Что у тебя за шкафом?

- Нет, Митрофанов, ты представляешь, что там вообще происходит? Ты когда в комментарии заходил последний раз? - Нет, Ден, ну пожалуйста, не начинай. Меня и так все это заебало. И ютуб этот​ сраный, и Маришка, и вообще, - Егор сделал еще глоток коньяка, поморщился и продолжил - ты меня тоже заебал. Денис понимал, что все это говорит в Егоре не сам он, а алкоголь и апатия. Сколько раз он пытался вытащить Митрофанова из депрессии, сколько раз он пытался как-то заставить его снова быть собой - веселым парнем с чувством юмора, симпатичным и обаятельным. Но последнее время это очень непросто. Жизнь Егора превратилась в самую ужасную рутину, серую и скучную. Ничего не радует его, и даже подписчики уже видят его неискренность и усталость от работы, которая когда-то была любимым хобби. Шмальц говорил много, зло. Он тоже был пьян, тоже на взводе, но один черт знает, что было у него на уме. Он и по трезвости-то не очень уравновешенный, а коньяк и абсолютный похуизм друга сводили его с ума. Митрофанов сидел перед ним на диване, который был кое-где заляпан, а кое-где даже следы от сигарет найти можно. Обстановка ночного клуба явно не располагала к разговорам о статистике и застое личности Егора. Вокруг громыхала музыка, освещение было тусклое, и Ден почти не видел глаз его. Егор был пьяный. Нужно было что-то с этим делать. Ден Шмальц вышел в уборную, где было хоть чуть-чуть спокойнее, чем в зале. Он набрал номер такси, по телефону ему сказали, что машина будет только через 30 минут, потому что сейчас по всему Петербургу празднуются выпускные. Вернувшись, Шмальц увидел просто картину маслом: Егор сидит на диване, а на нем уже какая-то дама в откровенном наряде. Они не просто целовались, они, блять, в десна долбились. Руки Егорушки гуляли по телу черноволосой девушки, сжимали мягкие места. У Дена глаза кровью от гнева налились. Он схватил девку за плечи и прогнал её. Она матернулась несколько раз и гордо зашагала к барной стойке. Денис строго посмотрел на Егора и продолжил тираду: - Да ты что творишь, у тебя совсем крыша поехала?! Тебя дома Маришка ждет, она мне дважды звонила, но я, скажи спасибо, прикрыл твой зад. Сколько раз ты уже косячил, сколько раз я за тобой говно убирать должен? - А не надо за мной говно убирать, - язык Митрофанов еле поворачивался. Он постарался собрать свою силу в кулак, - я на Марину вообще хуй клал. Она мне носки стирает и пол подметает в доме, и хорошо. - Ты что такое говоришь? Она тебя любит, идиотина! - А вопрос-то в другом - люблю ли её я? - Вот завтра ты протрезвеешь, тебе будет либо стыдно, либо похер, потому что забудешь всю чепуху, которую ты сейчас говоришь. - Денисик, миленький, ты прав. Отведи меня в туалет, пожалуйста, мне сейчас поплохеет резко... Испуганный Шмальц быстро взял под руки друга, который уже еле-еле ноги передвигал и отвел его в туалет проблеваться. Сейчас он немного протрезвеет, все будет в норме, поедут они на такси к Шмальцу домой, чтобы Марина всего этого ужаса не видела. И не слышала. Он быстро отстрочил ей СМС о том, что ночует Егор сегодня не дома, пусть не волнуется. Егор уже давно съехал от Шмальца, потому что у него появилась девушка. Это было так странно для всех, но она была и это факт. Маринка за ним все делала и все ему прощала, а он был откровенным говном по отношению к ней. Ден грустил, потому что его друг пропал из квартиры, стало как-то тоскливо и девок тащить в хату не так интересно, азарта нет что ли, риска быть услышанными. Никаких тебе приколюх, некому завтрак готовить. Но только Шмальц не догадывался, в чем настоящая причина бегства Егора. И так будет лучше для обоих, потому что смотреть Егору на Дена было правда сложно. Сложно сдерживаться. Когда подъехала машина, Митрофанов был уже более-менее вменяем. Но Денис уже устал от всех этих разговоров, от того, что Егор сам виноват в своей отвратительной статистике, общем хейте, застое в творчестве и в отсутствии хоть какого-нибудь желания продолжать работать, жить... Хотя может в этом и есть чья-то другая вина, но только Шмальц об этом не знает, да и не хочет знать. Он готов его только ругать за тo, что скатился. Такой уж друг, ничего не поделаешь. В машине Пентиум мирно уснул и его даже не стошнило на черные, с дырками на коленках, джинсы Дена, как обычно. Дома Ден умыл Егора, привел в порядок, заставил еще раз проблеваться, нашел какой-то халат, уложил в постель. В старую постель, никому не нужную. Возможно, только Денис время от времени, когда накатывала тоска, приходил на ней полежать.