Мальвина

      Чонгуку нечасто снятся сны, но почему-то именно тогда, когда он мирно дрых на пассажирском сиденье своей машины, больное сознание решило подкинуть ему парочку образов. И не прогадало ведь.       Сначала он видел неразборчивые силуэты, которые никак не могли сложиться в единую картину. Чонгук куда-то бежал, лёгкие нещадно разрывало от нехватки воздуха. И вот, когда уже стало невмоготу, он запутался в своих ногах и кубарем повалился на мокрую землю, пачкая чёрный костюм. Стоп. Костюм? Чонгук бегло осмотрелся и понял, что валяется в центре большого скопления людей и все почему-то смотрят прямо на него. Откуда ни возьмись его потянули наверх крепкие мужские руки, и каково было его удивление, когда он осознал, что эти самые руки, которые он узнает из тысячи, принадлежали Юно. Тот глядел на него без презрения или обиды, лишь горели глаза и мягкая улыбка тронула тонкие губы. Такой родной, как раньше. Юно прошептал ему что-то вроде «соберись», поставил ровно и привёл в порядок, отряхнув от грязи.       Чонгук завертелся, глядя на то, как народ потихоньку рассаживается. Он был совершенно уверен, что видит в первых рядах Намджуна и ещё парочку бывших коллег. С краю примостился Чимин, а Тэхёна, как ни ищи, не было. Какая досада. Не сразу, но до него всё же дошло, что это торжество не просто так, это церемония. Свадебная. И Чон Чонгук — жених. А кто невеста?       Регистратор что-то тараторил и наконец спросил: готов ли он взять в законные мужья Тэхёна? И снова стоп. Что? Чонгук резко шарахнулся и посмотрел в удивлённые глаза Юно. Тот, наверное, тоже не понимал, что происходит.       — Сынок, не молчи, — раздалось сзади, и у Чонгука сердце замерло.       Оборачиваться не хотелось, но получилось это само собой, на автомате. Мать грустно улыбнулась ему, показывая рано выступившие морщины, а рядом с ней стоял Мальвина. Его, конечно, уже так не назовёшь: волосы Тэхёна были натурального тёмного оттенка. Чонгук всё видел, всё подмечал. От его глаз не скрылось и то, как Тэхён жался к его матери, будто бы найдя в ней защиту. Но ведь это его мама!       — Не глупи, — взревела женщина, отчего-то упавшая на колени, но тут же подхваченная Тэхёном. — Я всегда тебя поддержу!       А Чонгук и не сомневался: конечно, поддержит, по-другому и быть не может, это аксиома. То, что не требует доказательств. И он бы хотел подбежать к ней, обнять изо всех сил, но перед ним стремительно возникла фигура и гаркнула прямо на ухо низким, басистым голосом:       — Рота, подъём!       — Ч-что? — разлепляя слегка влажные глаза, промычал Чонгук, пытаясь принять более-менее нормальную позу.       Только вот это было очень трудно из-за затёкшей шеи. Оно и понятно — дремота в таком неудобном положении не пройдёт бесследно.       — Приехали, говорю, — уже ласковее, но с теми же нотками. — Как видишь, живы.       Сонное марево прошло, и Чонгук наконец-то сфокусировал взгляд на довольном Мальвине, что ехидно ухмылялся, положив одну руку на руль, а другую на подлокотник между сиденьями. Завораживающе — хоть картину пиши.       — И на том спасибо, — хмыкнул Чонгук, не до конца отпустив непонятный сон. — Номерок хоть дашь?       — Нет у меня телефона, — спокойно выдал Тэхён и перегнулся через сиденье в поисках пальто.       Вид открывался замечательный, чего уж скрывать. Круглая задница, обтянутая тонкой тканью, и линия боксеров, интимно выделяющаяся через брюки. Ну прямо бери не хочу. А Чонгук ой как хотел, ему всё неймётся, но пока нельзя, точнее — рано. Вся эта игра в недотрогу и ледяную глыбу нехило так подогревала интерес, это уж точно. Хорошая тактика, поучитесь. Правда, для Мальвины это никакая не уловка и не хитро продуманный манёвр, но так, наверное, даже увлекательнее.       Чонгук обратил внимание на один занимательный факт: вот он, выглядывал из заднего кармана. Телефоном назывался. Его это даже позабавило: ну врёт и не краснеет. Пока Мальвина копошился, маяча привлекательной пятой точкой прямо перед заинтересованным лицом, Чонгук ничего умнее не придумал, как накрыть сотовый ладонью. Ну и за ягодицу потрогать, разумеется.       — Врать — это твоя привычка? — без злобы спросил он.       — Так интереснее, — буднично ответил Тэхён, равнодушно убирая его руку. — Но ты быстро меня ловишь с поличным.       Он плюхнулся обратно и протянул ладонь в ожидании, пока на неё опустится телефон. Быстро разблокировав чужой незапароленный гаджет, он зашёл в контакты. Мальвина быстро вбил свой номер и подписался как «Ким Тэхён».       — Ким, значит? — хмыкнул Чонгук, раззадоренный тем, что получил ещё одну крупицу информации о загадочном парне. — Опять ложь?       — Подумайте об этом на досуге, — подмигнул Тэхён и весело добавил: — И да, надеюсь, вы не будете мне строчить каждую минуту — быстро ведь занесу в чёрный список.       Напугал мента дубинкой. Хоть и бывшего.       — Увидимся, — кинул Чонгук вдогонку, чтобы точно знал, что эта встреча далеко не последняя.       Но Тэхён даже ухом не повёл и быстро ушёл, перекладывая в руках пальто, которое не удосужился надеть. А ведь не стоило так оголяться, сам же говорил…       То, что Тэхён не попросил номер в ответ, совсем не смутило: Мальвина, наверняка, и так знал — Чонгук ему обязательно напишет, и он точно поймёт, от кого сообщение. Цифры-то высветятся, но станет ли Тэхён их записывать — другой, очень даже интересный вопрос. Вполне возможно, что у него и так полно контактов — клиентская база как-никак. И какой-то Чон Чонгук там просто-напросто затеряется, если вообще появится, конечно.       Недолго думая, он повертел в руках телефон и, прикусив губу, изменил название с «Ким Тэхён» на «Мальвина». Да, так определённо лучше.

* * *

      Звенящую тишину на кухне разбавлял лишь мурчащий кот, довольно хрумкающий корм, что был щедро насыпан в миску. Чонгук, казалось, вновь сходил с ума, прислушиваясь к приятному хрусту и смотря в стену. Джу — единственный его собеседник, который выслушает и не осудит, потому что попросту не может. Но Чонгук не станет разговаривать с котом, ещё не совсем рехнулся вроде как. Да и уверен, что всё это замешательство ненадолго. Прошло-то всего пару дней после суда, конечно, Чонгук не оправился. Так ведь бывает. Это жизнь.       Он уже прикинул, как поступить дальше. Благодаря немалому расчёту денег бы хватило ещё на месяц, да и отец, как всегда, молча переведёт на карту пару сотен. А Чонгук не станет вновь отнекиваться и отправлять обратно — не в том положении, чтобы показывать характер. А потом, пожив немного свободно, устроится каким-нибудь телохранителем. Почему бы и нет? Ему совсем не стыдно работать на кого-то, тем более в этой сфере достойная зарплата. А где бабки, там и Чонгук. Нет, он не совсем алчный, но кто не любит деньги?       Чонгук медленно поднялся со стула и пошагал в комнату, так и не включив нигде свет: платить за электроэнергию придётся меньше, а это — сэкономленные сбережения. Вот так вот всё просто в этой жизни. Ладно, он откровенно врёт: жизнь — пиздецки сложная штука. Но ничего, и не с таким справлялись.       Чонгук твёрдо решил начать с чистого листа и был полон энтузиазма, когда ложился спать. Вот только наутро судьба снова посмеялась ему в лицо, обнажив уродливые зубы и оттопырив средний палец. Ну не чудо ли?       Уже несколько дней градусник показывал ровно тридцать восемь, и тело активно это подтверждало, покрываясь мурашками из-за сильного озноба. Чонгук укутался ещё сильнее, хотя, казалось бы, некуда, и перевернулся на другой бок, буравя взглядом ни в чём неповинную стену. Он ненавидел болеть, а сейчас так вообще хотелось всадить пулю в висок. Но эта простуда вполне обоснована: сон на асфальте и хождение без куртки несут свои последствия.       За всё это время к нему приходил только Намджун, потому что больше некому. Он приносил лекарства и заполнял едой пустые полки холодильника. Даже прибрал в квартире, хотя Чонгук намеревался сделать это сам, но ему и не убудет. А вот Намджун, орудуя мокрой тряпкой, что-то бубнил под нос и недовольно косился на Чонгука, который, по его словам, превратил свой дом в свинарник.       — Ты был бы идеальной женой, — как-то пошутил Чон, откровенно рассматривая задницу нагнувшегося товарища.       В каждой шутке есть доля правды, если бы друг был в его вкусе и не был таким гомофобом, он определённо бы приударил. Но судьба решила иначе, и приударял Чонгук за Тэхёном. Или, правильнее будет сказать, разводил на секс. И ведь он мог найти кого-то другого, кто с радостью бы отдался ему, но отчего-то не хотелось никого искать. Просто с Мальвиной интересней.       С уходом Намджуна квартира вновь погрузилась в приятный глазу мрак и давящую тишину. Чонгук, конечно же, не забыл за это время про полученный им номер. Просто всё ждал подходящего момента, чтобы написать. Сейчас, когда из-за принятого жаропонижающего температура начинала спадать, а разум был как никогда чист, наверное, было самое лучшее время.       Он достал из-под подушки телефон и зашёл в их с Мальвиной всё ещё пустой диалог.       «Здравствуй». Простое начало переписки, самое обычное, какое можно было придумать. Да и Чонгук совсем над таким не парился. Но когда его сообщение пометилось как прочитанное, он весь подобрался и даже сел повыше в коконе одеял, ожидая ответа.       Но его не последовало ни через минуту, ни через две и даже ни через пятнадцать. Да, Чонгук всё это время просто пялился в экран. Но не стоит его осуждать, он слишком заинтересован.       — Вот сучонок, — усмехнулся и напечатал следующее сообщение: «Как поживает Мальвина?»       Он не собирался останавливаться, а если и это сообщение будет проигнорировано, то он непременно сорвётся и поедет в «Бурлеск», наплевав на самочувствие. Да, совсем не гордо, но то, что его игнорирует какая-то проститутка, задевало, знаете ли.       Благо на этот раз ответ пришёл быстро. Уголки губ отчего-то поползли вверх, а хмурое лицо стало смиренно-спокойным. Ну как школьник, ей-богу.       «Что это за слово?»       Конечно, немногие корейцы читали эту сказку, можно сказать — единицы. Забавно, что Тэхён даже не понял, почему к нему так обращаются. А Чонгук молодец, сам провёл аналогию, сам же начал так называть, да ещё и довольный как кот, нализавшийся сметаны. Эта переписка подняла настроение, даже нагнетающее чувство одиночества слегка притупилось и пока что не расковыривало израненную душу.       «Это имя героини из одной сказки, у неё тоже были светло-синие волосы. Но если хочешь узнать поподробнее, то я с радостью расскажу тебе её историю при встрече».       Чонгук открыто намекал.       Честное слово, если бы Тэхён сейчас согласился увидеться, то он бы моментально подскочил с кровати, забыв о простуде, и стремглав понёсся в стриптиз-клуб. Конечно, за этим следует вопрос: почему? Ответ очевиден — Чонгук хочет трахнуть Мальвину. Только поэтому. Он всё ещё так считал…       «Обязательно». Не нужно было слышать это вживую, чтобы прочувствовать весь сарказм и ядовитость фразы. Тэхён по-другому не может, это Чонгук уже запомнил.       Да и вообще, в их диалоге не было ни одного смайлика. Но они всё-таки взрослые люди, и совсем неважно, что Чонгук улыбался, словно влюблённая девятиклассница. А неважно потому, что ему двадцать шесть, он здоровый мужик и совсем не влюблён в Тэхёна. И разве можно влюбиться в проститутку? Чон же не мазохист.       «Что делал сегодня?» — невзначай поинтересовался Чонгук, но не потому что ему уж очень интересно, что может делать парень, дающий за деньги, на своей работе. Просто хотелось расположить к себе.       «Попрыгал на парочке клиентов». Прямолинейно, но ожидаемо. Чонгук слегка прихуел, но тут же вернул себе самообладание и принялся печатать ответ. От усердия он высунул кончик языка и нахмурил брови, придумывая колкость пооригинальнее.       «А на мне попрыгаешь? Готов стать твоим постоянным клиентом». Чонгук усмехнулся и повалился на спину, совсем забыв, что их секс с Тэхёном должен быть разовым актом и притом бесплатным. А какая разница? Смешно же.       Почти через секунду пришёл отрицательный ответ и стёр гаденькую ухмылочку. Чонгук даже… расстроился? Вообще, он ожидал такую же шпильку в ответ, ну или хоть что-то, что в репертуаре Тэхёна. А тут одно категоричное «нет». Игривое настроение улетучилось: умеет же Мальвина всё испортить.       «Почему же? Я не в твоём вкусе?» — приняв поражение на этот раз, спросил Чонгук, особо не надеясь на ответ.       Прождав минут десять, скинул с себя одеяло. Горячая кожа соприкоснулась с приятным холодком и покрылась табуном мурашек. Чонгук прикрыл глаза и хотел уже отложить телефон куда подальше, но не успел. Гаджет прожужжал в ладони и замер ровно так же, как и Чон. Он недовольно взглянул на экран и слегка оцепенел. Слегка — это слабо сказано.       «Да нет. Узнаешь, когда мы ещё раз пересечёмся». Ну серьёзно, будь Чонгук лет на восемь помладше, определённо бы пропищал и уткнулся в подушку. Но сейчас лишь улыбнулся и даже как-то успокоился. Мало того, что Тэхён чуть ли не прямым текстом написал, что Чонгук в его вкусе, так ещё и не отрицал, что следующей встрече быть. Неужели ледник оттаял? Или снова его игры, на которые Чонгук почему-то ведётся, отчаянно продолжая думать, что кукловод всё ещё он?       — Спасибо, — хмыкнул Чон, но так и не сказал вслух то, что осталось в мыслях.       Спасибо, Ким Тэхён, что снова загрузил на всю предстоящую ночь.

* * *

      Тэхён усмехнулся, откинул телефон на подушку и подложил руку под голову. Признаться честно, он даже удивлён, что офицер написал ему не сразу, как заполучил его номер. Хотя как заполучил — Тэхён сам дал его, потому что не жалко, да и вдруг ему снова всё надоест и он захочет сорваться к реке. Чонгук не такой плохой компаньон, как кажется. Да и чего греха таить, этот офицер чертовски привлекателен и, несмотря на его некоторую надоедливость, на него приятно иногда поглядывать. Нет, не рассматривать открыто, как сам Чонгук делает, а исподтишка, будто занимаясь чем-то неприличным и очень сокровенным. Пока никто не видит, кидать нечитаемые взгляды, мысленно сканируя и что-то подмечая. Конечно, у них ничего не будет, Тэхён сам не подпустит к себе ближе дозволенного, но не потому что Чонгук так плох. Он не похож на обычного клиента, что трахнет и в лучшем случае забудет, а в худшем — заделается постоянным. Этот офицер не так прост, и Тэхён всегда будет начеку, лишь бы его сердце не разбилось в очередной раз, а на руках не появились новые уродливые шрамы. Да и тем более, пока его персона так интересна, он извлечёт из этого как можно больше выгоды.       В комнату аккуратно постучали, и Тэхён довольно улыбнулся, заведомо зная, кто к нему пожаловал. Дверь со скрипом открылась, и в проёме показалась светлая макушка. Чимин прикрыл за собой дверь и грустно улыбнулся, сев на кровать. Тэхён подполз к нему и уложил тяжёлую голову на острые колени. Пак склонился над ним, и на его лицо упало пару серых прядок с фиолетовым отливом. Тэхён довольно опустил трепещущие ресницы, пока ладонь друга нежно перебирала его волосы и гладила кожу головы.       Чимин постоянно приходил к нему, когда у Тэхёна не было клиентов, а сам он не танцевал у шеста. Они в основном болтали ни о чём, но иногда, как сейчас, просто молчали, наслаждаясь тишиной и обществом друг друга. Это был их своеобразный ритуал. И сложно было точно сказать, кем они приходятся друг другу.       Чимин пришёл работать сюда три года назад, совсем ещё молодой и зелёный, недавно окончив школу. Сколько ни спрашивай, почему он решил посвятить свою жизнь работе в стриптиз-клубе, тот отвечал лишь одно: ему нравилось танцевать и купаться во внимании. Тэхён на тот момент жил и работал здесь всего лишь год и был того же возраста, что и Пак, только вот род деятельности тогда у них отличался в корне. Но как тут оказался Тэхён — совсем другая история.       Он вообще сам по себе не любил людей, а уж в юности, пережив трагедию, тем более был очень замкнутым. Весь этот год Тэхён молча существовал, терпел, пока в его тело толкались толстые мужики, тихо принимал унизительные шлепки по горящим ягодицам, заходился в наркотическом кайфе, лишь бы ничего не чувствовать, а ночью, когда его отпускало, глотал горькие слёзы, уткнувшись в подушку. И это не он выбрал такую жизнь, это жизнь решила всё за него.       Он увидел Чимина в его первую ночь в клубе, тот неумело крутился вокруг шеста и иногда спотыкался, не удержав равновесие. Тэхён выглядывал из двери, ведущей в бордель, и усмехался, следя за стараниями неопытного паренька. На тот момент он уже покрасился, но не в синий, а в блёкло-зелёный. Ужасное зрелище, если честно. Тэхён вспоминал эти времена с улыбкой. Чимин тогда тоже заметил его, но ничуть не обиделся из-за усмешки, лишь оттопырил средний палец и подмигнул. Возможно, так и начинается дружба? Но назвать это так довольно трудно. А всё потому, что на следующий день, стоило его зелёной башке показаться в зале, его тут же прижали к стене, схватили за руку и потащили «развлекаться». Для зажатого Тэхёна танцы и алкоголь не были излюбленными развлечениями, но гиперактивному Чимину отказать было невозможно. Да и не хотелось, наверное? Тэхён пить не умел, поэтому его унесло чуть ли не с двух шотов, но так даже лучше: затаённая душевная боль отошла на второй план, а на первый вышло дикое желание. В ту ночь Тэхён провёл Чимина через ту самую дверь в другой корпус, показывая иную сторону монеты. Но того, кажется, это ничуть не напугало, скорее заинтересовало. Они миновали стойку с Сокджином, темноволосым парнем, что принимал деньги у клиентов и в целом был «отцом» проституток этого борделя. Он следил за порядком, самочувствием тех, кто работает здесь, и за комнатами. И неудивительно, что около его стойки постоянно кто-то да ошивался, будь то девушка или парень. Сокджин и болтал с ними как-то по-отечески, несмотря на то что ему было всего тридцать. И дозу им приносил тоже он, но это уже совсем не по-отцовски. К слову, тот ничего не сказал про то, что Тэхён повёл кого-то в свою комнату совершенно бесплатно. Клиенты клиентами, но им можно было трахаться и по собственному желанию, главное, чтобы это не мешало работе. За это их по головке не погладят.       Тогда они, закрывшись, скурили один косяк на двоих и долго целовались, катаясь по кровати. Занимались сексом всю ночь, прерываясь лишь на небольшой отдых и сигаретку. Не сказать, что в животе порхали бабочки, но Чимин был хорош, хотя бы потому что ему была не принципиальна позиция, поэтому они то и дело менялись местами и ловили истинный, животный кайф. После этого зародился их союз, не совсем романтический, но и не дружеский. А позже Чимин заинтересовался дополнительным заработком и вскоре поселился в одной из комнат, ведь это было лучше разваливающегося общежития. Это не простой бечёвник, здесь… роскошно? В любом случае и работа рядом, и Тэхён недалеко. А из универа его отчислили, кстати.       На самом деле Тэхён всё-таки расценивал Чимина как единственного друга, хоть и знал о симпатии с его стороны. Это не мешало им часто и подолгу разговаривать, доверяясь на все сто процентов, да и они всё так же иногда трахались. Почему? Всё опять-таки проще простого: никогда, абсолютно никогда секс с мерзкими клиентами не будет приятен проститутке, и Тэхён делал это лишь потому, что это работа. Но удовольствия же тоже хочется. А если сложилось так, что дружба с Чимином изначально позиционировалась как дружба с привилегиями, то почему бы ими не воспользоваться? Тем более им хорошо вместе: есть кому выговориться, есть тот, кто не только поддержит, но и хорошенько разложит на кровати и не станет потом приставать с просьбами о чём-то большем и серьёзном. И Тэхён правда надеялся, что так будет продолжаться вечно. Ему удобно вот так вот «дружить» и притворяться, что не замечает чужих чувств. Пусть он будет считаться сукой, но он не собирался усложнять свою и без того нелёгкую жизнь.       — Что пишет? — кинув нечитаемый взгляд на горящий экран телефона, спросил Чимин.       — Ничего интересного, — беззаботно ответил Тэхён, скрывая от друга, что этот диалог его позабавил и даже как-то поднял настроение. — Снова пытается подкатить.       — А ты стоически держишься? — Чимин прикусил пухлую губу и убрал синие волосы с его расслабленного лица. — Мне он не нравится.       — Мне тоже он не нравится, — хмыкнул Тэхён и не соврал. — Просто это довольно интересно.       Чимин откинулся на спину, и Тэхён, раздосадованный тем, что его больше не гладят, приблизился, забрался под чужую руку и мирно устроился на груди. А Паку было хорошо, и наплевать, что пригрел на груди змею. Он смотрел в белоснежный потолок, а мысли были явно где-то далеко…       — Играешь, Тэхён? — Чимин даже усмехнулся: не он один попался на удочку. — Так жестоко.       — Если бы ты не привёл его сюда, я бы его знать не знал. — Тэхён об этом не думал ни разу, но почему-то сейчас хотелось предположить другой исход. — Как и он меня. Не стал бы искать встреч со мной и приставать.       — Да-а, — протянул Чимин и убрал выбившуюся прядь Тэхёна за ухо. — Скучная бы жизнь у него была, однако.       — Не говори, — искренне расхохотался тот, но взгляд был устремлён в никуда.       — Но, главное, сам не попадись в свою же ловушку, — серьёзно выдал Пак. — Он похож на того, кто разобьёт тебе сердце.       Тэхён при всём желании не мог не зацепиться за эту фразу. Она за долю секунды засела в сознании и совсем не хотела вылезать. Чёрт, кого Тэхён обманывает? Да его жизнь была бы ещё скучнее, если бы он однажды не наткнулся на мнущегося в темноте офицера. Он сразу его заметил, как только тот вошёл с Чимином в помещение, даже оторвался от диалога с Сокджином, скептически оглядывая пьянющего вусмерть парня с погонами на плечах. И лучше бы убежал к себе в комнату тогда, лишь бы не терзать себя ненужными мыслями после. Лишь бы не давать слабину.       Чимин, заметив душевный разлад друга, решил выгнать дурные мысли. А как ещё очистить разум, если не хорошим сексом? Пак на автомате потянулся к сухим губам, но в последний момент ткнулся в шею, вдыхая её терпкий аромат. Он запустил ладонь под резинку чужих свободных штанов и несильно сжал в ладони привставший член. Тэхён сам справился со своей рубашкой, откинул её подальше и схватился за блестящую водолазку Пака. Он тоже чертовски устал, он тоже хотел расслабиться и от души потрахаться. Но его капельку смущало то, что вместо маленьких ладоней друга он на секунду представил крепкие руки Чонгука, отчего завёлся ещё больше. А вот это уже звоночек.