из его слабостей. — Я не собиралась уходить, мне нужно спуститься вниз, намочить полотенце, чтобы хоть как-то охладить тебя. Твои капризы я скину на простуду, но только в эту ночь, завтра за такие колкости получишь полный ответ, — и высвободив свою руку из его цепких пальцев, вышла из комнаты. Вернулась она спустя пару минут, держа в руках невесть откуда взявшийся небольшой тазик с водой, в которой плавали кубики льда, и два небольших полотенца. Поставив ёмкость у постели, присела на край, взяв одно полотенце и слегка отжав его, и спокойно попросила: — Откинь пожалуйста одеяло. — Что? Зачем? Алиса, ты меня пугаешь… — Малфой, ты хочешь хотя бы частично снять температуру? Хочешь, чтобы голова не болела? Хочешь? Тогда лежи молча и делай то, что я попрошу, — это было сказано строго, тоном не терпящим возражений, давая понять, что сейчас она главная, и ему придётся с этим смириться, иначе она оставит его наедине с болезнью и капризами. И тихонько добавила, себе под нос, надеясь, что он не услышит. — Надеюсь, ты хотя бы в трусах… иначе моя психика очень и очень пострадает. Драко решил, что лучше будет выполнять указы зеленоглазой, поэтому, стараясь не сильно двигаться, откинул одеяло. Перед девушкой оказалось голое подкаченное тело, к её радости, в чёрных боксерах. Капельки пота покрывали широкую грудь, которая часто поднималась и опускалась в такт дыханию парня. Удобнее перехватив полотенце, девушка почти невесомо прикоснулась к разгоряченной плоти холодным мокрым полотенцем. Взгляд упал на выпуклые шрамы, разбросанные по всему торсу. Лисса заинтересованно склонила голову набок, изучающе глядя на отметины. И вдруг нежно прикоснулась пальчиком к одной, потом обвела по контору другое увечье и, лишь почувствовав, что слизеринец задержал дыхание на время её манипуляций, осторожно спросила: — Откуда у тебя это? Там много… видимо, порезы были очень глубокими, раз оставили такие келоидные рубцы, — подняла голову, смотря ему прямо в глаза, которые при свете палочки казались ещё пронзительнее, чем были. Сталь проскальзывала в них сейчас всё больше, и понятно почему. — Это мне оставил всеми обожаемый Гарри Поттер, твой прекраснейший друг. В прошлом году, разве ты не помнишь, как он хвастался тем, что прочитал в учебнике Принца-полукровки заклятие от врагов. Вот это его последствия, профессор Снейп предотвратил потерю крови, и меня ещё потом неделю в больничном крыле приводили в порядок. А Поттеру даже ничего на это не сказали. Вот такая вот справедливость Дамблдора, — он грустно усмехнулся и прикрыл глаза, так легче было переносить её касания по голой незащищенной коже. Не видя её красных от смущения щек и плотно сжатых от усердия губ, не замечая её испуганных взглядов, брошенных на него, когда прошлась полотенцем у самого края белья. Стыдливо бросила потеплевшую ткань в таз и достала второй холодный компресс и протерла лоб парня, прямой нос, высокие скулы, шею и выпирающие, почти как у неё, ключицы. Потом, взяв в руки палочку, коснулась его головы и прошептала: — Анестезио. Теперь должно стать легче, это заклинание работает как обезболивающее. Тебе надо поспать, но я не знаю, сможешь ли ты сам заснуть, поэтому, если ты не против... Драко в знак согласия кивнул, он понимал, что сон поможет, но ему не хотелось, чтобы девушка уходила, поэтому тихо уточнил: — Алиса, ты останешься? — Хорошо, сегодня, только чтобы проследить за твоим состоянием во сне. Дормио, — парень мгновенно погрузился в царство Морфея. Лисса, не сдержав своего обещания, тихонько поднялась с постели и, укрыв Малфоя получше одеялом, спиной попятилась к выходу. У самой двери развернулась и, глянув на спящего через плечо, сказала: — Спокойной ночи, Малфой, — и вышла, оставив спящего Драко в одиночестве.
