У беды глаза зелёные 1:Тайна змеиного принца

      Честно говоря, не этого он ожидал. Нет, он прекрасно осознавал, что девушка даже просто по-человечески имеет право на него злиться, но точно не так. В её глазах горел, да нет, даже не горел, а прямо-таки пылал пожар из решительности и отсутствия контроля над собой и своими последующими действиями. Поэтому Драко медленно отстранился и аккуратно поднялся с кровати, выставив руки перед собой. Сейчас ему казалось, что он заперт в клетке с дикой рысью, которую не кормили несколько дней, такое вот впечатление Лисса сейчас производила.  — Эй, принцесса, ты чего?  — Это я чего? Я? Да ты совсем охренел?! — Лисса вскочила на ноги, так резко, что на секунду в глазах потемнело. Но она быстро справилась, мотнув головой, и обратила свой пылающий взор обратно на парня, — это тебя непонятно где носило трое суток, а не меня. Это я прорыдала целый день, а не ты, — незаметно для самой себя она перешла на крик, но собственно, ей было плевать, пускай хоть весь Хогвартс слышит. Он не имеет права пропадать, а потом как ни в чём не бывало, будить её пустяковым разговором. Лисса отвернулась. Кисть неосознанно сжалась в кулак, девушка даже не почувствовала, как ногти впились в ладонь, попадая в старые ранки. Ей было без разницы, как себе навредить, прикусуть ли щеку, или это, или ударить себя, это был её способ самоконтроля, без которого всё может зайти куда глубже, чем ей хотелось бы. Внутри шла борьба, ей хотелось кричать и молчать одновременно, ей впервые в жизни захотелось себя отпустить, перестать сдерживать, быть хорошей для всех. Она слишком всё понимала, даже там, где казалось бы не могла в силу возраста и неопытности. — А пусть, — сказала это только для себя, и тут же кулаки разжались, она вновь развернулась к ничего не понимающему парню, который при первом её шаге был готов бежать в гостиную из собственной спальни. Это всё-таки не просто девушка, эта злая, маленькая, ведьма…  — Ты, Малфой, не имеешь никакого права сейчас меня спрашивать, что же со мной случилось. Что ты там говорил?! Я избалованный ребёнок, которому если что-то не дали, начинает злиться? Тогда кто ты? Мм? Скажи мне кто? Как ты смел так со мной поступить? Плевать на то, что между нами, но хотя бы просто сказать правду. Ты не подумал какогв было мне эти дни? Нет? Особенно после твоей идиотской записки я места себе не находила, я первые сутки из башни не вылезала, — за весь её монолог, Драко, не понимающий, что происходит, спиной отошёл к выходу, а маленькая хрупкая девушка продолжала на него надвигаться, заставляя всё больше и больше пятиться. — Причём ладно бы ты только со мной так поступил, так нет же… Снейп постарел на глазах, ему как будто десять лет сверху накинули, и всё из-за тебя. Блейз, он же твой лучший друг, ты и его не удосужился в известность поставить… — тут Драко её прервал.  — Вот ведь, а я думал, он расколется как только ты его спросишь, а нет, устоял, — они уже стояли на середине лестницы, Фокс была вровень с ним, поэтому перемену взгляда он уловил очень чётко. Огонь потух, и теперь в изумрудных глазах заплескалось недоверие. Ему показалось, что он даже заметил, как она прокручивает у себя в голове разговор с итальянцем, стараясь найти подтверждение словам Драко, и судя по разочарованию, она его нашла. — И к твоему сведению, профессор тоже был в курсе, — а вот это было лучше не говорить. Если он думал, что её это успокоит, то его ждало разочарование. Драко сделал только хуже.  — Прекрасно, просто замечательно, лучше не бывает! И куда же ты уехал, что профессор, зная об этом, всё равно так переживал? Он, взрослый человек, повидавший и переживший многое, трясся за тебя, взбалмошного мальчишку, — теперь они были ровно посреди гостиной, между ними было несколько шагов, всё пространство стало как будто плотнее, тягучее, предметы постепенно расплывались, скандал медленно поглощал обоих. В Драко как будто что-то щёлкнуло, и он потерял своё обычное самооблодание. Просто невозможно было стоять и спокойно выслушивать это всё от неё. Какого черта он должен это терпеть? В конце концов, кто они друг другу, чтобы он отчитывался перед ней?!  — Хватить кричать, Фокс, ты похожа на истеричку. Кто ты такая, чтобы я перед тобой отчитывался? Ты мне мама, сестра, может быть, жена, девушка или хотя бы подруга? Ты мне никто, — он увидел, сколько боли приносят его слова, и на секунду опешил.       Почему? Она же всегда сама делала упор на то, что они никто, а сейчас она содрогалась от каждого его слова, как от удара хлыстом. Да, он сказал это как раз для того, чтобы позлить её, но никак не причинить боль. Сердце сжалось, и парень впервые почувствовал, что оно у него действительно есть. Он растерялся, и вдруг понял, что не хочет ругаться, и эти эмоциональные качели, которые они только что устроили, ему совсем не нужны. Не этого он ожидал от своего возвращения, оно представлялось ему совершенно по-другому. Драко наивно полагал, что его встретит отдохнувшая от его соседства Фокс и даже надеялся, что хотя бы на секунду обрадуется его появлению. Но не этого, стоящей напротив него окаменевшей Лиссы с глазами, которые блестели от подступивших слез, которая всем своим видом показывала, как он ей неприятен. И самое плохое — как она в нём разочарована. Ему хотелось одного: прижать её к себе, но ведь она не дастся. И лучше бы она не молчала, лучше бы била, кричала, материла его, он-то знает, она это умеет. Но губы девушки были плотно сжаты.       «Ты мне никто, ты мне никто…» — в голове стучало только это. Это была правда, но до чёртиков обидная и причиняющая боль. А на что она надеялась? Что он вернётся и скажет, что она — любовь всей его жизни? Что его тут внезапно осенило, и она ему понравилась? Лиссу чувствовала себя полной идиоткой. Ещё неделю назад она бы посмеялась над этим, но не теперь. Не теперь, когда из-за Джинни она стала копаться в себе и своих чувствах. А они были, этого нельзя было отрицать. Возможно они были противоречивы, сложны и не до конца ей понятны, но это их не отменяло. А ведь она пообещала себе, что как только он вернётся, первое, что она сделает, это прижмётся к нему, хотя бы на секунду. В идеале, он, конечно, обнимет её в ответ. Но было одно «но». Алисия Фокс всегда давала себе хорошие советы, вот только, к сожалению, следовала им не часто…       Она всё ещё молчала. Пускай Драко и прославился тем, что он дамский угодник, но девушек он совсем не понимал. Зато чётко уяснил одну вещь: если девушка во время ссоры замолкает, значит ты медленно умираешь для неё. И ей больно. И эту боль причинил ей ты. Мысль о том, чтобы обнять её, загорелась ещё ярче, и он мягко, по-кошачьи двинулся к ней, стараясь не спугнуть. Но судя по всему, девушка не собиралась бежать, всё так же не говоря ни слова наблюдала за его попыткой приблизиться к ней. И вот когда осталось буквально два шага, она нарушила своё молчание.  — Не. Подходи. Ко. Мне, — если он подойдёт хотя бы на сантиметр ближе, она не выдержит, она расплачется прямо здесь.  — Алиса… — Драко постарался сказать это как можно нежнее, и подался вперёд, чтобы шагнуть, как она вдруг снова оборвала его.  — Я сказала, не подходи ко мне! Ты глухой, Малфой? — она опять кричала, просто потому что внутри было пусто, она не знала, что она может ему сказать. Радовало лишь одно: он ничего не знает. Не знает, что происходит у неё в голове, не знает, что её сердце готово остановиться прямо сейчас, и не знает, как сильно ей хочется сбежать.  — Да твою ж мать, Фокс. Знаешь, почему я так сказал, нет? Может, потому что это ты всё время делала упор на этом? Я приношу чемоданы, мы ссоримся, я иду извиняться, ты снова начинаешь меня обвинять, почему? Зачем? Я знаю, что я не подарок, и блять ценю, что ты до сих пор не придушила меня подушкой ночью. Но разве я настолько плохой, чтобы разговаривать со мной нормально? — здорово, они оба кричат, и оба пытаются прочитать что-то скрытое во взгляде собеседника.       Что-то щёлкнуло сбоку от ругавшейся пары, и на пороге башни показался Блейз собственной персоной. Ещё на подходе он услышал крики и решил заглянуть. О том, что Драко вернулся, он узнал первый. Они договорились, что через три дня Малфой первым делом спустится в подземелье, покажется другу, коротко обрисует ситуацию и только потом пойдёт действовать Фокс на нервы. Забини тоже по-другому представлял их встречу, ведь они оба изменились как по отдельности, так и по отношению друг к другу, но видимо, трёхдневное отсутствие парня наложило свой отпечаток.  — Я смотрю, у вас тут идиллия? Всё как всегда? — он стоял, положив руки в карманы брюк, скептически глядя на их перепалку. Он уже было хотел сказать что-то ещё, но его неожиданно перебили.       Алисия и Драко не сговариваясь повернулись к нему.  — Не мешай нам, не видишь, мы разговариваем?! — они прокричали это синхронно и так громко, что бедный Блейз сделал шаг назад. Что друг может сорваться на него, он знал, но чтобы Фокс, нет, этого он не мог даже представить.       Блейз всегда думал, что Лисса хрупкая, как фарфоровая кукла, которую тронуть страшно. Но этот курс всё изменил, теперь он чётко для себя уяснил одну вещь: она не кукла, она бомба, одно неверное движение, и весь Хогвартс взлетит на воздух.  — Ладно, я понял, зайду попозже, — Блейз решил, что ему действительно лучше поскорее ретироваться отсюда, чтобы и его заодно не пришибли ненароком.       Оставив их наедине, он всё же тихонько порадовался тому, что они ссорятся, появился шанс на выяснение их чувств друг к другу.  — Какого чёрта ты меня постоянно мучаешь?! Я устала от этого. Я просто маленькая девочка, которая хочет жить нормально, — со слезами в голосе произнесла девушка, стоя напротив него.  — А какого чёрта ты ворвалась в мой мир?! Какого чёрта ты имеешь столько власти над моим несуществующим сердцем?! — прошипел он, преодолев оставшееся расстояние между ними.  — Что? Что ты сказал? — Драко находился непозволительно близко, как всегда ей пришлось поднять голову, чтобы смотреть ему в глаза, и как всегда она хлопала ресницами, пытаясь понять суть брошенной фразы. Но у парня явно поменялись планы, потому что вместо внятного ответа, ей велели замолчать.  — Замолчи, глупая, я тебя прошу, замолчи хоть один раз вовремя…       Его рука аккуратно и с несвойственной для него нежностью опустилась на талию Лиссы, мягко её сжимая через ткань свитера. Большим пальцем свободной руки, он очертил линию подбородка, контур губ, лёгким движением провёл по щеке, заправил выбившуюся непослушную прядь за ухо, и остановился. На секунду он замер, ожидая хоть какой-то реакции от девушки, и впервые за этот день, она поступила так, как ему хотелось. Лисса поднялась на носочки и едва ощутимо коснулась уголка его губ своими. Потом всё также не спеша, боясь спугнуть саму себя, чмокнула парня, чуть дольше задержавшись. Драко усмехнулся прямо ей в губы и, чуть отстранившись, прошептал:  — Я думал, что научил тебя, а нет, всё ещё как ребенок, — и не дав ей возразить и опять все испортить, Драко возобновил поцелуй. Он не был жадным, как на лестнице после ссоры, он был нежным, как когда когда ей приснился кошмар, но при этом страстным. Он пытался через него передать Лиссе всё, что накопилось, всё, что хотел сказать, потому что словами он бы всё равно не смог. Не смог признаться, что она ему стала дорога, даже не так, она была ему дорога всегда. Драко считал себя странным, ведь он скучал по ней, когда её не было рядом, волновался, ненавидел каждого, кто к ней прикасался, вот только не мог признаться в этом даже самому себе. Легче было умереть, собрать армию и пойти против Тёмного Лорда, чем сказать ей об этом. Каждый раз, когда они ссорились, он думал, что вот-вот настанет тот самый момент, когда можно будет всё открыть, но нет. Каждый раз он хамил ей в ответ, совершенно забывая, что она действительно всего лишь маленькая девочка. Да, она говорила умные вещи, да она мыслила старше своего возраста, но сути это не меняло. Драко Малфой влюбился в ребенка, окончательно и бесповоротно, но слишком хорошо знал свои недостатки и то, сколько боли он ей принёс за эти годы, чтобы требовать от неё взаимных чувств. Поэтому сейчас он наслаждался этим моментом, пока она не оттолкнула его или как обычно не дала пощечину…       Ей инстинктивно захотелось прижаться к нему ещё ближе, хотя казалось, это уже невозможно. Она судорожно сминала чёрную и её стараниями уже не идеально выглаженную рубашку. Лисса боялась, что он сейчас отстранится, засмеется ей в лицо, скажет какую-нибудь гадость, поэтому пыталась впитать в себя и запомнить каждое движение его губ, каждый вздох. Его рука плавно забралась под свитер, однако оставаясь всё так же на талии. Подушечками пальцев рисовал магические узоры на боку, переходя на спину, заставляя Лиссу прогнуться. По телу слизеринки побежали мурашки, воздуха стало катастрофически не хватать, но разрывать поцелуй не хотелось. Движения губ стали рваными, напористыми, вокруг снова стало душно и нечем дышать. Драко казалось: ещё чуть-чуть, и он не сможет себя сдерживать и мысленно молился, чтобы девушка оттолкнула его, иначе произойдёт непоправимое. И второй раз за утро девушка его удивила. Испугавшись своей реакции и реакции своего организма на действия Драко, Лисса резко отстранилась, сделав шаг назад.       Парень мысленно этому обрадовался, готовый заключить Фокс обратно в свои объятия, но сдержался, им сейчас обоим нужна дистанция, так будет лучше для всех.  — Ты меня боишься? — Драко провел рукой по волосам, слегка их взлохмачивая и исподлобья глядя на девушку.       Лисса стояла тяжело дыша, судя по тому как глаза постоянно бегали от одного предмета к другому, приход в себя давался ей тяжело. Но быстро взяв в себя в руки, ответила.  — Я не тебя боюсь, — постаралась произнести как можно твёрже и, видимо, у неё это неплохо получилось, потому что парень удивлено вскинул бровь.  — Да? А кого же, позволь узнать? Мы здесь одни, а отскочила от меня ты сама, ни с того ни с сего, — как говорится, лучшая защита — это нападение, хотя вроде как у них по-другому и не бывает никогда. Огонь и лёд, вот только трудно понять и разобраться кто из них кто…  — Всё просто, я себя боюсь, — Лисса легко улыбнулась и потупила взгляд, усердно разглядывая свои носочки. Драко уже хотел возразить, но девушка вдруг подняла голову, осторожно закусила нижнюю губу, сделав это так, что бедный парень нервно сглотнул, всё так же пытаясь сохранить дистанцию, хотя с каждой минутой это становилось все труднее и труднее. — Я боюсь себя такую, какой я становлюсь в твоём присутствии.       И как всегда, девушка поспешила удалиться в свою комнату, ну или проще говоря, побыстрее свалила, оставив парня в замешательстве.  — Отлично, Фокс, как всегда, сказала, а я сиди и думай. Спасибо огромное, принцесса. Но мы ещё не закончили, — он говорил громко, но в этом не было нужды, ведь это все было сказано в спину поднимающейся Лиссе, которая даже сквозь заглушающее заклятие услышала бы его с такого расстояния. — И да, Алиса, ты скучала? — Лисса обернулась на него в последний момент, уже одной рукой открывая дверь.       Драко стоял и смотрел на неё, его глаза сейчас отливали не холодной сталью, а платиной, выдавая все его эмоции по отношению к ней. Руки убрал в карманы брюк, стараясь придать себе небрежную позу, но это получилось так себе, от взгляда Лиссы не ускользнули напряжённые мускулы парня. Но девушка дала такой ответ, который поначалу заставил его напрячься ещё больше, но в конце концов принес ему маленькую толику счастья, пускай он сам это и не признает.  — Нет, — и она отвернулась обратно ко входу в свою спальню и, уже наполовину оказавшись внутри, произнесла: — за завтраком прилетело 33 черных совы, 27 белых, 19 коричневых.       Казалось бы, чему тут радоваться, или умиляться, но они оба все поняли. Надеюсь, и вы поймете, мои дорогие читатели… ***  — Так вы что-нибудь выяснили? — Блейз сидел напротив Драко за ужином и с интересом поглядывал в сторону чересчур спокойной Фокс, которая находилась в компании гриффиндорских друзей за их столом.       У Забини становилось тепло на душе, когда он видел девушку счастливой. С каждым днём в нём росла любовь к ней, братская, разумеется, и теперь он был готов оторвать голову Драко за малейшую оплошность и грубость по отношении к Лиссе. Ему было важно, чтобы эти двое наконец были счастливы, и счастливы именно друг с другом. Потому что мало какая девушка сможет вытерпеть характер Малфоя, манеру общения и поведения. Ему не нужна добыча, не нужен трофей. Только постоянная соперница, которая иногда будет ему сдаваться, но не потому что он такой сильный, взрослый, серьёзный и умный, а потому что она сама так захотела.       Она — сильная девушка. К ней нужно быть готовым, по-настоящему готовым. Этот ураган не остановит обычный парень, а тот, кто осмелится, исчезнет внутри, а потом будет обвинять её в своей неудачи по её завоеванию. И если кто-то и сможет подобраться к ней близко, то только потому, что она так решила, она ему позволила, чтобы он чему-то научил её на этом этапе жизни, но… Как только ей надоест, этот обычный парень окажется гораздо дальше от неё, чем был изначально. Её не удастся удержать ни веревками, ни цепями, ни заклинаниями, она уйдет, оставив после себя огромную дыру, потому что такие как она не уходят бесследно. Ей нужен тот, кто изнутри будет противиться её часам с самого начала, кто не поддастся ей сразу, кто животным началом почувствует её и будет тянуться всем своим нутром. И от таких, как она, не уходят, от них бегут как от огня и проигрывают.       У таких, как они, Вселенной заложено гореть и сгорать от себе подобных, полностью отдаваться друг другу и брать взамен. Равноценно. Ни больше, ни меньше, и абсолютно на равных.       И Блейз вовремя понял, что как бы он ни был хорош, мил и добр, и как бы ему не нравилась Фокс, он должен отступить и начать любить её совершенно по-другому. Потому что в тот момент, когда к Драко придёт осознание собственных чувств и их взаимности, он придёт и спокойно предъявит свои права на неё, несмотря ни на что и ни на кого. Он не посмотрит на того человека, которого на какое-то время под пустила к себе Лисса. Он придёт и заберёт её, а если будет надо, перевернет всё вокруг вверх дном и превратит в пыль и прах, всё то, что будет мешать заполучить её. И сделает всё, чтобы впредь защитить её от непрошеных глаз и людей.       Кстати, в этом отличие не только Драко и Лиссы от остальных людей, а в принципе гриффиндорцев от слизеринцев. Гриффиндорцы пожертвует собой и своими близкими, любимыми ради спасения мира. А вот слизеринцы уничтожат весь мир и даже себя, если понадобится, ради своих любимых.  — Ну так что, Драко? Я в отличие от тебя не исчезну. Когда вы с Фокс кричали друг на друга, я, честно говоря, думал, вы поубиваете друг друга как обычно. Ты явно себе по-другому представлял своё возвращение. Что ж вы так собачитесь постоянно, а?  — Нам тяжело находиться в мире и согласии дольше пяти минут, в условиях тет-а-тетатет-а-тета, — блондин проследит за взглядом друга и позволил себе минуту полюбоваться девушкой издалека. Она была красивой, когда плачет, это факт, но всё-таки когда она счастлива, пускай пока даже без него, она была прекрасна.  — Ну неужели что-то может быть лучше, чем влюбиться? — Блейз играл с ним и наслаждался этим. Сейчас Драко впервые был не под его укрощением, а под его властью, ведь он обладал той информацией, которая бы заставила друга отдать ему всё, что у него есть. Но он был другом и маленькой Фокс, поэтому раскрывать взаимность их чувств не имел права, но ведь подталкивать и помогать никто не запрещал?  — Да почти всё лучше, чем влюбиться, — Драко грустно усмехнулся и оторвал взгляд от слизеринки, — особенно, если это — невзаимно.  — Мерлинова борода, да будет зафиксирован этот поистине исторический момент, наш холодный принц Драко Малфой наконец признался, что у него есть чувства, да ещё и к кому!!! — итальянец откровенно издевался над Малфоем, но должны же быть у него хоть какие-то радости в жизни.  — Какого?! Блейз, ты в курсе, что ты скотина? — Драко ошалело смотрел на друга и понял, что впервые прокололся и попался, — хотя знаешь что? Мне все равно. Да я влюбился, ты доволен? Достал меня уже с этим, я сам не знаю, что к ней чувствую, но судя по всем симптомам, это именно оно. К сожалению. И что с этим делать, я не знаю, а с учётом вновь приобретенных обстоятельств, в душе не чаю, — парень был раздражён, все умиротворение от образа Фокс пропало, как только мысли вернулись к цели его вылазки из Хогвартса.  — Всё-всё, прости, просто хотелось, чтобы ты хоть раз это сказал, самому же легче станет, одной проблемой меньше, — Забини ободряющее подмигнул другу и, дождавшись от него слабой улыбки и неопределенного жеста рукой с полным стаканом сока, продолжил: — теперь вернёмся к другим. Ты помнишь, когда у Фокс День рождения?  — Да ты издеваешься, что ли, Блейз?! Это ты так тему сменил? Браво! — Драко теперь был на взводе, хотя казалось бы друг ничего такого не сделал, но уже сильно начал действовать ему на нервы.  — Успокойся, пожалуйста, это и в правду важно и касается всех остальных твоих трудностей, так что я повторю вопрос. Когда у Лиссы день рождения?  — Восемнадцатого октября, вот только я не понимаю, куда ты клонишь? — парень искренне старался понять, что от него хочет итальянец, но его настолько вымотала поездка и уже такая привычная утренняя ссора с Фокс, что сейчас голова отказывалась думать совершенно.       Блейз закатил глаза, и пожалел, что на ужин в замке не наливают огневиски, не помешало бы сейчас. Медленно выдохнув, он постарался членораздельно объяснить другу, в чём тут собственно суть, хотя казалось, тот должен был сам догадаться, ведь по большей части это касалось его, а именно его будущих взаимоотношений с юной слизеринкой.  — Соединяю факты один раз, будь внимателен, я тебя прошу. День рождения Фокс восемнадцатого числа. Ты собирался уезжать ещё несколько раз в течении этого периода, начиная с сегодняшнего дня. И если я правильно помню то, что ты мне рассказывал про свои планы, то твоя последняя поездка выпадает как раз на этот момент. Неужели ты хочешь оставить Фокс одну?  — Она не одна, у неё есть её львиный клуб, думаю, прекрасно без меня справится, — врал, безумно хотелось быть с ней рядом как просто так, так и в день её частичного совершеннолетия. Но боялся услышать от неё, что как раз она этого совсем и не хочет, поэтому специально распланировал свои поездки так, чтобы намеренно пропустить. Глупо, конечно, но он действительно видел в этом спасение для себя самого и своих чувств. Каким бы самодостаточным он ни был, такого удара по самолюбию в виде её отказа, он не переживет. Придётся её убить, а поскольку уничтожить такую, как она — смертный грех, придётся и себя следом отправить, — знаешь, пойдём отсюда, не могу здесь находиться, смотреть уже на еду не могу. И на неё тоже.       Парни поднялись из-за стола и направились к выходу из большого зала, по пути пытаясь решить, куда же они все-таки пойдут. К Драко в башню или на улицу, пока это ещё было возможно, потому что спускаться в подземелье они оба не хотели. Каждый по своим причинам. Драко не хотелось пересекаться с Пэнси и своей старой компанией, его вдруг стали нервировать слизеринцы, за исключением Забини и Фокс, разумеется. А Блейз, проводивший в гостиной факультета почти всё своё время, не хотел лишний раз там появляться, поэтому друзья выбирали место, решив отложить свою дискуссию на неопределенное время.  — Напомни, почему мы не можем подняться к вам в башню? По-моему, как всегда беспроигрышный вариант.  — Потому что эта башня и принцессы тоже, а обсуждать наши дела при ней нехорошо, да и не дело, что мы притесняем её почти каждый раз, вынуждая уходить либо к этим, — он небрежно кивнул в сторону гриффиндорского стола, — либо сидеть в своей комнате.  — Позволь тебе напомнить, что меньше месяца назад, это и была твоя цель на этот учебный год. Ты меняешься, Драко, и это надо признать, невообразимо и изумительно. Доказывает, что у тебя действительно есть чувства, и ничто человеческое тебе не чуждо.  — Ты прав, Блейз, у меня действительно есть чувства, особенно к тебе. Я прям чувствую как ты действуешь мне на нервы, причем мастерски. Ладно, пошли, в моей спальне сядем, хотя судя по всему, Алиса ещё не скоро поднимется, — они как раз поравнялись с тем местом, где сидела девушка в окружении своих друзей.       Лисса обернулась когда услышала голоса парней. После утреннего переполоха они с Малфоем так и не разговаривали. Вообще это все было так странно, но впервые решила четко придерживаться собственного плана. А следовательно, лучше было держать дистанцию, поэтому во избежании неловкости, Лисса окликнула парней.  — Вы к нам собираетесь? — она специально не стала делать акцент на ком-то одном, хотя то, что она самостоятельно и добровольно обратилась к ребятам со своего факультета, да ещё и к Малфою, вызвало у гриффиндорцев бурю эмоций. Которую они, к счастью, сумели скрыть, на то время, пока слизеринцы стояли рядом.  — Да, но если тебя это не устраивает, мы можем, — Драко сам от себя такого не ожидал, и не только он, потому что Гарри при его словах подавился тыквенным соком, а Рон уронил куриную ножку себе на тарелку. Парень лишь мельком взглянул на них и быстро вернул свой взгляд на девушку, которая как обычно его перебила.  — Нет-нет, всё нормально, я как раз хотела сказать, что задержусь у ребят, так что, вы можете спокойно сидеть у нас, — Лисса мягко улыбнулась на прощание, и отвернулась, стараясь возобновить беседу за столом, но видимо, этому было не суждено случиться, потому что последняя фраза Драко оставила после себя гробовую тишину.  — Фокс, только не поздно, ладно? — с этими словами они покинули большой зал.  — И что это было?! — ребята, уставились на Лиссу, требуя объяснений.  — Не понимаю, о чём вы, — Алисия, смущённо стала размазывать по тарелке любимый творожный десерт, стараясь игнорировать вопрошающие взгляды. Поскольку что им ответить, она не знала, точно так же как и самой себе. И только лишь Джинни сидела спокойно, в который раз убеждаясь, что она была права. ***  — Вернёмся ко Дню рождения, Лиссы. Например, если бы ты позволил поехать с тобой, мы бы управились гораздо быстрее и успели бы на праздник…  — Нет, Блейз, я тебе уже сто раз говорил, это тебя не касается, это моё дело, тем более ты мне нужен здесь, чтобы защищать это чудо зеленоглазое, — Драко очень устал, но этот разговор нужен был и приходилось терпеть. Он бы с огромной радостью уже лежал бы в кровати, и если не спал бы, то читал или писал. Хотя нет, на это всё тоже нужны силы, а тратить он их был не готов. Спасибо, натратился уже в дороге, ему хватило, а на отдых он дал себе пять дней, и потом всё по новой…  — Драко, ты сам понимаешь, что ты говоришь?! То, чём ты занимаешься, через полгода не то что меня коснётся, оно весь магический мир заденет и маленькую Фокс, о чьей безопасности ты так печёшься, между прочим, тоже. Кстати, почему ты так переживаешь, точнее нет, это понятно, но по какой причине? Она же здесь в школе, в окружении друзей и тысячи учеников. Я её смогу спасти разве что от Панси, хотя малышка и сама справится, если захочет. Я питаю нежные чувства к Лиссе, и опекать её для меня не составит труда, это даже приятно, но к тебе, идиоту, у меня тоже тёплое отношение, и если тебя там убьют… — Забини замолчал, он знал, что это опасно и всё такое, но впервые произнёс в слух то, что это действительно может грозить Драко смертью, и надо сказать, он болел душой за него, несмотря на то, что друг вёл себя как скотина.  — Ты не понимаешь, этого не достаточно, не достаточно её гриффиндорских друзей, нужен кто-то рядом, кто трезво оценит ситуацию, потому что, — Драко прислонился затылком к окну. На всякий случай, чтобы не смущать Лиссу, если вдруг она вернётся раньше, они решили продолжить свой разговор в комнате парня. Он выбрал любимый Алисой подоконник, потому что понимал, что как только любая часть его тела коснется кровати, он тут же рухнет и проспит до обеда следующего дня. И это в лучшем случае. Холодное стекло немного помогло, стало чуть легче переносить усталость, и в голову пришла замечательная мысль: сказать Блейзу, почему он так переживает, — те, с кем мне уже удалось пересечься, сказали, что на меня началась охота, но до Тёмного Лорда и отца это пока не дошло, и меня ищут какие-то далёкие от них Пожиратели. Меня бы это не волновало, но есть одно но.  — Интересно какое, раз оно тебя так задевает?       Драко слез с подоконника, подошёл к шкафу и достал дорожную мантию, и ловким движением вытащил из кармана свёрток пергаментной бумаги со сломанной сургучной печатью. Со змеёй и черепом.  — На, читай, не волнуйся, там не долго, — парень встал напротив друга, убрав руки в карманы, надеясь, что друг ему сможет помочь, иначе все пропало.  — У каждой змеи есть слабое место. У каждого человека своя тайна и своя беда. Алисия Александрина Фокс, у беды глаза зелёные, и она — его слабое место, — Блейз застыл, записка была под печатью Пожирателей, это ясно, и собственно, суть записки тоже ясна, но: — Какого черта? Как они узнали?! Как?! Ты сам-то только недавно понял. И что это, блять, за аристократ хренов, с такими выражениями?!  — Если бы я знал, то давно уже нашёл и убил. А с тем, откуда узнали, у меня только одно предположение, в школе явно кто-то следит за учениками. Мирное время закончилось, Хогвартс больше не самое безопасное для юных волшебников место. Раньше я боялся, что Фокс сама себе навредит, а теперь помимо этого её еще и кто-то посторонний угробить попытается. Так что ты действительно нужнее здесь, Блейз, и я очень тебя об этом прошу. Одно дело, когда охотятся только на меня одного, а совсем другое, когда и на неё, — Драко был серьёзен как никогда, в школе появился человек, который явно хочет навредить Алисе, причём, судя по всему, у него личные счёты с девушкой, и таким образом он решил их свести. — А насчёт шестнадцатилетия Алисы, ты прав, я постараюсь вернуться раньше. Тем более, во время поездки успел заказать мастеру подарок. Пускай хоть одно приятное воспоминание обо мне у неё будет, или останется…       Последние слова он произнёс почти про себя, чтобы лишний раз не волновать друга. В этот раз он вернулся почти невредимым, не факт, что так же удачно получится в следующий раз.  — Так, первое, всё, больше не возвращаюсь к этому вопросу и остаюсь в Хогвартсе, параллельно буду пытаться узнать, кому же Лисса так жить мешает, что человек, даже не зная правды, построил такие предположения и передал это Пожирателям, — пока говорил, Блейз мысленно вспоминал всех, кому могла не угодить Фокс, и если честно, на ум приходили пока только слизеринцы. И это было печально. — Второе, да, действительно, лучше будет, если ты вернёшься к восемнадцатому числу, иначе сам же себя не простишь. Третье, вы с утра помирились или как?  — Спасибо. Правда, я знаю, что ты хотел помочь там, но ей ты нужнее, и мне лучше будет, если с ней рядом будешь ты, — он благодарно улыбнулся другу. Блейз его понял, Блейз ему поможет. Именно поэтому он его лучший друг, — а насчёт ссоры, мы, так сказать, оставили вопрос открытым.  — В каком смысле?  — Мы не договорили, — Драко как обычно умолчал о поцелуе. Да, он признался другу, что он в неё влюблен, но признаваться в их нездоровых и не понятных даже им отношениях пока не собирался. Постепенно, всё должно быть постепенно. И мысленно усмехнулся своим же мыслям. «Постепенно, ага как же, сказал человек который уже на протяжении месяца так или иначе прикасается к девушке, совсем не по-дружески, но при этом о своих чувствах узнал буквально пару дней назад…», — она снова сбежала, поэтому выяснить нам ничего, так и не удалось. Может пока оно и к лучшему, обоим легче будет.  — Ладно, вы оба, почти взрослые люди, — он с сомнением посмотрел на друга, но всё-таки решил, что тот достаточно зрел, да и она в принципе тоже, — допустим, что это действительно так, и надеюсь, вы сами справитесь. Только я тебя прошу, уже в который раз, девочку побереги. Всё, я пошел, по глазам вижу, что ты спишь уже. Увижу где в коридоре Фокс, скажу, чтобы спать шла, — парень подмигнул Драко, ободряюще хлопнул по плечу, и как всегда, мягкой кошачьей походкой покинул комнату.       Драко сначала хотел дождаться возвращения девушки, чтобы убедиться, что всё в порядке, и как бы смешно не звучало, что на неё никто не напал. Мало ли, все-таки кто-то же за ней следит, и видимо, за ним тоже… На этой мысли, он не выдержал и уснул, так и не дождавшись.       Лисса же вернулась почти сразу после ухода Блейза. Хотела даже заглянуть к парню, просто поговорить, хоть раз в жизни, спокойно завершить день без ссоры, и если честно, хотелось спросить, что же это было. Но уже встав на первую ступеньку, передумала, представила, как глупо будет выглядеть, и по привычке сбежала, несмотря на то, что парня перед ней сейчас даже не стояло. И из-за этого своего поступка, э пришлось признаться самой себе — да, влюбилась… ***       Следующие дни до нового отъезда Малфоя прошли спокойно, исключая маленького происшествия. Фокс свалилась с метлы. В прямом смысле этого слова, с высоты квиддичных колец. ***  — Драко, там что-то неладное происходит, и мне это ой как не нравится, — итальянец стоял на квиддичном поле, ожидая, пока Малфой закончит тренировку. Точнее, он ее уже закончил и теперь стоял лицом к другу, разматывая перевязочные ленты на руках, поэтому он и не видел, что происходило за его спиной, что так впечатлило Забини.  — Что там такое случилось, что тебя так испугало? М? — парень оторвал взгляд от своих ладоней и бросил вопросительный взгляд на Блейза. После изнурительной тренировки ему не хотелось никуда ввязываться, но судя по всему, придётся.  — Ещё не случилось, но очень скоро может, надо бы вмешаться, — Блейз кивком головы указал на происходящее за спиной друга. Драко проследил за его взглядом и остался крайне недоволен, а точнее взбешен.       Гарри и Рон пытались усадить упирающуюся Фокс на метлу. Как ни странно, Джинни и Гермиона стояли там же, но даже не пытались защитить подругу, но, надо отдать должное, и не помогали. Компания стояла достаточно далеко от парней, и слов они не слышали, видели только то, что Лисса отрицательно качала головой на каждое восклицание гриффиндорцев. Вся поза выражала недовольство и некую твёрдость, но тут в игру вступила младшая Уизли, и уверенность слизеринки пошатнулась, она неуверенно кивнула, и сделала шаг к метле.  — Они совсем идиоты?! Они же её угробят! — Драко ели сдерживал себя, чтобы прямо сейчас не сорваться с места и не врезать сначала Поттеру, а потом и Уизли. Но всё же он продолжал стоять, уверяя себя, что всё-таки какие ни какие, а они её друзья, и намеренно причинить ей вред они не смогут. А вот ненамерено, как здрасте… — По-моему все знают, что она ненавидит полёты, и это единственное, что ей не даётся. Алиса же слетит с неё, как только поднимется в воздух.       Блейз постарался здраво, без эмоций оценить ситуацию и понял, что вмешиваться им нельзя, по крайней мере на данном этапе и, взглянув другу в глаза, с облегчением отметил, что тот пришёл к такому же выводу. Потому что удержать разгорячённого и злого Малфоя ему одному не получилось бы.       Блондин отвернулся от компании, надеясь, что ничего плохо не случится, и кто-то из них поднимется в воздух вместе с ней. Но из-за своей внутренней борьбы решил оставаться на поле до тех пор, пока пятая точка Фокс не окажется на земле, желательно целой и невредимой.       Он услышал, как лишь одна метла взлетела вместе со своей «наездницей», Драко не сомневался, что юная ведьма особенно хорошо смотрелась в спортивной форме факультета, с расстрёпанным, впрочем как всегда, хвостом, но воображаемую картину прервал слишком сильный порыв ветра.  — Твою ж мать, — за всем этим он забыл, что на улице осень, и погода была соответствующая, и надежды на удачное приземление девушки стали рушиться одна за одной.       И сердце упало куда-то вниз, когда сначала он увидел округлевшие и испуганные, по-настоящему испуганные глаза Забини, а затем услышал пронзительный девичий крик…